Можайское благочиние

«И С АНГЕЛАМИ СОБЕСЕДОВАЛ, И БЕСОВ ВИДЕЛ»

Памяти архимандрита Адриана (Кирсанова)

Сегодня, на 40-й день, когда душа последнего, – как называют  архимандрита Адриана (Кирсанова), – псково-печерского старца, покинув земные пределы, переселилась на Небо, мы решили не просто опубликовать воспоминания о подвижнике, но привести некий практикум: как обращаться к старцам, что необходимо, чтобы Господь старцев являл, и, наконец, как самим подвизаться в их память.

Почитание святого состоит в подражании ему.
Святитель Иоанн Златоуст

Как наши старцы старцами становились

Тихон, митрополит Новосибирский и Бердский:

– Еще будучи насельником Свято-Троицкой Сергиевой лавры, отец Адриан, по благословению духовника братии отца Кирилла (Павлова), отчитывал бесноватых. Ух, я помню, приехали мы с бабушкой Екатериной Степановной да с одной из моих сестер в лавру, и я впервые увидел, как отец Адриан отчитывал. Заходим мы в подклет Успенского собора – а что там творится, мама родная! И гавкают, и матерятся… Мы тоже в сторонке встали, постояли на всякий случай.

В 1974-м году, спустя 10 лет после того, как я впервые оказался в лавре, я вернулся туда, поступив в Московскую духовную семинарию. Помню, как мы, семинаристы, дожидались после службы или уже после братской трапезы отцов архимандрита Кирилла и батюшку Адриана. Они были между собой дружны, как-то тянулись друг к другу, мы часто видели их вместе. С преподобным преподобен будеши (Пс. 17, 26).

Говорят: «Не ищите святых, ищите кротких». Вот старцы и имели такое устроение, простоту душевную, любовь к людям. Хотя какие отец Кирилл да отец Адриан тогда были старцы? Им всего-то в то время по 50 с лишним было. Но поскольку я тогда сам еще был слишком молод, мне они уже представлялись умудренными стариками, испытанными воинами Христовыми.

Они были требовательными, прежде всего, к себе. Во всем себя ограничивали. Самопринуждали. Царствие небесное нудится [силою берется], и нуждницы[употребляющие усилие] восхищают е (Мф. 11, 12). Подвиг очищает сердце, – человек тогда приходит в состояние бесстрастия, и уже в свободное от скверны сердце нисходит благодать. Что сказал Христос апостолам в Своей прощальной беседе (Ин. 13, 31;16, 33)? Вы уже очищены через слово, которое Я проповедал вам (Ин. 15, 3). Надо постоянно читать Священное Писание, – это и отличало старцев отца Кирилла и отца Адриана от многих других. Именно тем, кто очищен через Слово, Господь и заповедует: оставайтесь в городе Иерусалиме (Лк. 24, 49), – с обетованием: облечетесь силою свыше.

Святитель Игнатий (Брянчанинов) называл духовными людьми только тех, кто пережил это обновление Духом Святым. Вот здесь-то и начинается подлинная молитва – духовный рост и преуспеяние. Почему старцы (или те, кто еще станет старцем) постоянно в подвиге пребывали? Да потому что малейшее расслабление – каких бы ты высот уже не достиг, – ведет к падению! А отцы потихоньку, под руководством опытных, втягивались в подвиг, и тогда уже во внутренней своей брани постигали, что чем больше подвиг – тем больше благодати, тем ближе они к Богу. Это грех любит дебелость плоти, враг науськивает, чтобы мы себя пожалели, съели что-нибудь повкуснее, отдохнули как следует… А взыскательности к себе, строгости, бодрствования, воздержания, бдительности над собой – бесы и страсти бегают. Это именно те решающие качества, которые и отличали старцев. А все остальное было уже дано от Бога, – это плоды подвига. Как сказано в Писании: благодать на благодать(Ин. 1, 16). Тогда уже подвижникам от силы в силу (Пс. 83, 8) открываются таинства духовного мира.

