Можайское благочиние

Батюшка, я — наркоман!

Когда-то, в первой половине шестидесятых годов, мои родители поменяли жилплощадь, и мы из коммуналки на окраине Москвы переехали в центр, в старый деревянный дом на Самотеке. И там в свои шестнадцать лет я впервые узнал о наркотиках.

 

Практическое пособие для пастырей

Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного.

Ибо Сын Человеческий пришел взыскать и спасти погибшее.

Как вам кажется? Если бы у кого было сто овец, и одна из них заблудилась, то не оставит ли он девяносто девять в горах и не пойдет ли искать заблудившуюся?

И если случится найти ее, то, истинно говорю вам, он радуется о ней более, нежели о девяноста девяти незаблудившихся.

Так, нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих.

(Матф. 18. 10-14)

«Батюшка, я — наркоман!» —

есть ли сегодня в России хоть один священник,
который не слышал бы этих слов?

Когда-то, в первой половине шестидесятых годов, мои родители поменяли жилплощадь, и мы из коммуналки на окраине Москвы переехали в центр, в старый деревянный дом на Самотеке. И там в свои шестнадцать лет я впервые узнал о наркотиках. Я видел, как их продают и покупают на Цветном бульваре, некоторые из моих новых знакомых и друзей их пробовали и рассказывали о своих ощущениях. Один из знакомых, живший в нашем доме, получил тюремный срок за их распространение.

Меня Бог миловал – я так и не попробовал это зелье. Наркотики мне казались дорогой экзотической забавой богатых сынков высокопоставленных чинуш, к которым я, парень с окраины, относился с презрением. Прожили мы там недолго, около четырех лет. Старые дома расселяли и сносили, мы вновь вернулись на окраину, и я обо всем этом забыл. Позже я стал изыскателем – объездил всю Россию от края до края, видел, как спиваются люди, как бывшие зеки ловят кайф от чифиря, но нигде не сталкивался с тем, что сегодня называют наркоманией. С тех пор, когда я впервые услышал о наркотиках, прошло сорок лет, всего сорок лет, и вот теперь нет уголка «на необъятных просторах нашей Родины», где не знали бы об этой заразе.

«Батюшка, я — наркоман!» Есть ли сегодня в России хоть один священник, который не слышал бы этих слов? Наверное, нет. Сегодня с этими словами молодые, но уже с исковерканной жизнью, люди приходят в церковь за помощью, приходят везде – и в центре, и на окраинах. На окраинах приходят, наверное, даже чаще – в центре больше наркологических больниц, больше специалистов, способных помочь, а на окраине одна надежда – на Бога и на Церковь. Но готовы ли мы их принять, способны ли мы помочь этим людям? Я не раз слышал слова, вынесенные в название этой книги, и признаюсь, что каждый раз испытывал полную растерянность и бессилие. Помог ли я хоть кому-то из этих людей? Не знаю, боюсь, что нет. Я давал адреса и телефоны различных наркологических центров, адреса храмов, где служат священники, работающие с наркоманами, но ведь эти люди приходили ко мне, они искали помощи у меня.

Кто-то из моих собратьев, возможно, скажет, что мы и не должны брать эту проблему на себя. Ведь наркоманы – грешники, и, если сегодня они страдают и, в конечном счете, гибнут, то так им и надо – Бог воздает по грехам их. Да и разве у нас мало своих проблем – восстановление порушенных монастырей и храмов, возрождение прерванных традиций, окормление сотен и тысяч людей, нашедших или ищущих свою дорогу к Богу. Но ведь и наркоманы – люди, больные люди, тоже ищущие помощи от Бога, по крайней мере, те, которые приходят в храм. Господь наш Иисус Христос оставил нам пример отношения к таким людям: Он не осуждал их, Он помогал им. Важно помнить и то, что сегодня в России, по некоторым данным, около десяти миллионов наркоманов, и в основном это молодые люди. И если Церковь не возьмет эту проблему, точнее, ту ее часть, которую можно было бы назвать духовным окормлением наркозависимых людей, на себя, то может так случиться, что через десять-двадцать лет восстановленные нами храмы и монастыри окажутся никому ненужными.

Конечно, священник, искренне стремящийся оправдать свое звание служителя Христова, не оттолкнет страждущего и попытается в меру своих сил помочь ему. Однако этот священник должен понимать различие между воцерковлением и пастырской помощью больному. Наркоману недостаточно сказать – «иди и не греши больше». Малоэффективными будут и советы: «чаще исповедуйся и причащайся, читай молитвы и Священное Писание, и все как-нибудь устроится».

Сегодня наркомания – это не «забава богатых сынков», а болезнь, поразившая миллионы людей, и для ее преодоления необходимы специальные знания, которых, мы должны это честно признать, в традиционном церковном багаже нет. Чтобы помочь наркоману, желающему избавиться от наркотической зависимости, пастырь должен знать механизмы воздействия наркотика, процесс развития болезни. И здесь не обойтись без «воцерковления» научного, «светского» знания. Необходимо и знание основных принципов Пастырской Психологии и Психотерапии. Кстати, знание этих принципов необходимо не только для работы с наркозависимыми людьми, но и вообще в пастырском служении.

Книги, рассказывающие о наркотиках и наркоманах, мне приходилось читать и прежде. Знакомился я и с различными материалами по Психологии. Но все эти работы имеют одну особенность – они рассчитаны на специалистов, и для не профессионала обобщить в одиночку имеющийся в них опыт и, тем более, приспособить его для использования в пастырской работе практически невозможно. Поэтому усилия Просветительского Центра «Свет Православия», возглавляемого игуменом Евмением, по освоению и православному осмыслению практической Психологии невозможно переоценить. А разработка основных принципов Пастырской Психологии и Психотерапии и создание целой серии Практических Пособий для пастырей по работе с наркоманами являются самым серьезным на сегодняшний день в этой области вкладом в церковную науку.

Не знаю, многие ли из священников, прочитавших эту книгу, примут на себя ответственность за помощь наркоманам, но я глубоко убежден, что основные необходимые для этого знания (и много другого полезного) они в ней найдут.

С благодарностью автору книги, игумену Евмению,
священник Владимир Лапшин,
настоятель храма Успения Божией Матери, г. Москва

Окормление наркозависимых — задача нелегкая

Сегодня во многих монастырях и на приходах, занятых трудами по реабилитации наркоманов, в каждом отдельном случае возможны как удачи, так и отдельные поражения — молитвенно надеемся, что временные. Да пребудут укрепляемы благодатию все, через кого Бог протягивает руку несчастным страдальцам.

По поводу применения пастырем психологических методик, моя позиция состоит в следующем. В случае больных наркоманией я считаю не только допустимой, но и необходимой всякую помощь, в т.ч. психологическую. Потому что зачастую она становится одним из средств приостановить неминуемую физическую гибель.

Священник, обратившийся к психологии, ставится перед задачей совместить в своем мировоззрении и практических подходах горизонты психологии с Православным христианским видением мира и человека. Труд, который подытожит эти теоретические поиски, очевидно, дело будущего. За проектом же прочитанной книги я вижу автора, который, добросовестно овладев приемлемыми для Православия практическими методами и убедившись в конкретных результатах своей практической помощи страдающим пасомым, спешит (может быть, слишком, но это можно понять — время жизненно важно) поделиться опытом своей пастырской работы, а также попытаться сделать первый шаг на пути теоретических обобщений.

Молитвенно желаю автору книги и всей братии крепости в этом нелегком деле, потому что, в конечном итоге, все зависит не только от методик (медицинских ли, психологических или иных) и даже не от яркости и силы духа отдельных личностей, а от Христа, Который присутствует среди собравшихся во имя Его. Пока подлинная церковная общность хранит Его присутствие, для страждущего остается возможность не только исцеления, но Встречи, обретения Бога.

игумен Варфоломей,
врач-психиатр,
преподаватель Православной гимназии г. Иваново

Спасибо, и в добрый путь!

Книга отца Евмения, несомненно, понравится разным категориям читателей: вдумчивому пастырю, педагогу, всем, кто интересуется проблемой наркомании. Но прежде всего, тем несчастным, кого захватила эта страшная болезнь, вирус XXI века, наркотик, и ближайшему (и не менее несчастному) их окружению: мамам, женам, детям.

Чем интересна и привлекательна книга отца Евмения? Прежде всего тем, что она никого не ругает, не критикует, не клеймит – ни самого наркомана, ни среду его обитания.

“Батюшка, я — наркоман!” — книга, наполненная светом, теплом и надеждой. Работа отца Евмения обогащена удачной и обильной подборкой цитат как древних отцов и учителей Церкви, современных пастырей-богословов, так и представителей светской науки и культуры. Но, пожалуй, едва ли не главное достоинство книги, свидетельство ее психологической подлинности это то, что основной источник книги – опыт общения автора, его пастырская работа с наркозависимыми. И, судя по книге, опыт не только продолжительный, но и положительный, реальный, замечательный. То, что со страниц труда отца Евмения с читателем говорит сам наркоман – тоже важный принцип построения книги.

Глубокий анализ проблемы, легкий, четкий слог и обильное привлечение разнообразного материала – черты, отличающие вообще все работы отца Евмения. Надо сказать, что современный православный читатель: священники, молодежь — уже давно с интересом следят за серией книг, издаваемой издательством «Свет Православия». Книги этого издательства хочется приобретать: это — добротная, очень интересная литература, где старая, известная тема: «Человек и Бог», «Человек и Церковь Христова» высвечена по-новому, ориентирована на современного читателя. Воцерковление психологии, привлечение этой важной и, в настоящее время, очень популярной дисциплины в лоно Церкви – очень нужное, хотя и трудное делание, замечательная миссия, которую удачно осуществляет издательство «Свет Православия».

Думается, что вышедшая в свет серия книг отца Евмения о наркомании вызовет у читателя живой интерес и отклик еще и потому, что в ней приводятся подробные и опробованные автором рекомендации относительно того, как можно работать с проблемой наркозависимости.

Что еще можно сказать автору? Только: спасибо, и в добрый путь!

иеромонах Иона,
библиотекарь Московского Ставропигиального
Свято-Данилова монастыря.

* * *

Автор книги «Батюшка — я наркоман!» заслуживает огромной благодарности, а его работы — массовой популяризации и издания миллионными тиражами.

В особенности хочу отметить, что значение этой работы не ограничивается пастырской помощью наркозависимым. Очень важны поднятые общепастырские вопросы — какой должен быть священник, Какого Бога и как он должен проповедовать. Радостно и важно, что об этом говорится публично, печатно. Это свидетельство тому, что Церковь жива.

Отец Евмений, спаси и помоги Вам Господь.

иеромонах Петр,
Настоятель Подворья Московского Ставропигиального
Свято-Данилова Монастыря в пос. Долматово

От нас — старание, а от Бога — результат

Книга отца игумена примечательна во многих отношениях. Уже само название ее указывает на момент исповедания страждущим своей страсти. Это отправной пункт, точка отсчета начала движения к исцелению. Словно Промысел Божий, выбрав орудием священнослужителя, откликается на кажущуюся безысходность.

Книга эта, в отличие от иных апокалиптических брошюр, жизнеутверждающа. Автор стремится увидеть бесценную человеческую душу в наркотическом мраке. Он убежден, что это и возможно, и должно. Но для того, чтобы излучать свет, надо самому быть светильником. Потому неслучайно значительная часть книги содержит рекомендации для возгревания личности самого пастыря, отваживающегося помогать наркозависимым страдальцам.

Каким должен быть православный священник наших дней? Его служение — пересечение осей — крест. Вертикальная ось — безусловное пребывание в спасительной традиции, нелицемерная верность церковной истории, канонам и уставам. Горизонтальная же — открытость окружающей нас реальности, сопричастность изменившейся действительности, грамотная ориентация в обстоятельствах нынешних времен.

В согласии с образом мышления Святителя Тихона Задонского, озаглавившего свой труд «Сокровище духовное от мира собираемое», отец игумен авторитетно заимствует достижения современной светской психологии, на опыте убеждается в их эффективности и компетентно использует их в искусстве пастырского душепопечения.

Закономерен вопрос: не вторгается ли отец игумен на сопредельную территорию? Корректно ли клирику заниматься наркологической практикой? С нашей позиции ответ будет безусловно утвердительным. Сегодня государство не в состоянии предусмотреть для своих граждан ни адекватно медикаментозную, ни поддерживающе-социальную, ни информативно-концептуальную помощь больным, зависимым от многочисленных и распространяющихся наркотических субстанций. Частная же практика в этой области чревата опасностями вследствие некомпетентности, нечестности и стремления к наживе.

Врачующее служение Церкви, насущность которого обоснована в апостольском послании (Иак. 4, 14-15), осуществляется в разнообразной форме на протяжении двадцати веков, и нет резона тому, чтобы оно прекратилось в наши дни. Церковь не может умывать руки, стоять в стороне, взирая на обезображенный мир. Дух непрестанно обновляет Тело Христово и в сострадающем диалоге с миром у Церкви рождаются новые целительные слова.

К достоинствам книги отца игумена следует отнести обилие цитируемого материала. Говорят, хорошая книга та, где меньше всего автор говорит от лица собственного «я». Эта книга полифонична, в ней звучат голоса подвижников Христианства, человеколюбивых мыслителей, исповеди наркоманов. Творческим трудом автора они подтверждают Благую весть — исцеление возможно! Необходимо только решиться. Преподобный Серафим Саровский говорит о том, что разница между грешником и святым состоит только в степени решимости.

Судьбы наркозависимых людей различны. Роднит их одно: наркоман — это всегда личность психологически незрелая. А ведь степень личностной зрелости определяет возможность ответственности. Ответственности, как способности ответа самому себе, близким, миру и Богу. И оказывается, что такой человек не в состоянии внятно отвечать никому. Он бежит от ответов, через ложь, уловки и прочую фальшь, бежит туда, где он оказывается в кажущейся безответности, в изоляции, в нирване, в кайфе… Так, «не знаю, разве я сторож брату моему», — глумливо отвечает Каин Господу (Быт. 4; 9). Он хочет быть никем. Отец игумен предлагает осмысленные и надежные стратегии призвания этого несчастного человека обратно, в наш мир, где принят принцип «Духовность как ответственность» (тема еще одной доброй книги отца Евмения).

Возможно, кто-то ждал от этой книги акафистов и редких молитв, развернутых программ катехизации или рецептов по моментальному снисхождению благодати… Впрочем, такой рецепт есть: подготовить сердце, очистить душу, привести в порядок тело. И ждать. Но не пассивно-расслабленно и не суеверно-экстатически, а трезвенно и бодрственно. «От нас — старание, а от Бога — результат» — вновь прислушаемся к святоотеческой мысли. И этому старанию учит предлагаемая книга.

Сергей Анатольевич Белорусов, врач-психиатр,
выпускник Свято-Тихоновского Богословского института (1992),
Institute of Formative Spirituality (Pittsburgh, USA 1994), автор более 50
опубликованных научных и научно-популярных работ, практикующий психотерапевт

* * *

По прочтении сего душеспасительного труда я испытал одновременно два чувства: радость и боль. Радость за то, что в нашей Церкви есть люди, с состраданием относящиеся к данной проблеме и глубоко пытающиеся ее изучить. Как человек, соприкасавшийся с наркотиками, могу сказать, что книга будет крайне полезна всем, кто имеет сей плачевный опыт, т.е. бывшим наркоманам, поскольку люди, вышедшие, что называется, сухими из воды, на этом самом выходе не имеют четких ориентиров, у них не сформировались еще новые ценности, и это может продолжаться несколько лет. Отец Евмений же указывает направление, а это очень важно, ибо может начаться движение вспять.

Что же касается грустных эмоций, — обидно до слез, что книга вышла так поздно, когда многих знакомых и друзей уже нет в живых.

Роман,
послушник Московского Ставропигиального
Свято-Данилова монастыря

Предисловие

Высоко достоинство человека. Смотри, каковы небо, земля, солнце и луна: и не в них благоволил упокоиться Господь, а только в человеке. Поэтому человек драгоценнее всех тварей, даже, осмелюсь сказать, не только видимых, но и невидимых.

Посему душа смысленная и благоразумная, обошедши все создания, нигде не находит себе упокоения, как только в Едином Господе. И Господь ни к кому не благоволит, как только к единому человеку.

Преп. Макарий Великий

Нет человека, который был бы, как остров, — сам по себе; каждый человек — часть суши, часть материка. Смерть каждого умаляет и меня, ибо я един со всем человечеством, а потому не спрашивай никогда, по ком звонит колокол: он звонит по тебе.

Джон Донн (1572-1631)

Каждый человек, живущий на этой планете, хочет он того или нет, связан с другими людьми. Ни один человек, рожденный на нашей планете, не может прожить изолировано, в одиночестве. Каждое явление, даже самое незначительное, оказывает влияние на окружающий мир.

Миллионы людей сегодня находятся в совершенно разрушенном состоянии духа, души и тела. Все ценности у них заменила одна-единственная страсть — наркотик. Их психика развернута только в сторону приобретения наркотического яда. В их душе — как будто выеденная кислотой зияющая рана. Эти люди являются частью нашего с вами мира, мира, в котором мы живем, дорогой читатель!

В науке известен эксперимент под названием «эффект бабочки». Выявил его Эдвард Лоренц, метеоролог Массачусетского технологического института.

«Лекция, которая в виде монографии называется «Может ли взмах крыльев бабочки в Бразилии вызвать торнадо в Техасе», стала результатом проведенных Лоренцом в 1961 г. исследований компьютерных моделей погодных явлений. Как-то раз он решил получить результаты для промежутка времени, в два раза большего, чем прежде, и чтобы не возиться вновь с указанием начальных данных, запустил программу с полпути, задав в качестве начальных условий результаты, полученные в предыдущих вычислениях. Вернувшись через некоторое время, он, к своему удивлению, обнаружил, что новые результаты, которые он ожидал получить, в общем, похожими на предыдущие, оказались разительно иными. Дело в том, что, набирая на компьютере исходные данные, Лоренц их для удобства округлил. Он ввел три цифры после запятой вместо шести, предполагая, что столь незначительные изменения не смогут вызвать серьезных последствий. Однако исправно проведенные компьютером вычисления показали, что в такой сложной системе, как погода, крошечное изначальное изменение после ввода в систему может быть усилено настолько, что через некоторое время получатся абсолютно неожиданные результаты. Прогнозы погоды на ближайшее время, как правило, оказываются достаточно точными; но по мере удаленности во времени степень их неопределенности экспотенциально растет». [1]

А теперь я предлагаю подумать об этом эксперименте в контексте захлестнувшей современное общество проблемы наркомании…

Мы строим свое будущее из тех мелких и, казалось бы, не имеющих особого значения решений, которые принимаем каждый день, но узнаем о степени их важности лишь позже, когда можно только вспоминать о них. Но у самых незначительных событий могут быть серьезнейшие последствия. В Священном Писании этот Богом установленный закон жизни выражен в словах «Что посеет человек, то и пожнет» (Гал. 6, 7).

Неизменно продолжает расти количество и скорость взаимодействий между людьми во все больших масштабах. Кроме родственных связей, взаимоотношений, определенной атмосферы, сегодня мы связаны глобальными информационными системами, наподобие телевидения и интернета.

В этих условиях становится особо очевидной значимость осознания каждым христианином, каждым пастырем того, что мы не можем оставаться в изоляции, не можем быть равнодушными к тем проблемам, которые охватывают наших с вами современников, живущих сегодня за пределами Церкви и обращающихся к ней, как к последней надежде, последнему прибежищу.

Предстоятель Русской Православной Церкви, Святейший Патриарх Алексий II, которому вверен Господом церковный корабль в наше непростое время, говоря о лежащей на современных пастырях великой ответственности, отметил:

«И Господом, и историей с нас будет нелицеприятно спрошено, насколько мы были внимательны ко всему, что происходило в быстро меняющемся мире, насколько мы были открыты к современной жизни. …Сегодня, когда вокруг нас разлилось море страдания, мы виноваты перед каждым страждущим в том, что не всегда согревали его теплом нашего сердца, не всегда жертвовали собой ради его блага. Любой человек грешен пред лицом Божиим. Но больше всего вины лежит на нас — архипастырях и пастырях, ибо мы несем на себе бремя грехов своей паствы, бремя осуждения за то, что не всегда были добрым примером для подражания. Не всегда достойно научали пасомых наших». [2]

В последние десятилетия в церковном обществе положено много усилий на то, чтобы восстановить нити духовной преемственности. Издано огромное количество духовной литературы прошлых веков. Именно на этом материале было построено мировоззрение воцерковившихся в последние годы людей.

И сегодня, как нам кажется, настало время задуматься над тем, каким образом будет осуществляться христианское душепопечение людей в XXI веке с его непростыми проблемами: спешкой, информационной перенасыщенностью, обрывочностью мышления, нарастающей взаимосвязанностью мировых процессов, непривычными для прошлых веков социальными проблемами, компьютерной зависимостью, бизнесом и целым рядом новых нравственных проблем, связанных с семьей и воспитанием, усилением влияния на общество знаний по психологии и психотерапии, новыми информационными технологиями, наркоманией. Все это требует дополнительного пастырского осмысления с позиций Священного Писания и Священного Предания нашей Церкви.

Одним из примеров подобного рода церковных документов нашего времени, освещающих взгляд Православной Церкви на большинство явлений современной жизни, являются принятые Освященным Архиерейским Собором 2000 года «Основы Социальной Концепции Русской Православной Церкви» [3]— канонически принятый и потому авторитетный свод воззрений Церкви на жизнь в современном обществе.

Разумеется, «Иисус Христос вчера и сегодня и во веки Тот же» (Евр. 13, 8). Неизменным остается учение Церкви, Символ веры, авторитет святых отцов. Но современная жизнь предлагает нам решить множество непростых вопросов. И здесь необходимо наше со-действие Господу, со-творчество, со-участие и, безусловно, живой опыт сердца, открытого на то, чтобы деятельно помогать ближнему, то есть тому, кто оказался рядом, любить его заповеданной Господом нашим любовью, принимать его, как брата или сестру.

Как уже было упомянуто, одной из наиболее проблемных областей современной жизни является поработившая значительную часть нашей молодежи наркотическая зависимость. В «Основах Социальной Концепции Русской Православной Церкви» сказано, что наркомания — страсть, которая еще в большей степени, чем алкоголизм «делает порабощенного ею человека крайне уязвимым к действию темных сил. С каждым годом этот недуг охватывает все больше людей, унося множество жизней. Наиболее подвержена наркомании молодежь, что представляет особую угрозу для общества. Корыстные интересы наркобизнеса также оказывают влияние на формирование — особенно в молодежных кругах — особой «наркотической» псевдокультуры. Незрелым людям навязываются стереотипы поведения, предлагающие употребление наркотиков в качестве «нормального» и даже непременного атрибута общения.

Основная причина бегства многих наших современников в царство алкогольных или наркотических иллюзий — это духовная опустошенность, потеря смысла жизни, размытость нравственных ориентиров. Наркомания и алкоголизм становятся проявлениями духовной болезни не только отдельного человека, но всего общества. Это расплата за идеологию потребительства, за бездуховность и утрату подлинных идеалов. С пастырским состраданием относясь к жертвам пьянства и наркомании, Церковь предлагает им духовную поддержку в преодолении порока. Не отрицая необходимости медицинской помощи на острых стадиях наркомании, Церковь уделяет особое внимание профилактике и реабилитации, наиболее эффективных при сознательном вовлечении страждущих в евхаристическую и общинную жизнь«. [4]

На эту тему в церковных изданиях последнего времени вышло несколько книг, одной из которых была моя работа «Луч надежды в наркотическом мире», в которой читателям было предложено описание наркомании и тех разрушительных действий, которые оказывает наркотик на душу и тело человека. Эта книга была написана не столько на основании научных трудов, сколько на непосредственном опыте работы с наркозависимыми, т.е. она о живых людях и для живых людей. Большое спасибо всем моим читателям, в особенности пастырям, отметившим искренность и доступность этой работы.

В процессе описания контекста проблемы я не старался «упаковать» жизненную реальность в привычные для воцерковленного человека благочестивые слова. Мне кажется, что подобных изданий, подгоняющих многогранность меняющегося мира под «правильные ответы» вышло уже немало. И поэтому в книге рассматриваемое явление описано таким, каковым мы можем его наблюдать в реальной жизни: что такое наркотик, какова природа наркотической зависимости, каковы причины ее возникновения.

Во второй книге этой серии «Батюшка, я — наркоман!», которую вы держите в руках, описаны родившиеся в процессе практической работы формы и методы помощи наркозависимым людям, даны практические рекомендации, основанные на непосредственном опыте. В написании этой книги автор руководствовался принципом: предлагать к практическому применению только то, что легко и просто освоить, что может быстро дать ощутимый результат, что проверено опытом и находится в гармонии с христианскими ценностями.

Эта книга отвечает на вопрос, как конкретно, пошагово пастырь может оказать практическую помощь наркоману. Хочется обратить Ваше внимание на одну очень важную деталь. Если мы знаем ответ на вопрос «Как конкретно помочь человеку, который стал наркотически зависим?», поиск причин вообще может не иметь никакого смысла. Найденный ответ на вопрос «Как?» позволяет, вообще не искать ответы на вопросы «Что?» и «Почему?», поскольку позволяет, не застревая в длительных и порой бесплодных поисках причин, сразу же искать пути выхода из создавшегося положения.

В третьей книге «Собранные во Имя Мое», которая готовится к выходу в свет, описаны несколько практических подходов, которые, несмотря на их различия, объединяют два принципа: полное восстановление личности невозможно без обретения живых и глубоких отношений с Господом иискренних, доверительных, глубоких отношений с другими людьми.

Повторяя слова из предисловия к предыдущей моей работе, еще раз напомню, что книги лучше изучить последовательно, однако каждая из них в отдельности несет в себе законченную авторскую идею. Если же читатель всерьез занимается помощью наркозависимым, лучше найти возможность приобрести все три, поскольку в первой изложен минимум теоретических знаний для работы с проблемой, вторая излагает практический опыт, личностно-ориентированный «алгоритм» работы, в третьей можно почерпнуть знания о создании структуры по оказанию такой помощи на основе уже работающих и хорошо зарекомендовавших себя подходов.

Заранее благодарен всем, кто найдет повод не согласиться с тем, что написано в моих книгах. Подумайте, как можно об этом же сказать иначе и напишите мне. Может быть, благодаря этому совместному труду, родится второе издание.

В книге, которую Вы держите в руках, нет безошибочно точных ответов. Здесь изложен, по преимуществу, опыт, которым можно или воспользоваться, или не воспользоваться. Насколько каждое из предлагаемых в книге упражнений результативно, насколько оно помогает обрести человеку свой путь к выздоровлению, вы сможете убедиться только на практике. Пусть каждый читающий возьмет только то, что подходит лично ему, попробует предлагаемое в конкретной ситуации и сам для себя оценит результат.

Если же вам пока не хочется впустить в свой мир боль людей, погибающих в наркотическом аду, если нет желания деятельно отреагировать на эту боль, тогда пока отложите эту книгу. Я не сомневаюсь, что если книга попала к вам, то вы — человек искренний, честный и неравнодушный, со временем вам эта книга может пригодиться.

Если же вы уже заинтересовались, то — в путь.

Благодарности

Просматривая уже готовые к изданию страницы, я понял, что книга в значительной мере вышла за рамки темы, заявленной в ее названии. За это время на моем жизненном пути встретилось множество замечательных людей, которые просто и искренне делились со мной своими знаниями, своим опытом, навыками и просто дружеской поддержкой. Я учился понимать других людей, а главное — учиться понимать себя, восполняя в свете реальных жизненных ситуаций свой христианский и пастырский опыт.

Прежде всего я благодарен Господу нашему Иисусу Христу, заботливым попечением Которого в нужное время в моих руках оказывались необходимые книги, видео- и аудиокассеты, а на моем жизненном пути — огромное количество замечательных людей.

Хочется выразить благодарность всем тем, кто был со мною и поддерживал меня в течение двух лет работы над этими книгами.

Низкий поклон моим родителям Михаилу Михайловичу и Лине Васильевне. Все, что мне удается сделать качественно и с любовью, несет на себе свет и тепло их участия, поддержки и благословения.

Мой низкий поклон митрополиту Антонию Сурожскому, чей добрый, любящий, понимающий пастырский стиль лег в основу предлагаемого в этой книге подхода.

Я также благодарен священнику Владимиру Лапшину, священнику Евгению Генингу, игумену Варфоломею (Коновалову), иеромонаху Ионе (Займовскому), за добрую пастырскую поддержку моей работы по адаптации знаний практической психологии к делу пастырского душепопечения.

Я особенно благодарен Андрею Плигину, Александру Герасимову, Заметаловой Галине, Скуминой Ирине научившим меня оказывать человеку практическую помощь в поиске себя, своего места в жизни, своего предназначения, чуткому и бережному отношению к внутреннему миру человека.

Отдельная благодарность Бойко Василию Вадимовичу за финансовое содействие изданию этой книги.

Хочется особо отметить психологов Константина Королева, Сергея Ковалева, Александра Данилина, Юрия Захарова. Их идеи, изложенные в их книгах, на видео и в аудиозаписях, помогли отточить различные грани моей работы, расширили понимание не только наркомании, но и обогатили взгляд на многогранность и неоднозначность мира, в котором мы живем.

Благодарю также Виктора Кротова, Стаса Уколова, Виктора Коломийца и других авторов, метафоры и притчи которых помогли проиллюстрировать страницы моей книги.

Невозможно не упомянуть Дубровина Артура, Горохова Сергея и Иванова Владика, мужественных ребят, освободившихся с Божьей помощью от власти наркотика. Их поддержка и творческое участие в виде небольших вставок и замечаний, с которыми вы будете встречаться на страницах этой книги, во многом придали ей определенную завершенность.

Особой благодарностью хочется отметить литературного редактора нашего издательства Гаврилюк Александру, оказавшую неоценимую помощь в наборе, систематизации текста, а также Тенькова Владимира и Низову Галину, принявших участие в окончательном редактировании книги.

С чего начать?

Для всех я сделался всем,
чтобы спасти хотя бы некоторых.

1 Кор. 9, 29.

С чего пастырю начать свою работу, если он уже открыт откликнуться и помочь больному наркоманией человеку, когда тот постучится в его дверь? Очень простой ответ: с себя. Может быть, вступая на стезю пастырства, полезно заранее задать себе несколько вопросов:

— Верит ли сам священник в то, что он призван быть пастырем, призван помогать людям, окормлять их, совершать для них свое священническое служение?

— Насколько глубоко он осознает свое пастырское призвание?

— Что такое пастырское призвание для него? Как сам служитель Церкви понимает, в чем, собственно, состоит его пастырство?

— Насколько сам священник умеет понимать человека, замечать его, уважать его, относиться к каждому обратившемуся как к лично порученному ему Господом?

— Насколько он обладает умением расположить к себе собеседника, построить с ним доверительные отношения?

— Убежден ли он в безусловной ценности, уникальности и нетленной красоте каждой человеческой души?

Преподобный Макарий Великий пишет: «Нет иной такой близости и взаимности, какая есть у души с Богом и у Бога с душою. Бог сотворил разные твари; сотворил небо и землю, луну, солнце, воды, древа плодоносные, всякие роды животных, но ни в одной их сих тварей не почивает Господь. Всякая тварь во власти Его, однакож не утвердил Он в них престолы, не установил с ними общения, благоволил же о едином человеке, с ним вступил в общение и в нем почивает. Видишь ли в этом сродство Бога с человеком, человека с Богом?». [5]

— Имеет ли пастырь именно такой взгляд на ценность каждой человеческой души?

Ведь наркоман — это человек, который утратил осознание Богозданной красоты собственной души, и при первом знакомстве, возможно, не возникнет мысли о наличии в его душе этой красоты. Пастырская помощь наркоманам — это помощь в том, чтобы разглядеть, отреставрировать и вернуть человеку прекрасный образ Божий, сокрытый за археологическими слоями греховности.

Хочется обратить внимание на то, что задача — помочь именно этому: освобождению образа Божия в человеке, в любом прихожанине (в частности, в наркомане), который, возможно, завален греховным сором, и освобождению его из-под этой груды. Именно священник призван сориентировать человека в движении к цели, помочь человеку обрести ответ на вопрос: «Ради чего стоит оставить грех?»

Как только человек сумеет разглядеть в себе эту глубину и эту красоту, свое Богоподобие, все остальные пристрастия, интересы, ложные ценности постепенно отпадут сами по себе.

— Готов ли пастырь потрудиться над тем, чтобы, если Христос ему поручит, оказать наркоману деятельную помощь на духовном, душевном и телесном уровне?

На уровне духовном, конечно же, благой проповедью Христа, Его Царства, Его Воскресения, жизнью в Нем и ради Него.

На уровне душевном помощью в организации и обретении контроля над своими чувствами и эмоциями, обучением получать полноту радости от священного дара жизни без наркотического яда, согласования своей эмоциональной, душевной и эстетической жизни со своими ценностями, со своими представлениями о смысле жизни и осознанием собственного предназначения.

На уровне телесном давайте поможем им просто в том конкретном случае, когда они придут к нам, примем их под свой кров, накормим ужином, найдем для них добрые, сердечные слова. Святой Апостол Иаков обращается к нам со словами: «Что пользы, братия мои, если кто говорит, что он имеет веру, а дел не имеет? Может ли эта вера спасти его? Если брат или сестра наги и не имеют дневного пропитания, а кто-нибудь из вас скажет им: «идите с миром, грейтесь и питайтесь», но не даст им потребного для тела: что пользы? Так и вера, если не имеет дел, мертва сама по себе» (Иак.2:10-17).

— Осознает ли пастырь свою меру ответственности за качественный результат того, что он делает?

— Готов ли он учиться у тех, кто имеет эти знания и навыки?

Над этими вопросами стоит подумать прежде всего.