Отец Адриан и с ангелами собеседовал, и бесов видел

Отец Адриан и с ангелами собеседовал, и бесов видел. Сохранилось видео, где он сам рассказывает, как однажды демона рыскающим заприметил и по простоте своей подумал: «Наверно, Господь потому им еще сновать всюду здесь попускает, что они еще, может быть, принесут покаяние…». Это свойство чистых душ – они всех жалеют. И тут же получил сильнейший удар! Все прямо сотряслось в келье. Настолько демону ненавистна была эта его мысль. Алексей Кирсанов – будущий отец Адриан – еще в юности адские бездны видел, куда – посохом показал архангел Михаил[1] – низвергнутся безбожники: те, кто в советские времена закрывал храмы да монастыри, умерщвляя священнослужителей, верующих, да и просто многих и многих соотечественников, может быть, таких же ослепленных… Уже на исходе советской власти, в 1983-м году, я напутствовал перед смертью духовника Елоховского кафедрального собора протоиерея Алексия Демина, так он мне, помню, рассказывает: «Господь открыл мне духовный мир: вижу ад, вижу рай, ведаю, что на сердце каждого. Еду в транспорте – ни на кого не смотрю, потому что люди все черные. А в храме я любуюсь на православных, потому что это – Божия красота».

Старцы не соблазняются тем, что им открыто, потому что Дух Святой, почивающий на них, бесстрастен

Старцы видят нравственное состояние, совесть других людей, потому что они этим не соблазняются. А грешник, выискивая у другого грешника какую-либо страсть, начинает резонировать: мы и подмечаем-то в чужом глазу сучки наших бревен (ср. Мф. 7, 4–5), – то есть отдельные грехи, проявления присущей нам же страсти, – и тут же, сверх того, начинаем еще осуждать или обижаться. Поэтому от нас многое и сокрыто: прежде всего, ради наших же внутренних убожества и нечистоты, чтобы не отчаялись и не унывали. Так же, как для нас неведомы помышления других, – это бы для нас была просто гибель. А старцы не соблазняются тем, что им открыто, потому что Дух Святой, почивающий на них, бесстрастен. Вообще, о старчестве лучше всего написано в книге Ивана Михайловича Концевича «Оптина Пустынь и ее время», – всем советую прочитать.

Еще по семинарии помню: дождемся мы тогда отца Адриана, как он освободится, и начинаем с ним беседовать. «Будут ли еще гонения? Как дальше жить будем?» – спрашивали мы у него. А его самого, глядь, и выдворили из лавры. Сначала «отчитки» запретили совершать, а потом в 24 часа повелели убраться. Это в том же 1974-м году было, когда я только поступил в семинарию. Отца Адриана, по крайней мере, в Псково-Печерский монастырь сослали, как тогда говорили, «от цивилизации подальше», а отца Тихона (Агрикова), автора замечательной книги «У Троицы окрыленные», и вовсе выгнали из Троице-Сергиевой лавры, – это были тогда самые известные в народе лаврские духовники.

После изгнания отца Тихона лет семь власти запрещали даже кого-либо постригать с этим именем, – только на мне в 1981-м году впервые было нарушено это вето: сам я из Воронежа, и при постриге мне было наречено имя святителя Тихона, епископа Воронежского. Вот так властям в те безбожные времена была страшна даже память о духоносных отцах.

Но любящим Бога все содействует ко благу (Рим. 8, 28).

Помню, как у нас в лавре духовники отец Афанасий (Алафинов) и отец Лаврентий (Постников) соревновались:

– Мы боремся за первенство: кто из нас по проповеди первое место займет!

– Это как? – спрашиваю. – Как же вы узнаете?

– А просто: кого первого вызовут в КГБ.

Мы все можем бесов если не изгонять, то отгонять – это точно!

Схиархимандрит Илий (Ноздрин):

– Дай Бог, конечно, каждому так Богу послужить и столько прожить, как отец Адриан. В Псково-Печерском монастыре я застал отца Адриана только в самом начале его перевода туда из лавры, года два мы так с ним пообщались, а потом меня самого в 1976-м году на Афон отправили. Я у отца Адриана, бывало, и исповедовался. И на «отчитках» у него присутствовал. Бесы ему потом люто мстили за то, что он их изгонял. В этом-то и заключается тяжесть подвига: по любви к людям всю эту злобу сатанинскую потерпеть.

В этом и заключается тяжесть подвига: всю эту злобу сатанинскую потерпеть

Бесы действительно возвращаются в тех, кто по-настоящему не кается. Почитайте, есть такая книга игумена Марка «Злые духи и их влияние на людей». Но как демоны да бесы ни стараются навредить людям, ничего они без попущения Божия сделать не могут. Иначе бы они всех поработили.