Святой Апостол Павел уподобляет жизнь церковного организма жизнедеятельности человеческого тела:«Так мы, многие, составляем одно тело во Христе, а порознь один для другого члены» (Рим., 12, 5). Если различные части организма функционируют нормально, человек чувствует себя хорошо, и наоборот:«страдает ли один член, страдают с ним все члены; славится ли один член, с ним радуются все члены»(1Кор. 12, 26). Ощущение общего благополучия испытывается не сердцем, не легкими, не рукой, его невозможно найти ни в одной из частей тела в отдельности. Это такое чувство, которое испытывает целостный организм.

Любящее сердце пастыря резонирует с болью мира, в котором он живет. Оно не может успокоиться и закрыться в своем маленьком духовно благоустроенном мире в то время, когда вокруг столько нуждающихся в утешении и добром слове людей, когда множество современников ежегодно погибает от наркомании и уже сегодня стучится в двери храмов и монастырей с просьбой о помощи.

Иногда приходится встречаться с мнением, что главная задача священника — это совершение Таинств, правильное и добросовестное исполнение чинопоследования. По словам некоторых пастырей, «если кого-то призовет Бог, то этот человек придет в храм, а если не призовет — то разные «беседы» совершенно бессмысленны. И вообще,— никого невозможно привести к Богу, если Сам Бог не призовет к Себе».

Безусловно, под такие рассуждения можно подвести определенную теоретическую базу, насобирав для фундамента различных цитат… но в них, к сожалению, не слышно осознания пастырской ответственности за несение слова Божия, за попечение о пастве, вверенной Христом, которая возлагается на пастыря в момент хиротонии. Ведь «Вера от слышания, а слышание от слова Божия. Как призывать Того, в Кого не уверовали? как веровать в Того, о Ком не слыхали? как слышать без Проповедующего?»(Рим. 10, 14-17). [6]

Пастырь — это прежде всего свидетель, благовестник, возвеститель и словом и самим образом своей жизни радостной и благой вести Христовой. Ни одно чинопоследование, ни одно Таинство невозможно совершить с полнотой духовной радости, если священнику безразличны конкретные люди, относительно которых и ради которых совершается это Таинство, если в пастырском сердце не происходят со-радование и со-переживание их радостям и их горестям.

Каждый человек в этом мире ищет любви и стремится к ней. Наркоманы — это люди, которым в реальной жизни не хватило любви. Не получив и не заметив любовь, они пытались ее отсутствие восполнить с помощью наркотиков. И поэтому, одним из важных моментов в работе пастыря с наркоманами является научение их любви, раскрытие в них способности отдавать и принимать любовь.

Начало настоящей любви — это просто принятие человека. Принятие полное и безусловное. Образ такого принятия явил нам наш Господь в Своей земной жизни. Он радовался каждому приходившему к Нему человеку. Многочисленные святые, последовавшие по жизни за Ним, также явили нам образ такого принятия.

Когда мы любим, у нас не возникает желания «поучать» и «исправлять», но только делиться и понимать. Мы смотрим на других, как на спутников, идущих с нами по пути к Богу, порученных нам Его святым попечением. Истинный пастырь, ученик Христа, понимает: как бы сильно ни стремился человек к мирским удовольствиям, как бы он ни погрязал в самолюбии и эгоизме, он ищет любви и единения с другими, его душа тоскует о Боге, Которого еще не знает.

«Любовь Христова, как Божественная сила, как дар Духа Святого, Единого, действующего во всех, онтологически связует воедино; — пишет архимандрит Софроний (Сахаров), — любовь усвояет жизнь любимого. Любящий Бога — включает в свое ипостасное бытие жизнь брата; любящий весь мир, духом объемлет весь мир». [7]

Моим недавним открытием было перечитывание Священного Писания Нового Завета с позиций любви. Благодаря такому восприятию умом и сердцем совершенной и удивительной любви Божией к человеку, раскрывшейся нам в Личности Господа нашего Иисуса Христа, становится возможным более глубокое понимание слова Божия, понимание того, Кто такой Господь, насколько каждый из нас драгоценен в Его очах.

«Христианство утверждает, что Бог есть Любовь и всегда желает в той мере, в какой человеческая свобода позволяет Богу действовать, осуществлять эту Любовь. Единственным препятствием в осуществлении этой Любви является Богоподобная свобода человека. Свобода воли — это есть то ненарушимое, неприкосновенное, чего Бог никогда не касается. Своим Промыслом Он только создает условия, при которых наилучшим образом, т.е. наиболее отчетливо и ясно может осуществляться человеческая свобода в выборе добра или зла. С этой точки зрения вполне понятен тот великий смысл человеческой жизни, о котором очень многие задумываются. Каков же этот смысл? Смысл в том, чтобы человек, как существо разумное, как существо чувствующее, как существо, осознающее в себе действие нравственного закона, добровольно, свободно избрало себе путь жизни и ее цель: добро или зло.

В этом совершенно свободном выборе мы видим еще одно удивительное свойство человека. Все действия Бога оставляют в неприкосновенности нашу свободу. Все Его действия являются действиями любви, но эти действия соотносятся с духовным состоянием каждого человека, каждого общества, каждого народа. Подобно тому, как для больного туберкулезом и для больного острым аппендицитом назначаются самые различные рецепты, действие Любви Божией может носить совершенно различный характер». [8]

Ребенок может допускать очень плохие поступки, но, тем не менее, родители его всегда любят. Господь — Он ведь Отец всем нам! Именно Его Любовь, проявляемая через любовь пастыря, является той целительной силой, которая способна вернуть полноту жизни и радости даже самому тяжелобольному человеку.

Каждый из нас остается маленьким ребенком до тех пор, пока он недополучил любовь и не раскрылся в этом великом даре.

Обучить дарить любовь и принимать любовь — одна из главных задач пастыря в наши дни.

«Высшей ценностью человеческой жизни является любовь. Тема любви имеет чрезвычайно важное значение в жизни молодых людей. Однако современному человеку навязывается такое понимание любви, которое к этому чувству никакого отношения не имеет. Сегодня именно Церковь способна и обязана учить молодых людей тому, что любить — значит отдавать себя другому человеку. Вне взаимного принесения себя в дар другому любви нет. А что такое отдавать? Это ведь всегда жертвовать.

Вообще хороший человек — это тот, кто отдает. Вы пришли в кабинет к начальнику. Он предложил вам сесть, он выслушал вас и поговорил с вами. То есть он отдал вам свое время. И потом что-то сделает для вас, снова будет отдавать время, энергию, внимание. Для каждого очевидно, что речь идет о хорошем начальнике. Соответственно, плохим начальником будет тот, кто вас не принял, а если принял, то не стал слушать и ничего не сделал, не захотел отдать себя вам.

Мы должны помочь молодым людям понять, что любовь и доброта — то, что напрямую связано с образом жизни. Подготовить людей к счастливой семейной жизни — значит подготовить к жизни вообще. Кроме того, это означает сделать счастливым следующее поколение людей, которые вырастут в религиозных семьях, окормляемых Церковью. Но ради счастья людей и полноты их бытия Церковь и работает, потому что начавшееся на земле подлинное человеческое счастье не обрывается за гробом. Оно уходит в вечность. И становится жизнью в Царстве Божием». [9]

Задача пастыря научить человека созидательно работать над собой, дать окормляемому почувствовать, что каково бы ни было его прошлое, жизнь продолжается.

Иногда приходится слышать о том, что наркомания не касается тех, кто воцерковились и ходят в храм, а нераскаянные грешники справедливо страдают за свои грехи. Не так рассуждают об этом духовно умудренные люди. Архимандрит Софроний (Сахаров) говорит по этому поводу: «Людям обычно свойственно юридическое понимание справедливости. Возложение на кого-нибудь ответственности за вину другого они отвергают, как неправду. В их юридическом сознании это не укладывается. Но иное говорит дух Любви Христовой. По духу этой Любви разделение ответственности за вину того, кого любим, и даже несение всей полноты ее, не только не чуждо, но и до конца естественно. Больше того, в этом несении чужой вины выявляется подлинность любви и достигается ее самосознание. Если от любви пользоваться только ее услаждающей стороною, то где разумность? Но когда привходит свободное принятие на себя вины и трудов любимого, тогда любовь достигает своего всестороннего совершенства». [10]

Еще одной задачей пастыря является помощь оступившемуся человеку в поисках его смысла жизни.

Вот что говорит о раскрываемом христианством смысле жизни преподаватель Московской Духовной Академии профессор А. И. Осипов: «Когда мы говорим о смысле жизни, мы говорим прежде всего о христианстве, и, по-видимому, лучше всего определить его как несказуемую, неизреченную красоту, которой становится сам человек и которую каждый человек переживает лично в самом себе, в общении с другими, в общении с Самим Богом. Христианский идеал именуется как обожение, «теозис» по-гречески. Сам Бог есть Неизреченная Красота. Т.е. если попытаться образно и описательно говорить о смысле жизни, предлагаемом христианством, то окажется, что это есть ни что иное, как достижение видения, созерцания этой неизреченной красоты. Само созерцание красоты уже наполняет душу величайшим благом». [11]

Красной нитью этой книги будет проходить осознание важности навыка пастыря увидеть в каждом человеке эту нетленную красоту. Здесь уместно вспомнить вопрос, обращенный к известному скульптору Микеланджело. Однажды его спросили:

— Как тебе удается создавать такие удивительные скульптуры?

Он ответил:

— Я не делаю ничего особенного, всего лишь освобождаю скульптуру из-под груды ненужного камня.

В подобном подходе нам видится идея пастырского душепопечения. Пастырь — это тот, кто в греховной глыбе способен увидеть нетленную красоту Божьего образа и содействовать раскрытию и освобождению этой красоты.

Еще одним замечательным образом пастырского делания является отводимая священнику в чинопоследовании Таинства Покаяния роль свидетеля. Почему в человеческом покаянии перед Богом необходим свидетель? Митрополит Антоний Сурожский так отвечает на этот вопрос:

«У слова «свидетель», по крайней мере, три значения. Представьте себе: вы идете по улице и вдруг видите драку. Подходит полиция и спрашивает: «Что вы видели?» Вам совершенно все равно, кто прав, кто виноват, вы просто говорите полицейскому, что видели. Вы не защищаете одного, не клеймите другого, вы только описываете, что видели ваши глаза или слышали ваши уши.

Есть другое состояние свидетеля — на суде свидетель за подсудимого или против него: он сделал выбор.

Но есть свидетель и совершенно иного рода — это самый близкий нам человек, которого мы приглашаем быть свидетелем на нашем браке, свидетелем при самых таинственных случаях нашей жизни, свидетель, которого мы хотим иметь с собой, когда самое дивное и самое страшное совершается с нами. Вот таковым является священник. Он — как друг жениха, который приводит жениха к невесте или невесту к жениху. Он — друг Жениха в том смысле, что присутствует на тайне встречи Бога и кающегося человека. Это самое дивное, что можно себе представить. Бог его приглашает присутствовать при этой глубинной встрече, при этом браке живой души с Живым Богом. И с каким же чувством должен стоять священник! Как он должен понимать, что он только свидетель, — не в том смысле, что он сторонний человек, которому дано видеть что-то, но что он приглашен участвовать в этой тайне брачной вечери… И раз так, то он должен понимать, что встреча происходит между Спасителем и кающимся, что сам он — друг Жениха, приводит кающегося, как невесту, и стоит в изумлении, в благоговении перед этой тайной. Если бы самый неопытный священник так относился к исповеди, то он был бы уже тайносовершителем…

И надо всегда в этом отношении искать смирения. Не в том смысле, что — «ах, я ничто, я недостоин»… Это все слова; а смирение заключается в том, чтобы смотреть на то, что совершается между Богом и человеком, и понимать, что ты тут ни при чем, что ты не можешь этого создать, что ты не можешь этого сделать и что тебе только дано в трепете, в ужасе, в благоговении присутствовать при этом чуде. Вот здесь начинается, только начинается смирение священника.

И вот если священник в себе воспитывает по отношению не только к Богу, но и к каждому человеку, который приходит к нему, такое состояние, то он может стать духовником». [12]

Только при таком отношении к человеку пастырь может помочь ему начать движение в направлении обретения смысла собственного бытия. Со временем окормляемый человек согласится принять на себя ответственность за собственную жизнь перед Богом. Именно в обретении ответственности нам видится основание для поиска смысла человеческого существования.

Вряд ли на вопрос о смысле жизни конкретного человека можно дать обобщенный ответ. Жизненный путь одного человека отличается от жизненного пути другого. Следовательно, важен не смысл жизни в общем, но скорее специфический смысл жизни конкретного человека. Каждый человек, родившийся на этой земле, имеет собственное призвание. Каждый имеет свою задачу, которую в течение жизни необходимо решить, и эта задача уникальна. Любое слепое копирование, любое следование чужим, а не самим человеком избранным идеалам, смыслам и правилам, лишь уводит человека от осознания собственного предназначения, шаблонизируют и обедняют жизнь, уводя от жизни с избытком (Ин. 10, 10), которую принес на землю Сын Божий.

Почему пастырю полезно быть знакомым с психологией и психотерапией?

Предыстория вопроса

Если бы в программы духовных учебных заведений, как средних, так и высших, всегда включалась Психология, то кандидаты в священство могли бы знакомиться и с новыми руководствами по нравственной психологии, приспособляя то, что найдут в западных руководствах, к нуждам и условиям православного пастырствования.

Архимандрит Киприан Керн

Поскольку одной из насущнейших задач сегодня является поиск работающих способов окормления наркозависимых и именно этому посвящена предлагаемая читателю книга, то наша, пастырская, ответственность состоит в том, чтобы решать эти задачи с верой и упованием на помощь Божию, с максимальной самоотдачей и профессионализмом, не гнушаясь изучения непознанного, обретения практических навыков в том, чего мы еще не умеем. Фундаментальное убеждение, необходимое пастырю, если он согласился на подобный, не совсем обычный труд — это доверие Богу и Его Промыслу относительно того, что знания, книги, встречи с людьми, — все это ниспосылается Христом для нашего научения, как бережные подсказки Небесного Отца на нашем жизненном пути.

Имеем ли мы основание для изучения и практического использования знаний по психологии и психотерапии в Священном Предании? О значении знания психологии для пастыря замечательно говорил святитель Феофан Затворник, называя христианскую психологию «самым пригодным пособием для начертания христианского нравоучения». [13]

Факт положительного эффекта психотерапии утверждал святитель Лука, архиепископ Крымский:«Психотерапия, состоящая в словесном, вернее духовном воздействии врача на больного, — общепризнанный, часто дающий прекрасные результаты метод лечения многих болезней». [14]

К сожалению, «понятие психотерапии нередко отождествляется многими верующими и священнослужителями с оккультизмом или, во всяком случае, с делом заведомо безбожным — порождением чисто атеистического ума, — пишет православный психолог Валерий Ильин, — Единственным источником и причиной душевной болезни нередко называется грех. Часто упоминается в этой связи также «духовная пустота», недостаточная воцерковленность и т.п. Классические психотерапевтические школы упрекаются в безбожии и непременном поощрении и потворстве греховным наклонностям личности».

Камнем преткновения для многих христиан является вопрос о возможности использования нецерковных знаний для целей христианского благочестия. Противоречит ли подобное церковной традиции или же сочетаемо с ней?

В ответ на предубежденность в вопросе изучения и использования пастырем «мирских» знаний, приведу довольно определенные слова святителя Григория Богослова:

«Я думаю, что всякий, имеющий ум, признает ученость первым для нас благом. И не только эту благороднейшую нашу ученость, которая, ставя ни во что изысканность и пышность в слове, имеет своим предметом одно спасение и красоту умосозерцаемого, но и ученость внешнюю, которой многие христиане по невежеству, гнушаются как ненадежной, опасной и удаляющей от Бога…

В науках мы восприняли исследовательскую и умозрительную сторону, но отвергли все то, что ведет к демонам, к заблуждению и в бездну погибели; мы извлекли из них полезное для благочестия, чрез худшее научившись лучшему и переделав их немощь в твердость нашего учения. Поэтому не должно унижать ученость, как некоторые делают, но нужно признать глупыми и необразованными тех, кто, придерживаясь такого мнения, желал бы, чтобы все были подобны им, чтобы в общей массе была незаметна их собственная глупость и чтобы избежать обличения в невежестве». [15]

Отрицающим значение для пастыря необходимости изучения психологических знаний на основании их«неправославного происхождения», интересно будет узнать о том, как непросто складывалось в церковном обществе первых веков христианства отношение к философии, также имевшей нецерковные корни.

Мудрость святителя Григория вложила в значение слова «философ» качественно новый смысл. Философ, по его словам, призван великим Промыслом Божиим, который подает предызбранным руку помощи. Святитель Григорий первый дерзнул утверждать, что античное философское наследие вполне сочетается с христианским благочестием. Соединение понятийного аппарата античной (языческой!) мудрости и благочестивого образа жизни, философского поиска и богословского откровения, разума и веры, философии и христианства — основная тема его 25 Слова.

Философ, по его словам, «любитель мудрости», а о себе он пишет, что он — «служитель мудрости». Христианскую философию он характеризует как правую веру, совмещенную с созерцанием и деятельностью на пользу ближним.

Все то, что в философском наследии противоречит христианскому образу жизни, святитель Григорий предлагает отвергнуть и сохранить то, что ему не противоречит, но помогает осмыслить и уяснить, дабы служить пользе ближних, воспитанных на теориях и схемах античной философии. По мысли святителя Григория, наличие в мире лже-философов ничуть не искажает ценности философии, которая есть, по его словам, самый прямой путь к Богу.

Исследователь творческого наследия святителя Григория епископ Иларион (Алфеев) отмечает, что в своих произведениях святитель пользуется двумя источниками — античным философским наследием и новозаветным благовестием.

Без сомнения, у святителя Григория были оппоненты. Чего стоило его заявление о том, что философ достоин предстоять у Престола Божия наряду со священником!

Преп. Дионисий Ареопагит, церковный писатель на рубеже V-VI веков, автор знаменитого трактата «О Небесной Иерархии», целиком заимствовал свою систему за пределами Церкви, у платонических и неоплатонических философов, совершенно секулярных в своем подходе, которые не были людьми верующими. Но Дионисий обнаружил в мыслях этих философов то, что помогло ему понять христианскую веру и добавил к этой схеме, то, что было для него Откровением Бога. Комментаторы Дионисия Иоанн Скифопольский и Максим Исповедник, в свою очередь, внесли определенные коррективы в систему Дионисия, истолковав ее так, чтобы она была вполне православной. И в конце концов Дионисий и его учение об ангельской иерархии были включены в богословские системы Восточной Православной Церкви.

По словам епископа Василия (Осборна), «христианская община постоянно использует «секулярную» мысль для того, чтобы выразить свою истину. Отцы Церкви всегда прибегали к помощи мыслителей, принадлежащих современной им культуре, чтобы найти слова для создания «общего логоса». И поскольку богословская традиция содержит «единое на потребу» в форме непосредственного познания Бога во Христе, она может использовать любые лингвистические и философские средства, которые ей нужны для передачи своих истин… Разве не то же самое делал отец Павел Флоренский по отношению к Бертнану Расселу в его «Столпе и утверждении истины» или славянофилы, использовавшие Гегеля и Шеллинга для выражения собственных интуиций в современном контексте?». [16]

Еще несколько святоотеческих цитат на эту же тему:

«Некоторые, — которые считают себя умными людьми, думают, что хорошо не касаться ни философии, ни диалектики и не заниматься изучением природы. Они требуют веру, чистую и простую, как будто они хотят, нисколько не заботясь о винограднике, собирать с самого начала гроздья винограда». [17]

«Что мы видим в природе, тому же учит Писание. И природа, и Писание, если правильно будем вникать, показывают одно и то же. Кажущиеся противоречия между ними наступают тогда, когда мы неправильно читаем либо Великую Книгу Природы, либо Библию, либо обе вместе». [18]

«Как должен держать себя христианин в отношении к внешней мудрости, или к научному образованию? Из предметов сей мудрости избирай нужнейшее по твоему состоянию, то особенно, к чему чувствуешь себя привязанным, равно как и то, в чем преимущественно належит нужда братиям твоим, христианам. А в образе исследования старайся начала каждой изучаемой тобой науки осветить светом небесной мудрости, или даже внесть их туда из сей области. Вообще нисколько непротивно расширять круг своих познаний о вещах по наблюдениям и соображениям ума. Должно только чтобы это делалось, когда уже обладается мудрость истинная. Ибо сия, как вечная, небесная и Божественная, должна быть начальственною, а та, как гожая только на время, должна быть подчиненною». [19]

Опора на святоотеческую мысль, творческую стратегию, имевшую место в Церковном Предании, является основой создания Пастырской Психологии и Психотерапии как нового направления в рамках Пастырского Богословия, дисциплины, возникшей лишь в середине XIXвека, призванного вернуть понятиям «психология» и «психотерапия» их первоначальный смысл, поставив, таким образом, науки, имевшие нецерковные корни, на службу христианскому благочестию.

Одним из первых ученых пастырей последнего времени, серьезно поставившим вопрос о необходимости изучения пастырем основ психологических знаний, был архимандрит Киприан (Керн). Вот что он пишет о значении знания пастырем основ психиатрии:

«Пастырской психиатрии… [20] не должно быть усвояемо значение, равное аскетике, так как их области, хотя и являются смежными, но одна другую не исключающими, потому что психиатрия не вмешивается в область, подведомственную чистому богословию. Она ищет в тех сферах, где аскетика не имеет прямого применения. Психиатрия в руках пастыря является вспомогательным средством для обнаружения не греха, а патологических явлений, связанных с заболеваниями психиатрическими, т.е. душевными, а не духовными.

Если допустимо и вполне разумно говорить о психиатрических вспомогательных средствах для действий пастыря, или иными словами ставить ударение на пастырской психиатрии, то позволительно поставить вопрос о принципиальной допустимости психиатрии, как таковой, или что то же, поставить ударение на пастырской психиатрии. Это значит: можно ли вообще с богословской, пастырской, духовной, традиционно-церковной точки зрения допускать психиатрию туда, где, казалось бы, следует говорить только о духовном, а не медицинском. Иными словами, с каким правом медицинская дисциплина будет допускаема не только в образ действия пастыря, но и вообще в область духовной жизни.

Если мы согласились с тем, что пастырская психиатрия не должна вмешиваться в область аскетики, то не следует ли вообще исключить всякое право вмешательства медицинской науки при наличии тех или иных сложных душевных явлений? Другими словами, не должен ли пастырь считать, что этих сложных явлений с точки зрения Церкви вообще и не существует? Не является ли какое бы то ни было сложное душевное явление, те «загадки души» или «глубины души» просто-напросто состоянием греховным? Не следует ли все вообще, что творится в душе человеческой, отнести к области аскетики? Не являются ли все упомянутые неврастении, фобии, маниакальные состояния и пр. только грехом?

Ум, стремящийся все упростить и исключить все проблемы, конечно, так и поступает. Ответ в таком случае напрашивается сам собою: все это только грех, Святые отцы-аскеты никаких психоанализов не знали, лечили не какие-то там «глубины души», а самый грех; боролись со злом, а не с «загадками души». При такой постановке вопроса самое слово «психиатрия», а тем более «пастырская психиатрия» является посягательством на завещанное отцами-аскетами православное понимание греха и борьбы с ним. Вопрос сводится в таком случае к одной только упрощенной этической оценке всего того, что человек таит в себе.

В самом деле, не проще ли все это рассматривать как одно только последствие первородного греха, как признак нашей общей греховности и склонности ко греху? В самой своей сущности все, что происходит в человеке, является последствием его ограниченности и смертности. Смертность, т.е. и болезненность в том числе, есть последствие Адамова падения, так как в первородном грехе человек утратил свое прежнее райское состояние. Душевные аномалии (фобии, мании, неврастении, истерии и под.) восходят к одной общей причине — к первородному греху. Но спросим себя, ограничивается ли дело одними только душевными аномалиями и болезнями? Не суть ли и прочие болезни и общая склонность к болезням, сама болезненность человека — последствие того же Адамова греха? В совершенном, райском состоянии вряд ли человек был бы жертвою эпидемий, туберкулеза и суставного ревматизма. Но все эти патологические случаи суть факты, а не одна только игра болезненного воображения и так называемой мнительности. Можно ли в таком случае, с точки зрения православной аскетики и верности церковному преданию, лечить эти болезни? Допускает ли тогда православная аскетика медицину? Не есть ли вся лекарская премудрость от лукавого?

Ответ напрашивается сам собою. Вряд ли кому из людей здравомыслящих придет в голову запретить с точки зрения православности пользоваться советами врачей. Пусть первородный грех повлек за собой смертность, т.е. болезненность. Следует ли из этого, что мать должна равнодушно давать своему ребенку страдать и, может быть, умереть от коклюша или дифтерита? Обязана ли жена или сестра милосердия оставлять сыпнотифозного или раненого человека стать жертвою эпидемии или заражения крови? Можно идти дальше и создавать себе «проблемы совести» из необходимости вырвать зуб или удалить воспаленный отросток слепой кишки.

Если «болезни вообще» могут и должны быть лечимы, и в этом нет греха, то болезни особые, недуги душевные не должны были бы быть исключением из этого правила. В противном случае Православие должно противиться всякой психиатрии, а не только пастырской, а церковная власть должна стремиться к закрытию больниц для душевнобольных.

Вопрос ставится еще и так: есть ли болезнь зло? В том, что она есть последствие первородного зла, в этом сомнений нет, но есть ли сама по себе болезнь зло, подлежащее только епитимии. Нужно ли неврастению лечить только одними аскетическими средствами? Стоит ли эта неврастения или маниакальное состояние на той же линии, что и сребролюбие или гордость?» [21]

В «Основах Социальной Концепции Русской Православной Церкви» замечательно показано мудрое и вдумчивое отношение Церкви к психическим заболеваниям и психотерапевтической помощи нуждающимся людям: «представляется одинаково неоправданным как сведение всех психических заболеваний к проявлениям одержимости, что влечет за собой необоснованное совершение чина изгнания злых духов, так и попытка лечения любых духовных расстройств исключительно клиническими методами. В области психотерапии оказывается наиболее плодотворным сочетание пастырской и врачебной помощи душевнобольным при надлежащем разграничении сфер компетенции врача и священника.

Психическое заболевание не умаляет достоинства человека. Церковь свидетельствует, что и душевнобольной является носителем образа Божия, оставаясь нашим собратом, нуждающимся в сострадании и помощи. Нравственно недопустимы психотерапевтические подходы, основанные на подавлении личности больного и унижении его достоинства. Оккультные методики воздействия на психику, иногда маскирующиеся под научную психотерапию, категорически неприемлемы для Православия. В особых случаях лечение душевнобольных по необходимости требует применения как изоляции, так и иных форм принуждения. Однако при выборе форм медицинского вмешательства следует исходить из принципа наименьшего ограничения свободы пациента». [22]

Именно в последнем убеждении, на полном уважении к Богом дарованной человеку свободе (см. Матф. 17, 26; Лук. 4, 18; Ин. 8, 36; Иак. 1, 25; 1Пет. 2, 16; Рим. 6, 22; 1Кор. 7, 22; Гал. 2, 4), построены основные принципы Пастырской Психологии и Психотерапии, с которыми вы сможете ознакомиться ниже.

Для того, чтобы будущие пастыри имели представления из области академической и практической психологии, в церковных кругах неоднократно ставился вопрос о преподавании этой дисциплины в учебных заведениях Русской Православной Церкви, о чем свидетельствуют мероприятия общецерковного уровня, на которых этот вопрос затрагивается ежегодно. [23]

Наше понимание Пастырской Психологии и Психотерапии

Пастырская Психология и Психотерапия — это совокупность практических навыков и подходов, направленных на помощь конкретному человеку, в основании которой лежат христианские ценности. Ценность практических навыков характеризуется не столько «теоретическим обоснованием», сколько тем, помогает ли это достигать результатов. Если «правильность» той или иной теории душепопечения не очевидна с точки зрения опыта, мы можем поставить вопрос: а в чем «полезность» конкретной теории, как практически это может помочь?

Теории и концепции требуют доказательств, подтверждения исследованиями и нуждаются в защите. Однако мы уверены, что ценность любой теории проверяется опытом. Те направления психологии, которые основаны на теориях, не очень подходят для работы с живыми людьми, которым нужна реальная помощь, а не «концептуальное обоснование» или «научная база» этой помощи. Образно выражаясь, голодному нужна конкретная пища, а не меню, в котором указано наименование блюд.

Предлагаемое в этой книге описание работы скорее похоже на карту незнакомой для большинства людей местности. Карта не представляет собой точной копии территории, но она помогает ориентироваться в пути. Пока вы не имеете своей карты, вы можете воспользоваться картой, которую составили те, кто прошел по этому маршруту до вас. Пройдя маршрут, вы можете составить свою, более точную или более подходящую для вас.

Иногда меня спрашивают: «Почему вы настаиваете именно на таком названии серии издаваемых Вами книг — «Пастырская Психология и Психотерапия»?»

Прежде всего, потому что таким замечательным классическим понятиям, как «психология» и «психотерапия» необходимо вернуть первоначальный смысл. [24] Кто, как не пастырь, служитель Неба на земле, прежде других призван быть душеведом (психологом) и душепопечителем (психотерапевтом)?

Не наша вина в том, что в ХХ веке психология и психотерапия развивались вне церковных стен. Но на нас, пастырях XXI века, лежит ответственность за преображение реалий нашего времени Светом Христовой Истины, за то, чтобы те полезные и нужные открытия, которые были сделаны этой наукой, были осмыслены и обогащены с точки зрения христианских ценностей.

Одной из задач Пастырской Психологии и Психотерапии является интеграция подходов практической психологии в контекст социального служения Русской Православной Церкви. Кроме того, психологически грамотный пастырь сможет успешно осуществлять христианскую миссию среди профессиональных психологов.

Пастырская Психология и Психотерапия — новая, развивающаяся область, а поэтому нам очень интересен опыт других православных пастырей, психологов и всех, кто несет какое-либо социальное служение в Церкви. Мы верим, что обмен идеями и опытом в этом направлении, объединение наших усилий, направленных на помощь всем, и верующим, и лишь приходящим к вере, будет способствовать улучшению духовной и психологической атмосферы общества, осуществлению спасительной миссии нашей Святой Церкви в современном мире. Сила совместной работы пастырей и практических психологов состоит во взаимообмене практическими знаниями и навыками, уважении ценностей и опыта друг друга, умению и желанию учиться друг у друга.

Базовые принципы, которыми мы руководствуемся в нашей работе, кратко изложены в этой книге. Мы предлагаем нашим читателям подумать над тем, какие из них применимы не только в работе с наркозависимыми, но и в других контекстах. Мы предполагаем, что изложение нашего опыта будет продолжено и дополнено в следующих книгах этой серии.

В определенных контекстах мы видим необходимым умение различать духовную и душевную стороны внутреннего мира человека. Ряд искажений религиозной жизни происходит от неправомочного смешения этих областей. Следует также отметить, что психологические навыки сами по себе не решают духовных задач, но могут помочь пастырю привести душу в определенную упорядоченность, что будет этапом на пути к здоровой и трезвенной духовной жизни.

В заключение этой главы хочется еще раз упомянуть о том, что в процессе пастырской помощи любовь — это основной способ постижения другого человеческого существа во всей глубине его личности. Невозможно полностью понять человека до тех пор, пока ты не возлюбил его. «Через любовь Христову все люди воспринимаются как неотъемлемая часть нашего личного вечного бытия. Заповедь — любить ближнего, как самого себя, — он начинает понимать не как этическую норму; а как онтологическую общность бытия.

Отец не судит никого, но весь суд дал Сыну… потому что Он Сын человеческий». Сей Сын человеческий, Великий Судья мира, — на Страшном Суде скажет, что «Единый от меньших сих» есть Он Сам; иными словами, — бытие каждого человека Он обобщает с Своим, включает в Свое личное бытие. Сын человеческий — все человечество, «всего Адама», воспринял в Себя и страдал за всего Адама. Апостол Павел говорит, что и мы должны иметь тот же образ мыслей и чувств, тот же строй жизни, что и во Христе (Фил. 2,5)» — пишет архимандрит Софроний (Сахаров). [25]

Именно любовь является той силой, благодаря которой становится возможным раскрытие всего потенциала человеческой личности во Христе Иисусе, Господе нашем.

Зелье, окутанное многовековой тайной

Наркотики использовались многие сотни лет, в разных уголках земли, с разными целями.

Так что же такое наркотик? Известно, что наркотики издревле использовались разными народами в ритуальных целях для «раскрытия» и «познания» своего внутреннего мира. Всегда ли употребление наркотиков было настолько распространенным и опасным, как в наши времена? Чаще всего традиции и правила использования растительных психотропных веществ в разных странах были очень строгими и предохраняли человека от опасности стать зависимым. И, если этими правилами пренебрегали, наркотики становились неуправляемым джином, вышедшим из таинственного сосуда, разрушавшим и тело, и душу. Читатель может спросить:

— Есть ли смысл рисковать, пытаясь контролировать прием наркотиков? Ради чего вообще они созданы?

Наверное, уже многим известно, что в некоторых ситуациях люди сознательно идут на применение наркотиков, из двух зол выбирая меньшее. Это те ситуации, когда наркотики используют в медицине для экстренного обезболивания: после операции, при ожогах, при инфарктах. Многие наркотики были созданы в результате поиска новых лекарственных средств.

До сих пор отношение к наркотикам остается неоднозначным. Тем более, что наркотики породили такое страшное явление, как наркомания.

Мир наркотиков многообразен. Это и растительные производные, это и огромное количество синтетических наркотиков. О них было подробно рассказано в книге «Луч надежды в наркотическом мире».

Итак, давайте поисследуем, каким образом химические вещества могут контролировать состояние организма человека. В обыденной жизни человеку свойственно испытывать колебания душевного и физического состояния. Это естественный процесс. Но человек стремится увеличить положительные ощущения. Некоторые же пытаются достичь положительного состояния, душевного подъема, используя психоактивные вещества. Самым распространенным из них является никотин. На первом этапе никотин изменяет состояние, изменяет тонус, и тем самым человек получает удовольствие. Но за это удовольствие он платит своим психическим и физическим здоровьем.

Следующая форма тоже распространена достаточно широко. Для поднятия тонуса, а еще в большей степени, для снятия стресса, человек использует алкоголь, вещество, которое сильно действует на мозг и тело человека. Употребляя алкоголь, человек получает положительные ощущения, которых не испытывает в обыденной жизни. Но, как и при употреблении никотина, за это опять же приходится платить здоровьем. Эти колебания примерно одинаковые, т.е. сколько человек получает, столько он и отдает.

Следующая группа психоактивных веществ — наркотики. Она не так распространена в повседневной жизни, как алкоголь и никотин. Но можно смело утверждать, что сегодня наркотики довольно успешно и решительно вытесняют и никотин, и алкоголь, спеша занять лидирующее место. В современном мире довольно значительная часть людей, экспериментируя со своим телом, пытается найти все новые и новые приятные ощущения.

Наркотики действуют иначе, чем алкоголь и никотин. На первом этапе положительные ощущения настолько высоки, что негативные проявления в это время не дают о себе знать. Поэтому многие не замечают, что начинают платить уже после второй и третьей инъекции. Основная расплата приходит позже. Положительные ощущения очень быстро совершенно проходят. Человек вынужден употреблять наркотики только для того, чтобы привести себя в норму.

Как же происходит формирование наркозависимости?

Доктор Александр Геннадьевич Данилин указывает на пять факторов, характеризующих личность психологически незрелого человека, который оказался в плену у наркотика:

1. До начала приема наркотика человек испытывал чувство бессмысленности и серости собственного существования. Именно это чувство мешает человеку прекратить прием наркотика впоследствии.

2. Начав прием наркотика, человек изменил себе. В поисках возможностей стать оригинальным и необычным, человек подменил свою индивидуальность зависимостью от наркотика.

3. Прием наркотика является попыткой “вернуться в детство”, остаться ребенком, не отвечать ни за что. Наркомания, таким образом, является следствием бегства от ответственности.

4. Наркоман — человек, который не умеет прилагать усилия к достижению собственных жизненных результатов, не умеет ждать. Наркомания — следствие иждивенческой психологии: возможно, человека никто не научил ставить жизненные цели, достигать результата, прилагать усилия к их достижению.

5. Наркоман постоянно врет сам себе. В процессе приема наркотиков человек потерял самого себя. Он уже не в состоянии отличить, где он — настоящий, а где — ложный.

Каким образом человек, употребляющий наркотик, становится наркоманом? Что происходит при первом употреблении наркотического вещества? Обо всем этом мы очень подробно рассказывали в нашей первой книге, поэтому остановимся на этом вопросе кратко.

Однократное употребление не всегда несет ожидаемый кайф, с первого раза ничего приятного может и не произойти. Естественно, за первой неудачной пробой идет вторая. После двух-трех инъекций возникают те самые, необычные, ощущения. [26] Именно с этого момента начинается формирование психологической зависимости. Человек, однажды испытавший наркотические переживания, чаще всего, стремится повторить их вновь и вновь.

Сначала он думает, что держит все под контролем и в любой момент может остановиться. Но именно на этом этапе, после трех-четырех инъекций, происходит формирование нового поведения, новых запросов. Наркотические переживания начинают входить в систему, и это толкает человека к дальнейшему употреблению. Затем, в поисках новых ощущений, человек становится искателем только наркотического кайфа. Все остальное для него начинает меркнуть. Тем самым, на протяжении нескольких месяцев происходят изменения не только в психике, но и во всем теле. В этот момент происходит переход от психической к физической зависимости. Но границы этого перехода размыты, в этом-то и заключается коварство наркотика. Стоит только в этот момент прекратить прием препарата, как организм сам начинает провоцировать боль. Человек уже осознает, к чему он пришел, но вынужден принимать наркотик для того, чтобы «прийти в норму». [27] Именно здесь начинается тот самый кошмар, который называетсянаркоманией.

Как человек приходит к такому финалу, какие изменения происходят в организме при приеме наркотиков, можно рассмотреть на примере опийных препаратов.

В нашем организме существуют вещества, которые отвечают за психоэмоциональные переживания. Это эндорфины. Они вырабатываются в подкорковых структурах головного мозга и оказывают воздействие на кору мозга, тем самым давая ощущения психоэмоционального комфорта. Воздействуя на тело, эндорфины дают эффект легкости, обезболивания.

При употреблении веществ опийной группы человек испытывает более сильные ощущения. А при систематическом употреблении наркотика организм перестает за ненадобностью вырабатывать собственные эндорфины. Поэтому, когда происходит прекращение употребления препарата, человек испытывает угнетенное состояние, так как нет доступа к наркотикам, а собственные эндорфины уже не вырабатываются. Человек испытывает дискомфорт, который в течение нескольких часов нарастает. Здесь уже начинаются неприятные ощущения в теле, которые называются «ломкой».

Ломка — это несколько видов боли: мышечная, суставная и костная. Боль является пусковым моментом: организм начинает вырабатывать собственные эндорфины. И если у человека хватит терпения переждать этот период, наступает процесс выздоровления. Но как только происходит повторное употребление наркотика, больной наркоманией становится все более и более зависимым от наркотика, потому что у него все меньше вырабатывается собственных эндорфинов. Этот механизм свойственен всем, какой бы силой воли или физическими данными ни обладал человек. Рано это произойдет или поздно, зависит от индивидуальных особенностей, но это неизбежно.

Правда из первых рук [28]

С полной уверенностью можно сказать, что те юноши и девушки, которым навсегда удалось вырваться из кошмара наркотических ломок после длительных и мучительных поисков дозы, после отчаяния и безысходности, дорогой ценой получили прививку против зла. Они теперь имеют силы выстоять в любой сложной житейской ситуации, поскольку, выиграв с Божьей помощью эту войну, они узнали цену жизни.

Те из них, кто ценой раскрытия собственной тайны не допустил до наркотического ада других, любопытствующих или беспечных, могут спокойно смотреть в глаза другим людям. Они удержали своих близких друзей или далеких знакомых от первого укола, от первого косяка, и уже в этом поступке можно увидеть уцелевшую порядочность, благородство души.

Если пастырю захочется подробнее, из первых рук узнать о кошмаре наркотической жизни, мы могли бы порекомендовать недавно вышедший на видео фильм Даррена Ароновски «Реквием по мечте». Посмотреть, чтобы содрогнуться и понять, что такое страшная воронка наркотической жизни. [29]

Сегодня о наркотиках знают все. Страшная правда состоит в том, что, по свидетельству одного наркомана,«нормального человека отделяет от наркомана один укол». Практически каждый, кто хоть раз попробовал, стал наркоманом.

Давайте обратимся к свидетельствам этих людей. Ибо это — та правда, которая, возможно, многим поможет избежать ужасающей судьбы наркоманов, правда из первых рук. Перелистаем страницы, где от каждого слова веет горечью безысходности. Как хочется им помочь! Этим девочкам и мальчикам, с ранних лет познавшим, как они выражаются, «мультики» и «улеты». В их «мультиках» нет ни глупого серого Волка, ни находчивого Зайца, ни доверчивого и простодушного Чебурашки, ни веселого Микки Мауса. Их «мультики» — это наркотический яд, это «улеты» в невиданные доселе миры, туда, где нет никаких проблем. Проблемы возникают после возвращения… Полет в эти «мультики» сегодня начинается в двенадцать-четырнадцать лет, а для некоторых ребят уже с восьми-девяти лет. И длится он по-разному: кому повезет, «летает» несколько лет, кому нет — совсем-совсем немного.

Вот о чем свидетельствуют те, кто выжил:

«…Я ненавижу часы. Наверное, с тех пор, как они стали идти, начался новый день этой моей проклятой жизни.

Вот и сейчас нужно заставить себя встать и доползти до кухни, сварить себе так называемое «лекарство». Тысячи, может, миллионы людей, сейчас делают то же самое, готовя по рецепту, не известному ни одной кулинарной книге.

Дьявольское желание… Руки уже сами готовят самое необходимое, тело наполнено напряженным ожиданием, ноют спина и мышцы, чешутся вены, все напряжение собралось в комок и сжимает сердце. Все мое «я» — одно сплошное нетерпение. Я готова отдать все, чтобы ускорить время. Я уже устала от этого дикого напряжения. Быстрее, еще быстрее, вот еще немного. И все. Теперь я на какое-то время такая же, как и все».

«Я не знаю, чего бы я отдала, чтобы из моей головы стереть вот это знание о приходе, об этом состоянии. Я бы с удовольствием это оставила… Сначала это был кайф. Когда человек начинает колоться, он кайфует, он «зависает», «тащится». Да, сначала это кайф. А потом ты только лечишься, лечишься…

Я вот сегодня укололась третий раз, сижу и не зависаю, конечно. Сейчас я чувствую себя более-менее, как все нормальные люди… Могу хотя бы нормально говорить. Какой там кайф?..»

«Бросить колоться, — это, в принципе, большого труда не составляет. Это несмертельно. Любой наркоман может бросить. Самое трудное в этом, знаете, что? Опять не начать. Есть люди, которые не могут ни воровать, ни заниматься проституцией. Им приходится варить, к ним приходят. Приходят со своей «машиной». А где гарантия, что не было зараженных?»

«Это страшно, когда знаешь, что у тебя такая болезнь и то, что ты ее не вылечишь. Даже заглушить, даже остановить никак не можешь. Время идет, ты считаешь каждую секунду, сколько ты еще проживешь. Сначала, когда я узнала, что болею спидом, когда шла в больницу сдавать анализы, у меня была такая мысль: если я болею, то сделаю себе передозировку, называется «золотая смерть». Говорят, умрешь без боли. Не так боишься смерти, как думаешь, что больно».

«Я бросила колоться и думала, нормальную жизнь начну, а как мне сказали… Конечно, я сама виновата, никто меня не заставлял. Что захотела, то и получила. Вот теперь расплачиваюсь за свои грехи».

«Я, наверное, такой же, как и все. Сейчас ничем не отличаюсь от других. Единственная разница — я бывший наркоман. А стать бывшим намного сложнее, чем попробовать так называемый кайф. Сейчас страшно вспомнить, но это со мной было.

Так уж устроены люди: по жизни искать удовольствие. Кто — в деньгах, кто — в сексе, кто в еде, кто в водке, кто-то в спорте. Все это у меня было. Но чтобы получать удовольствие от жизни, нужно прилагать усилие, а я посчитал, что его гораздо проще купить за дозу. И за какие-то несколько месяцев игла вытеснила из моей жизни все. Остался только страх, страх перед ломками и болью, страх перед милицией, страх, что не найду денег на дозу. И он усиливается каждый раз перед кумаром, озноб, выворачивает кишки, настроение ниже нулевой отметки. Кто не испытал этой черной пустоты внутри, тот не поймет, какой это кайф, когда ты становишься просто человеком, хотя бы на три, на четыре часа, ну хотя бы на час.

Кто сказал, что наркоманы — несчастные люди? Я бы назвал их стаей волков, в которой каждый сам за себя. Я кидал друзей, кидали и меня. Кто может понять то отчаяние, когда срываешь кольцо с руки матери или продаешь ордена деда, чтобы заложить в обмен на этот кайф? А потом можно валяться в ногах и проклинать себя сколько угодно. Все эти чувства — ложь. Завтра это же будет снова. Это — карусель, но не та, которая вызывает радость. Это круги ада, из которых вырываются единицы.

Раскумарившись, каждый обсуждает, как и когда будет завязывать с этой жизнью. Но все это чушь. Завтра — очередные часы, утренние кружева и мысль: где взять, купить, сварить.

Общество привыкло осуждать наркоманов, а ведь многие кормятся от них: барыги на ямах, милиция, те, кто покупает ворованные или унесенные из дома вещи. А где находятся их дети? Может, и они уже заглядывают в этот загадочный мир кайфа? Кто тогда будет осуждать их? Молодых пацанов не надо сажать на иглу, они сами лезут: кто от жиру, кто от нехватки понимания в семье, кто по дури. Но с каждым днем их становится все больше: вечно мучающихся искателей кайфа.

Все, кто начинает колоться, уверены, что обманут судьбу, и кайф испытают и на иглу не сядут. Но горе тому, кто сунет свой любопытный нос в эту яму. Ужас, отчаяние, сумасшествие будут наградой за это любопытство. Приключения превращаются в испытания, искание в муку, муку, которая собирает все желания в одно: вмазаться. А на остальное уже наплевать.

И кто хочет вырваться из этого круговорота, тот должен быть готов пройти через чистилище, через ломку, насухую или в больничке, разницы нет. Все равно это ломка, потому что ты ломаешь в себе наркомана, и это очень непросто, это очень больно: ломать свое “я“».

«О спиде я еще год назад даже не задумывался. Мать жалко. Как все происходило? Покупался наркотик, варилось, кололись сколько было шприцев. Самое главное — это как жизнь прожить».

«Барыг не ловят, ловят наркоманов, хотя надо бы прикрыть все эти лавочки. Я сама не против. Если бы прикрыли, негде было бы брать наркотики. Ну нет, нигде не возьмешь. Ну ты хоть убейся, нет. Все, перекумаришь, как-то ж люди перекумаривают, не умирают. А тут ты конкретно знаешь: пойдешь спокойно и возьмешь.

Например, я знаю, что болею, приходит ко мне кто-нибудь и просит: «Есть у тебя уколоться, хоть чуть-чуть?» Он попросит, а потом принесет мне, отблагодарит. Если он здоровый, а я скажу, что болею, все равно будет просить: «Дай». И говорит: «Я сейчас уколюсь, чтобы на ногах стоять, и принесу тебе». Я ему говорю: «Причем тут деньги, я болею, я туда свою кровь добавляла». Но он все равно просит. Он думает, что я жадная, мне жалко. А я говорю: «Я тебе не дам, хочешь я вылью это?»

«Если мне предложат уколоться плохой иглой, все равно уколюсь, потому что я болею, кумарю. Если меня ломает, выкручивает, то какая может быть спидная игла? спид — это не испуг для наркоманов. Все равно умирать. Наркоман —уже, считай, покойник».

«Спида не боюсь, смерти не боюсь. Когда колешься, думаешь, чтобы побыстрей, а не о том, кто там кололся этим шприцем».

Человечество выжило только потому, что быстро обучилось распознавать и преодолевать опасность. Молодые люди, откровения которых вы читали, не скрывают уровень угрозы, которую несут наркотики обществу. Нам же, ученикам Христа, остается одно: вовремя усвоить преподанный урок, если, конечно, мы и далее хотим отстаивать свое право на жизнь, осознавая свою ответственность за тех, кто окружает нас. Ведь если не произойдет особое чудо Божие, то в середине XXI века значительной частью нашей паствы станут люди, имевшие опыт употребления наркотика.

Научить полноте жизни

Надежда есть всегда

Духовную любовь не рождает что-либо земное; она исходит свыше от Неба и дается в Таинстве священства, но усвоение и поддержание сего дара зависит от стремления человеческого духа.

Свят. Иоанн Златоуст

Духовная любовь — основа духовничества. Подается она Свыше в Таинстве священства, но требует со стороны священника не пассивности, а активного делания, постоянной работы, постоянного рвения, наполняющего жизнь священника, этим преимущественно и осмысленную.

Митр. Антоний Храповицкий

Как уже упоминалось выше, люди, желающие избавиться от наркотической зависимости, наиболее нуждаются сегодня именно в пастырской помощи. И великое дело совершит пастырь, священник, который оставит девяносто девять благополучных, воцерковленных духовных овец и поможет обрестись на путях жизни хотя бы одной заблудшей, впавшей в этот тяжелый недуг.

Поэтому, беседуя о душепопечительной помощи, лучше прежде всего подумать о том, может ли человек предстать пред Богом, успеет ли он увидеть Бога в своей жизни, сможет ли он начать жалеть о греховных поступках своих, каяться перед Богом. При более глубоком взгляде на проблему, не прекращение приема наркотиков является самым важным в деле пастырской помощи наркоману, а возможность примирения с Богом и собственной совестью.

Для православного миропонимания возможность примирения и соединения с Богом гораздо важнее и самой жизни. Таким образом, пастырь имеет совершенно отличный от психологического, но не исключающий и его, взгляд на проблему, с иными приоритетами и акцентами, отличными от общепринятых стереотипов.

Когда же для человека откроется христианская перспектива исцеления с ее неизбежной борьбой — борьбой за свое право жить с Богом, исцеление возможно.

Наркомания является страстью, трудно поддающейся какому бы то ни было воздействию, кроме воздействия благодати. Если человек понимает, что без борьбы ему ничего не сделать, что у него на преодоление недуга нет никаких сил, что его тело настолько разрушено, что он просто не в состоянии понести обычного, повседневного ответственного за себя и за своих близких образа жизни, у него могут родиться слезы бессилия, слезы мольбы, слезы покаяния. А это и есть самое главное.

Священник Евгений Генинг, много лет оказывающий душепопечительную помощь алкоголикам и наркозависимым, считает, что «для христианина обретение духовной основы начинается со встречи с Богом. Именно здесь Церковь может помочь наркоману исцелиться. Осознавая свое бессилие перед болезнью, человек приходит к Богу, понимая, что только с Его помощью он сможет разобраться с самим собой и со своими отношениями с окружающим миром. Чувствуя Божественную любовь к себе, человек видит, что он больше не одинок со своими проблемами, потому что Бог всегда рядом с ним.

Однако это не значит, что самому наркоману не надо ничего делать, ожидая только помощи Божией. Дальше начинается очень трудная работа, в которой человек переосмысливает всю свою жизнь, раскаиваясь в совершенных им грехах, стараясь всеми силами уже не повторять их. Он возмещает причиненный им ущерб другим людям, причем не только материальный, но и моральный. Всячески помогает другим наркоманам избавиться от этой зависимости. Вся эта работа, очевидно, наиболее эффективна в том случае, если человек становится членом Церкви, регулярно участвует в Таинствах Покаяния и Причастия, имеет возможность индивидуального общения с духовником».

Если пастырь действительно настроен на помощь наркоманам, то он должен отнестись к каждому конкретному случаю обращения к нему по этому поводу ответственно, как к Божиему поручению.

Если же священник не чувствует сил, если конкретный пришедший наркоман ему по-человечески неприятен, не вызывает симпатии, лучше отказаться от этой работы сразу. В этом отказе греха будет меньше, чем в случае, если пастырь сначала возьмет человека, а затем у него не будет хватать времени, сил, душевной любви, и по этой причине произойдет кризис и разрыв отношений, чего в жизни наркомана и так, увы, хватает. Если это случится, он перестанет верить не только вам, но и всем остальным «представителям духовенства». В дальнейшем повествовании будет, разумеется, рассматриваться первый случай.

Наркоманов становится больше и больше, совесть подсказывает искреннему пастырю: «Гибнут молодые ребята, наше будущее, нельзя оставаться в стороне, попробуй, начни что-то делать, Христос тебе поможет, у тебя получится!»

Если вы согласились с ее доводами, — включайтесь в работу!

На это внутреннее согласие Господь со временем начнет посылать не только наркоманов, но и людей, которые будут помогать вам в их окормлении и восстановлении. Если помощь наркоманам — действительно ваш ответ на призыв Божий, вы не останетесь в одиночестве.

Мальчик и морская звезда

Жил-был на свете один мальчик. Его дом стоял на берегу огромного океана, и он любил прибегать к берегу и играть с морской звездой. Звезда была забавная. Она приплывала всегда в одно и то же место, в одно и то же время, как будто знала, что сейчас здесь вот-вот появится мальчик. Звезда не умела говорить. Она даже не умела танцевать и бегать. Но мальчику ничего этого было не надо. Он мог просто играть с ней и разговаривать. Они дружили.

Но однажды в океане поднялся страшный шторм. Небо и землю как будто перевернуло и разметало разбушевавшимися волнами. Мальчик долго ворочался, не мог заснуть, боясь за стены и крышу, и дерево во дворе. Утром, проснувшись, он первым делом побежал к океану.

На берегу, на всем протяжении, лежали, задыхаясь, умирая от прямых лучей солнца, морские звезды. Их было много, тысячи, десятки тысяч!

Мальчик посмотрел пристально в воду, зашевелил руками. Но его любимой звезды там не было. Тогда он взглянул на берег. Звезда, его звезда, наверное, была здесь, на берегу, одна из тех умирающих звезд.

И тогда мальчик стал брать морские звезды одну за другой и выбрасывать их в море. Он бросал их в волны, не останавливаясь и не отдыхая.

Вскоре подошли люди, они стали смеяться над мальчиком и спрашивать:

— Ты что это, глупыш, делаешь? Ты что, надеешься, что сможешь спасти их всех?

Тогда мальчик, на минутку остановившись, посмотрел на них из-под ладони и ответил:

— Понимаете, здесь жила моя звезда. Я играл с ней. Я с ней дружил. Но шторм смешал ее с остальными. И если я спасу все эти звезды, может быть, среди них окажется и та, моя. Если я отпущу в море звезду, я смогу что-то изменить в ее жизни.

Люди задумались. Они снова посмотрели на мальчика, на его маленькие руки, продолжавшие одну за одной возвращать в море звезды. А потом один из пришедших взрослых наклонился и тоже взял в руки звезду. И бросил в море. Другие люди последовали его примеру. Они стали брать звезды с песка и бросать их в море. И каждый думал:

И я что-то изменил в жизни этой звезды.

И я сделал в своей жизни что-то полезное.

Главное — встреча со Христом

И молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь;
и если он соделал грехи, простятся ему.

Иак. 5, 15.

В обретении отношений с Богом, в возрастании чувства покаяния заключается самая главная помощь наркоману. Он нуждается именно в ней. Балансируя на грани жизни и смерти, он рискует никогда не встретиться со Христом. Цена этой не-встречи — вечность.

То, что нужно всем, ему нужно в первую очередь, пока его сознание не угасло, пока с ним не произошло что-то неотвратимое. Если священник именно на это направит все свои силы, все свое внимание, есть надежда, что он успеет относительно человека, которого Господь привел к нему, сделать самое главное.

Главная задача батюшки не «заставить бросить колоться» — так иногда формулируют свою задачу родственники наркомана, а помочь ему встретиться со Христом, или хотя бы пройти несколько шагов земной жизни на пути к Спасителю, что возможно в случае, если именно это — приведение людей ко Христу — является подлинным смыслом жизни самого священника.

На этом пути мы должны помочь человеку осознать, кто он, найти то положительное в нем, на что он мог бы опереться, чтобы возрастить в себе целеустремленность и ответственность. Для этого нам придется потрудиться. Вероятнее всего, этому его не научили в школе, на эти темы с вашим подопечным еще никто не разговаривал. И здесь пастырю придется взять на себя роль родителя.

В работе с наркоманом важно ставить временные рамки. Любимая стратегия любого наркомана — избежать обсуждения неприятных сторон своей жизни, о которых он не хочет думать, поэтому он может просто тянуть время или переводить тему разговора на что-то мелкое, незначащее, постороннее. Наша задача — помочь ему встретиться с реальностью лицом к лицу, осознать, посмотреть на это по-новому, свежим взглядом.

Вряд ли «нравоучение о вреде наркотиков» будет уместной и полезной формой работы. Наркоману необходима помощь в осознании своего предназначения, обретении смысла жизни, построении своего будущего, обретении навыка отличия греховных поступков от нормальных, не противоречащих воле Божией душевных потребностей.

В некоторых из предлагаемых в этой книге методов работы явно не упоминается слово «Бог». При составлении автор руководствовался Образом Доброго Пастыря, Который тем людям, которые просили только исцеления — подавал исцеление, голодных кормил хлебом, а тем, кто искал большего — изъяснял Свои притчи. Именно в этой ненавязчивости явилось людям проявление Его любви. Многие исцеленные затем искали Его для того, чтобы вопросить о большем…

Самое искреннее желание и убежденность пастыря в том, что окормляемому необходимо примирение с Господом, Покаяние, Причастие, вовсе не означает, что задача священника — как можно быстрее навязать человеку свои убеждения и представления о жизни, доказывать их истинность, вразумлять и наставлять с позиции своей правоты.

Протоиерей Александр (Геронимус) пишет по этому поводу: «Мне приходится практиковать в разных психиатрических учреждениях. И вот в диалоге с пациентами у меня всегда возникает проблема выбора между двумя стратегиями. Первая — пациента, погруженного в свои переживания, не воцерковленного, не ориентирующегося на церковную систему ценностей, можно начать убеждать, что все его житейские проблемы проистекают от того, что он вне Церкви, вне Бога. Иными словами, пригласить человека выйти за значимое для него смысловое поле — в пространство христианских ценностей. Другая — которую исповедует в своей душепопечительной практике митрополит Антоний Сурожский, и которой я в меру своих сил пытаюсь следовать, — это позиция соучастия в психической жизни человека там, где она реально происходит, где находятся его болевые точки. Если после этого, после исцеления, он начинает интересоваться источником, из которого пришло его исцеление, его можно вводить в ценности Церкви, в понимание того, Кто есть подлинный его Спаситель». [30]

Лучшей проповедью Христа для пастыря, помогающего наркоману обрести смысл жизни, пусть будет качественная и деятельная помочь в разрешении проблемы пришедшего человека.

Завтра может быть поздно

Не говори другу твоему: «пойди и прииди опять, и завтра я дам»,
когда ты имеешь при себе. Ибо ты не знаешь, что родит грядущий день.

Притчи, 3:28.

В обсуждении подходов к окормлению наркоманов необходимо еще затронуть вопрос времени. Важно помочь человеку обрести путь внутреннего изменения, пусть даже поначалу и без изменения внешнего. Внутреннее переосмысление, «изменение ума», покаяние, по-видимому, важнее, поскольку у наркомана время земной жизни истекает гораздо быстрее, чем у обычного человека. Время земной жизни, дарованное Богом, он уже почти растратил. Миг смерти несется с невероятной скоростью, наркотик сжигает человека не по дням, а по часам. Результаты, достигаемые психотерапевтической и медицинской помощью, например, стабилизация определенных психических процессов и реакций, нормализация сна, нормализация и воссоздание цельной личности человека, могут и не наступить, потому что на все это не останется ни времени, ни условий.

Человеку, находящемуся как бы в горящем доме, дается последний шанс. Когда дом горит, каждый выносит из него самое важное. Наркоман сам является этим горящим домом. И поэтому священнику, к которому прибежит человек и скажет: «Батюшка! Помогите мне! Я — наркоман. Что мне делать?», очень важно учитывать эту непредсказуемость или неизвестность времени, оставшегося этому человеку. Может быть, его смерть наступит завтра, может быть, ему осталось очень мало, может, у него просто нет сил на то, чтобы что-то исправить. Рассчитывать на какой-то длительный процесс восстановления, после которого можно начать работу приходится не всегда. В некоторых случаях немаловажно, чтобы хотя бы час смерти застал наркомана на пути к изменению, к покаянию. [31]

«Итак, слова твои да будут кротки и утешительны; но со словами должен согласоваться и кроткий образ действования. Помни, иерей Божий, что кающийся брат твой — человек, а не Ангел: помни, что ты служитель не правосудия отмщающего, но правосудия милующего». [32]

Что толкает ребят на иглу?

Никаких специальных причин потреблять наркотики у подростков, вообще нет. Подросток, который первый раз берёт в руку косяк с анашой или шприц вообще не знает, что он будет потреблять. А о предстоящих ощущениях он только слышал от тех товарищей, из рук которых он берёт наркотики.

Давайте попытаемся понять, что же является запускающим механизмом употребления наркотика. Правильное и точное понимание всех причинно-следственных связей в действиях и мыслях подростков, которые затем становятся наркоманами, позволит точнее организовать душепопечение для разных стадий процесса освобождения от наркотиков.

Исследования показали, что основными причинами употребления наркотиков подростками и молодыми людьми:

— внушаемость, отсутствие самостоятельности в выборе поступков;

— любопытство, интерес;

— педагогическая запущенность, тот факт, что ребенку не хватало любви в детстве, могло повлиять на желание «долюбить себя» с помощью наркотиков;

— отсутствие осознания ответственности за свою жизнь;

— отсутствие значимых ценностей, которые поддерживали человека в его жизни и в поступках.

Давайте рассмотрим некоторые из них.

В современной школе учат многим очень важным и значимым вещам, но мало кто в окружении современного подростка способен обучить его умению контролировать свои эмоциональные состояния, управлять ими. И когда наступают в личной жизни подростка такие эмоции, как страх, гнев, удрученность, разочарование, шок, он не знает как выйти из этого.

На своем жизненном пути каждый человек периодически встречается с кризисами. Кризис является той точкой, когда жизнь бросает нам вызов, предлагая стать больше, предлагая стать немного взрослее. Сегодня очень многие молодые люди, совершенно не зная этого, воспринимают кризис как провал, как поражение. И не зная, как справиться с этим состоянием, подросток или молодой человек прибегает к таким легким и доступным способам снятия напряжения, как алкоголь или наркотик.

Психологически незрелый человек очень зависим от оценок окружающих его значимых взрослых или его сверстников. Иногда несоответствие между тем, кем он является по своей сути и как он должен выглядеть для окружающих согласно их ожиданиям, создает напряжение и тревожность. В этом случае многие молодые люди не знают, как выйти из этого состояния: то ли оставаться самим собой, то ли становиться «белой вороной».

Состояние «меня таким, каков я есть, не понимают, отвергают, не любят» может толкнуть человека в бездну наркотической зависимости. Многие люди не умеют справляться с такими состояниями. Задача пастыря — помочь молодому человеку, оказавшемуся в сетях наркотической зависимости, эту душевную силу, душевную энергию разочарования, кризиса и тупика превратить в творчество, в силу, направленную на собственное развитие, на приобретение и раскрытие новых возможностей.

Как приходилось наблюдать, у многих молодых людей значительная часть положительных граней личности не раскрыта, не принята обществом. Навык осознания собственных ценностей и обретения новых молодой человек может получить от любящего и заботливого пастыря.

Еще один фактор приема наркотиков — любопытство. Любопытство, а вернее любознательность — один из самых замечательных даров, данных Богом человеку для познания окружающего мира. Но если человеческое естество повреждено грехом, этот дар может превратиться в порок. Именно благодаря любопытству — что же это такое? — у многих подростков пробуждается интерес к наркотику.

Часто ожидание оказывается значительнее самого результата. Психологи считают, что любопытство, любознательность напрямую связано с внушаемостью. Чем выше внушаемость человека, тем выше любопытство. Задача пастыря в этом случае — обучить пришедшего к нему за помощью человека навыкам преодоления и удовлетворения любопытства и любознательности таким образом, чтобы это было приемлемо для нравственных ценностей и здоровья человека.

Следующим фактором употребления наркотиков можно считать внушаемость. Внушаемость — это склонность личности к восприятию информации без критического осмысления. Самосознание подростка устроено довольно своеобразно и значительно отличается от самосознания взрослого человека. Не осознавая или не принимая какую-либо информацию о себе, подросток оставляет как бы белые пятна в картине собственной личности, которые требуют заполнения. И тогда под действием внушения со стороны значимых людей: взрослых, сверстников, авторитетов, происходит закрашивание этих белых пятен. Подростки, имеющие опыт употребления наркотиков, часто зависят от других людей, которые за них закрашивают пустоты на картине их личности. Такого рода краской может стать наркотик.

Следующий фактор — педагогическая запущенность. Педагогическая запущенность напрямую связана с недостатками родительской любви и внимания. Человек еще не ответил на вопрос «Кто я в этом мире?», никто еще не увидел человека и не благословил его на эту жизнь.

Упущение воспитания оказывается одним из распространенных факторов, которые обусловливают формирование наркотической зависимости. Нередко родители бывают настолько заняты своими делами и своей личной жизнью, что не имеют представления, с кем общается их сын или дочь. Внутренние миры детей и родителей закрыты друг для друга.

В семье наркомана нередко можно встретить явление, когда сын или дочь живет совершенно отдельной от родителей жизнью. Со временем для подростка открывается безграничный мир, где не существует родителей, учителей, норм и правил. А следовательно, нет контроля, сдерживающего его побуждения на пути утоления любого интереса, в данном случае — к наркотику. В семье, где ребенку не уделяется достаточно доброго, любящего и чуткого внимания, он не усваивает норм и правил поведения существования в этом мире. И часто во взрослой жизни он сталкивается с обществом, которое требует от него заранее обусловленных реакций. Ребенок с недостатком воспитания не умеет вести себя в соответствии с требованиями общества. Не встречая ожидаемой реакции от других людей на свое поведение, он переживает разочарование. Таким образом рождается напряжение, которое, из-за недостатка внимания он снимает с помощью алкоголя и наркотика.

Результатом неправильного воспитания является столь распространенная сейчас инфантильность молодых людей. Это опоздание во внутреннем взрослении, когда у человека не сформированы такие качества, как стрессоустойчивость, критичность в отношении информации, поступающей извне, ответственность за собственные поступки, активность в достижении цели, умение мобилизовать внутренние силы для достижения цели. Задача пастыря — помочь сформироваться этой ответственной стороне личности.

Важным моментом, который мы упомянули выше, толкающим молодого человека к наркотикам, являетсяотсутствие в жизни важных и значимых ценностей. Отсутствие навыка умения соотнести эти ценности с конкретными поступками и поведением. Если в личности и жизни человека есть ценности более значимые, чем удовольствие, тогда, безусловно, молодой человек, даже запутавшийся в сетях наркотической зависимости, благодаря ценностям, как бы ухватившись за них, выходит из тупика.