А то, что отец Адриан с ангелами собеседовал, – так в этом тоже ничего удивительного нет. Ангел-Хранитель рядом с каждым из нас. Вот ты пишешь статьи, кто тебе подсказывает? Ангел! Смирение надо иметь, в молитве быть, чтобы ангелов слышать и видеть. Вот все мы дышим воздухом, но мы же его не видим? Так же и ангелы – невидимы и необходимы.

Как старцами становятся? Стариком стал – вот и старец. Раньше в большинстве случаев так и было, а как безбожие стали насаждать, много бесноватых стало: и стар, и млад. Надо изо всех сил стараться быть с Богом, исполнять волю Божию. Хоть немножко, но утром и вечером, перед едой да каждым делом, а помолиться, чтобы все с благословением Божиим было! В церковь ходить, венчаться, детей крестить да в вере воспитывать, – так и старцы будут появляться.

Мы вообще все можем бесов если не изгонять, то отгонять – это точно! Встал, помолился, и бесы отойдут. Исповедовался от сердца, и они не имеют над тобой уже власти. Причастился, и ты с Богом. Бесы – они же бандиты, вот доступно им воровать, они и воруют. А оградишь себя крестным знамением, так и боятся – не подойдут.

Дьявол постоянно воюет против Бога и человека. Не хочет, чтобы люди спасались. Бесы – они хитрые, изворотливые. Ничего с ними общего нельзя иметь. Надо жить праведно, по Евангельскому закону, чтобы благодать не оскудевала.

Начинать надо с простого

Иеромонах Иосаф (Швецов), насельник Псково-Печерского монастыря:

– Отец Адриан – старец святой жизни. Умер – в рай пошел. Все, кто подходил ко гробу, утешение, тишину, мир, радость ощущали.

Прозорливость у него была, много откровений ему было. Люди по его молитвам исцеления получали.

Хотя чудеса прозорливости я даже не считаю чем-то сверхъестественным: наоборот, это норма для очистившего себя. Отец Адриан жил уже по духу. К нему приходишь, еще даже не сказал, куда ты едешь, а он говорит:

– Приедешь оттуда-то, поговорим…

А ты ему еще даже не говорил, что ты туда едешь!

Но это не чудо, это повседневность жизни со святым человеком.

Настоящее чудо – это когда люди поговорили со старцем и уверовали

Настоящее чудо – это когда люди были неверующие, а поговорили со старцем и уверовали. Вот это подлинно чудо! И такие чудеса происходили.

При этом отец Адриан был человеком не из ученых, выражался всегда очень просто, но его слова трогали за душу, люди каялись, обращались.

Он знал будущее. Вот что удивительно: 20 лет говорил про войну, а в последние три года спросишь его:

– Батюшка, война будет?

– Нет, не будет.

То ли панику не хотел сеять… Не знаю. Люди встревоженные придут, а он утешает:

– Все будет хорошо.

Всегда старался как-то отряхнуть народ от всего мирского, чтобы люди каяться начали, тянулись бы к храму, к вере, больше молились. Центр жизни – это спасение души, а у нас так бывает, что все остальное важно, а вот единое на потребу – впопыхах и как-нибудь. А должно быть все наоборот: главное – спасение души, а все остальное само собой прилагается.

Сначала исполните то, что положено, а потом уже идите к старцу

Интересно, кстати, он говорил:

– Приходят ко мне, спрашивают, как купить, как продать, как провернуть что-то, но никто не спрашивает: как покаяться, как такую-то страсть победить?!

Отец Адриан очень не любил, когда к нему кто-то приходил из невенчанных, страшно расстраивался. Стоит очередь, двух-трех примет, а третий попадется невенчанный, так батюшка так расстроится, что даже народ дальше принимать не может…

Кто-то считает, что это неважно: венчан ты или нет, – а это, оказывается, очень важно.

Батюшка так и говорил:

– Почему у вас в жизни все плохо? Потому что вы невенчаны. Не клеется ничего? Так вы же живете без благословения!

Старец не говорил прямо, но думаю, подразумевал, что раз человек невенчан, значит, пренебрегает таинством церковным. А зачем он тогда к старцу идет, если элементарные установления церковные отвергает? Начинать надо с простого, а от решения простых вопросов, если сложные еще останутся, переходить и к ним. Но сначала исполните то, что положено, а потом уже идите к старцу…

За послушание Господь и являет старцев

Игумения Екатерина (Чайникова), настоятельница Крестовоздвиженского Иерусалимского ставропигиального женского монастыря:

– Я попала на проводы батюшки Адриана неожиданно: приехала в Псково-Печерский монастырь, и в тот же день сообщили, что старец преставился.