И, конечно же, здесь в большей степени, чем в другой области, важна роль пастыря, который может стать носителем ценностей для молодого человека. Это вовсе не значит, что нужно постоянно говорить о ценностях. Важно, находясь рядом с человеком, нуждающимся в помощи пастыря, просто быть самим собой. Как известно, христианин проповедует прежде всего своими делами и поступками, своим отношением к жизни.

Обретение целостности

Что такое исцеление?

Что легче? сказать ли расслабленному: прощаются тебе грехи?
или сказать: встань, возьми свою постель и ходи?

Марк 2, 9.

Для того чтобы помогать химически зависимым людям, священнику необходимо:

— иметь твердую веру в то, что он поставлен Господом для окормления и помощи конкретному человеку;

— понимать, как человек может развивать в себе контроль над своими страстями и эмоциями;

— обладать навыком помощи в постановке цели на духовное, душевное и телесное единство трехсоставного человеческого существа;

— иметь необходимые представления о характере действия наркотических веществ на организм и психику человека.

Без понимания этого, без обучения этому помощь в исцелении от зависимости малоэффективна.Исцелиться — значит, обрести целостность.

Некоторые словари определяют здоровье как «состояние крепости в теле, душе и разуме, при которой человек свободен от физического недуга или боли». В английском языке слово «здоровье» происходит от староанглийского «hal», означающего «whole», то есть «целый». В английском переводе Библии выражение «madewhole» (в дословном переводе «сделал целым») означает «исцелил». То же самое значение имеет славянское слово «исцеление». [33]

Таким образом, подлинное здоровье имеет отношение к приведению человека в целостное существование.

Поскольку страсти и эмоции накладывают отпечаток на многие области нашей жизни, умение управлять собой является ключом к такой глубине проживания человека, по достижении которой возможно вхождение в мир жизни духовной.

К тому времени, когда человек начинает осознавать, что он серьезно зависим, у него уже произошло много событий, превративших всю его жизнь в полный беспорядок. Он необдуманно совершил множество поступков, которых теперь стыдится. Такие люди обычно не знают, как им повернуться спиной к своему прошлому, ко всем совершенным ими ошибкам, а лицом — к будущему, к тому направлению, в котором они хотят двигаться к Богу. Они вступили в порочный круг преступления и самонаказания, потому что зависимость и является именно этим самонаказанием.

Пастырю немаловажно знать, что в жизни наркомана обычно присутствуют другие люди (чаще всего, близкие), которые обвиняют его, нередко утверждая, что он уже никогда не сможет исправиться, измениться. [34] Действительно, очень сложно меняться, когда человек окружен людьми, воспринимающими его как того, кто никогда не сможет стать лучше. И, что еще хуже, так это когда они просят, просят человека измениться, а как только он начинает меняться, сразу говорят:

— А чего ж ты много лет тому назад этого не сделал? Значит, ты не хотел, а мы для тебя старались, столько времени убили, столько сил потратили, денег… Вот какой ты черствый, неблагодарный!

Следует помнить, что у многих зависимых людей возникают серьезные проблемы в области работы, учебы, развития. Работа нужна человеку для того, чтобы создавать свое будущее, а будущее создавать очень трудно, если не видишь его, если не знаешь, как это сделать.

Сотрудничество с врачом

Почитать врача честию по надобности в нем,
ибо Господь создал его и от Всевышнего врачевание.

Сирах, 38, 1.

Необходимо отметить, что священнику, окормляющему наркозависимых, немаловажно и полезно сотрудничать с лечащими врачами его подопечных, у которых они проходили детоксикацию. Возможно, это врач-нарколог, психолог, психотерапевт. Именно с ними, а не с наркоманом, желательно было бы обговорить следующие вопросы:

— Сколько времени конкретный человек зависим от наркотика?

— Как часто он употреблял наркотики?

— Когда последний раз принимал?

— Что конкретно и в каком количестве?

— Госпитализировался ли он по другим причинам?

— Не проявлял ли тенденции к самоубийству?

— Есть ли необходимость в принятии каких-нибудь медикаментов сейчас?

Это очень важная информация для дальнейшей работы. И она может оказаться полезной только в том случае, если священник сам хотя бы в какой-то мере ориентируется в сути проблемы, в терминах, знаком с теми способами работы со стороны медиков и психологов и психотерапевтов, которые уже применялись по отношению к зависимому человеку.

Нам приходилось встречать врачей, наркологов, координаторов 12-Шаговых Программ, которые самоотверженно отдают все свое время и душевные силы помощи выздоравливающим наркоманам. Все они, вне зависимости от личного отношения к христианству, свидетельствуют, что и в наркологии, и в медицине давно назрела необходимость в том, чтобы вместе с телом помогать исцелению человеческой души.

Немецкий психолог Йорг Мюллер, который уверен, что окончательное исцеление может осуществиться только через примирение человека с Богом, считает:

«Современная медицина имеет большие претензии, которые сама она, отнюдь, не удовлетворяет. Она обращается к психологии, которая — из-за существующих форм обучения и, главное, из-за своего эмпирического направления — мало компетентна. Эти претензии на полноту исцеления находятся в полном противоречии с ожиданиями пациента. Последствием является чрезмерная цена лечения, а также растущие фрустрации и так называемый ятрогенный (обусловленный примененной терапией) невроз. [35] Медицинский образ мышления в такой степени стал зависим от платы и от результатов анализов, от аппаратуры и лабораторных исследований, что можно подумать, что будто только все это определяет психическое состояние человека и ход его выздоровления. Или — что преувеличенное внимание к психологическим тестам может разрешить проблему. Результат этих анализов интересует часто больше, чем самочувствие больного; «цирроз печени в палате 120» — важнее самого пациента. Сам пациент обращает преувеличенное внимание на результаты анализов и недооценивает свое собственное влияние на состояние своего здоровья. Я не желаю разнести всех наших врачей, мне не свойственно недооценивать их роли. Мы в них нуждаемся и потребность в них все возрастает, как и необходимость переосмысления нашего к ним отношения: первые христиански ориентированные медики и психологи уже на подходе; многие из них страдают из-за своего одностороннего образования и приветствуют возможность сотрудничать с духовными наставниками.

Целостность — это не количественная мера процесса лечения и не исчерпывание всех альтернатив целительных методов, это широта или глубина подхода к физическому и душевному, разуму и воле, необходимых для лечения и исцеления страждущих. Физическое здоровье — это не самое высокое достижение на земле. Самое возвышенное достижение заключается в исцелении духовном. Одна больная раком женщина, которая пришла ко мне в поисках примирения с Богом перед смертью, не нашла телесного исцеления, но была исцелена духовно.

Человек не может быть познан и исцелен всеобъемлюще. Если однако его претензии оказываются безграничными, он попадается на удочку всевозможных шарлатанов и лжецелителей. Там, где на первый план выставляются красота, сила, успех, влияние и воображение, тут же находятся шулера от медицины, которые используют претензии больного на полное исцеление: то, чего не может сделать химия, совершит, может быть, гадание на кофейной гуще или магия… И люди наивно полагают, что если эти манипуляции стоят очень дорого, то обязательно должно помочь… Но — в силах Одного только Бога исцелить все и вся. Я же имею дело с людьми, которые, как правило, приходят ко мне с преувеличенными ожиданиями. И я должен направить их в другую плоскость исцеления. Христианство — единственная религия Страдающего Бога. Христианство являет нам Бога Страждущего, Который жалеет каждого больного». [36]

К сожалению, иногда пастырям приходится выслушивать «смущенные» вопросы некоторых прихожан:

— Скажите, а можно ли лечиться у неверующего, неправославного врача?

Или, например, такой разговор двух прихожанок:

— Я завтра иду к врачу.

— А он у тебя православный?

— Нет, но он внимательный, чуткий, наблюдает меня давно.

— К неправославному лучше не ходи. Вот у нас в N-ске есть специальная клиника, монахов и батюшек бесплатно принимают, лечат только травами, соборованием и Причастием. Хочешь поговорю, чтобы тебя устроили туда?

Еще категоричнее ставится вопрос, когда дело касается помощи нарколога и психолога. Тут разговор начинается с исследовании вопроса о наличие у доктора благословения. Священнику приходится объяснять, что благословение не является гарантией врачебного профессионализма.

Право на ошибку

Перед ошибками захлопываем дверь.
В смятенье истина: «Как я войду теперь?»

Рабиндранат Тагор

Некоторым людям Бог попускает дойти до крайнего предела разрушения только для того, чтобы именно там они осознали необходимость Его помощи. Наверное, для переосмысления многим необходимы подобные предельные испытания. Задача и пастыря, и мудрого родителя — разрешить человеку учиться, уважать его опыт проб и ошибок. Если человек допускает ошибки и при этом уповает на помощь Бога, Бог сумеет направить его по верной дороге. Один философ верно заметил: «Не существует такой проблемы, в которой не было бы бесценного дара для тебя. Ты создаешь себе проблемы, потому что эти дары тебе необходимы».

Действительно, промахи и ошибки необходимы для развития. Дело лишь в том, сможем ли мы их понять, насколько будем благодарны им. Нельзя уйти от истины, состоящей в том, что мы свободны думать так, как сочтем нужным, и что мы сами ответственны за наши мысли и поступки. Осознание того, что ты свободен быть больным или стать здоровым, быть наркоманом или обрести любовь, осознание, что наркомания — это твой выбор и только твой, придает силы, облегчает движение.

Пастырь не может насильно сделать человека верующим, исцеляет лишь личный опыт обретения взаимоотношений с Богом. Пастырь лишь может явить человеку то, насколько оживляющими и изменяющими могут быть такие отношения. Человек — очень мудрое существо. С детства он верит в большей степени не тому, что говорится, а тому, насколько произносимое соответствует тому, что делаетговорящий.

Безволие перед властью наркотика

Пастырю придется столкнуться с проблемой так называемого безволия наркомана. Это — не совсем обычное безволие. Оно имеет довольно избирательный характер. Действительно, многие из прежних интересов и идей для наркоманов утрачивают значение, о слабоволии же в иных ситуациях говорить нет оснований. Напротив, движимый греховным побуждением, наркоман способен проявить и настойчивость, и решимость к преодолению разного рода препятствий для добывания наркотиков. Появляются удивительные хитрость, изворотливость, способность пойти на любое нарушение нравственных и юридических норм, даже если это технически трудно исполнимо. Для наркомана море становится по колено. Бесстрашие, безоглядность, тупое упрямство человека, который желает употребить наркотик, представляет собой пример того, как очень сильные волевые проявления полностью направлены на удовлетворение страсти.

Следует немного упомянуть о деформации нравственного ядра наркомана. Деформирующее действие наркотика настолько велико, настолько оно становится универсальным подкрепителем всех гедонических потребностей человека. Со временем оказывается, что любая деятельность, осуществляемая в состоянии наркотического опьянения, а, следовательно, совместимая с ней, оказывается положительно подкрепленной удовольствием, получаемым от наркотиков, в результате чего к ней вырабатывается положительное отношение. Любая деятельность, несовместимая с состоянием наркотического кайфа или противодействующая ему, воспринимается как отрицательная, и к ней вырабатывается соответствующее отношение. Этот механизм подкрепления лежит в основе искажения, деформации нравственной сферы человека, употребляющего наркотические вещества.

Из учения святых отцов известно, что в греховной природе человека существует залог восьми основных страстей. Дело в том, что страсти к наркотику в природе человека, как таковой, нет, и противоестественность этой страсти состоит в том, что человек добровольно привносит ее в природу своей души. Затем она слагает там некий очаг, который постепенно пожирает все остальные столь естественные и столь свойственные греховной природе человека страсти. Стремление к получению других удовольствий у наркомана очень сильно сокращается.

Страсть к наркотику берет в плен такие страсти как гордость, гнев, блудную страсть и многие другие греховные состояния, постепенно простирает свою власть над всеми ними, потому что одной страсти к наркотику достаточно для полного разрушения и погубления души человека.

Со временем у наркомана проявляется тенденция найти «свой» наркотик, тот, который наиболее совпадает с его индивидуальными личностными особенностями. [37]

В этом мире Богом все устроено таким образом, что радость проявляется как следствие душевного или физического труда. У наркомана же — иллюзия удовлетворения может появиться настолько ярко и настолько быстро, что, безусловно, остальные пути достижения радости, ощущения полноты жизни проигрывают перед наркотиком. Поэтому для остальных, в хорошем смысле, радостей жизни у наркомана остается ровно столько места, сколько позволяет наркотик. Со временем наркотик отвоевывает свое право быть единственной горькой «радостью» в жизни человека.

Поддержка в осознании своей болезни

Первая реакция человека, до которого дошло, что он — наркоман, человек зависимый, больной, семимильными шагами двигающийся к собственной смерти — это чувство безнадежности, отчаяния, глубокой угнетенности и депрессии. И это нормально. И здесь не стоит обманывать человека, говоря, что все не так уж страшно.

Основная задача пастыря — поддержать его в принятии и переживании этого чувства, а затем помочь построить желаемое будущее. Это очень сложный момент, потому что сознание всячески противится принятию этого факта.

Почему от полного осознания и принятия факта своей болезни у человека может возникнуть глубокое чувство собственной угнетенности и бессилия? Потому что для наркомана наркотик является неким средством получения силы. Прием наркотика был для него своеобразным ритуалом. Какое-то время у человека сохранялось и поддерживалось убеждение, что наркотик дает силы для решения определенных жизненных задач.

Принятие своего бессилия, точно так же, как осознание утраты контроля над жизнью, — один из ключевых этапов в процессе лечения. Обычно наркоман гонит эти мысли, пытаясь до какого-то времени убедить себя в том, что употребление наркотика все еще ему подконтрольно.

Наркомана, у которого начинается ломка, можно назвать одержимым, находящимся во власти наркотика. Он может совершать непредсказуемые поступки, о которых сам будет потом жалеть. Его тягу к наркотику можно уподобить притяжению металлической стружки к магниту.

Пастырь может помочь наркоману увидеть и осознать, к каким последствиям в его жизни привело употребление наркотиков, каким образом проявляется его бессилие перед наркотиком для того, чтобы тот нашел в себе силы полностью отказаться от мысли о возможности (даже «в самом крайнем случае») снова попробовать наркотик. Необходимо развеять миф о том, что он сможет в дальнейшем контролировать свое употребление наркотиков, или, например, употреблять их по чуть-чуть. [38]

Одному знакомому наркоману, который в течение трех месяцев не употреблял наркотики, пришла в голову «гениальная» идея: он решил, что сможет теперь управлять собою. У него, как у человека, «порвавшего» с сильными наркотиками, теперь есть право по праздникам нюхать более легкие вещества. Не нужно, думаю, рассказывать, к каким последствиям это привело впоследствии.

Три группы зависимых, обращающихся к священнику

Любой химически зависимый человек, придя к пастырю, испытывает колебания. Колебания между «уйти» или «остаться», прийти к вам второй раз или не прийти. Поэтому во время первой встречи стоит пообщаться много, подробно и серьезно.

Главная задача при первой встрече — построить прочные личностные отношения с обратившимся за помощью человеком.

Мы не можем быть уверены, придет ли этот человек к нам в следующий раз или нет. Так что, по возможности, во время первой встречи нужно успеть что-то сделать практически, сдвинуться с мертвой точки.

Однако продвинуться, оказать действенную помощь человеку, можно при двух непременных условиях:если этого хотите вы, и если этого хочет он.

Зависимых людей, обращающихся за помощью к священнику, условно можно разделить на три группы:

* Искренне кающийся — это тот человек, который с Божией помощью хочет выйти из зависимости, избавиться от внутренней двойственности, обрести цельность и искреннюю веру. Он, с внутренним доверием и терпением, готов следовать всему тому, что предложит ему священник. Обычно это люди, имеющие определенный уровень понятий о Боге, веры в Него.

* Жалобщик — это тот, в ком господствует идея «все очень сложно». В глубине души он не верит, что существует реальная возможность получения желаемого результата. Чтобы создать какие-то отношения со священником, он обязательно должен рассказать, как для него все невыносимо тяжело. Он предпочитает говорить о том, что ему уже не помогло, что не так, вместо того, чтобы говорить о том, чего бы он хотел достичь. Жалобщикам кажется, что жизнь все поворачивает для них так, что они не могут с этим справиться. Они убеждены в том, что все попытки приведут к поражению. Они могут проявлять агрессивность, быть в депрессии, но, в целом, они обычно говорят о невозможности изменений, используя негативные формулировки, выражаясь в отрицательных категориях.

* Безучастный — это тот, кого кто-то (родители, супруга) из лучших побуждений послал или привел к батюшке, возможно, что-то пообещав ему за этот визит… Сам же зависимый человек не ищет изменения, он пришел сюда лишь потому, что это необходимо кому-то другому. Поэтому последние вовсе не являются теми, за результат окормления которых священник несет перед Богом ответственность. Скорее пастырю нужно позаботиться о тех, кто их послал, кто хочет, чтобы они изменились.

Безучастные обычно явно или неявно саботируют все то, что священник попытается сделать для того, чтобы им помочь. Это будет продолжаться, пока их не увлечешь в такое обсуждение их жизни, их проблем, при котором они научатся отличать собственную личность от зависимости, со временем ставискренне кающимися. Помочь можно только искренне кающимся.

Остановимся на работе с жалобщиками. С ними можно провозиться довольно долго. Но принять решение и отдать себя в послушание хотя бы на некоторое время, они вряд ли способны. Жалобщики — это, как правило, люди, которые не живут в гармонии со своим внутренним миром, со своим сердцем. Им нужны не отношения с Богом и другими людьми. Им нужны готовые рецепты и решения… для того, чтобы еще раз доказать себе и окружающим, что это им не подходит.

Готовые решения и рецепты — прямая противоположность диалогу. Они подводят итог, заканчивают обсуждение, снижают интенсивность работы вместо того, чтобы ее увеличивать. Чтобы создать интенсивность, напряженность внутренней работы, необходимо состояние искреннего поиска. Важно, чтобы священник не давал готовых ответов, опираясь лишь на свой опыт. Должна учитываться уникальность личности другого человека. «Духовник должен быть очень и очень осторожен в том, что он советует, потому что порой духовник не знает обстановки жизни данного человека и может дать такой совет, который неисполним, — говорит митрополит Антоний Сурожский, — Я помню одного человека, который ко мне пришел и сказал: «Что мне делать? Я преподаю в университете литературу; я был на Исповеди, и духовник мне сказал отныне больше не читать никакой светской литературы. Что мне делать? Я на это ответил, что поговорю с духовником, и тот отменил свое безумное решение. И можно было бы привести множество таких случаев, — у меня их накопилась бездна сейчас, когда духовник говорит теоретически, говорит и не от собственного опыта, и не от духовной истины». [39]

Когда мы имеем дело с жалобщиками, лучше не входить с ними в близкие душевные отношения. Лучше бросить им вызов:

— А слабо перестать спорить и начать работать?

Большинство людей, которые застревают в длительных зависимостях, на каком-то уровне — жалобщики. Они считают, что ничто не может им помочь достаточно эффективно, что существуют возможности, и на каком-то уровне они убеждены, что они сломаны, дефектны, как-то повреждены. [40] И у искренне кающихся тоже могут быть такие убеждения. Но в процессе обретения более глубоких, доверительных отношений с пастырем, в какой-то момент напряжение может достичь такого уровня, после которого начнут раскрываться такие стороны внутреннего стремления к исцелению, такие грани человеческой души, которые смогут взорвать изнутри панцирь жалобщика и полностью преобразить человека.

Пастырю, желающему получить результат от своей работы с зависимыми людьми, рекомендуется помнить о том, что невозможно получить результат с безучастными. Их можно заставить «каяться», собороваться, причащаться, но глубинного результата от работы с ними ожидать не стоит. Безучастногоне вовлечешь в это до той поры, пока он сам не поймет, что исцеление, прежде всего, важно для него.

В целом наиболее благоразумным решением будет такое. Если у священника не хватает мудрости, сил, времени на работу с безучастным человеком, которого, возможно, привели родители или верующие родственники, если после первой и второй встреч его не удалось заинтересовать, не стоит, наверное, тратить на это время и силы.

Но при этом священнику можно поблагодарить его за встречу, обнадежить, рассказать несколько историй о том, как с Божьей помощью другие люди вышли из зависимости, сказать, что двери храма и сердце пастыря для него всегда открыты, возможно предложить обратиться к другому священнику или в известный ему реабилитационный центр.

Семь этапов на пути к исцелению

Процесс восстановления, процесс возвращения наркомана к нормальной здоровой жизни мы разделили на семь этапов. Это деление условное, его уместно использовать для осознания того, на какой ступени работы с зависимым человеком мы находимся в конкретный момент.

Первый этап — это переход. Человек употребляет наркотики и у него начинают возникать в обычной жизни проблемы. Нередко он просто не пытается их разрешать, игнорируя причину — употребление наркотика, а робкие попытки разрешить жизненную проблему срываются, и у человека возникает мысль, что, возможно, его проблемы связаны с употреблением наркотиков. Он начинает регулировать количество, частоту, качество и вид наркотиков. Но и эти попытки проваливаются. И человек начинает осознавать, что управлять употреблением наркотиков он не в состоянии.

Второй период — это стабилизация. Появление надежды на то, что только Бог может помочь справиться с зависимостью, а затем — реальный опыт встречи с Богом и Его помощь в выздоровлении. Это признание необходимости помощи, поиск кого бы то ни было, на кого можно опереться. Иногда это обращение в сообщество АН, иногда — к священнику. Человек с помощью других людей начинает частично или полностью прерывать употребление наркотика, обучается нехимическим методам управления своими состояниями, стрессом, депрессиями, дискомфортом, развивается желание и возрастает надежда выздоровления.

Третий период — это начальное выздоровление. В этот период человек полностью принимает факт своей болезненной зависимости от наркотика, обучается самостоятельно выходить из кризисных ситуаций, обнаруживает свою систему ценностей или обретает новые ценности, которые не имел до того момента, как попал в ловушку зависимости.

Четвертый — это средняя стадия выздоровления. Это где-то 6-18 месяцев трезвости. Сюда входит исправление социального и морального ущерба, нанесенного другим людям, который был вызван употреблением наркотиков. Для этого периода характерно развитие новых интересов в связи с новыми обретенными ценностями, углубление навыков разрешения жизненных проблем без чрезмерного напряжения.

Пятый, заключительный этап восстановления, сюда входит обретение новых взрослых отношений со своими родителями и с окружающими близкими людьми, изменение старых моделей мышления и поведения, возможно, встреча с христианскими ценностями и постепенное воцерковление.

Шестой этап называется поддержание. Для наркоманов очень важно знать, что не стоит близко подходить к той черте, за которой может быть искушение наркотиком. Негативный опыт должен предостерегать от повторения, у человека актуализируются реальные жизненные цели, ради которых стоит жить и которые приносят радость и удовлетворение.

Седьмой этап — помощь ближнему – начинается, когда осмысление собственного опыта наркозависимости, обращения к вере и исцеление пробуждает в человеке стремление послужить другим. Открывшись сострадательной любовью на тех, кто еще остается в плену наркотика, освободившийся от зависимости делает реальные шаги по оказанию им практической помощи в движении к исцелению.

Основные принципы пастырской работы с наркозависимыми

В работе с зависимыми людьми мы выделили некоторые принципы Пастырской Психологии и Психотерапии, которые показались наиболее подходящими для этих целей.

Предлагаемым принципам мы обучились у тех людей, которые грамотно, бережно, с уважением ценностей и личного достоинства других людей, оказывали им эффективную душепопечительную помощь. На этих принципах построены практические подходы пастырского окормления наркозависимых, предложенные в этой книге далее.

1. Бог есть Любовь

Неизмерима любовь Божия к человеку. Осознание того факта, что Бог безусловно любит каждого человека как Свое создание, осознание того, что все мы для Него — родные дети, вне зависимости от нашего нравственного, морального уровня и степени воцерковленности, «ибо Он повелевает солнцу Своему восходить над злыми и добрыми и посылает дождь на праведных и неправедных» (Матф. 5, 45). Это Евангельское откровение рождает в душе человека преображающее действие ответной любви. Без этой, добровольно возникающей нити взаимности исчезает ощущение жизни, остается мучение долженствования, пустота и душевный надлом.

Пастырская практика показывает, что в мировосприятии некоторых людей образ Бога значительно отличается от Того, Который открылся нам в Его Единородном Сыне. По представлениям многих людей, Бог постоянно ищет повода наказать, карает за малейшие погрешности, гневается, отторгает и лишает Своей милости за малейшие неточности в поведении.

Но не таков наш Любящий Учитель, подающий надежду Наставник, Господь Иисус Христос, открывшийся нам в Евангелии.

Старец Силуан, один из удивительнейших святых ХХ столетия, так пишет о Божественной Любви: «Если бы люди знали, что есть Любовь Господа, то они стадами бежали бы ко Христу, и Он всех согрел бы Своею благодатью. Его милосердие неизреченно. Душа от Любви Божией забывает землю.

Господь много любит кающегося грешника и милостиво прижимает его к Своей груди: «Где был ты, чадо Мое? Я давно жду тебя». Господь всех зовет к Себе Евангельским гласом, и голос Его слышен во всей вселенной: «Придите ко Мне все труждающиеся, и Я упокою вас. Придите и пейте воду живую. Придите, познайте, что Я люблю вас. Если бы не любил, то не звал бы. Я не могу терпеть, чтобы погибла хотя бы одна моя овца. И за одною Пастырь в горы идет искать».

«Придите же ко Мне, овцы Мои. Я создал вас, и люблю вас. Любовь Моя к вам свела Меня на землю, и Я все претерпел ради вашего спасения, и хочу, чтобы вы познали Мою Любовь и сказали, подобно Апостолам на Фаворе: «Господи, хорошо нам с Тобою». [41]

Привести образ Бога в сознании человека в соответствие с Евангелием — важнейшая задача пастырского душепопечения. [42]

2. Бог дарует безусловное прощение каждому искренне кающемуся человеку

Никакие человеческие дела и поступки, совершаемые для достижения прощения, не способны умилостивить Бога так, как сердце сокрушенное и смиренное. Никакие человеческие добродетели не способны совершить с человеком те изменения, которые дарует Господь каждому искренне ищущему Его милости, Его прощения.

Нам приходилось встречаться с мнением некоторых священнослужителей, предлагавших своим окормляемым в иных грехах каяться «до смерти», «никогда не прощать себе» совершенных ошибок. Это ввергает многих людей в глубочайшее уныние и отчаяние, а у наркоманов заканчивается очередным срывом. Такая постановка вопроса рождает новый вопрос: «Если Бог есть Любовь, неужели Он не может простить? Или простое и безусловное прощение возможно лишь на страницах Евангелия, а не в реальной жизни современного христианина?»

Для верующего человека Господь Иисус Христос всегда остается любящим Богом, дарующим прощение каждой искренне кающейся душе. [43]

Каждый пастырь является возвестителем Божественного прощения кающейся человеческой душе. Ко всем христианам, а наипаче к пастырям, обращено слово Апостола Павла: «Прощайте друг друга, как и Бог во Христе простил вас» (Еф. 4, 32). Прощение же преподается по вере во Христа Спасителя: «Всякий верующий в Него получит прощение грехов именем Его» (Деян. 10, 43), даром, по милости Божией: «Где прощение грехов, там не нужно приношение за них» (Евр.10, 18).

Божественное прощение является мощным целительным средством. Опершись на Божественное прощение, человек сможет перестать чувствовать себя жертвой обстоятельств, осознать ответственность за собственную жизнь и сказать четкое и решительное «нет» наркотику.

Грешному человеку очень трудно принять незаслуженную милость Божию, подаваемую в прощении. Хочется «заслужить» прощение, оказаться «достойным». Поэтому одним из важнейших моментов в пастырской помощи наркоману будет совет — принять это прощение, осознать себя прощенным Господом и с этим чувством решиться двигаться дальше по дороге собственной жизни.

3. У любой проблемы есть свое решение

Находить решения в трудных ситуациях нас обучает Господь. Обратимся в начале к Евангелию. Вспомним о, казалось бы, неразрешимой ситуации: ко Христу привели женщину, взятую в прелюбодеянии, каковых Моисей повелел побивать камнями. Закон противопоставлен милосердию.

«Ты что скажешь? Говорили же это, искушая Его, чтобы найти что-нибудь к обвинению Его. Но Иисус, наклонившись низко, писал на земле, не обращая на них внимания. Когда же продолжали спрашивать Его, Он, восклонившись, сказал им: кто из всех без греха, первый брось в нее камень. И опять, наклонившись низко, писал на земле. Они же, услышав то и будучи обличаемые совестью, стали уходить один за другим, начиная от старших до последних; и остался Один Иисус и женщина, стоящая посреди. Иисус, наклонившись и не видя никого, кроме женщины сказал ей: женщина! Где твои обвинители? Никто не осудил тебя? Она отвечала: никто, Господи. Иисус сказал ей: и Я не осуждаю тебя; иди и впредь не греши» (Иоан, 8, 1-11).

Иисус, наш Учитель, показывает, что неразрешимых ситуаций не бывает. Более того, Христос, как Пастырь, способен прощать человека еще до того, как человек, раскаявшись, об этом попросит.

Для достижения результата гибкость и вариативность в определенных контекстах важнее, чем формальная «правильность», а милосердие и любовь важнее, чем соблюдение любого закона, что было неоднократно показано Спасителем в Его словах, обращенных к фарисеям.

Окружающая обстановка и контексты меняются. Одно и то же действие не всегда приводит к одному и тому же результату. Господь Иисус Христос неоднократно показывает это Собственным примером, совершая исцеление в субботу, нарушая тем ветхозаветный закон и обличая формализм тех, кто за соблюдением буквы закона игнорировал живых людей, ради которых этот закон был написан.

Значение любой идеи можно оценить по тому, насколько она поможет достигнуть поставленных целей при соблюдении нравственных и духовных ценностей человека. Вера же в то, что любая проблема имеет решение, значительно повышает шансы найти это решение.

Реальная проблема может стать частью процесса обучения, который рано или поздно приведет нас к цели. Хотя она может казаться препятствием на пути, у нас есть несколько возможностей: обойти ее, убрать с дороги или перебраться через проблему на другую сторону. Наконец, мы можем найти другой путь. Если рассматривать проблемы с такой точки зрения, они выглядят просто очередным шагом, который ведет вас к следующему этапу и, следовательно, к конечной цели. Мудрые люди знают, что проблема — это решение, вывернутое наизнанку. Задача пастыря — помочь переформулировать проблему в решение.

Каждый человек наделен от Господа всеми необходимыми возможностями для того, чтобы прожить свою жизнь продуктивно, осмысленно и радостно. С проблемами не рождаются. Но откуда же они берутся? Что в нашей природе не так? Жизненные трудности возникают из-за неумения получить доступ к возможностям и ресурсам. Любая трудность одновременно предлагает и новые возможности. Любой кризис — лишь ступень к большему уровню совершенства. Все зависит от того, что человек предпочитает увидеть в ней.

Апостол Павел обучает верующих во Христа этому, предлагая «формулу христианского всемогущества»:«Я научился быть довольным тем, что у меня есть. Умею жить и в скудости, умею жить и в изобилии; научился всему и во всем, насыщаться и терпеть голод, быть и в обилии, и в недостатке. Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Фил. 4; 11-13).

Подумайте, как изменится жизнь человека, если он будет верить в то, с Господом возможно все, что у любой проблемы есть свое решение.

4. Решение любого вопроса на более высоком уровне осознания бытия разрешает противоречия и упорядочивает остальные стороны, грани и уровни человеческой жизни

«Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам» (Матф. 6, 33),— говорит Господь. Однако для подлинного исцеления, обретения целостности необходима определенная внутренняя согласованность. Обрести отношения с Богом вовсе не означает игнорирование остальных жизненных проявлений человека. Наоборот, благодаря встрече со Христом упорядочиваются все остальные проявления жизни человека, которому Бог даровал жизнь в этом мире, призвав Своих учеников преображать этот мир Божественным светом: «Вы — свет миру» (Матф. 5, 14).

Нередко воцерковляющиеся люди в своем искреннем желании преодолеть грех начинают подавлять естественные и безгрешные человеческие проявления, которые, как им кажется, являются страстями и пороками. [44] Чтобы этого не произошло, пастырю необходимо дать человеку критерий того, что является грехом, а что не является им.

Душепопечение, основанное на запретах, настораживает и отталкивает молодых людей. «Не следует приходящих в Церковь молодых людей ставить в жесткие ограничивающие рамки: отныне одеваться следует так, а не иначе, о веселье и радости надо забыть, от занятий спортом отказаться, светскую музыку больше не слушать. Потому что, сковывая всеми возможными способами свободу движения вновь пришедших братьев и сестер, мы не только совершаем недопустимое и неразумное насилие над их волей, но и собственными руками отталкиваем от Церкви людей, ищущих Христовой Истины». [45]

Пастырь будет достигать больших результатов в своей помощи наркозависимым, если станет рассматривать духовную жизнь прежде всего как движение ко Христу, Который — конечная Цель жизни каждого человека. Только то, что мешает движению, что разрывает отношения с Господом, является грехом, который необходимо преодолевать, только это является грехом или греховной страстью. Тогда поиск в себе негативного и греховного будет необходим не как самостоятельно значимый процесс, а только для того, чтобы, покаявшись, двигаться дальше в исполнении добродетелей.

Этот принцип видится важным еще и потому, что многие люди, став верующими, заняли пассивную жизненную позицию. Узнав, что «на все воля Божия» и освоив терминологию «искушений», они решили, что в жизни своей они вовсе ни на что не способны, и буквально сложили с себя ответственность за собственную жизнь.