На отпевании отца Адриана собралось пять архиереев, множество священников, монашествующих, мирян, – это был молитвенный праздник. Проводили мы батюшку Адриана с радостью, – уверены, что своим трудом, подвигом, праведным устроением он уже здесь был сопричастен Царству Божиему (Лк. 17, 21), а по разлучении души с телом опыт бытия с Богом открылся ему уже во всей полноте.

Отец Адриан незадолго до преставления справил свое 96-летие. Господь его сподобил оставаться в здравом уме и светлой памяти. Почти до кончины он принимал людей.

Батюшка не оставлял попечения и о монашествующих. Была я как-то у батюшки, а он мне вдруг дает деньги:

– Сестрам построить келлии.

Мы построили.

Заботился он и о лаврской братии, в числе которой до перевода в Псково-Печерский монастырь состоял: то даст копеечку на часовенку на братском кладбище, то еще чем поможет, помолится.

Подвижники не умирают, они переселяются

Кто жил праведной жизнью, тот и умирает праведно. Такие всегда с легкой совестью ждут смерти. Память смертная для них непреложна: «Помни час смертный, и вовек не согрешишь». Нет о них человеческой скорби. Наоборот, есть радость. Подвижники не умирают, они переселяются.

Как при жизни, так и по своей кончине люди Божии продолжают водворять мир в душах, благоденствие. А там, где немирствие, тревога, раздоры, что всегда сопровождает лжестарцев, – о какой там благодати можно говорить?! Сказано же Господом: мир Мой даю вам (Ин. 14, 27). Когда при общении со старцами в душе водворяется мир, – это свидетельствует о том, что они в сердце своем достигли единения со Спасителем.

Батюшку Адриана я знала с 1975 года. Я тогда была еще маленькой. Мы даже иногда шалили: пробирались к нему на «отчитки». Нам было интересно поглазеть, что там происходит. Сколько к нему стекалось тогда бесноватых! Когда батюшка начинал читать заклинательные молитвы, чего они только не вытворяли! Говорю сейчас с вами, а у меня все эти картины до сих пор перед глазами стоят…

Отец Адриан реально изгонял бесов. Как они на него при этом орали, обзывали его, пытались ему бороду выщипать, – рвали прямо до крови. Так его бесы терзали. А батюшка даже внимания на эти неистовства не обращал. У него с дикцией что-то было не так, говорил он не всегда внятно, но сила его молитвы бесов приводила в ужас: кто лаял, кто мяукал, кто хрюкал, кто-то змеей извивался… Другие его поносили всякими непотребными (вплоть до матерных) словами, – причем всегда это был нечеловеческий голос.

В детстве нам все это было интересно… Хотя иногда и страх пробирал. Мы чувствовали, что соприкасаемся с той невидимой силой, которая мучает людей, – как правило, тех, кто хулил Бога, порицал Имя Божие, считал себя выше, достойнее других. Среди бесноватых, кстати, много было людей науки, были даже некоторые знаменитости, немало встречалось и учителей.

У нас там, в печорской школе, была учительница Зоя (отчество уже не помню), – как же она страдала от беснования! Когда мы спросили у батюшки:

– Почему?

Он ответил:

– Она хулила Имя Божие.

Бесы ее тиранили до самой смерти. Батюшка нам еще раньше сказал, что Господь ей даст послабление, но не даст полного исцеления.

Есть те, кому даже чин изгнания злых духов не помогает. Сей же род изгоняется только молитвою и постом (Мф. 17, 21), – написано в Евангелии.