Митрополит Антоний Сурожский неоднократно говорил о том, что человек призван к синергии, со-творчеству Богу в духовном преображении этого мира, что человек обладает такой свободой воли, к которой Сам Господь относится бережно и с уважением. Духовный опыт многих поколений христиан свидетельствует: одна встреча с Господом кардинально преображала и изменяла жизнь человека. Дальнейшее движение по жизни с Господом, по Его же свидетельству, является благим игом и легким бременем (Матф. 11, 30). [46]

5. Окружающий мир, в котором мы живем, дружественен и изобилен возможностями

Окружающий мир, в который нас поместил Господь, Сотворивший его, изобилует красотой и возможностями. Нужно только увидеть это. Именно об этом неоднократно говорится в Евангелии:

«Не заботьтесь о душе вашей, что вам есть и что пить, ни для тела вашего, во что одеться. Душа, не больше ли пищи, и тело одежды? Взгляните на птиц небесных: они ни сеют, ни жнут, ни собирают в житницы; и Отец ваш Небесный питает их. Вы не гораздо ли лучше их? Да и кто из вас, заботясь, может прибавить себе росту хотя на один локоть? И об одежде что заботитесь? Посмотрите на полевые лилии, как они растут: ни трудятся, ни прядут; но говорю вам, что и Соломон во всей славе своей не одевался так, как всякая из них; если же траву полевую, которая сегодня есть, а завтра будет брошена в печь, Бог так одевает, кольми паче вас маловеры! Итак, не заботьтесь и не говорите: что нам есть? Или что нам пить? или во что одеться, потому что всего этого ищут язычники, и потому Отец ваш Небесный знает, что вы имеете нужду в этом. Ищите, прежде всего, Царствия Божьего и правды Его, и все это приложится вам. Итак, не заботьтесь о дне завтрашнем, завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы» (Матф. 6, 25-34).

И еще: «Просите, и дано вам будет; ищите, и найдете; стучите, и отворят вам; ибо всякий просящий получает, и ищущий находит, и стучащему отворят. Есть ли между вами такой человек, который когда сын его попросит у него хлеба, подал бы ему камень? И когда попросит рыбы, подал бы змею? Итак, если вы, будучи злы, умеете даяния благие давать детям вашим, тем более Отец ваш Небесный даст блага просящим у Него» (Матф. 7, 7-10).

Нередко люди с недоверием относятся к миру, в который поместил их Господь, к священному дару жизни. Многим людям трудно принять время, в которое мы живем, иным не нравится государственный строй, иные во всем винят экономику, а иные говорят о том, что молодежь безнадежно испорчена… Подумайте о том, какой человек ближе к исполнению главных заповедей Евангелия: тот, кто двигается по жизни с убеждением «Люди стремятся причинить мне зло, от каждого можно ожидать подвоха или подлости»,или «Каждый готов откликнуться на мою просьбу о помощи»? Соответственными будут его отношения к людям, соответственными будут и результаты.

Если же человек считает, что мир — это опасное место, где очень трудно выжить, то в реальной жизни ему будет непросто. Если человек считает, что окружающий мир дружелюбен и каждый готов помочь, его внутреннему взору откроется совершенно иное понимание. Выбросив из рук оружие, мы можем протянуть освободившиеся руки навстречу ближнему. Перестав выискивать опасности, мы начинаем замечать открываемые нам от Господа возможности окружающего нас мира.

Любящий человек живет в любящем мире, в мире, где каждый готов идти навстречу, каждый готов помочь. Враждующий человек живет во враждебном мире, в котором надо «выживать» и постоянно доказывать свою правоту. Все, что мы встречаем в окружающей нас жизни, является отражением нашего внутреннего мира.

Для наркозависимого человека важно осознать, каким образом он сам создает свой внутренний мир, а затем ищет врагов вовне. После того, как он осознал, что ему не очень приятно жить в мире, в котором все враждебно и все против него, даже он сам против себя (это самая сложная форма существования, на наркоманском языке называется «измена»), возможно все это перестроить только одним образом: принять мир, в который нас поместил Господь таким, каков он есть, с радостью и благодарностью Создателю, учиться доверять Богу, окружающим нас людям, любому обстоятельству как благоприятной возможности сделать еще один шаг на пути внутреннего роста.

6. Изменения могут быть моментальными и радостными

Все изменения в жизни происходят в один момент. Просто большинство из нас ждет какого-то особого случая, пока мы окончательно решим произвести какое-то изменение.

Люди склонны держаться за привычные стереотипы и взгляды на окружающий мир. Перспектива измениться многих просто пугает. Это же касается и наркомана. Стать другим, выйти из привычного круга зависимости, что-то в себе изменить, для многих — перспектива не из легких.

Условности существующих в окружающем мире представлений обычно поддерживает мнение о трудоемкости перемен, большинство людей считает, что никакое улучшение невозможно без значительных усилий и длительного времени. Любое новое переживание укрепляет уже существующие представления, в которых и увязают колеса человеческого существования.

Однако сама жизнь легко опровергает подобное мнение. Если у нас достаточно оснований, мы можем легко изменить наши убеждения и взгляды, приобрести новый взгляд на то, что казалось для нас безусловным. В нашей жизни нередко встречались люди, которые кардинально изменяли наш взгляд на мир, на закономерности процессов этого мира. Благодаря только одной встрече, мы легко и радостно изменяли планы нашей дальнейшей жизни.

Господь Иисус Христос, наш Учитель, обучает нас тому, что изменения могут быть моментальными. Среди призванных Им были люди разных профессий и сословий, но они легко изменяли всю свою жизнь, лишь только Он призывал их: «Проходя оттуда, Иисус увидел человека, сидящего у сбора пошлин, по имени Матфея, и говорит ему: следуй за Мною. И он встал и последовал за Ним» (Матф. 9, 9). «Проходя же близ моря Галилейского, увидел Симона и Андрея, брата его, закидывающих сети в море, ибо они были рыболовы. И сказал им Иисус: идите за Мною, и Я сделаю, что вы будете ловцами человеков. И они тотчас, оставив свои сети, последовали за Ним. И, пройдя оттуда немного, Он увидел Иакова Зеведеева и Иоанна, брата его, так же в лодке починивающих сети; и тотчас же призвал их. И, они, оставив отца своего Зеведея в лодке с рабочими, последовали за Ним» (Марк, 1, 1-16 ).

Скорость изменений в процессе окормления наркомана зависит от того, насколько сам пастырь, окормляющий наркомана, являет для него образ Христовой любви и верит в то, что это возможно, насколько он имеет положительный настрой на жизнь, насколько он имеет в себе дар принятия другого человека таким, каков он есть, насколько он сам ориентирован на радость, обещанную Господом верующим в Него.

«Сопричастность молодого человека Церкви должна быть естественной и радостной, не отрывающей его от современной ему жизни и культуры. Ибо во все времена христиане присутствовали в мире как его закваска, как соль земли. Молодых людей, желающих быть христианами, мы не в иноческую келью увлекаем. Дай Бог, чтобы кто-то из них в свое время ощутил призвание к монашескому подвигу. Тогда это другой вопрос — и другой образ жизни, другой взгляд на вещи. Однако, если человек желает жить христианином в миру, имея работу, семью и неизбежные светские попечения, то почему он должен стараться изменить выражение своего лица, одеваться на какой-то особый манер, замыкаться в себе, прерывать общение с другими людьми?

Встречаю как-то утром на дороге к храму группу молодых женщин. Все как одна выглядят диковато, резко выделяются среди горожан, одеты странно и не по-людски. Оказывается, местный батюшка допускает женщин на службу не иначе как в этой псевдоправославной униформе. Вот и ходят они в храм в каких-то черных сарафанах.

Все это не имеет никакого отношения ни к Православию, ни к благообразию, ни к достоинству, ни к скромности. Это пародия на Церковь, дурновкусие. Насаждая фольклорное, музейное, костюмированное Православие, мы тем самым словно сигнализируем обществу и человеку о том, что наша вера якобы не имеет никакого отношения к современной жизни. А между тем место Православия — на стремнине жизни и в сокровенном обиталище наших чувств». [47]

Важно, чтобы пастырь был сам глубоко убежден: быть учеником Христа легко и радостно. Эта радость укрепляет человека в любых обстоятельствах, в самых различных жизненных ситуациях. Именно в этом случае пастырь сможет донести радость Богопознания окормляемым им людям. Только от нас зависит, считать перемены простыми, либо сложными. Убеждения, которые предполагают быстроту и положительный результат перемен, делают процесс изменений самоосуществляющимся. [48]

7. У каждого человека есть все необходимое для осуществления перемен, достижения собственных целей и осуществления своего жизненного предназначения

В распоряжении человека есть все возможности, необходимые для достижения собственных целей, исходя из его суждений о жизни и мире, убеждений, ценностей и представлений о собственном смысле жизни. Нужно лишь выявить их и направить в нужное русло.

Возможности — это прежде всего состояние уверенности в том, что достижение твоей цели возможно, наличие веры в это хотя бы с горчичное зерно. И тогда мы можем использовать все, что попадется под руку, все, что добавляет нам варианты и альтернативы.

Наша вера в Бога, упование на Него — это то, что нам прежде всего необходимо для достижения перемен. К значимым возможностям можно отнести также осознание собственного жизненного предназначения, это может быть помощь людей, убеждения и ценности, время, информация, идеи, таланты, способности, все, чем мы можем воспользоваться для достижения наших целей, а в контексте работы с наркоманом — выздоровления.

Даже в самых неблагоприятных обстоятельствах человек может сохранять способность управлять своими мыслями, придавать событиям любое содержание и откликаться на них по собственному выбору. Жизнеописание христианских мучеников — тому яркое свидетельство.

Господь наш Иисус Христос неоднократно говорит Своим ученикам о силе веры. Как Учитель, Он обучает учеников тому, что у них и в них есть все возможности для совершения своего Апостольского служения. Раскроем Евангелие: «Когда же настал вечер, приступили к Нему ученики Его и сказали: место здесь пустынное и время уже позднее; отпусти народ, чтобы они пошли в селение и купили себе пищи. Но Иисус сказал им: не нужно им идти, вы дайте им есть. Они же говорят Ему: у нас здесь только пять хлебов и две рыбы. Он сказал: принесите Мне их сюда. И велел народу возлечь на траву и, взяв пять хлебов и две рыбы, воззрел на небо, благословил и, преломив, дал хлебы ученикам, а ученики народу. И ели все и насытились; и набрали оставшихся кусков двенадцать коробов полных; а евших было около пяти тысяч человек, кроме женщин и детей» (Матф. 14.15-21). И если мы умеем учиться у Христа, то мы можем без сомнения быть уверены, что в каждом деле, порученном нам Господом, у нас есть все необходимые возможности для его осуществления.

В контексте окормления наркозависимых людей это положение позволяет пастырю иметь уверенность в том, что для конкретного окормляемого наркомана выздоровление возможно, но по тем или иным причинам в настоящее время доступ к жизненным силам заблокирован, возможно, отсутствует вера в реальность исцеления. Задача пастыря — лишь помочь раскрыться этим силам, помочь человеку обрести веру, получить радость исцеления.

8. Для полноценной духовной жизни, личностного роста и развития, человеку необходимо обрести Евангельское отношение к самому себе

Одной из основных заповедей Евангелия является заповедь о любви к ближнему: “Возлюби ближнего твоего, как самого себя” (Матф. 22, 39). Из этой заповеди становится совершенно очевидной заповедь Самого Спасителя о любви к себе. Где взять образ правильного отношения к ближнему? Из отношения к себе. Иметь Евангельскую любовь к себе означает жить в этой жизни и в вечности с Господом.

«Иисус сказал: всякое царство, разделившееся само в себе, опустеет; и всякий город или дом, разделившийся сам в себе, не устоит» (Матф. 12, 25). Если я буду воевать с собой и одержу победу в этой войне, кто окажется в проигрыше? Не правильнее ли будет бороться не с собой, а с грехом? Не лучше ли вместо борьбы с собой поставить цель и преодолевать препятствия на пути к этой цели? А если конечная цель жизни христианина — Господь, то он Сам и Цель, и Спутник, и Помощник на этом пути, то все греховное — лишь препятствия.

Правильное самоотношение, любовь к себе — это осознание как дара Божия всех граней и сторон собственной личности, благодарное принятие всего того, что вложено в сердце человека его Любящим Создателем. Только после этого человек сможет, преодолевая грехи и страсти, цельно и искренне, сообразуясь со своими ценностями и убеждениями, двигаться к своим целям, включая главную и первостепенную Цель человеческой жизни — Господа.

Любовь к себе не следует путать с греховным самолюбием и эгоизмом. Если я правильно, в Евангельском смысле люблю себя, значит на чужую боль я откликаюсь так же, как и на свою, на чужую радость — так же, как и на свою. Если я сам в себе не слышу ни боли, ни радости, не нахожусь в согласованности с самим собой, не отношусь к собственным чувствам и собственному внутреннему миру как к ценности, то и к боли и радости ближнего, к его внутреннему миру и его чувствам я в той же мере останусь безразличным, равнодушным.

«Любовь к ближним» людей, которые не научились Евангельскому отношению к себе, приносит этим самым ближним неимоверные страдания.

Если человек способен любить созидательно, наряду с другими людьми, он любит и себя, ибо кто мой самый ближний, если не я сам? Если же он любит только других, ненавидя себя, то для них он становится мучителем. Говоря, об отношениях в христианском браке, святой Апостол Павел повелевает: «Так должны мужья любить своих жен, как свои тела: любящий свою жену любит самого себя» (Еф. 5, 28).«Так каждый из вас да любит свою жену, как самого себя» (Еф. 5, 33). А если муж ненавидит себя? Если он по каким-то причинам убежден в собственной никчемности и ничтожестве, в том, что он «недостоин любви»? Какие отношения будут у него к жене? И каковыми будут последствия таких отношений?

Евангельское высказывание «Возлюби ближнего как самого себя» предполагает уважение к собственной ценности и уникальности, любовь к тому, что является самой глубиной человеческой личности, к собственной душе, которая любима Господом.

Истинная любовь предполагает заботу, уважение, ответственность и понимание. Она созидательна. Проявление нашей способности любви к другому человеку является фундаментальным для человека как для личности. Тот человек, которому по-настоящему раскрылось, что такое любовь к одному человеку, начинает по-другому смотреть на всех людей.

Итак, если человек в подлинно Евангельском смысле любит себя, то он любит каждого человека наравне с собой. Если же он любит другого меньше себя, он еще не освободился от греховного эгоизма. Если же человек любит всех в равной мере, включая и себя, то он сможет возлюбить всех людей как одну личность, подобно великим святым, возлюбившим «всеродного Адама» и плакавшим о его падении.

Здесь, как и в вопросе о прощении, человек может сделать выбор: или относиться к себе так, как хотелось бы его греховному эгоизму, или видеть себя таким, каким его видит Бог. Бог прощает меня — значит, я прощен, я принимаю это прощение и благодарю моего Господа. Бог относится ко мне с любовью — значит, я принимаю эту любовь и отношусь к себе так, как ко мне относится мой Небесный Отец.

Заповедь о Евангельском отношения к самому себе вдвойне актуальна при работе с наркозависимыми. Мне еще не приходилось встречать человека, по-настоящему любящего себя, который бы пристрастился к наркотикам. Разве может подлинно любящий себя человек разрушать себя, вводя в свой организм вещества, которые являются медленно действующими ядами?

9. Задача пастыря — привести человека к состоянию цельности духа, души и тела

У человека, находящегося в греховном состоянии, происходит непрестанная борьба между духом и плотью. «Плоть желает противного духу, а дух — противного плоти: они друг другу противятся» (Гал. 5,17). Но людям, ищущим обновления, новой жизни во Христе Апостол Павел повелевает: «Как предавали вы члены ваши в рабы нечистоте и беззаконию на дела беззаконные, так ныне представьте члены ваши в рабы праведности на дела святые» (Рим. 6, 19), то есть обрести цельность духа, души и тела, необходимую для служения Господу.

Существует тесная взаимосвязь между нашими мыслями и тем, что происходит в теле. Все, что происходит в душе, оказывает влияние на тело, и наоборот. Спаситель мира говорит об этом так:«Светильник для тела есть око. Итак, если око твое будет чисто, то все тело твое будет светло; если же око твое будет худо, то и все тело твое будет темно» (Матф. 6, 22-23).

Медикам известно, что убеждения о болезни влияют на процесс выздоровления. Убеждения о наших возможностях и способностях сказываются на достижении наших целей. Убеждения о спасении и о Боге (милостив Он или строг, прощает или «злопамятствует») значительным образом определяют нашу духовную жизнь.

Если человек мыслит уверенно, то он и выглядит уверенно, и действует точно так же. Если же он тревожен или испуган, то соответствующим образом изменяется частота пульса и дыхания, тон голоса, положение тела и жестикуляция. По поведению и другим внешним признакам можно вполне определить внутреннее состояние человека.

Ум и тело действуют как части одной и той же целостной системы, неизбежно влияя друг на друга. Происходящее внутри человека неизбежно отражается на его внешнем состоянии.

В случае обретения внутренней целостности и умиротворенности, дух, душа и тело проявляются как единое целое, которое человек в состоянии направить на достижение собственных целей, наркоман — для обретения исцеления, христианин — для цельного движения к Богу.

Нравственное состояние человеческой души оказывает колоссальное влияние на жизнь тела. Психологи знают о том, что многие заболевания тела носят психосоматический характер, имея в своем основании различные негативные (греховные) состояния души: гнев, обиду, непрощение, зависть, ревность, непринятие окружающего мира. Христиане знали об этой взаимосвязи издревле, со слов Своего Божественного Учителя. Раскроем Евангелие:

«И вот принесли к Нему расслабленного, положенного на постели. И, видя Иисус веру их, сказал расслабленному: дерзай, чадо! Прощаются тебе грехи твои. И при сем некоторые из книжников сказали сами себе: Он богохульствует. Иисус же, видя помышления их, сказал: для чего вы мыслите худое в сердцах ваших? Ибо, что легче сказать: прощаются тебе грехи или сказать: встань и ходи? Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи, — тогда говорит, расслабленному: встань, возьми постель твою, и иди в дом свой. И он встал, взял постель свою и пошел в дом свой» (Матф. 9, 2-7 ).

10. Каждый человек обладает собственным, совершенно уникальным восприятием мира. Наша ценность — в различиях

Существует различие между самим миром и тем, как он отражен внутри каждого из нас. Человек способен воспринимать механические и электромагнитные волны вполне определенных диапазонов и определенной интенсивности. Но даже при этих биологических фильтрах оставшееся количество информации остается огромным. Наш мозг слишком разборчив, чтобы сознательно фиксироваться на всем том, что попадает в него. Да этого, в общем-то, и не надо. Чтобы проехать куда-либо на машине, достаточно воспользоваться картой автодорог или же просто схематическим рисунком. Нам не нужно для этого знать каждую точку на дороге. Чтобы уверенно добраться до нужной станции метро, нам хватит схемы, которая явно не отражает истинного расположения станций в пространстве. Но карты нужны, чтобы ориентироваться в мире.

Люди формируют свое представление о мире, чаще всего неосознанно. Наши органы чувств особым образом преобразовывают информацию, попадающую во внутренний мир. Затем эта совокупность информации подвергается еще большим изменениям в нервной системе и головном мозге. Если после этого мы пытаемся выразить наш внутренний опыт средствами языка, происходит дальнейшее переформирование информации, в результате чего дистанция между нашим мировосприятием и самим миром еще больше увеличивается.

Это положение становится более правдоподобным и полезным в том случае, когда речь идет о более “глубинных” убеждениях, представляющих собой обобщения, которые не контролируются органами чувств. «Дети алкоголиков становятся алкоголиками», «Без высшего образования человек ничего в жизни не достигнет», «Мы учимся только на своих ошибках», «От рака умирают», «Наркоман, отрицающий то, что он — наркоман, находится на грани срыва» — вот примеры подобных глубинных убеждений, которые, имея видимость истинных утверждений, становятся самосбывающимися пророчествами.

Душепопечение, в конечном счете, призвано привнести во внутренний мир человека изменения, ведущие к желаемым результатам, сдвинуть перспективу, открыть ум к новым знаниям, памятуя заповедь Апостола Павла: «преобразуйтесь обновлением ума вашего» (Рим. 12; 2).

Нередко боль и душевные травмы люди переживают из-за ограниченности своих представлений о мире. Умение грамотно задать вопрос, которому вы сможете научиться благодаря этой книге, поможет обогатить и расширить их, предлагая направления работы с языком наркомана, отражающим его внутренний мир, с целью расширения и обогащения последнего. Посредством этого навыка пастыря семантические смыслы наркомана обогащаются и открывают перед ним новые возможности.

В каждом из нас отражены разные грани этого мира. Такой взгляд на мир устраняет необходимость споров о характере окружающей нас действительности и раскрывает перспективы обучения людьми друг у друга, осознание полезности и необходимости в нашей жизни других людей, непохожих на нас, поскольку, в силу своих ограничений, ни один из нас не может целиком и полностью понять и постигнуть все грани и оттенки окружающего мира.

В работе пастыря с наркозависимыми важно помнить: мировосприятие, в котором живет человек, находящийся в химической зависимости, значительно отличается от мировосприятия обычного человека. Своим внутренним опытом он видит и понимает мир совершенно по-иному. И если мы вторгнемся в этот мир со своими мерками, законами и точками зрения, то вызовем мощнейшее сопротивление и желание защититься от подобного вторжения.

11. Отношения между людьми выстраиваются в зависимости от уважения к мировоззрению и ценностям других людей

Замечательным примером такого уважения является Апостол Павел. Дадим место Священному Писанию:«Афиняне же и все живущие у них иностранцы ни в чем охотнее не проводили время, как в том, чтобы говорить или слушать что-нибудь новое. И, став, Павел среди ареопага, сказал: Афиняне! По всему вижу я, что вы как бы особенно набожны. Ибо, проходя и осматривая ваши святыни, я нашел жертвенник, на котором написано “неведомому Богу“. Сего-то, Которого вы, не зная, чтите, я проповедую вам» (Деян. 17, 21-23). Вместо обличений и споров Апостол показывает уважение к ценностям афинян и лишь затем проповедует им Христа.

Каждое мировосприятие имеет свои собственные возможности и ограничения. Взаимоотношения строятся тем лучше, чем больше мы имеем точек соприкосновения с внутренним миром других людей и уважением к нему, каким бы «неправильным» «абсурдным» и «бездуховным» он ни казался. В своем наставлении, адресованном к христианам Рима, Апостол увещевает: «Немощного в вере принимайте без споров о мнениях. Ибо иной уверен, что можно есть все, а немощный ест овощи. Кто ест, не уничижайте того, кто не ест; и кто не ест, не осуждай того, кто ест, потому что Бог принял его. Кто ты, осуждающий чужого раба? Перед своим Господом стоит он или падает. И будет восставлен, ибо силен Бог восставить его. Иной отличает день ото дня, а другой судит о всяком дне равно. Всякий поступай по удостоверению своего ума. Кто различает дни, для Господа различает; и кто не различает дней, для Господа не различает. Кто ест, для Господа ест, ибо благодарит Бога; и кто не ест, для Господа не ест, и благодарит Бога» (Рим., 14, 1- 6).

Вместо предоставления своим духовным чадам полного кодекса правил и предписаний: как, что и когда нужно делать (к поиску чего нередко тяготеют новоначальные христиане), Апостол показывает, что прежде всего важен мотив, намерение поступка.

Люди реагируют на свое собственное восприятие реальности. Уникальная личностная история человека играет роль фильтра, который он может со временем дополнять, вносить в него поправки, меняя свое воззрение на мир. Поскольку мы все видим мир сквозь личные фильтры восприятия, каждому из нас доступна лишь какая-то грань окружающей нас действительности. Некоторых это утверждение повергает в уныние, однако, при правильном к нему отношении оно обогащает процесс понимания других людей. Действия на основе такого понимания способны значительно изменить к лучшему любые человеческие взаимоотношения.

«Не станем же более судить друг друга, а лучше судите о том, как бы не подавать брату случая к преткновению или соблазну. Я знаю, и уверен в Господе Иисусе, что нет ничего в себе нечистого; только почитающему что-либо нечистым, тому нечисто» (Рим. 14, 13-15).

12. Смысл сообщения или действия заключаются в реакции, которую оно вызывает

«Итак во всем, как хотите, чтобы с вами поступали люди, так поступайте вы с ними» (Матф. 7, 12). Хочешь быть понятым — говори понятно, но прежде всего не для себя, а для собеседника. Одна древняя пословица гласит: «Истина не в устах говорящего, а в ушах слушающего».

Если человек исходит из того, что именно реакция другого человека, а не правильность своих слов или действий определяет смысл его сообщения, он обращает внимание на эту реакцию, и если сообщение не достигло желаемого результата, делает его по-другому, подыскивая для конкретного человека (или аудитории) наиболее подходящие формы изложения.

Итак, смыслом наших слов или действий относительно другого человека является его реакция, а не наши намерения. Апостол Павел, предполагая, какую реакцию вызовут его слова в той или иной аудитории, строил свою речь и свое поведение соответствующим образом: «Для Иудеев я был как Иудей, чтобы приобрести Иудеев; для подзаконных был как подзаконный, чтобы приобрести подзаконных; для чуждых закона — как чуждый закона, — не будучи чужд закона пред Богом, но подзаконен Христу, — чтобы приобрести чуждых закона; для немощных был как немощный, чтобы приобрести немощных. Для всех я сделался всем, чтобы спасти по крайней мере некоторых» (1Кор. 9, 20-22).

Для того чтобы достигнуть цели общения, можно мысленно “влезть в шкуру” этого человека и представить, какое влияние оказали бы на него те или иные слова, образы или поступки, научиться говорить на его языке.

Погружаясь в процесс общения, не следует забывать о целях общения, о том, что конкретно в этом общении для вас важно: передать какие-то сведения, произвести впечатление, увлечь собеседника, договориться о чем-то важном?

Большинство людей, к сожалению, ориентируется на собственные формулировки, собственный план и порядок слов и предложений, а не на ожидаемый от общения результат.

Важно помнить, что ответную реакцию со стороны собеседника вызывают не наши намерения, а наши действия, а значит, чтобы получить другую реакцию, нужно просто изменить свои действия. Построение взаимоотношений включает в себя принятие, обработку и передачу смысла слов и действий двумя или многими людьми, внутренний мир которых различен. Поэтому, если мы хотим понимания и ясности, нам следует постоянно уточнять, какой конкретно опыт стоит за теми или иными словами собеседника. Для этого необходимо внимательно наблюдать не только за речью, но и за тем, как человек произносит те или иные слова, проявлять внимание к языку как отражению внутренней реальности собеседника и гибкость в связи с получаемыми репликами и реакциями. Значимым элементом общения может стать даже молчаливо брошенный взгляд, несущий в себе огромное содержание и способствующий взаимопониманию обеих сторон.

Этим принципом пастырю предлагается взять на себя ответственность за результаты его отношений с окормляемыми людьми посредством наблюдения за следствиями своих слов и действий, стараться, насколько это возможно, заранее предугадывать «как наше слово в сердце отзовется». Это позволит с большим пониманием взглянуть на то, что происходит в окружении наркомана, что происходит с членами его семьи. Если зависимый человек каким-то деструктивным образом ведет себя в семье, в своем окружении и вызывает определенную реакцию близких, — люди плачут, расстраиваются, впадают в депрессию, ходят за ним: «Прекрати пить», «Прекрати ширяться», закрывают его в доме, безрезультатно оплачивают его лечение в различных клиниках, — значит, ему зачем-то нужна эта реакция окружающих. Для него это своеобразный способ коммуникации с другими людьми, способ взаимодействия. Стоит обратить внимание на то, почему такая реакция близкого окружения наркомана выгодна для него, что он получает для себя благодаря этому.

13. Человек и его поступок — не одно и то же

В Евангелии сказано: «Не судите, да не судимы будете» (Матф.7.1), поскольку любые наши суждения о человеке не могут отразить сути самого человека. Они констатируют лишь какую-то одну грань, нередко один-единственный поступок. Подобные суждения, которые к тому же в значительной мере искажают действительность, сильно осложняют человеческие взаимоотношения.

Эта мысль встречается в «Душеполезных поучениях» преп. Аввы Дорофея: «Иное же дело злословить или порицать, иное осуждать… Порицать — значит сказать о ком-нибудь: такой-то солгал, или разгневался, или впал в блуд или (сделал) что-нибудь подобное. Вот такой злословил (брата) т.е. сказал пристрастно о его согрешении. А осуждать — значит сказать: такой-то — лгун, гневлив, блудник». [49]

Наши суждения о людях нередко складываются из очень ограниченной, избирательной и субъективно обработанной информации. Мы нередко забываем, что мир постоянно изменяется, меняются и люди.

Однозначно отождествляясь со своим поведением, или же поверив такому отождествлению, заложенному в детском возрасте: «неряха», «идиот», «тунеядец», «неудачник», или со стороны значимых людей во взрослом возрасте, а также пресловутые врачебные диагнозы, типа «истерик», «неврастеник», «астматик», человек со временем может воспринимать как объективную действительность, соответствующим образом выстраивая свое поведение.

Пастырю необходимо научиться четко различать поведение человека и собственно человеческую личность. [50]

14. Человеческое поведение имеет свое позитивное намерение, глубинную мотивацию

Любыми своими действиями человек неизбежно преследует какую-то цель, даже если он ее не высказывает и вообще не осознает. Каждый поступок имеет своей причиной то или иное позитивное намерение — позитивное, по крайней мере, с точки зрения того, кто его совершает. Даже те поступки, которые мы вправе счесть антиобщественными или непристойными, без сомнения, имеют смысл с позиции того, кто их делает. Вероятнее всего, у него есть причина так поступать, цель или идеал, которые общество, возможно, в целом не одобряет. Но чаще всего это происходит потому, что человек просто не имеет опыта других, более нравственных поступков.

Даже самые ужасные и разрушительные действия совершаются благодаря каким-то намерениям, которые субъективно воспринимаются как позитивные, положительные и приемлемые в том контексте, где они получили развитие.

Такое позитивное намерение, как защита, часто стоит за агрессивным поведением. За страхом стоит желание и цель обезопасить себя. За гневом может быть такая позитивная цель, как сохранение дистанции. Позитивные намерения, стоящие за нежеланием меняться, что-то менять в своей жизни, могут быть продиктованы целым рядом проблем, таких как признание, уважение, дань прошлому, желание сохранить что-то давно знакомое.

Общеизвестна пословица “Дорога в ад устлана благими намерениями”. Наличие хороших намерений еще не гарантирует хорошего поведения. Люди с добрыми намерениями совершают плохие поступки в силу ограниченности восприятия мира. Проблемы появляются тогда, когда мировоззрение человека с хорошими намерениями имеет недостаточно выборов для их реализации и не учитывает другие контексты.

Для того чтобы помочь человеку решить его проблему, нужно научиться разделять поведение и намерение (действия и их смысл), с тем чтобы, сохраняя позитивное намерение, изменять поведение. Откуда же при изначальной положительности намерения появляется негативное поведение? Позитивное намерение связано с первоначальным окружением. То есть когда-то, в прежнем контексте, это было самым уместным поведением, непосредственно реализующим позитивное намерение. Например, благодаря капризу, ребенок научился получать от родителей желаемое. Однако такое поведение не всегда уместно во взрослом возрасте, но по-другому-то человек не научился достигать своих целей.

На той же идее основано понятие вторичной выгоды. Традиционные методы лечения зависимостей (алкогольной, наркотической) зачастую терпят поражение именно по причине игнорирования этого принципа. Что такое вторичная выгода? Поведение, уже изначально имевшее позитивное намерение, ”обрастает” дополнительными преимуществами. Так, курение первоначально может означать: “детское любопытство”, “самоутверждение”, “подражание значимым взрослым”, а затем обрастает еще целым рядом значений: «поддержание интересной беседы в курилке», «перерыв во время работы», «успокоение нервов», «возможность начать разговор с незнакомым человеком», «способ ухода в себя»… Все это надо учитывать — иначе, помогая бросить курить, мы рискуем, например, «помочь» человеку потерять друзей или обречь его на нервное напряжение, ведь по-другому он отдыхать не научился. [51]

Любой человек, находящийся в состоянии химической или эмоциональной зависимости, зачем-то это делает. Для него в этом есть некоторый смысл, причем, смысл, однозначно воспринимаемый им как позитивный. Таким образом он облегчает себе жизнь, снижает стресс, либо, по выражению одного наркомана, «дает себе больше любви».

Даже физическая боль может служить позитивной цели. Это способ сообщить, что в организме происходит что-то не так. Боль часто дает людям понять, что нарушен внутренний баланс.

Без овладения средствами осмысления, способами и навыками оказания практической психологической помощи было бы не важно, имеет кто-то позитивные намерения или нет, потому как мы не можем в таком случае помочь человеку увидеть его поведение в новом свете. Невозможно решить проблему, если думать тем же способом мышления, которым она возникла.

Иногда позитивные намерения трудно обнаружить сразу, и потому нам легче спрятать намерения за другими объяснениями поведения или симптома.

Господь обучает за непонятным, на первый взгляд, поведением усматривать позитивные намерения людей, показывая тем самым, что субъективно понимаемый «здравый смысл» не всегда является критерием правильности суждения. Раскроем Евангелие: «И когда Он был в Вифании, в доме Симона прокаженного, и возлежал, — пришла женщина с алебастровым сосудом из нарда чистого, драгоценного и, разбив сосуд, возлила Ему на голову. Некоторые же вознегодовали и говорили между собой: к чему сия трата мира? Ибо можно было продать его нежели за триста динариев и раздать нищим. И роптали на нее. Но Иисус сказал: оставьте ее; что ее смущаете? Она доброе дело сделала для Меня» (Марк. 14, 3-6).

Апостол Павел также разделяет поведение и намерение: «Имея такое намерение, легкомысленно ли я поступил?» (2Кор. 1, 17).

Преподобный Иоанн Лествичник также неоднократно упоминает, что Господь взирает на намерение, на то, что происходит не в поведении, а в человеческом сердце.

Блаженный Августин утверждал, что «зло есть ни что иное, как умаление добра, доходящее до полного своего исчезновения». [52] В процессе поиска позитивных намерений за тем или иным деструктивным поведением, важно понимать то, что “тьма” — это просто отсутствие света. Свет может освещать тьму, но темнота не может «проникнуть» в свет или объять его. Здесь уместно подумать над тем, что препятствует свету и как внести свет туда, где он нужен. [53]

15. Человек несет ответственность за свои мысли — а, значит, и за достигаемые в жизни результаты

Любой человек имеет все возможности для того, чтобы мыслить так, как он хочет мыслить, выбирая то, что для него важно. Мышление человека формирует его поступки, его жизнь, даже его внешний облик.

Каждый человек способен изменять свои убеждения и ценности, менять свою реакцию на окружающих и обстоятельства. Никакие внешние условия не могут лишить человека данной ему от Бога свободы. Даже силы зла, по учению Святых отцов, ничего не могут сделать с нами без нашего соизволения. Поэтому человек ответственен за все свои действия и поступки, за результат своих действий и всей своей жизни.

Каким бы ни было наше прошлое, мы с Божьей помощью можем достигать любых важных для нас результатов в настоящем и будущем. Здесь уместным будет вспомнить вдохновенные слова Апостола Павла: «Все могу в укрепляющем меня Иисусе Христе» (Фил. 4, 13).

16. Человеческий опыт имеет определенную структуру

Если человеческий опыт имеет определенную структуру, то опыт наиболее успешных подходов к окормлению наркозависимых можно структурировать, т.е. расписать по шагам: что нужно делать во-первых, что во-вторых, что в-третьих, и как конкретно совершаются эти действия. А это означает, что подобный успешный опыт мы можем с большей или меньшей точностью воспроизвести в другой ситуации, в ином контексте. [54]

Для того чтобы описать опыт, навык или знание на доступном и понятном языке, лучше сделать это в терминах сенсорной очевидности, отвечая на вопросы:

— Что конкретно происходит?

— Как это выглядит?

— Что было сделано во-первых, что — во-вторых, что — в-третьих?

— Что изменилось, и за какой промежуток времени?

Именно такой опыт можно перенимать и передавать. И именно на таком языке свидетельствует о Христе Спасителе Его возлюбленный ученик, Апостол Иоанн Богослов: «О том, что было от начала, что мы слышали, что видели своими очами, что рассматривали и что осязали руки наши, о Слове Жизни»(1Иоанн. 1, 1). Знание Христа для Его учеников было не только зрительным образом, не только чувством, не только изустно передаваемым рассказом, но вмещало в себя всю полноту доступного для человека познания. Они слышали Его, они видели Его, они осязали Его.

Основные образы мышления (зрительные, слуховые, осязательные) в психологической науке называются «системами представления», поскольку они определяют то, как мы представляем мир. Каждое из пяти чувств — зрение, слух, обоняние, вкус и осязание — имеет соответствие в нашем внутреннем мире. В этих привычных для нашего «внутреннего человека» категориях внутреннего опыта мы вспоминаем, представляем и мыслим.

Все сведения, поступающие в мозг посредством органов чувств, переводятся там в смысловую форму и образуют наши субъективные переживания — представление о воспринимаемом мире.

Хотя органы чувств устроены у нас примерно одинаково, все мы представляем явления каждый по-своему, в каждом случае своим, неповторимым и уникальным образом. Люди отличаются друг от друга в том, что касается их предпочтений в использовании определенных сенсорных систем. Наши системы представления исполняют роль особого языка переживаний. Этот “язык” распространяется на все душевные процессы (мышление, воспоминания, воображение, восприятие и осознание). Поскольку наши субъективные переживания имеют определенную структуру, самые простейшие знания о системах представления и их особенностях позволят человеку лучше понимать, что происходит в его внутреннем мире. Получив возможность осознавания и доступ к контролю над своими внутренними переживаниями, человек может обучиться управлять своими ощущениями и, следовательно, поведением. Обучившись навыку изменения структуры переживания, мы обучаемся тем самым менять само переживание.

Для нас также будет немаловажным умение отличать сенсорную информацию, которую мы получаем из внешнего мира нашими органами чувств, от наших суждений об этой информации. Как сказал один философ, «опыт — это не столько то, что происходит с человеком, сколько то, что человек делает из того, что с ним произошло».

Вот пример наблюдения за внешним состоянием собеседника: «Уголки губ приподняты, видны зубы, глаза сужены, щеки порозовели». Остальное — наши суждения и интерпретации (они у разных людей могут быть разными): «Он доволен», или «Ему смешно», или «Он вспомнил что-то приятное».

«Идет дождь» — это сенсорная информация. Отношение же (хорошо это или плохо) может быть одним у человека, который собрался в дальний путь, и совершенно иным у крестьянина, ожидающего окончания засухи.

Сенсорная информация объективна и проверяема. Ее может обнаружить каждый. А вот суждения… Сколько людей, столько и мнений. В ответ на улыбку прохожего можно подумать: «У меня плохая походка, и он надо мой смеется», или «Он вспомнил приятный случай», или «Злорадствует, наверное!». А он просто идет и улыбается, и ничего более.

Часто оказывается, что домыслы и интерпретации оказываются значительно дальше от объективного понимания действительности, чем сенсорное описание.

Вряд ли возможно изменить мир, вряд ли возможно исправить человека без его согласия, но наверняка возможно изменить свое отношение к тому, что в моей душе еще вчера вызывало раздражение, гнев, обиду.

Апостол Павел пишет: «Чему вы научились, что приняли и слышали и видели во мне, то исполняйте»(Фил. 4, 9). Что он имеет в виду? Если его адресаты обучатся его поведению и приложат усилия к подражанию его делам («Умоляю вас: подражайте мне, как я Христу» — 1Кор. 4, 16), они смогут перенять его понимание следования за Христом.

Поскольку опыту можно обучиться, то христианину и пастырю похвально и достославно приобрети первоначальный опыт психологической помощи у тех людей, которые уже имеют в этой области высокие результаты. Если же в их ценностях и представлениях о мире обнаружится что-то не совпадающее с ценностями обучающегося, можно будет подумать о том, как об этом же сказать иначе, при этом не отвергая, а используя то, что покажется полезным.

Начало практической работы

Значение долготерпения и участия

«И не может устоять то, что не основано на любви.
Ибо одна только любовь не умаляется,
но сияет своим собственным светом.
Прекращает раздоры, смягчает жар ненависти,
восстанавливает мир и сводит вместе разлученных.
Искупает зло, помогает всем, не вредя никому.
И кто призовет ее к себе на помощь, не убоится зла,
Но найдет защиту и обретет вечный покой»

Из раннехристианских рукописей

Эффективного и гарантированного лекарства от наркотика не существует. Восстановление больного наркоманией — задача непростая не только из-за тяжести заболевания, но и по причине сопротивления лечению самих наркоманов. Большинство наркоманов неприязненно относятся к лечению, не доверяет методам, применяемым врачами. Нередки случаи, когда наркоманы, за выздоровление которых родители заплатили огромные деньги, восстановившись в социальной жизни, встречают старых друзей, которые говорят им:

— Ну давай уж, раз ты бросил, вмажемся в последний раз…

И с этого «последнего раза» начинается новый виток, раскручивается новое колесо зависимости.

Пастырю ни в коем случае нельзя ругать человека за зависимость и заставлять немедленно отказаться от нее. Обычно это не приносит никакой пользы и разрушает доверие. «Берегись, — предупреждает святитель Тихон Задонский, — чтобы грешника в отчаяние не привести. В отчаяние может прийти грешник, когда с ним жестоко поступает иерей, греха тяжесть показует, а о великом Божием милосердии не изъясняет: надобно о сем случае иерею — и праведный суд Божий грешникам представить некающимся, а истинно кающимся неисповедимое Божие милосердие».

Если именно от священника человек получит импульс понимания, сочувствия, поддержки в тягостном состоянии своей наркотической зависимости, он будет благодарен пастырю до конца дней своих, вне зависимости от того, насколько много сил он вложил в действительности. Вот что пишет об этом архимандрит Киприан Керн:

«Если священник умеет подойти к грешникам вообще, если он развил в себе пастырское чувство сострадающей любви, если он хочет быть для своих духовных детей не грозным обличителем и сухим моралистом, готовым найти на всякий проступок соответственную епитимью или нотацию, а настоящим духовным отцом и понимающим другом, то ему, конечно, как бы ни был скрытен его юный собеседник, удастся расположить его к себе, внушить доверие и потребность искренне поведать о своих грехах и проступках». [55]

Для действенной помощи человеку, который решил освободиться из сетей зависимости, краткого общения недостаточно. Найдет ли пастырь время и силы жертвенно отдаться служению пришедшему за помощью наркоману, или он скажет традиционные слова о том, что необходимо поститься, читать утренние и вечерние молитвы, пособороваться, съездить на «отчитку», утешив свою пастырскую совесть мыслями о том, что «сделал все, от меня зависящее»?

Пастырю необходимо помнить, что наркоман — это человек, который в детстве недополучил родительского внимания, тепла и любви, человек, которого родители не научили мужественно смотреть в лицо жизненным трудностям, человек, у которого, возможно, не было ни одного по-настоящему близкого друга, человек, не научившийся доверять. Восполнить все это — одна из задач священника, к которому наркоман обратился за помощью. Он может стать другом, родителем, учителем, который поможет, поддержит его на этом пути к взрослению, к личностному росту.

Можно поговорить с ним о его детских годах, спросить о том, как его называла мама, какие важные переживания были в то время, о чем он мечтал в детстве, кем хотел стать. Стоит поинтересоваться, какие были отношения в его семье, хватало ли ему материнской, отцовской любви в детстве.

Общаясь с наркоманом, пастырю необходимо предложить ему припомнить те самые важные в своей жизни точки поворота, моменты, когда он принимал решение освободиться от наркотика и начать новую жизнь.

Иногда эти моменты носят далеко не «углубленно-философский» характер. Один наркоман рассказывал мне о том, что однажды, проснувшись после ночи, проведенной с наркотиком в компании друзей, он обнаружил то, что кого-то из его друзей стошнило прямо на ковер… возможно, это именно его и стошнило. Человек, увидев этот ковер перед собой, настолько испугался того, что мог захлебнуться собственной рвотой, настолько осознал, что всю свою жизнь он превратил в подобную рвотную массу, что эта минута осознания оказалась для него точкой поворота. С того момента он решил больше не принимать наркотики и до сих пор остается верным этому своему решению.

Известен и другой случай, когда один человек решил бросить, целый час прождав под дождем своего поставщика героина. После долгого времени ожидания он вдруг сказал себе: «Зачем я торчу здесь, как дурак, как несчастная, забрызганная грязью собака?» Это ощущение промерзлости и глупости, никчемности того, что он делает, было переломной точкой. Унижение и холод дали ему силы отказаться от наркотика и обратиться за помощью.

Не только алкогольная и героиновая, но и другие зависимости действуют подобным образом, ввергая человека в непереносимое внутреннее балансирование между «я» и «не я».

Грех наркомании состоит в том, что наркоман не принимает реальный Богозданный мир, пытаясь исказить или уничтожить действительность. А теперь представьте себе, каковым может быть внутренний мир человека, который до такой степени не принимает окружающий мир, себя, других, Бога. Подумайте, насколько несчастны эти люди, насколько они действительно нуждаются в вашей помощи, в вашем участии.

С этой точки зрения будет уместным подумать об одной из основных пастырских задач: научить человека принятию жизни, помочь восстановить отношения с Богом, разрушенные связи с другими людьми, самим собой, окружающим миром.

Значение личностных качеств пастыря

Священник — не обыкновенный христианин, не обыкновенный человек, но соучастник искупительного подвига Христова, носящий в душе своей множества душ, ему вверенных

Митр. Антоний Храповицкий

Священник, который хочет посвятить себя деятельному служению людям, должен быть человеком, у которого достаточно глубоко и целостно решены личные христианские задачи, достаточно ясно и четко сформулированы собственные ценности и определены жизненные цели. В своей религиозной и церковной деятельности такой пастырь должен быть человеком, который предельно искренен сам с собой. Любая нечестность, любая неискренность, любая формальность, любое слово, сказанное только потому что его надо сказать, а не потому что оно переживается, потому что «так написано», а не потому что это стало реальностью жизни, сразу же замечается окружающими людьми.

Искренность с самим собой подразумевает неподдельность, честность и целостность внутреннего мира пастыря, который знает свои возможности, сильные стороны и недостатки. Он может выразить свои чувства и свои суждения по тому или иному поводу достаточно вежливо, не задевая других людей, и в то же время достаточно живо и искренне.

Пастырь, как ученик Христов, во всем старается быть похожим на своего Божественного Учителя.

Господь наш Иисус Христос никогда не скрывал Своих чувств. Он плакал с плачущими, радовался с радующимися. Раздражение и гнев на фарисеев, тоску перед крестными страданиями и страх, любовь и человеческую искренность — все это проявлял Он открыто и искренне, являя нам пример цельного Человека. (Лук, 19, 41; Лук, 8, 33; Мк., 14, 33; Мф. 10, 21). Самое главное, Он всегда поступал так же, как учил. Люди видели, что Он в самом деле глубоко переживает то, что проповедует, искренне убежден в том, о чем говорит.

Неоднократно Он призывал Своих учеников учиться у детей. Ведь они чистыми сердцами видят, насколько искренни их родители, проживают ли они то, о чем говорят. Ученики очень быстро распознают, насколько искренни учителя, когда говорят о своих идеалах, ценностях, верят ли они в то, чему учат, и любят ли предмет, который преподают.

Кроме молитвы о болящем и окормляемом человеке в храме на Богослужении, кроме искренней заботы о нем в рамках взаимного отношения и общения, истинный пастырь носит в душе своей постоянную молитвенную заботу о множестве душ ему вверенных, молитвенное предстояние перед Богом. Но, кроме этого, пастырю очень важно иметь убеждение, что, помогая этому человеку, он находится на своем месте,что эта работа и есть его главная задача сейчас, в это время, что живые люди, окружающие его — это не «искушение» и не помеха его духовной жизни, а самое основное поручение Божие. В противном случае действия пастыря будут носить функциональный, а не духовный характер.

Любой из методов работы, который мы предлагаем далее — это только направление того, как об этом стоит подумать, куда можно двигаться. Все зависит от цели. И если вы будете что-то из предлагаемого осуществлять практически, то, сделайте это максимально искренне.

Пастырь в своей работе с наркотически зависимыми ребятами, как и в других любых ситуациях, должен обладать определенной мерой смирения, иметь подлинное уважение к ближнему, ищущему, заблуждающемуся, грешному или сомневающемуся, навыком принятия человека таким, каков он есть. В жизни большинства из нас, безусловно, были такие люди.

Митрополит Антоний Сурожский приводит наглядный пример пастырской любви в своих воспоминаниях:

«Я помню одного священника, тогда еще совсем молодого, который мне казался очень ветхим, потому что я был мальчиком десяти лет. Он меня очень поразил. Его звали отец Георгий Шумкин. Он был священником нашего детского лагеря. И нас, всех мальчиков, поражало в нем то, что он умел нас всехлюбить без разбора. Когда мы были хорошими, его любовь была ликующей радостью. Когда мы отпадали от благодати, делались плохими, его любовь не менялась, но она делалась острой болью, которая нас оздоровляла и меняла. В то время я о Боге ничего не знал. Это меня поразило и осталось в моей памяти и в моем сердце. Это раскрылось, когда я о Боге узнал… Бог нас любит именно так. Он ликует, и Он умирает на кресте. Острая боль в сердце отца Георгия стала возрождением нашим и возрождением других людей. Многие из нас переменились от того, что не могли вытерпеть, видя его страдания». [56]

Очень важно, чтобы пастырь взял за правило не брать на себя смелость принимать решения за людей по поводу их жизни. Смелость решения всегда должна исходить от человека. Посмотрите, как это делал Господь Иисус Христос: Он всегда поддерживал людей, когда они падали, но готов был отпустить тех, кто хотел отойти от Него (Иоанн. 6, 67).

Пастырь должен быть готов к тому, что со стороны «сознательных» прихожан он может встретить непонимание своей работы. Но нужно быть заранее готовым, что это может произойти. За осознание собственной пастырской ответственности и следование своему предназначению, человеку даруется дерзновение от Господа, встречавшего в Своей земной жизни непонимание и человеческую злобу со стороны людей, свято блюдущих и хранящих нерушимую религиозную форму, но не имеющих знания о тайне христианства, которая состоит в жертвенной сострадательной любви.

Исцеление непростым путем перерождения

Исцели меня, Господи, и исцелен буду; спаси меня, и спасен буду; ибо Ты хвала моя

Иеремия 17, 14

Святитель Игнатий Брянчанинов в одном из своих писем говорил, что благодать Божья может воссоздать человека в считанные мгновения. Поэтому пастыри, которые в своей практике встречаются с необходимостью оказать помощь попавшему в беду человеку, должны прежде всего (вопреки всякому здравому смыслу, подсказывающему о грядущих вместе с обратившимся хлопотах и проблемах) ОБРАДОВАТЬСЯ тому, что еще одного человека Господь привел к покаянию, поручив именно ему эту задачу.

Если наркоман начинает сожалеть о своей жизни, каким-то образом каяться, переживать, смотреть на свою жизнь по-иному, то у него всегда остается надежда на то, что благодать его коснется, и он может быть исцелен в один миг — чудом. Однако прежде всего необходимо ориентировать наркомана не на чудо, а на непростой путь перерождения. [57]

«Самая жизнь убеждает нас в том, что именно внутреннее пастырское настроение священника является главным условием для нравственного созидания ближнего. Действительно, если мы обратим внимание на то, как даже в обыденной жизни может переламываться порочная воля человека под влиянием другой воли, то увидим, что здесь действующею силою является не столько рассудочная убедительность философа, не столько даже пример праведника, сколько исходящая из сердца сострадательная любовь друга. Правда, любовь усиливает и сознательное рассудочное влияние: человек, проникнутый любовью, более чем какой-либо другой, может почуять законы нравственной жизни и всегда бывает в большей или меньшей степени психологом и даже философом. Другая сторона, разъясняющая чисто естественное, общепонятное влияние любящего человека, понятна: человек сострадательный всего скорее может понять и личную жизнь данного страдальца, качество его духовного недуга или его индивидуальную природу; тем более понятным становится значение этой силы, когда она соединяется с образованием, знанием закона Божия и жизни. Но, во всяком случае, главное условие этого воздействия заключается не в учености, не в психологической тонкости нравственного деятеля, а в чем-то другом, что не нуждается ни в каких посредствах, ни внешних проявлениях, или же что остается при всех этих проявлениях не определившимся вовне, а непосредственно вливается в душу наставляемого», — пишет митрополит Антоний Храповицкий. [58]

Необходимо упомянуть и о том, что наркоману, который оказывается на попечении священника, важно дать проговорить и переосмыслить свою наркоманию. Не все люди могут откровенно рассказывать о том, что является для них предметом их зависимости. Им стыдно об этом говорить, особенно перед авторитетными для них людьми. И совершенно колоссальный и потрясающий опыт испытывает человек, который проговаривает свои прошлые ошибки и нынешние душевные переживания, но это не встречает при этом ни осуждения, ни укоров, а, напротив, — любящее принятие и понимание.

Наркомания является болезнью, которая проистекает от отсутствия навыка правильного отношения к самому себе. Все мы прекрасно помним Евангельские слова: «Возлюби ближнего твоего, как самого себя» (Мк. 12, 31). Я встречал людей, которые предпочитали бы эту заповедь Божию, утверждающую любовь и к ближнему, и к самому себе, во второй ее части проигнорировать, сакцентироваться на «ближнем», но слова Спасителя непреложны: себя любить нужно. Но что любить в себе? Наш «центр удовольствия» или нашу Богозданную личность, то, что является в нас образом Божиим? Безусловно, второе.

Зависимый человек прибегает к какому-либо «излишеству», когда ему становится плохо, и со временем этого «излишества» требуется все больше и больше. И постепенно человек начинает себя за это ненавидеть еще сильнее.

В основании любой дурной привычки, любой зависимости, лежит, как правило, саморазрушение, отсутствии любви к самому себе. Если же такое поведение человек считает нормой, значит, он еще даже не осознал всей трагедии пути саморазрушения, на который встал.

В основе освобождения от любой зависимости, в том числе и наркотической, прежде всего, лежит восстановление евангельского отношения к себе.

О евангельском отношении к себе

В связи с вышесказанным, хочется подробнее остановиться на теме евангельского отношения к себе. Итак, наш Господь учит нас: «Возлюби ближнего как самого себя» (Матф. 22, 39). Давайте поставим акцент не на второй части этого предложения, а на второй, а именно: «возлюби… как самого себя», потому что самый ближний человек для нас — это мы сами. И как я могу любить других, если не люблю самого себя? Где я возьму образец для подражания? Человек может взять нечто только из своего опыта. Чужой опыт так и останется чужим.

Образец любви для нас — Христос, воплощенная Любовь. Он так полюбил человека, что отдал Свою жизнь на Кресте за каждого из нас. Чтобы каждый из нас стал подражать Ему и смог так же полюбить Бога, по слову Господа, он должен сначала научиться любить себя, а уж потом своего ближнего, по образцу этой любви.

Из чего состоит евангельское отношение, любовь к себе?

— Из мыслей по отношению к себе.

— Из чувств по отношению к себе.

— Из действий по отношению к себе.

Пастырь, возвеститель Божией любви, может сказать:

— Знаешь, Бог любит тебя таким, какой ты есть, сейчас.

В ответ наркоман может ответить:

— Почему же я этого не чувствую?

И задача пастыря объяснить человеку, что препятствием к осознанию любви Божией является грех. Грех нераскаянный и непринятый человеком, грех, который он отрицает в себе, вместо того, чтобы осознать его и попросить у Бога прощения.

Для Господа все мы — дети. И подопечный пастыря — это просто ребенок Божий, который упал в грязную лужу, но от этого не перестал быть Его чадом.

Один из самых важных признаков отсутствия евангельской любви к себе — это жалость к себе, постоянное чувство: «меня несправедливо обижают», «мне хотят навредить», «мир наполнен злыми и недобрыми людьми». Как помочь человеку преодолеть это? Научить его принять свой крест. А что же это такое? Крест для человека — это, прежде всего, он сам, жизнь, которую Господь поручил ему прожить. Помните, Иисус сказал расслабленному: «Встань, возьми постель свою и иди» (Мф., 9, 6). Постель — это образ прошлого. И ее надо нести. Куда? — Ко Христу. И Ему отдать, положить к Его ногам. И первое правило исцеления и лечения: прежде, чем начать лечиться, нужно принять свой крест, осознать все, что мне не нравится во мне и вовне и решить, во что я хочу преобразовать это с Божьей помощью.

Эгоист — это человек, который не любит себя. Он ненавидит себя, презирает, он несвободен. Он обижается, если другие люди замечают в нем то, что он в себе презирает. Он не принимает себя таким, каков он есть, он хочет быть неранимым и неуязвимым, и эти симптомы говорят о том, что в его душе — боль. Он постоянно хочет что-то доказать окружающим его людям.

Не любящий себя человек не имеет вкуса к жизни, его мучают депрессивные состояния, потому что где-то внутри он сказал смерти «да», он просто «доживает» свою жизнь. Ему никто уже не нужен, даже он сам.

Выйти из этого состояния уныния очень непросто, пока его поддерживают четыре негативные эмоции:обида (на себя, на свою жизнь, на других людей, на судьбу, на Бога), самобичевание, которое говорит о том, что человек недостоин любви (как будто можно заслужить то, что дается Богом даром), страх, который парализует любую деятельность, и чувство вины без раскаяния, которое заставляет искать наказания. Если пастырь поможет своему подопечному заменить эти четыре разрушительные эмоции поддерживающими, то уныние будет легко преодолимо, у него исчезнет подпитка, которая дает ему силы.

Зависимость — это очень характерный признак нелюбви к себе. Зависимость берет в плен дух, занимает в жизни все больше места. Потребность в постоянном чувстве удовольствия, поддерживаемая зависимостью, превращается для человека в идол, он начинает служить своему божку. Если зависимый человек лишается доступа к предмету своей зависимости и не обретает взамен высшего смысла, то он умирает: умственно, эмоционально, физически.

Есть еще одна причина нелюбви к себе, и связана она с детством, с первыми месяцами в утробе матери, с первыми годами после рождения. Если отец или мать (или оба родителя) ждали ребенка не того пола, если ребенок родился вследствие «необходимости» или потому что «так делает все», если с детства он об этом слышал от родителей, видел и чувствовал это в их действиях по отношению к нему, — у него могло сформироваться неправильное отношение к себе.

Наркоман — это человек с обесцененным ощущением собственной жизни. Обычно я спрашиваю такого человека:

— Как тебе кажется, сколько ты стоишь? Какова твоя цена?

И здесь можно услышать очень разные ответы…

— А в какой валюте? В каком смысле «сколько стою»? Ну, не знаю, тысяч десять… в рублях… или как еще?

Каждый человек для Господа — бесценен. Цена каждого из нас — смерть Сына Божия на Кресте.

Если ваш подопечный уверовал в Господа, то, чтобы начать непростой путь исцеления, пусть он прислушается к словам Спасителя: «Ибо кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее, а кто потеряет душу свою ради Меня, тот обретет ее» (Мф. 16, 24:25). Только тот, кто понял, что Господь любит его больше, чем это возможно ему самому, может полюбить Бога больше, чем себя, и даже саму жизнь отдать за эту любовь.

И кому, как не пастырю Церкви следует объяснить заблудшему человеку, что значит любить себя в евангельском смысле — это значит, жить так, чтобы здесь, на земле, и в вечности быть с Богом.

Помогающее общение

Первая встреча

Берясь за нелегкое дело душепопечения, пастырь должен не психиатра привлекать к своей работе, а самому не ограничивать своей подготовки к душепопечению одними учебниками Пастырского богословия, Нравственного богословия и аскетики, но познакомиться хотя бы в некоторой мере с требованиями психологии и пастырской психиатрии.Это нисколько не повредит его «духовности» и православности.

Архимандрит Киприан Керн

Святитель Григорий Богослов, много потрудившийся на поприще душепопечения, оставил множество наставлений о значении пастырского труда. Сравнивая труд медика и труд пастыря, он пишет:

«Я считаю нашу медицину гораздо труднее и значительнее, а потому и предпочтительнее той, что имеет дело с телами, — еще потому, что последняя мало заглядывает вглубь, но по большей части занимается видимым, тогда как наша терапия и забота всецело относится к сокровенному сердца человеку (1Пет. 3, 11), и наш бой — с врагом, который воюет внутри нас и противоборствует нам, который в качестве оружия против нас использует нас самих и, что самое ужасное, предает нас греховной смерти. Перед лицом этого нам необходимы великая и совершенная вера, большое содействие со стороны Бога, но не меньшая и с нашей стороны ревность… Что же касается цели той и другой терапии, то для одной — это или сохранить существующее здоровье и благополучие плоти, или возвратить утраченное, для другой же — окрылить душу, вырвать ее из мира и отдать Богу, сохранить то, что «по образу», если оно цело, поддержать — если под угрозой, восстановить — если повреждено, вселить в сердца Христа при помощи Духа, и, короче говоря, сделать того, кто принадлежит к высшему чину богом и достойным высшего блаженства». [59]

Вероятнее всего, первая ваша встреча с проблемой может произойти приблизительно таким образом.

К вам, приходскому священнику или настоятелю монастыря, лично (или по телефону) обращается мама (или папа) наркомана с просьбой о помощи. После нескольких минут знакомства и предварительного общения, вы можете спросить ее (или его):

— А где же ваш сын?

— Он дома, — ответит родительница (родитель).

— Приходите-ка с ним (или: «Передайте ему трубочку»), — скажет батюшка.

Если знакомство с молодым человеком все же состоится, необходимо выяснить, кому нужно выздоровление, освобождение от зависимости. Нередко мамы обещают своим сыновьям золотые горы, если только он согласится пожить у такого-то батюшки хоть две недельки. Если у самого человека нет никакого желания бросать — помочь можно только маме.

При первой встрече стоит обратить внимание на то, кто отвечает на вопросы священника: мама или ее чадо.

Если на первые самые простые вопросы отвечает мама (вариант — подталкивает сына: «Ну, говори же, отвечай батюшке на вопрос!»), если она говорит «мы», имея в виду наркоманию «сынули», то мама — часть проблемы, в которой родилась наркомания, ее желательно бы отправить домой.

Возможно, она будет сопротивляться любым, даже самым мягким, попыткам решить проблему без нее. Если мама — человек церковный, она будет уговаривать вас разрешить приезжать «хоть иногда» для того, чтобы именно здесь «причаститься», если нецерковный, — скорее всего, это будут попытки«посмотреть, в каких условиях он живет (или будет жить)» и что-то еще в этом роде. На самом деле, вероятнее всего, ей важно «держать ситуацию под контролем». Почему?

Желая выздоровления своему ребенку, мать часто неосознанно препятствует его выздоровлению. Наркоман нередко — выгодный член семьи. Иногда наркомания сына или дочери — это то, что хоть как-то сплачивает их отца и мать, объединяющихся в борьбе за выздоровление ребенка. Стоит этой проблеме разрешиться — они вновь сталкиваются с отсутствием отношений в семье, необходимостью разводиться, решать «квартирный вопрос» и т.п. Взаимоотношения в семье алкоголика или наркомана заслуживают отдельной книги, а мы вернемся к нашему подопечному. Если выяснится, что наркоман на самом деле не ищет выздоровления, изменения, — что делать? Попытаться спровоцировать такое желание. [60]Священник, служитель Христа, должен обладать мудростью человека, способного мотивировать к изменению и выздоровлению.

Возможно ваш подопечный не ставит никаких целей, связанных со спасением души и обретением сердечной молитвы. Но ведь никто из приходивших к Пастыреначальнику Христу и Его ученикам — Апостолам, первоначально не ставил высоких духовных целей. Эти цели рождались от соприкосновения с Ним, от общения с Ним. Если рядом с наркоманом окажется пастырь искренний, горящий, то и его подопечный возгорится этим огнем.

Обратившегося за помощью наркомана необходимо изолировать от окружающей его среды, «вырвать из контекста». Контекстом проблемы является место работы или учебы, друзья и семья наркомана. Нужно принять его в свой монастырь или взять его жить при небольшом сельском приходе. Желательно, чтобы это было подальше от тех мест, где проходила его наркоманская жизнь. [61]

Обретение взаимопонимания

Итак, чтобы быть истинным пастырем и нравственным руководителем, нужно предварительно раскрыть в себе способность совершенно открыто и искренно входить в общение с ближними, отстранять от себя самовольную застенчивость и замкнутость

Митр. Антоний Храповицкий

Священник может потерять очень много времени, выслушивая историю жизненных сложностей от наркомана. Но для начала, для первой встречи, не это важно. Лучше не дать человеку посредством рассказа слишком далеко вернуться в свое прошлое. Пусть при необходимости расскажет о том, что важно, что значимо для него в этой жизни, какие у него цели, чего он хочет достигнуть, ради чего решил бросить свое зелье.

На этом этапе задача священника — ПОСТРОИТЬ КАЧЕСТВЕННО НОВЫЕ ОТНОШЕНИЯ с обратившимся к нему за помощью человеком, отношения, аналогов которым у наркомана до сих пор не было.

Пастырю необходима вера выздоровление пришедшего к нему человека. Вспоминается рассказ митрополита Антония Сурожского:

«Однажды в Москве, на ступенях гостиницы «Украина», молодым офицером мне был задан вопрос:

— Хорошо. Вы верите в Бога, а Бог-то, во что Он верит?

— Бог верит в человека, — ответил я ему.

Это очень важный момент в христианской жизни: вместе с Богом верить в человека, начиная с себя самого. Христос не напрасно нам говорит, что мы должны любить себя самих и ближнего, как самих себя. Любить — это быть готовым делать все возможное для того, чтобы любой человек ликовал в своей жизни, рос бы в полную меру своих возможностей и был бы достоин своего человеческого звания. Поэтому первое, чему нас учит Христос, когда мы делаемся Его учениками, — это верить в человека, надеяться на него, любить его даже ценой собственной жизни». [62]

Кем для пастыря является обратившийся за помощью человек: самарянином, впадшим в разбойники, возвратившимся блудным сыном, или лишней обузой? Какие отношения пастырь хочет построить с ним? Сможет ли он поверить в полное выздоровление пришедшего к нему человека?

Отношения пастыря с обратившимся к нему за помощью наркоманом не всегда складываются просто. Если у наркомана не было по-настоящему близких людей, то у него нет никаких оснований доверять священнику. Как установить отношения доверия? Исключительно одним способом: безоценочным принятием человека таким, каков он есть. Никакого труда не составляет принятие и симпатия по отношению к «правильному» церковному человеку, который регулярно ходит в храм, поет на клиросе, читает святоотеческую литературу. Но вот такого: безвольного, непостоянного, нечестного перед самим собой и перед другими, и при этом такого самоуверенного — как его полюбить?.. А без любви невозможно оказать человеку никакой деятельной помощи.

Даже если удастся найти в себе душевные силы относиться к наркоману с долей сочувствия и участия в его жизни, пастырю, в некоторых случаях, приходится пройти целый ряд «тестов на вшивость»…

Нередко при работе с молодежью священнику придется иметь дело с их психологической незрелостью. Иногда человеку по паспорту 25-27 лет, а по уровню ответственности и личностной зрелости он равен подростку не старше 12-14 лет. Личностная зрелость человека состоит в умении найти свое предназначение и следовать ему. Пастырю предстоит быть тем человеком, который поможет личностному росту и развитию человека.