Незадолго до смерти я была у отца Адриана, мы вспоминали о том, как он старался помочь этим бедным людям, и он мне тогда сказал такую вещь:

– Да, я пытался изгонять бесов, но исцеленные шли и снова грешили! И изгнанный бес брал семь злейших себя духов и возвращался (ср. Мф. 12, 45). Тем, кто каялся, оберегая себя впредь от греха, Господь даровал новую жизнь; а те, кто впадал в те же блуд-разврат да пьянство, вновь становились одержимыми…

С детства живя в Печорах среди старцев, мы тогда не понимали, что живем среди святых. Не воспринимали их таковыми. А это были такие старцы, как архимандрит Иоанн (Крестьянкин), архимандрит Феофан (Малявко), архимандрит Адриан (Кирсанов); схиархимандрит Пимен (Гавриленко), схиигумен Савва (Остапенко) – мой духовный отец. Такой тогда цветник духоносцев был собран в Псково-Печерском монастыре! К какому батюшке ни обратишься, он к Богу тебя ведет. Мы так и жили, не думая о том, что может быть как-то иначе.

Помню, как только закончатся уроки, мы, дети, быстренько набросав домашнее задание, закидывали портфели в угол – и в монастырь! Это было место ощутимого присутствия благодати. Меня в обитель очень тянуло. Придешь – как будто это дом твой родной! Вот один старец что-то делает, второй по дорожке идет, третий из храма выходит… Пойдешь, у всех благодать соберешь.

В то время практически не было никакой духовной литературы, жили мы только проповедями батюшек, их наставлениями, советами:

– Бога любить, церковь посещать, к таинствам приступать…

Слово старца – правило жизни. Мы никогда не испытывали пастырей

Слово старца – это была норма, правило жизни. У нас не было никакого лукавства, сомнений: «А правильно ли батюшка сказал?..» Мы никогда не испытывали пастырей. Сейчас, бывает, подойдут, спросят у одного батюшки, у второго, у третьего – и начинают взвешивать, перебирать… Для нас это было немыслимо! За послушание Господь и являет старцев.

Вот начинают сейчас охать: «Старцев не остается. Старцы нас оставляют!» Панику сеют: «Как же мы будем жить, как спасаться?» Давайте вспомним, что сами старцы жили по заповедям, которые всем нам известны из Евангелия! И будем каждый хоть немножечко подтягиваться за старцами. А то что же получается: мы хотим спасаться исключительно чужими молитвами? Старец за нас помолится, и все будет хорошо? А сами-то давайте потрудимся! Помолимся немножечко. Поплачем пред Богом, и Господь нам поможет.

Да, старцы – это посредники. «Их молитва будет услышана», – верим мы. Но и сами к Богу давайте тянуться будем! Чтобы и нашу молитву слышал Господь. А слышит Бог молитвы праведных: когда мы Его слушаем и исполняем евангельские заповеди, тогда и Он нас слышит и исполняет прошения наших молитв. Каждый из нас призван к святости (ср. 1 Пет. 1,16).

Откуда это смятение: «Вот, теперь мы погибнем»? Да не погибнем! Господь милостив. Пошлет праведников. Не стоит село без праведника. «Господи, а если будет десять праведников, сохранишь город?..» – спрашивал Авраам у Господа перед тем, как огненный дождь испепелил Содом. – Не истреблю ради десяти (см. Быт. 18, 20–33), – ответил Господь… Вся проблема в том, что стольких праведников не нашлось…

Как ни прискорбно, но старцы уходят. Однако сказать, что они нас оставляют, – неправильно. Они нас не оставляют. Если они имели любовь к нам при жизни, то и достигая Небесного Царствия, удостаиваются предстательствовать о нас пред Престолом Божиим. Их любовь к нам в вечности становится всесовершенной, увеличивается до неисчислимых масштабов.

Нам должно быть стыдно из-за того, что мы не соответствуем этой любви, и это пусть нас побуждает к исправлению. Да, мы ходим в храм. Да, мы исповедуемся и даже приобщаемся Святых Христовых Таин. Но, как люди грешные, тут же впадаем в грех, и снова идем на Исповедь, и снова каемся… Но для чего? Чтобы снова грешить?..

Старцы жили иначе. Только сейчас уже осознаешь, что это были подлинно святые люди. Пусть они пока еще не прославлены Церковью воинствующей на земле, но если они угодили Богу, Господь их уже прославил на Небесах. Они и сегодня испрашивают нам Божией милости, когда мы просим их об этом в молитвах.

Душа христианская чувствует, откуда изливается столп благодати, и спешит туда. Какая это радость – снова и снова побывать в богозданных пещерах Псково-Печерского монастыря, – потому что там упокоено столько святых! Приложившись к святыням да помолившись, потщимся же и сами хранить благодать Духа Святаго.

Подготовила Ольга Орлова

Перейти к верхней панели