На этом этапе отношений с наркоманами многие пастыри опускают руки, отчаиваются и разочаровываются в помощи этим людям. Но если это испытание удается преодолеть, остается надежда на то, что дальше будет легче… И добрым советом, и отеческим предупреждением пусть послужат для пастыря слова архимандрита Киприана: «Особенно, может быть, важно советовать пастырю не поддаваться пессимизму и самоуверенности в его трудной и ответственной работе по окормлению душ. Исполняя свой пастырский долг, он должен все возлагать на милость Бога, не только нелицеприятного Судии, но и любящего Отца». [63]

Во-первых, во-вторых, и, в-третьих, принять обратившегося за помощью человека как родного и выстроить с ним теплые человеческие отношения. Следует помнить, что наркомания — это кризис отношений с окружающим миром, приведший человека к нарушению отношений между телом и душой, неумение строить подлинно глубокие отношения с людьми.

Оказавшийся на попечении пастыря наркоман должен быть уверен: священник любит его и искренне хочет ему помочь. «Переламываясь», он может быть агрессивным, злым, лживым, будет провоцировать пастыря на ответные действия и поступки. Не следует поддаваться на эту провокацию! В данном случае действует не человек, а его болезнь. «Пастырю, как и всякому воспитателю,— пишет архимандрит Киприан,— дано развивать и воспитывать свободу человека в хорошем направлении. Наряду с этим пастырь должен разобраться в том, что у человека от него самого, а что от среды и рода». [64]

В монастыре наркоману будет нелегко выстаивать «непонятные» службы и «скучные» правила. Но не нужно запрещать уйти, если станет совсем тяжело. В этих «отстаиваниях» еще, возможно, не будет ничего похожего на подлинно духовную или церковную жизнь. На первом этапе все дело в том, чтобы просто сменить ритм, заполнить жизнь (для начала чисто механически) иным содержанием.

В течение этого времени пастырь должен быть чутким и внимательным к своему подопечному, в добром и ненавязчивом общении обучать его глубоким, подлинным и здравым отношениям с другими людьми, корректировать его потребность в постоянном стремлении к «эмоциональной переполненности», обучать его эмоциональной сдержанности как состоянию, в котором возможно устремление к большей глубине понимания себя и своей болезни.

Как пастырю показать, что ему доверять можно?

Построение доверительных взаимоотношений — задача непростая. Радеющий о духовных чадах пастырь, подражая Пастыреначальнику Христу, старается затронуть самую глубину личности пришедшего человека, ту глубину, о существовании которой человек даже не подозревал… Вспомним, какой замечательный пример подобного прикосновения к человеческой душе показал наш Господь в Своей беседе с женщиной-самарянкой у колодца.

Для построения доверительных отношений существуют несколько простых правил. Прежде всего человека не стоит «грузить» оценками, обвинять его, долго и подробно рассказывать ему, что он «должен» и чего «не должен». [65] В таком случае человек или сразу закроется, или (если нажим будет слишком сильный, а ваш подопечный окажется достаточно мягким в волевом отношении) окончательно сломается. Приходилось видеть, как под воздействием достаточно директивного пастырского руководства в людях окончательно рушилось волевое начало, они становились вялыми, апатичными и беспомощными. По какому-то странному недоразумению такое поведение называется «смиренным», полное отсутствие волевого начала считается для многих людей идеалом правильного духовного устроения.

Но ведь наша задача — помочь восстановить в пришедшем человеке волевое начало, вернуть ему право быть хозяином собственной жизни и научить его снова распоряжаться ею в соответствии с собственными ценностями и смыслами!

Святые отцы оставили нам описание того, что и как следует говорить в каждом конкретном случае: как узнать, когда быть построже, когда — помягче; в каком случае рассказать притчу, метафорическую историю, а в каком — предложить самому человеку рассказать, что он думает по тому или иному поводу; в каком случае нужно апеллировать к осознанию, а в каком — непосредственно к сердцу. Одним из наиболее замечательных классических источников подобного рода является «Слово к Пастырю» преподобного Иоанна Лествичника.

Безусловно, через благодатных старцев и духовников действовала особая духовная сила. Действие благодати Божией не поддается человеческому описанию. Однако преподобный Иоанн свидетельствует о том, что умение говорить с человеком на его языке, раскрывать потаенные стороны человеческой души, строить доверительные отношения — навыки, которым можно (и должно!) обучиться.

Психологическая наука в последние годы довольно детально исследовала структуру человеческого общения. На основании изучения опыта людей, умеющих грамотно строить доверительные отношения и создавать желание измениться, было написано много книг и статей. Мы же остановимся здесь только на элементах помогающего общения, непосредственно касающихся работы с наркозависимыми.

К чему бы человек ни стремился, чего бы ни хотел достичь, он всегда имеет дело с другими людьми. И даже если человек имеет дело со многими организациями, в конечном счете, он будет общаться не с какой-то абстрактной организацией, а с конкретным человеком, представляющим эту организацию. Человек имеет дело не с медициной, а с врачом, не с юриспруденцией, а с адвокатом или с судьей, не с бизнесом, а с конкретным бизнесменом. Всегда перед нами другой человек. И очень часто достижение наших целей, зависит от другого человека, от того, какое впечатление мы производим на него, какие чувства у него остаются, когда он общается с нами, какие впечатления у него возникают в первый момент встречи. От этого нередко будут зависеть те решения, которые он будет принимать, и от этого зависят, достигнем мы наших целей или нет.

Общение может быть эффективным или неэффективным. И будь это общение между родителем и ребенком, между врачом и пациентом, между учителем и учеником, между начальником и подчиненным или между людьми, находящимися на равных, если это общение будет удачным, то это произойдет потому, что оно следует определенным законам. Пастырю, как никому другому, нужно научиться действовать в соответствии с этими законами. И одним из этих законов является уважение к ценностям другого человека, с тем, что для него дорого и ценно.

Работа с людьми, зависимыми от наркотиков, должна происходить без конфликта с их убеждениями и ценностями. Означает ли это полное согласие пастыря с убеждениями и ценностями наркомана? Вовсе нет. Задача пастыря, не входя в полемику по поводу различных точек зрения на те или иные вещи, раскрыть альтернативу, необъятный мир духовной жизни. И если пастырю удастся это осуществить, человек сам сделает свой выбор в пользу Христианства. Доверьте ему сделать этот выбор.

Если наркоман поверит в то, что священник его понимает и принимает таким, какой он есть, общение сдвинулось с мертвой точки. В противном случае результат будет такой: «и здесь меня не поняли».

Важным для начала общения видится наличие смиренного отношения пастыря к пришедшему. Полностью уврачевать и решить проблему человека может только Господь. Оставим же Ему, Незримому, но реально присутствующему, место в вашем общении. Не стоит назидать, лучше просто делиться тем, что вы думаете по тому или иному обсуждаемому вопросу. В таком случае ваши слова будут ложиться в сердце вашего собеседника. Нотации же, как правило, вызывают внутреннее сопротивление.

Нередко приходится встречать ситуации, когда служители Церкви говорят о Боге слишком «по-книжному». Бывшие наркоманы рассказывали, что нередко пастырь, не построив доверительных отношений, никем не став человеку, нагружает его «правильными» понятиями и представлениями. Видится важным необходимость смещения фокуса внимания в пастырской работе с холодного морализаторства и назидательства на обретение человеком собственного пути к Богу.

«Нет ничего более опасного для дела миссии в молодежной среде, чем нравоучения и назидания. У молодого человека это сразу ассоциируется с нотациями, которые им годами читают родители и учителя. И происходит рефлекторное отторжение такого рода проповеди. К тому же люди церковные слишком часто бывают склонны прибегать к непривычной и трудной для непосвященных схоластической риторике, нередко обильно сдобренной цитатами на славянском языке. Не исключаю, что у какой-то части молодежи все это может вызвать интерес, но, скорее всего, речь будет идти о людях, уже нашедших дорогу к храму, а вот те, кто всецело захвачены мирскими попечениями и поглощены страстями и соблазнами века сего, вряд ли откликнутся на подобное обращение к ним. Говорю об этом потому, что мне приходилось наблюдать реакцию молодежных аудиторий на такие выступления священников. И поэтому мы должны научиться разговаривать с современной молодежью на понятном и доступном ей языке». [66]

Пастырю нужно помнить, что словами выражается очень небольшая часть того, что мы хотим передать друг другу. Намного большая часть информации передается без слов: тоном голоса, жестами, мимикой. На формирование доверия и открытости влияет не столько то, что говорит священник, сколько как он говорит.

В любом общении на первых же минутах складывается определенная атмосфера между собеседниками. Эта атмосфера определяет дальнейший ход разговора, определяет, придем ли мы к согласию или не придем, удастся ли нам достичь наших целей или нет.

Первая встреча с незнакомым человеком имеет особое значение. Человек входит, вы здороваетесь, сказали друг другу буквально несколько слов, и уже с первых минут у каждого из собеседников возникли определенные чувства по отношению друг к другу. Их этих чувств складывается определенная атмосфера, которая и определяет 50-70 процентов того, что между вами произойдет потом.

Оказывается, от того, что происходит во внутреннем мире человека, его собеседник испытывает те или иные чувства. Внутреннее делание намного важнее внешнего. Если ты внутренне доброжелателен, то не очень важно то, что делаешь внешне: между вами возникает доброжелательная атмосфера. И наоборот, если вы будете сидеть напротив человека, изображать доброжелательность, говорить правильные фразы, даже время от времени улыбаться, и думать при этом: «Да когда ж ты уйдешь?», человек будет чувствовать себя дискомфортно. Почему? Внутреннее состояние противоречит внешнему деланию, а внутреннее намного значимей.

Ниже хочу предложить несколько маленьких упражнений, которые помогут молодому пастырю усовершенствовать навыки построения помогающего исцелению общения.

Осознание собственных чувств

Когда человек обращается за помощью к пастырю, важно первым делом помочь ему понять, что, прежде чем начать контролировать свои чувства, необходимо обучиться их осознавать. Замечено, что те чувства, которые человек пытается заглушить и проигнорировать в себе, начинают действовать в нем почти бесконтрольно. В общении нам необходимо дать понять обратившемуся за помощью человеку: что бы ни происходило с ним в прошлом — он безусловно принят пастырем таким, каков он есть.

Удивительно видеть, как в процессе обретения взаимопонимания жесткий, суровый и закрытый в себе человек вдруг может раскрыть пред, казалось бы, посторонним человеком, самую глубину своего сердца, выявляет потребность в общении, искренне признаётся в том, что он нуждается в поддержке, может даже расплакаться. Важно с уважением относится к недоверию человека, к его смущению, к стыду и не пытаться «разговорить» его, когда он действительно еще не готов общаться.

Наши эмоции и чувства помогают нам реагировать на опасность, любить ближних, понимать других, помогают выжить. Многие люди боятся своих чувств. Некоторых людей с детства обучают тому, что эмоции, чувства проявлять стыдно: «Мальчики никогда не плачут», «Хорошие дети так себя не ведут». Старшие нередко пугают детей, проявляющих свои искренние чувства, заглушая их с помощью грубых окриков и оскорбительных замечаний. На почве подавления эмоций и чувств могут возникать зависимости. Нереализованные душевные силы таким образом находят себе выход.

Если человеку нанесли душевную или физическую рану, а он не способен открыто проявить такие чувства как огорчение, страх, гнев, то в глубине души формируется отношение к жизни как месту, наполненному страданиями. Со временем человек начинает проявлять себя как «страдалец-по-жизни». Невыраженные чувства продолжают копиться, подобно большому снежному кому, который катится вниз, становясь все больше и грозя совсем раздавить человека. Накопленное страдание может так сжиться с человеком, что невозможно будет отделить реальную личность от созданного образа «страдальца-по-жизни». Нередко поэтому говорят о человеке, что «Анна Ивановна всегда в убитом настроении», «Николаев вечно на всех кричит», «Елена постоянно чем-то обеспокоена».

Каждый человек имеет реальные жизненные потребности, которые неразрывно связаны с повседневной жизнью. Такие потребности как внимание, любовь, сочувствие, питание, безопасность, кров, общение, творчество, признание своей личности другими людьми не всегда удовлетворяются. В раннем детстве ребенок не может объяснить окружающим, в чем он на данный момент нуждается. При таких обстоятельствах неосуществленные желания замораживаются на длительное время, и целые годы жизни могут быть потрачены на размораживание. Замороженные реальные потребности души человека — это потребности, которые не были удовлетворены тогда, когда он особенно в этом нуждался. Например, если в детстве человек уединялся, чтобы поплакать, значит, его потребности в ласке, внимании, защите игнорировались окружающими.

Не давая проявиться такого рода переживаниям, у человека сформировался именно такой образ восприятия окружающего мира. Это могло происходить таким образом. Человек проваливался в «страдальческое» состояние:

— Никому нет дела до того, что мне необходимо сочувствие, понимание, поэтому я так горько плачу.

Или:

— Я никому не нужен, никто меня не любит.

Или:

— Я одинок в этом мире и все делаю для себя сам, потому что никому нельзя доверять.

Так формируется устойчивое ощущение одиночества, заброшенности, собственной ненужности. Если это переживание повторяется, то велика вероятность приобретения того, что из грустного ребенка человек превратится в грустного взрослого человека, который будет считать для себя невозможным даже самым близким людям доверять свои переживания. Такой человек может получить признание в обществе, на работе, состоять в браке, иметь детей, но все равно чувствовать себя одиноким и несчастным, отверженным когда-то ребенком.

Мне приходилось консультировать людей с замороженными душевными потребностями. У некоторых из них такие естественные потребности как потребность в любви, сочувствии, понимании, признании воспринимаются чуть ли не как смертные грехи. Человек начинает запрещать и замораживать эти потребности, что, в конечном итоге, может привести к срыву или к зависимости.

Как разморозить человеческую душу?

Как упражнение для размораживания чувств, в группах взаимопомощи предлагается такое упражнение. Участники соединяются в пары и выслушивают друг друга по очереди в течение десяти минут. Засекается время, один слушающий только кивает и внимательно вслушивается, а другой говорит и произносит все, что он хотел бы произнести, и что кажется для него важным.

Во время беседы происходят очень интересные вещи. Люди чувствуют неловкость и ведут себя по-разному: одни — волнуются, смеются, пытаются сказать своему собеседнику хоть что-нибудь, считая, что молчание невыносимо. Другие, пользуясь случаем, буквально впитывают внимание. Эти люди выливают на собеседника все свои тревоги и печали, все свои сокровенные мысли. Некоторые в процессе слушания перетягивают внимание на себя, как они это делают и в обычной жизни, говоря: «Да, у меня тоже была такая ситуация».

Большинство людей в процессе общения жаждут слышать о себе и слушают только себя. Но пока человек говорит о том, что он думает и чувствует, вряд ли у него возникнет душевная связь с другим человеческим существом. Потому что если вы рассказываете о том, что думаете и чувствуете, в это время вы не уделяете внимание СОБЕСЕДНИКУ, вы уделяете внимание ТОЛЬКО СЕБЕ. Мы не говорим, что это плохо. Но мы утверждаем, что это вряд ли приведет к ощущению большей связи с кем-то другим.

Пастырь вряд ли сможет обрести большее взаимопонимание с наркоманом, который сидит перед ним, если он, пастырь, в это время находится внутри самого себя: находясь в собственных воспоминаниях, что-то переживая, — а потом рассказывая об этом собеседнику. Подобный подход не обеспечит священнику взаимоотношения с наркоманом. Подопечный, возможно, много узнает о том, что происходит во внутреннем мире батюшки, но за все время общения ПАСТЫРЬ не уделяет внимания ЕМУ.

В подлинном же общении другой человек — собеседник — является тем, кто фокусирует наше внимание. И когда мы открываем для себя другого не как человека, которого можно использовать для утешения себя, не как объект, интересующийся мною («любимым»!), не как «свободные уши» для того, чтобы рассказать о себе, но как собеседника, который подлинно интересен нам, мы начинаем раскрывать целый мир.

Роскошь человеческого общения, мир внутренней глубины другого человека — это еще одна красота этой жизни, ради которой стоит оставить любую зависимость. Некоторые люди живут до 30, 40, 60 лет, так и не раскрыв другого для себя и не узнав, что такое другой человек, не узнав, что такое подлинная любовь.

Отсутствие любви, отсутствие близкого человека нередко ведет к зависимости. Зависимость в таком случае становится одним из способов выйти хоть куда-то из рамок своего трагического одиночества. Поэтому, наверное, самым лучшим лекарством от зависимости может стать любовь. Любовь как выход из себя навстречу другому. Любовь как выход из себя навстречу Богу. Вот эта способность дотянуться навстречу Богу, все-таки встретиться с Господом, соприкоснуться с Ним — довольно непростая задача и, как говорили святые отцы, невозможно любить Бога, Которого не видишь, если не любишь ближнего, которого видишь.

Построение глубоких и значимых отношений с Богом начинается с построения глубоких и значимых, подлинно открытых и беззащитных отношений с ближним. Беззащитных в том смысле, что человек не защищается от ближнего, полностью открыт ему, открыт как родному, как искреннему, открыт всей полнотой своего сердца.

Увидеть во взрослом ребенка

Для того чтобы понять, как внутреннее состояние влияет на качество построения доверительных взаимоотношений, попробуйте просто разглядеть в лице пришедшего человека лицо ребенка 3-4 лет. Вы будете удивлены, с какой легкостью в лице взрослого проступают черты ребенка. Они здесь, с ним, они никуда не делись. Вы можете подумать о том, был он веселым или грустным ребенком, за что его ругали, за что хвалили, были ли у него друзья, подруги. Конечно же, как и у каждого ребенка, были у него свои маленькие детские секреты, свои мечтания.

После того, как вы посмотрели на человека, сидящего рядом с вами, и своим внутренним взором представили его ребенком, прислушайтесь к себе — что вы при этом чувствовали. Чаще всего это чувства, которые человек испытывает по отношению к маленькому ребенку: чувство нежности, может быть, тревоги, желание защитить. Эти чувства настоящие, очень теплые, очень искренние, чувства, которые мы обычно испытываем по отношению только к очень близким и любимым людям. И это все возникло благодаря тому, что мы проделали внутреннее действие. Внешне не делалось ничего.

И еще, открою один маленький секрет: когда вы смотрите на человека и мысленно представляете его ребенком, очень часто тот, на кого смотрят, начинает вспоминать свое детство. Почему? Неизвестно. Что происходит? Практически мгновенно и очень просто создается атмосфера близости, доверия, открытости.

Не секрет, что к пастырю приходит множество людей, разных. И по-человечески они могут быть симпатичны или не очень, нравится своим поведением или видом. А вам нужно не только с ними говорить, но и расположить их к себе. Посмотрите на них и мысленно представьте, каким этот человек был ребенком. И он раскроется навстречу вам.

Прикоснуться к собеседнику

Известно, что через прикосновение передается очень много эмоциональной информации. Одним прикосновением можно передать свои чувства, свое отношение к человеку.

Прикосновение к другому человеку — важная часть жизни пастыря. Мы прикасаемся к человеку, когда преподаем благословение, читаем над его головой разрешительную молитву, совершаем Таинство Соборования, иногда — в процессе общения.

Важно понимать, прикосновение какого качества, какой силы, какого эмоционального содержания необходимо в тот или иной момент. Какое сообщение Вы хотели донести вашему подопечному, если бы это можно было сделать без слов, через прикосновение? В каком случае прикосновение будет уместным, а в каком — нет?

Рассказ о себе

Зависимые люди, возможно, не сразу откроют себя незнакомому человеку. Они уже не раз обожглись на непорядочности и давящем отношении мира взрослых, довериться кому-то снова бывает нелегко. У некоторых, когда они вплотную подходят к тому, чтобы рассказать о себе что-то важное и значимое, возникает ощущение внутреннего барьера.

Необходим определенный навык для того, чтобы помочь преодолеть этот барьер, помочь человеку высказаться. И здесь стоит подумать о разумном балансе между молчаливой готовностью выслушать и умением задавать раскрывающие вопросы.

Монолог или диалог?

Общение можно поделить на одностороннее — монолог и двустороннее — диалог. Одностороннее общение — один человек говорит, а другой не имеет такой возможности. Обычно это происходит в случаях, когда первый стоит выше по иерархической лестнице. Это может быть учитель, начальник, священник. Говорящему кажется, что он объясняет понятно, легко и доступно, а у тех, кто его слушает, могут возникать чувства неуверенности, подавленности, нервозности, злости на «свою бестолковость» и т.п.

Выход из этой ситуации простой: превратить одностороннее общение в двустороннее, обеспечить диалог, разрешить задавать вопросы, взаимодействовать. Только общаясь вместе люди могут установить взаимное понимание. А это цель любого общения. И это очень хорошо нужно помнить священнику.

Язык во многом формирует внутренний мир человека. Если вы хотите быть понятным только себе и говорить правильно со своей собственной точки зрения — тогда не стоит себя утруждать подыскиванием слов и фраз. Однако стоит помнить: если собеседник не будет уверен, что вы понимаете то, что происходит в его внутреннем мире, он вряд ли раскроется навстречу вам.

Если у вас есть интерес к человеку, и у него появился интерес к вам, то со временем непременно возникнет диалог, постепенно сформируется взаимопонимание.

О том, что в диалоге главное

Важным моментом построения отношений в процессе душепопечения является умение обрести нужный баланс между выслушиванием человека и заранее поставленной целью и непосредственным течением беседы. Для первого общения (если вы решили последовательно и основательно помочь человеку) вряд ли удобна исповедь, ведь ваш подопечный может даже не знать, что такое «грех» и в чем конкретно ему нужно покаяться. Возможно, это будет одним из следующих этапов совместной работы. Уместнее посидеть и просто поговорить с человеком.

Переходя непосредственно к самому процессу помощи наркозависимым, пастырю необходимо уяснить для себя следующее:

— Какова моя роль в этом процессе?

— Кому: мне или моему подопечному, принадлежит решающая роль в выборе направления движения?

— Почему конкретный человек выбрал именно меня и почему он продолжает доверять мне?

— Каким мне видится процесс и конечный результат изменения?

— Насколько мой подопечный готов участвовать в процессе изменений?

— Что мне необходимо сделать в процессе помощи, зависящее исключительно от меня?

— Что должно произойти в результате совместной работы?

— По истечении какого времени можно будет заметить первые результаты совместной работы и в чем они должны проявиться?

В общении мы сознательно или неосознанно влияем на своего собеседника, а он, в свою очередь, влияет на нас. И здесь необходимо быть готовым к взаимовлиянию, взаимопроникновению, к диалогу. К сожалению, приходится встречаться со священниками, которые убеждены в том, что общение с наркоманами должно быть односторонним, пастырь «глаголет» правильными словами и вовсе не смотрит и не прислушивается к тому, что происходит с собеседником, как эти «правильные слова» отзываются в нем.

Отличие обычного диалога от диалога в пастырском душепопечении заключается в том, что в этом процессе вы все глубже и глубже познаете своего подопечного и помогаете ему двигаться в желаемом для него направлении. По сути, меняется его мышление и, соответственно, меняется его воззрение на мир, его мировоззрение.

И одним из первых сообщений батюшки, которые будут полезны для начала общей работы, может быть сообщение о совместной работе, совместном труде:

— В чем я могу тебе помочь?

Этим вопросом пастырь дает сердцу человека понять, что будет осуществляться совместная работа, что только вместе вы будете идти к изменениям.

Юмор как средство обретения взаимопонимания

Важным критерием того, насколько сохранилась эмоциональная структура внутреннего мира наркомана, является его реакция на юмор. Юмор — прекрасное средство для обретения взаимопонимания. Юмор является своего рода тестом на способность человека к быстрой переоценке ценностей, к множественности точек зрения на свою проблему.

«Существо смеха связано с раздвоением. Смех открывает в одном явлении другое, не соответствующее: в высоком — низкое, в духовном — материальное, в торжественном — будничное, в обнадеживающем — разочаровывающее. Смех делит мир надвое, создает бесконечное количество двойников, создает смеховую «тень» действительности, раскалывает эту действительность.

Таким образом смех заключает в себе разрушительное и созидательное начала одновременно. Смех нарушает существующие в жизни связи и значения. Смех показывает бессмысленность и нелепость отношений, существующих в социальном мире; отношений причинно-следственных, отношений, осмысляющих существующие явления; условностей человеческого поведения и жизни общества. Смех «оглупляет», «вскрывает», « разоблачает », « обнажает ».

Но смех имеет и некое созидательное начало, хотя и чисто психологическое. Смех дает человеку ощущение своей «сторонности», незаинтересованности в случившемся и происходящем. Смех лечит душевные травмы, облегчает человеку его трудную жизнь, успокаивает.

Одной из самых характерных особенностей средневекового смеха является его направленность на самого смеющегося. Смеющийся чаще всего смеется над самим собой, над своими злоключениями и неудачами. Смеясь, он изображает себя неудачником, дураком. В каком-то отношении «дурак» умен: он знает о мире больше, чем его современники.

Древнерусский юродивый также выступал в роли «дурака». Поступки, жесты и слова юродивого одновременно смешны и страшны, они вызывают страх своею таинственной, скрытой значительностью и тем, что юродивый, в отличие от окружающих его людей, видит и слышит что-то истинное, находящееся за пределами обычной видимости и слышимости.

Функция смеха — обнажать, обнаруживать правду, сбрасывать с реальности покровы этикета, условностей, искусственного неравенства, всех мирских заблуждений. При этом «дурость» — это та же нагота по своей функции, это обнажение ума от всех условностей, от всех форм, привычек. Поэтому в широком общественном мнении считалось, что говорят и видят правду именно нищие духом. Они честны, правдивы, смелы. Они веселы, как веселы люди, ничего не имеющие в этом мире, от всего добровольно отказавшиеся. Поэтому они не понимают никаких условностей. Они правдолюбцы, близкие к святости.

Смех не только щит против гордыни, против преувеличения своих заслуг перед Богом, но и против всякого страха». [67]

Шутя, рассказывая различные смешные истории, мы можем видеть, способен ли человек быстро реагировать на сообщение, т.е. сохранилась ли в нем способность творчески мыслить для того, чтобы понять смысл произносимого вами.

О том, как поближе узнать своего подопечного

Следующим шагом является более углубленное знакомство. Необходимо прояснить, какие взаимоотношения сложились в его семье, на работе или учебном заведении. Стоит обсудить эмоциональную, финансовую и духовную сферы жизни. Лучше всего предложить наркоману привести примеры того, когда он совершал нечто, чего бы никогда не совершил трезвым. В процессе такой работы человек сам увидит, сколько он потерял. Можно сначала поинтересоваться, изменилось ли его физическое здоровье со времени, когда он начал употреблять наркотики. Наркоманы часто утрачивают контроль над собственным телом, они могут заснуть за рулем или за рабочим столом. Их отношения с сотрудниками по работе сильно страдают, нередко они не способны выполнять свою текущую работу, поэтому оказываются на грани увольнения. Сейчас среди наркоманов довольно часто встречаются студенты первых-третьих курсов высших и средних учебных заведений. Часть из них вынуждена брать академический отпуск из-за неуспеваемости или пропусков, часть отчислена, т.е. из-за наркотика страдает процесс их обучения.

Наркоманам приходится тратить невероятные суммы денег, доставать их любыми путями. И тут на первый план выступают отношения с обществом — возникают проблемы с законом. Многие наркоманы неоднократно бывают задерживаемы милицией, некоторые из них находятся под следствием, их ожидает суд за распространение, употребление и хранение наркотиков. Редко можно встретить среди наркоманов таких, которые бы не воровали вещи из собственного дома, у своих родителей или у знакомых.

Употребление наркотиков пагубно отражается на отношениях наркоманов с членами их семей. Крайне тяжело приходится тем родителям молодых людей, которые на протяжении многих месяцев, а то и лет, возможно, не замечали, что их дети употребляют наркотики. Чаще всего, это обнаруживается, когда наркомания у детей зашла слишком далеко и требуется довольно серьезное вмешательство. Если родители пытаются повлиять на это положение, они нередко встречают не только словесное, но и физическое противодействие со стороны наркоманов.

Задача пастыря состоит в расширении рамок жизни для человека, оторвавшегося от реального мира и реальных отношений с тем, чтобы усилить осознание своей ответственности за себя и за других людей.

Необходимо подробнее узнать о контексте, в котором проявилась эта проблема, как человек конкретно себя ведет, когда срывается, каким способом он удовлетворяет свою страсть к наркотику, какие у него есть способности и возможности для преодоления недуга, каких ценностей и убеждений придерживается человек, кем в этой жизни он себя считает, каким он видит свой жизненный смысл.

В процессе общения с наркозависимым, духовник может узнать о том, какие темы для него являются провоцирующими, а что является для него желательным, что укрепляет его волю, его решимость выздороветь. [68]

Итак, прежде всего войдите в состояние готовности к работе, устройтесь со своим подопечным в удобной обстановке, где вы будете располагать временем, немного просто поговорите о его жизни.

Самые простые вопросы — самые сложные на самом деле. «Где ты родился?», «Где твой дом?», «Что ты делаешь?», «Куда ты идешь?»… Затем спросите его о том, как он создал беспорядок, в который попал. Иногда полезно подумать об этом, иногда полезно понаблюдать за тем, как с течением времени эти ответы будут изменяться.

Для этих целей можно говорить в свободном и спонтанном порядке, а можно воспользоваться предлагаемой нами последовательностью.

Сначала уместно спросить о среде и окружении обратившегося за помощью человека.

— Расскажи, где и с кем ты живешь?

— Что происходит вокруг тебя?

— Кем ты окружен в своей повседневной жизни?

— Какие у тебя взаимоотношения с окружающими тебя людьми? Как ты взаимодействуешь с ними?

— Расскажи о том, как возникла твоя наркотическая зависимость?

— Расскажи, пожалуйста, о твоей семье.

Затем стоит перейти к вопросу о его действиях, поведении.

— Ты принимал [69] наркотики для преодоления каких-то негативных состояний или при каждом удобном случае?

— Какие воспоминания или какие мысли запускали желание употребить наркотик?

— Как ты вел себя, приняв наркотик? Ты об этом помнишь сам, или тебе рассказывали об этом другие?

— Что делали твои знакомые в подобной ситуации?

— Насколько ты утрачивал контроль над собой после приема?

— Как реагировали твои родственники и близкие люди?

— Насколько, по твоему мнению, ты не мог контролировать себя не только в этом контексте, но и в других областях твоей жизни?

Следующие вопросы — о способностях.

— Каким способом, каким образом ты удовлетворял свои потребности в наркотике?

— Каких состояний ты достигал с помощью наркотика?

— Какие пустоты в душе ты заполнял наркотиком?

— К каким важным для тебя душевным состояниям заблокирован доступ, открывавшийся наркотиком?

— Диапазон каких «дополнительных возможностей» открывал тебе наркотик?

Следующий этап — беседа об убеждениях, каково мировоззрение человека. Слово “мировоззрение” содержит в себе славянский корень «зреть», т.е. «видеть». Когда мы говорим о мировоззрении человека, мы исследуем то, как он видит окружающий мир, события и явления.

У каждого из нас есть убеждения, которые помогают нам жить в этом мире и достигать наших целей.

Например:

В мире много добрых людей, которые всегда готовы прийти на помощь;

— Бог всегда дает испытание по силам;

— Любая проблема — это возможность научиться чему-то новому;

— Все, что ни происходит, — к лучшему.

А есть убеждения ограничивающие. Например:

— Наркоманы и пьяницы — неисправимые люди;

— Без высшего образования человек ничего в жизни не достигнет;

— Научиться можно только на своих ошибках;

— Не делай людям добра — не дождешься от них зла;

— Диабет неизлечим;

— От рака умирают.

Убеждения представляют собой обобщения, которые могут не осознаваться («Это само собой разумеется!») и не контролироваться нашим сознательным разумом.

В беседе с зависимым человеком нам достаточно выявить несколько блоков таких убеждений:

— Какое место занимал наркотик в твоей жизни, что наркотик для тебя значил, символом каких значимых для тебя состояний он являлся? [70]

— Каковы твои убеждения о возможностях освобождения от наркотической зависимости?

— Каков окружающий тебя мир и каковы люди вокруг тебя?

Следующий этап — личностное своеобразие, т.е., представление человека о себе самом.

— Что ты думаешь о себе, кем себя считаешь? Кто ты?

Очень важный вопрос:

— Выделяешь ли ты себя как личность из окружающего мира, умеешь ли строить границы между собой и другими людьми? [71]

— Каковы способы взаимоотношений между тобой и остальным миром?

Для многих наркоманов прием наркотиков является единственным способом комфортного взаимодействия с окружающими его людьми.

Далее мы можем спросить о человека относительно его смысла жизни, жизненного предназначения.

— В чем ты видишь смысл собственной жизни? [72]

— В чем твое предназначение на этой земле?

— Что ты еще должен успеть сделать в своей жизни?

И наконец, важно узнать, какие у человека взаимоотношения с Господом.

— Каковы твои взаимоотношения с Богом на настоящий момент?

— Читал ли ты Евангелие?

— Ходишь ли в храм, и как часто?

— Бывали ли в твоей жизни случаи, когда Бог явно помогал тебе, отвечал на твои молитвы?

— Если тебе удобно будет ответить на этот вопрос, то скажи, давал ли ты Богу какие-нибудь обещания и исполнял ли их впоследствии?

«Перевоспитание» или обучение?

Дар священства раскрывается в сердце пастыря, как сораспятие своему стаду.

Митр. Антоний Храповицкий

Работу с наркозависимыми уместно будет уподобить обучению. Не «перевоспитание», не «переделывание» человека, а именно обучение тому, чему он не научился в семье, в школе, в институте. Наркомана можно обучить более глубокому уровню проживания человека в этом мире, пониманию смысла этого проживания. Обучить тому, как организовать свой внутренний опыт, какие процессы лежат в основе внутреннего опыта человека и как можно управлять своими эмоциями и состояниями. Значительная часть внутренних реакций человека на внешние и внутренние раздражители является стереотипной и автоматической, но далеко не всегда полезной и эффективной.

В процессе изучения природы человеческой психики можно выделить осознаваемую сторону, т.е. то, что в настоящий момент осознает человек, и внутренний мир человека, т.е. накопившийся в нем опыт понимания, осмысления и реагирования. По мнению психологов, только 6-10% планов и действий человека являются осознаваемыми. 90-94% этих действий управляются из внутреннего мира, из эмоциональной памяти человека, и происходит это на неосознаваемом уровне.

Например, человек обучается езде на автомобиле. Пока он учится, он сознательно сконцентрирован на том, чтобы запоминать, какая операция следует после какой, что в это время должна делать правая рука, левая нога, в какой момент нажать нужную педаль, какие показатели на панели свидетельствуют о том или ином состоянии автомобиля. Но когда человек освоит езду на автомобиле довольно хорошо, сознание передает во внутренний мир функцию управления автомобилем. И после этого человек, управляя автомобилем, может вполне не задумываться о вождении, он может думать о чем-то своем, напевать какую-то мелодию, разговаривать с пассажиром. Таким образом, те или иные осознанные жизненные циклы, поведенческие шаблоны становятся неосознаваемыми.

Точно так же человек обучается работать с клавиатурой компьютера. Первое время он сознательно запоминает, где расположены буквы а, о, б, г, где находится запятая, как изменить регистр. Но впоследствии человек начинает работать не задумываясь, поскольку изнутри неосознаваемо поддерживается эта способность.

В сознании человека находится небольшая часть накопленной им жизненно-важной информации. Во внутреннем мире хранится полнота знаний о всех событиях и навыках, почерпнутых им на жизненном пути. Если же большая часть знаний и навыков хранится во внутреннем мире, в эмоциональной памяти человека, то именно там могут находиться причины различных психологических проблем и отклонений. И воздействовать на них сознательными усилиями, рационально и логично не всегда результативно. Работа пастыря будет гораздо эффективнее, если он построит доверительные взаимоотношения человеком не только на словесно-сознательном уровне, но и на уровне приятия и понимания его внутреннего мира.

Если человек не научился в реальной жизни ставить цели и достигать их, то предположительно, что из кубиков своего внутреннего опыта он собрал не очень удачную фигуру. И со стороны пастыря предложение о том, чтобы вместе с ним собрать то, чего бы ему хотелось, будет уместно лишь в том случае, если сам пастырь работает над собой, если он научился понимать себя, научился строить иерархию ценностей в своем внутреннем мире.

Две капли масла

Некий купец отправил своего сына к самому главному мудрецу за секретом счастья. Сорок дней юноша шел по пустыне, пока не увидел на вершине горы великолепный замок. Там и жил Мудрец, которого он разыскивал.

Против ожиданий, замок вовсе не походил на уединенную обитель праведника, а был полон народа: сновали, предлагая свой товар торговцы, по углам разговаривали люди, маленький оркестр выводил нежную мелодию, а посреди зала был накрыт стол, уставленный самыми роскошными яствами, какие только можно было сыскать в этом краю.

Мудрец, не спеша, обходил гостей, и юноше пришлось два часа дожидаться своей очереди.

Наконец мудрец выслушал, зачем тот пришел к нему, но сказал, что сейчас у него нет времени объяснять секрет счастья. Пусть-ка юноша побродит по замку и вернется в этот зал через два часа.

— И вот еще какая у меня к тебе просьба, — сказал он, протягивая юноше чайную ложку с двумя каплями масла. — Возьми с собой эту ложечку и, когда будешь идти по залам, лестницам и коридорам, смотри, не разлей масло.

Юноша, не сводя глаз с ложечки, стал подниматься и спускаться по дворцовым лестницам, а через два часа вновь предстал перед Мудрецом.

— Ну, — молвил тот, — понравились ли тебе персидские ковры в столовой зале? Деревья и цветы в саду, который искуснейшие мастера разбивали целых десять лет? Старинные фолианты и пергаменты в моей библиотеке?

Пристыженный юноша признался, что ничего этого не видел, ибо все внимание его было приковано к тем каплям масла, что доверил ему мудрец.

— Ступай назад и осмотри все чудеса в моем доме,— сказал тогда мудрец. — Нельзя доверять человеку, пока не узнаешь, где и как он живет.

С ложечкой в руке юноша вновь двинулся по залам, коридорам и лестницам. На этот раз он был не так скован и разглядывал редкости и диковины, все произведения искусства, украшавшие комнаты. Он осмотрел сады и окружавшие замок горы, оценил прелесть цветов и искусное расположение картин и статуй. Вернувшись к мудрецу, он подробно перечислил все, что видел.

— А где те две капли масла, которые я просил донести? — спросил Мудрец.

И тут юноша увидел, что ложка пуста, капли пролиты.

— Вот это и есть единственный совет, который я могу тебе дать, — сказал ему мудрейший из мудрых. Секрет счастья в том, чтобы видеть все, чем чуден и прекрасен этот мир, и никогда при этом не забывать о двух каплях масла в своей чайной ложке.

Барьеры в пастырской работе

Необходимо отметить, что чувство собственной вины или стыда за свою зависимость [73] или зависимость своих близких может стать серьезным барьером в пастырском окормлении наркомана. Не исключено, что у некоторых священников могут быть родственники, больные алкоголизмом или наркоманией.

Занимаясь с наркоманом, священник может непроизвольно переносить свои чувства по поводу других известных ему алкоголиков и наркоманов на своего подопечного. Некоторые священники после одной-двух попыток помочь наркоманам, говорят:

— Да знаю я этих наркоманов, это конченые люди.

Откуда такое суждение? Несколько предыдущих опытов пастырь обобщает до уровня общей закономерности. И это может стать барьером для дальнейшей работы.

В этом случае может помочь только непредвзятая по отношению к окормляемому позиция, отстранение от своего прошлого опыта, от своих мыслей, идей и чувств по этому поводу. В процессе общения с наркоманом нужно находиться только в моменте взаимодействия с конкретным человеком, забыть на это время о близких и знакомых наркоманах и алкоголиках, но при этом знать, что такая реакция может проявиться на неосознаваемом уровне.

Большинство барьеров и трудностей в душепопечении приходят из нашего внутреннего мира на основании прежнего опыта. Окормляемый нами человек может замечать и реагировать на них. Нередко затруднения могут выражаться в виде немотивированной злобы и агрессии по отношению к наркоману или жалости к нему. Жалость, адресованная своим близким, проецируется на подопечного, ввиду чего пастырь может «завязнуть» в слишком эмоциональных отношениях с окормляемым человеком, которому он искренне хочет помочь, и окажется в его же проблемном пространстве.

Еще один внутренний барьер в работе с наркоманами — это недостаток знаний о болезни и о методах душепопечения, страх столкнуться с собственной некомпетентностью. [74] Думается, что стремление восполнить недостаток собственных знаний по этому вопросу из научной литературы по наркомании — следствие глубокого смирения и вдумчивости со стороны священника, в отличие от самонадеянного желания уповать только на свои знания и собственный жизненный опыт.

На самом же деле, если вы нормально и серьезно побеседовали с человеком, построили отношения взаимопонимания и доверия, если оговорена ответственность каждого, собрана информация, сформулирован результат — все пойдет своим чередом.

Особенности пастырской работы с наркозависимыми

Молодые люди, побывавшие в сетях наркотической зависимости, нередко имеют определенные трудности в налаживании близких отношений с другими людьми, им трудно вновь адаптироваться в общественной жизни. Препятствием в этом случае является неуверенность молодых людей в своих силах, страх быть непринятыми. В таком случае любая ситуация общения или обязательств является для молодого человека стрессовой. Человеку с заниженной самооценкой, с отсутствием уверенности в себе необходимо, чтобы некоторое время рядом был человек, который покажет, что он принимает его таким, каков он есть, не спешит указывать на ошибки, не спешит исправлять и поучать. Потому что как только «начинаются морали», попытки исправить человека, он закрывается в свою скорлупу и опять чувствует, что таким, каков он есть, он не принят даже священником, и уходит от него, теряя, может быть, последнюю надежду. Поэтому для пастырской работы важным и значимым является навык самого пастыря по установлению доверительных отношений, навык быть открытым, искренним, цельным по отношению к себе, к людям и к окружающему миру.

Мы не случайно еще раз остановились на личностных качествах пастыря. Как показывает наш опыт и изучение соответствующей литературы, личностные особенности священника, его способность построения отношений с другими людьми оказывают самое непосредственное и, зачастую, даже определяющее влияние на результативность исцеления каждого пришедшего за помощью человека.

Кроме того, важно понимать, что пастырь в группе наркозависимых — представитель взрослого мира, который (с точки зрения субъективного восприятия молодых людей) принес им немало огорчений. И здесь у наркомана могут возникать непроизвольные негативные реакции.

Братство (если восстановление проходит при монастыре) может оказать неоценимую помощь в процессе формирования новых отношений, освещенных светом Христовым, ценностями Евангелия. Если же пришедший за помощью почувствует в личных отношениях между братиями противоречия, это может породить недоверие в целом. Причем, у него может зародиться сомнение в том, что пастырь — это действительно тот человек, который может помочь. Поэтому мы хотели бы дать несколько принципов, предваряющих пастырскую работу.

* * *

Прежде всего пастырю нужно помнить, что не стоит претендовать на роль всезнающего старца.«Старцем самого себя не сделаешь, и, если можно так выразиться, старцами не рождаются, — считает митр. Антоний Сурожский, — Это люди, которых коснется благодать Святого Духа и которые отзовутся на нее и будут верными, верными тому, чему учит нас Христос, и верными тому, что говорит Дух Святой в их душах. Причем старец не обязательно будет давать приказания, он может давать советы… но он должен хранить, беречь нашу свободу, потому что Бог не ищет Себе рабов, а ищет Себе детей, братий, сестер: «Я не называю вас больше рабами, потому что раб не знает воли господина своего…» Это духовник должен помнить». [75]

Пастырь может чего-то не знать, он может ошибаться. И самой большой ошибкой со стороны пастыря будет настаивание на собственной непогрешимости в тех или иных вопросах. Если пастырь погорячился или был слишком требовательным, можно извиниться перед человеком. Это будет красивым поступком, который научит окормляемых им людей умению признавать и собственные ошибки.

Будьте более смелым в признании своих ошибок, предлагайте подумать вместе, спрашивайте совета всего братства, прислушивайтесь к точке зрения других людей.

* * *

Необходимо стремиться к постоянному получению «обратной связи» от окормляемых вами, спрашивать, что им интересно, что бы они хотели обсудить подробнее, что им нравится, что — не очень. И, соответственно, учитывая все это, стройте собственные подходы к душепопечению. Мне нередко приходилось встречаться с противоположным утверждением: наркоман — человек с греховным, помраченным сознанием, обратную связь от него можно игнорировать. В подобном подходе внутренний мир человека не служит отправной точкой душепопечения: наркоман вынуждается принять внутренний мир пастыря, его мировоззрение и язык. Наркомана обучают думать тем же образом, что и пастырь, и лишь затем начинается собственно его окормление. Кто же в центре внимания? Пастырь. Почему же игнорируется внутренний мир окормляемого, обратная связь? Пастырская Психология не разделяет такого подхода.

* * *

Не бойтесь в присутствии окормляемых вами быть самим собой. Чем в большей степени вы сможете быть искренним и живым человеком, тем быстрее возникнет необходимое для совместной работы взаимопонимание. Не гнушайтесь здорового чувства юмора. Имейте в виду, в настоящий момент вы являетесь не только в традиционно-церковном смысле, но и фактически, буквально приемным отцом для наркомана. Поэтому проявите по отношению к нему всю полноту отцовских чувств. Не бойтесь человека, который делает первые шаги к откровенности. Скажите и жесткое слово, если оно уместно. Если оно будет разумным, человек примет его.

С другой стороны — не поддавайтесь соблазну поиграть в навязанные наркоманом игры. Иногда вам будет навязываться роль палача, а человек будет разыгрывать привычную для него роль жертвы. Вовремя поймите это и перестаньте в это играть. Если вдруг вы заметите, что наркоман «раскрутил» вас на «духовную тему», после чего начинает вами манипулировать и добиваться своего, поймите это и остановите эту игру. Более того, скажите, что вы это поняли, и будьте максимально честны с вашим подопечным и с самим собой.

* * *

Старайтесь прежде всего выполнять сами то, чему вы учите. Любому педагогу и родителю известно, что люди обучаются не словами, а поступками.

* * *

Научитесь ставить собственные жизненные цели, только в этом случае вы поможете определиться с жизненными целями другим людям. В настоящей книге приведена анкета, которую можно было бы использовать в тот день, когда человек обратился к вам с определенными ожиданиями. Буквально в первой беседе можно задать вопросы:

— С какими ожиданиями ты пришел в наше братство?

— Есть ли у тебя какие-нибудь опасения и страхи по поводу того, как ты будешь проживать здесь?

— Чего бы ты хотел здесь получить, чему научиться?

Пастырь, наркоман, община

Так да светит свет ваш пред людьми, чтобы они видели ваши
добрые дела и прославляли Отца вашего Небесного.

Матф. 5, 16

Истинный пастырь прилагает определенные усилия для того, чтобы в монастыре или на приходе создать здоровую и духовно крепкую общину. «Проблемные люди», наркоманы, в подобном созидании — могут быть помехой.

Но вот в двери Обители постучался наркоман. Лишние проблемы, ненужные хлопоты… Кто знает, чего ждать от него?

Обратимся за советом к святым отцам. Не только к пастырю, но и к каждому христианину относятся слова святителя Григория Богослова, призывающие к милосердию и состраданию по отношению к тем, кто терпит кораблекрушение в жизни. Воистину, «кораблекрушение» — слово, которое как нельзя точно характеризует наркоманию:

«Здоровый и богатый пусть утешит больного и бедного; кто не упал — упавшего и разбившегося; веселый — унывающего; наслаждающийся счастьем — утомленного несчастьями. Воздай что-нибудь Богу в благодарность за то, что ты смотришь в чужие руки, а другие — в твои… Будь для несчастного богом, подражая милосердию Божиему.

Всякий мореплаватель близок к кораблекрушению… так и всякий, имеющий тело, близок к недугам телесным. Пока ты плывешь при благоприятном ветре, подавай руку помощи потерпевшему кораблекрушение; пока ты здоров и богат, помогай бедствующему. Если и ничего не имеешь, поплачь вместе со страждущими: великое лекарство для него — милость, исходящая из твоего сердца; и искренним состраданием намного облегчается горе». [76]

И далее: «Пришел нищий? Вспомни, как ты был беден и обогатился. Хлеба просит или воды, или может быть, другой Лазарь отверженный лежит у твоих дверей? Устыдись Таинственной Трапезы, к которой ты приступал, Хлеба, которого причастился, Чаши, которой приобщился, посвящаемый в страдания Христа… Странник припал к тебе, бездомный, бесприютный? Прими в лице его Странствовавшего ради тебя, Странствовавшего среди Своих, Вселившегося в тебя благодатью и Привлекшего тебя к горнему жилищу.

Будь Закхеем-мытарем вчера. Но щедрым сегодня…

Лежит больной и раненый? Своего здоровья устыдись и ран, от которых освободил тебя Христос». [77]

Иногда от верующих людей, даже священников, приходилось слышать: «Ну и пусть мучаются, это им наказание в этой жизни за то, что наркоманят и других втягивают…» Очень хочется ответить им словами святителя Григория:

«Некоторые осмеливаются так говорить: «От Бога их страдания. Пусть будет им трудно, пусть бедствуют, пусть страдают, значит, заслужили!» Говорящие так только тогда боголюбивы, когда надо сберечь свои деньги… Но неизвестно еще, от Бога ли посылаются страдания тем несчастным, ведь и материя может сама по себе причинять расстройства. И кто знает, за злые ли дела наказывается один, и за похвальные ли возвышается другой? Может быть, совсем наоборот: этот возвышен из-за своей порочности, а тот испытывает из-за добродетели; этот выше возносится, чтобы и пасть глубже, а тот сверх обычного искушается, чтобы, пройдя испытание, как золото в горниле, освободиться и от самого малого зла, которое имеет.

Здесь все происходит по иному закону и иному знанию, и все направлено к той жизни; у Бога же, конечно, выравнивается и то, что кажется нам неровным»,— предостерегает св. Григорий от скоропалительных суждений свою паству в 14-м Слове.

Обобщая сказанное, можно утверждать: если пастырь найдет основание не принять в свою общину наркомана, обратившегося за помощью — он не примет его. Если же захочет ему помочь — он найдет для этого основания, силы, средства, сможет объяснить необходимость такого шага другим братьям и сестрам. Все зависит только от личного желания пастыря откликнуться на страдание ближнего, ведь если постучались к тебе — это уже не чужая боль.

Работа по постановке целей

Как помочь вашему подопечному поставить цели на ближайшее время

Ставить цель и быть настойчивым в ее достижении нас обучает наш Господь. Давайте откроем Евангелие:

«Когда же подходил Он к Иерихону, один слепой сидел у дороги, прося милостыни, и, услышав, что мимо него проходит народ, спросил: что это такое? Ему сказали, что Иисус Назорей идет. Тогда он закричал: Иисус, Сын Давидов! помилуй меня. Шедшие впереди заставляли его молчать; но он еще громче кричал: Сын Давидов! помилуй меня. Иисус, остановившись, велел привести его к Себе: и, когда тот подошел к Нему, спросил его: чего ты хочешь от Меня? Он сказал: Господи! чтобы мне прозреть. Иисус сказал ему: прозри! вера твоя спасла тебя. И он тотчас прозрел и пошел за Ним, славя Бога; и весь народ, видя это, воздал хвалу Богу» (Лук. 18, 35-43). Несмотря на то, что Христос, как Сердцеведец, знал причину обращения слепца, Он предлагает ему сформулировать цель своего обращения: «чего ты хочешь от Меня?». Священник, как ученик Пастыря Христа, должен обучить своего подопечного формулировать свои жизненные цели, начиная с цели его обращения к нему.

Наркоман — человек, разучившийся или вовсе никогда не умевший их ставить. По приезде в монастырь он может некоторое время «просто жить» до тех пор, пока его «не начнут доставать». Когда же его «достанут», он может благополучно сняться с места и отправится куда-нибудь еще. Поэтому лучшей мотивацией к началу работы может стать правильная постановка ближайших и долгосрочных целей.

Необходимо спросить наркомана о желаемом результате, спросить, чего он ожидает от общения со священником, от долгосрочного нахождения в монастыре или на приходе. Если мы не проясним этот вопрос, вся работа может оказаться напрасной. Если мы просто будем предполагать, что нужно наркоману, не дав ему возможность четко сформулировать свои цели, мы рискуем впустую потратить время.

Еще хуже пойдет дело, если мы автоматически, не выяснив его намерений и целей, начнем без поставленного с его стороны запроса, воцерковлять на уровне религиозного поведения: предлагать выстаивать длинные службы («Чтобы вышел бес наркомании!»), заставлять читать акафисты и кафизмы, класть поклоны, соблюдать посты, предполагая, что подобное религиозное поведение без осознания личной значимости того, зачем это нужно, поможет. По справедливому замечанию русского религиозного философа И.А. Ильина, “всякое религиозное принуждение — даже принуждение к истинной вере — повреждает духовность человека и умаляет силу, искренность и цельность его веры“. [78]

Пока мы конкретно не получим от наркомана ответ на вопрос: «Чего ты хочешь?», нет смысла начинать работу. Ниже приводятся вопросы, которые священник может поставить перед своим подопечным на следующем этапе своей работы для выяснения с ним желаемого результата.

Итак, первый вопрос — окружение.

— Хотел бы ты изменить окружение, в котором живешь, или выздоровление для тебя возможно в той среде, из которой ты приехал сюда?

Далее — вопрос о поведении:

— Что ты хотел бы делать вместо принятия наркотика, чем заполнить освободившееся время?

Следующий вопрос о способностях:

— Какие навыки тебе необходимы для преодоления зависимости и обретения устойчивости в здоровой жизни?

Четвертый — убеждения и ценности:

— В чем ты уже убежден, раз ты решил бросить?

— Почему это важно для тебя?

— Какие убеждения тебе необходимы для того, чтобы больше не возвращаться к наркотику?

— Что тебе даст освобождение от зависимости?

Следующий вопрос об личностном своеобразии:

— Кем ты себя видишь в будущем? Опиши себя лет через пять после того, как ты бросил наркотик.

Далее мы можем спросить человека о смысле жизни и реализации жизненного предназначения. Пастырь может задать такие вопросы:

— Насколько твое желание освободиться от зависимости соотносится с твоими представлениями о смысле жизни?

— Как свобода от зависимости связана с исполнением твоего жизненного предназначения?

И самый последний вопрос — относительно представлений человека о Боге.

— Как освобождение от зависимости повлияет на твои взаимоотношения с Господом?

— Что тогда станет возможным для тебя?

Заполнение анкеты

Обобщить и еще раз уточнить вышесказанное удобнее с помощью совместного заполнения приводимой ниже анкеты. Заполнение анкеты может показаться делом несложным, но только на первый взгляд. Почему так важно письменно зафиксировать итог первой встречи? Письменное обязательство — это договор об условиях и целях, с какими приехал к пастырю зависимый человек. У наркомана несколько раз в неделю может меняться настроение. В тех случаях, когда пастырю необходимо быть более строгим, он сможет настаивать на своих требованиях, основываясь исключительно на обязательствах и целях, поставленных самим наркоманом.

Итак, ниже приводится образец такой анкеты. Разумеется, ее можно улучшить или дополнить в соответствии с особенностями места, в котором будет проходить душепопечение, и другими факторами. Наш опыт показывает, что этот вариант наиболее эффективен.

Ты приехал в нашу обитель, чтобы достигнуть определенной цели

Чтобы достичь своей цели, необходимо четко сформулировать ее. Необходимо понять, чего конкретно ты хочешь? Правильно поставленная цель должна быть сформулирована положительно (чего я хочу, а не чего я не хочу). Формулировки типа «перестать принимать наркотики» или «бросить колоться», не подходят, т.к. буквально, зримо представить такую цель невозможно.

Я приехал в _______________________________________________

монастырь с целью: _____________________________________________________________________

Правильно поставленная цель должна быть практична и достижима

Да__

Нет__

Она должна быть необходима: «Я осознаю, что действительно без этого больше не могу

Да__

Нет__

Должен существовать внешне и для всех очевидный механизм проверки «Я узнАю, что я этого достиг, когда____________________ ________________________________

_________________________________________________________

_________________________________________________________

_________________________________________________________

_________________________________________________________

_________________________________________________________

_________________________________________________________

Итак, уточним исходный замысел и возможность достижения поставленной цели.

РЕЗУЛЬТАТ(сформулирован позитивно) Чего я хочу достичь, находясь здесь?
ВРЕМЯ(конкретный срок: лет, месяцев, дней) Сколько мне (как мне кажется) потребуется для этого времени
ПРИЗНАКИ(что я увижу, услышу и почувствую, когда достигну цели) Как я узнаю, что я приближаюсь к цели или достиг ее?
УСЛОВИЯ(указать конкретных людей и место) Где и с кем я смогу применить результаты того, чего я достиг?
СРЕДСТВА(указать все, что необходимо: людей,знания, навыки, материальные средства) Чего мне не хватает для того, чтобы достичь цели, что мне необходимо?
ОГРАНИЧЕНИЯ(исследовать все прошлые попытки достичь цели и указать,что конкретно помешало достижению) Почему я не достиг этой цели раньше?
ПОСЛЕДСТВИЯ(от чего мне придется отказаться и что я приобрету, достигнув цель) Что произойдет, что изменится в моей жизни, если я достигну этой цели?
Что произойдет, если я не достигну цели?
ЦЕННОСТЬ(насколько важно для меня достижение цели) Стоит ли цель моих усилий? Почему?

Далее будет уместным выяснить ряд практических вопросов совместной работы и проживания и передать ответственность за выздоровление (вместе с заполненным листочком) окормляемому вами человеку.

Умение ставить долгосрочные цели

Если ты нашел направление движения, тебе остается только не останавливаться

Пословица

Замечено, что наркоманы, которые окончательно освободились от наркотической зависимости, при работе над собой в процессе своего исцеления, существенно отличались от тех, которые, на некоторое время бросив, опять возвращались к употреблению наркотиков. У первых были серьезные причины для того, чтобы жить. Это же явление наблюдается и в медицине: стремление реализовать определенную цель в жизни, лежит в основе успешного лечения. Эти задачи или цели могут быть разными: желание чего-то достигнуть в жизни, или создать семью, или изучить что-нибудь, или достижение каких-то целей, связанных с религиозными убеждениями. Какими бы ни были эти цели, все они были особо значимы для того, чтобы создать мотивацию к выздоровлению.

Постановка существенных для данного человека целей может стать источником внутренней силы, особенно необходимой для восстановления лиц, употребляющих наркотики. Многие вич-инфицированные и наркоманы, которые осознают, что смертельно больны, просто «прекращают жить». Их существование становится бесцветным, они «доживают». Частично это можно объяснить неосознаваемой подготовкой к смерти. Организм начинает реагировать на такую «безжизненную» установку соответствующим образом.

Полноценный, здоровый человек — это человек, который прислушивается к своим интеллектуальным, эмоциональным, физическим и духовным потребностям и предпринимает для их достижения соответствующие действия.

Мы обнаружили, что лучший способ создать наркоману мотивацию на исцеление — это предложить ему поставить перед собой задачу на будущее. Для некоторых это становится первой попыткой сознательно сформулировать причину для того, чтобы захотеть жить. Предлагая наркоману поставить перед собой определенные цели, пастырь тем самым помогает ему определиться с тем, для чего, ради чего он хочет жить, восстановить свою связь с жизнью. Преобразуя интеллектуальные, эмоциональные, физические и духовные потребности в жизнеутверждающее поведение, человек возвращается к жизни. Воля к жизни становится все сильнее, когда у человека есть ради чего жить, следуя воле Того, Кто сказал: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Иоанн, 14, 6).

Постановка целей укрепляет уверенность в том, что человек способен достигнуть их. Ставя цель, он еще раз подтверждает самому себе, что сам отвечает за свою жизнь и может достигнуть своих целей. Человек становится хозяином собственной жизни, переставая находиться во власти неподдающегося контролю наркотика. Важность такой позиции состоит в том, что она альтернативна состояниюбеспомощности и безнадежности, которые сами по себе являются благоприятными условиями для наркомании. Когда человек принимает на себя ответственность за собственную жизнь, у него повышается чувство собственной ценности, он начинает дорожить собой, избавляясь тем самым от разрушительного поведения.

Признавая свои потребности и предпринимая усилия для достижения собственных целей, человек осознает, что он вызван Богом из небытия и у него есть определенная цель, определенное предназначение в этой жизни, ведь реализация своего жизненного предназначения состоит из реальных и совершенно очевидных шагов. Постановка цели концентрирует душевные силы, задает приоритеты, рождает желание с Божьей помощью достигнуть их, создает направление и смысл жизни.

В работе по постановке долговременных целей зависимые люди нередко поначалу довольно неохотно планируют свое будущее. Причины могут быть самые разные. Одни сомневаются в способности добиться их выполнения и боятся потерпеть неудачу. Другие не хотят быть похожими на слишком «целеустремленных» людей», которых они встречали в жизни и которые казались им слишком холодными и расчетливыми. Третьи же не видят смысла в том, чтобы ставить перед собою какие-то цели, потому что не верят, что доживут до их выполнения.

Одним из самых кратких и одновременно многозначительных упражнений в работе с зависимым человеком в период, пока отношения еще не приобрели доверительности и глубины, может стать следующее.

Пастырь может предложить своему подопечному на листе бумаги начертить отрезок. Один его конец представляет рождение, а другой — смерть. И пусть эти концы он обозначит точками. А затем можно предложить поставить крестик на том месте, где человек, как он сам считает, находится сейчас.

И после этого, без комментариев, предложить минут пять поразмышлять над этим.

Преодолевая это неосознаваемое сопротивление к жизни, пастырю стоит быть достаточно настойчивым, ведь главное значение постановки цели состоит в том, чтобы человек почувствовал себя вовлеченным в жизнь и ощутил желание устремиться к реализации того, что имеет для него смысл, ведь жизнь ужеприобретает смысл в силу стремления к конкретным целям, а не благодаря их конечному достижению. Для этого уместно задать вопросы:

— Что в этой жизни важно для тебя?

— Что важного в достижении каждой конкретной цели?

— Какое значение для тебя будет иметь эта цель, когда ты ее достигнешь?

Важно, чтобы ставимые цели согласовывались с человеческими ценностями и с жизнью других людей.

Постановка цели — это ни что иное, как способ с Божией помощью направить свои душевные силы в нужном направлении. Цели могут меняться, что-то может добавиться, от чего-то со временем стоит отказаться.

Человек сам ответственен за то, чтобы осознать свои глубинные потребности и для их удовлетворения поставить перед собой разумные цели. Предпринимая шаги для достижения того, что имеет значение, человек тем самым наполняет свою жизнь смыслом.

Это и есть самый главный шаг к исцелению.

Уйти от проблемы или решить задачу?

Когда человек не знает, к какой пристани он держит путь,
для него ни один ветер не будет попутным

Сенека

Наркотическую зависимость удобнее рассматривать как задачу, которую необходимо решить. До тех пор, пока мы только «осознаём проблему», мы не можем достигнуть цели. Проблема всегда исходит из некоторых ограничений, тогда как решение — из возможностей. Именно поэтому фиксация на проблеме завершается провалом, в то время как ориентация на решение в одном случае — новым решением, в другом — выходом из проблемной ситуации. Все здесь очень просто. Трудно чего-то добиться, если мы идем от проблемы. Но можно достигнуть многого, если мы идем к решению.

Точно так же происходит в случае борьбы с любым другим грехом. Борьба с грехом ценна не сама по себе, а ради обретения единения с Господом. Гораздо легче достигнуть победы, если человек двигается, преодолевая грех на пути движения ко Христу, ради того, чтобы в нас были «те же чувствования, какие и во Христе Иисусе» (Фил.2, 5).

Если мы долго и целенаправленно осмысливаем и осознаем то, что в нас греховно, а не то, кем мы являемся [79] и чего бы мы хотели достичь в будущем, мы топчемся на месте. И здесь, как и в работе с зависимостями, уместен вопрос:

— А что ты хочешь вместо этого?

— А ради чего ты бы мог отказаться от этого?

Движение от греха ко Христу, как к конечной цели нашей жизни, помогает преодолевать препятствия, встречающиеся на пути.

Именно такой подход соответствует Богом устроенной природе человеческого мышления. Если мы попросим о чем-то НЕ думать, то скорее всего человек будет думать об этом и тут же запрещать себе это делать. Разум понимает команду «не думать о…» довольно линейно. Поэтому любая «борьба с грехом» так или иначе связывает человека в одну связку с мыслями о том или ином грехе, с которым необходимо бороться.

Однако многие люди убегают «от» чего-то для них нежелательного. Вам, безусловно, знакомо выражение«избавиться от проблем». Можно попросить кого-нибудь присутствующих в компании друзей поделиться тем, чего они хотят достигнуть в жизни. После того, как они подумают об этом, предложите им высказаться. Вы с удивлением заметите, что большинство людей скажут о том, чего они НЕ хотят.

Таким образом, можно убедиться в том, что людей, убегающих «от», (например, «я не хочу быть бедным», «я не хочу иметь скандальную жену», «я не хочу умереть от наркотиков или спида» и т.д.) намного больше, чем людей, которые умеют в жизни ставить цели и делать шаги для их достижения. Именно люди, которые не хотят жить в бедности, не хотят иметь скандальную жену, не хотят зависеть от наркотиков, как правило, в своей жизни как раз с этим и сталкиваются, потому что они большее время думают о том, от чего хотят уйти..

Разговор о том, что лучше: «от» или «к», на первый взгляд покажется не очень существенным. Но на самом деле именно от правильного ответа на этот вопрос в значительной мере зависит конечный результат. Если человек приходит к врачу с просьбой избавить его от болезни, то можно лишь подразумевать или предполагать, что он хочет выздороветь. Самолет, вылетевший с аэродрома и не знающий конечной точки своего маршрута, летит в никуда.

Если человек фокусируется на препятствиях на пути к цели, они непременно встретятся. [80] Если же человек ориентируется на радость победы, предвкушает ее плоды, он тем самым уже становится ближе к своей цели.

Добровольные жертвы постоянных тревог сами придумывает себе кошмары, которые затем сбываются с неизбежностью пророчества и подтверждают своим поведением собственные опасения («Так я и знал», «А, что я говорил?!») Такие люди неуклонно добиваются успеха именно в том, чего не хотели.

Однако люди, которые добивались в жизни значительных положительных результатов в избавлении от наркозависимости, шли не от наркомании, а двигались к чему-то большему, ради чего стоило бросить употреблять наркотик.

Почему так важно именно движение к цели? Потому что наркотическая зависимость — это опыт значительной части жизни человека. Если мы поможем человеку избавиться ОТ наркотической зависимости, а на этом месте не окажется ничего другого, если эта пустота не будет ничем заполнена, то на человеке может исполниться предупреждение Христа: «Когда нечистый дух выйдет из человека, то ходит по безводным местам, ища покоя, и не находит; тогда говорит: возвращусь в дом мой, откуда я вышел. И, придя, находит его незанятым, выметенным и убранным; тогда идет и берет с собою семь других духов, злейших себя, и, войдя, живут там; и бывает для человека того последнее хуже первого»(Мф. 12, 43-45).

Для работы над заполнением пустоты, которая может возникнуть после освобождения от зависимости, можно задать следующие вопросы:

— Предположим, что однажды утром случилось чудо и проблема, мучившая тебя, исчезла. По каким признакам ты бы узнал об этом?

— Что изменилось бы в тебе и в твоем восприятии окружающего мира?

— Что заметили бы в тебе окружающие?

— Что бы тогда стало по-другому?

После того, как эти вопросы заданы, с интересом ждите ответа. Однако ждите активно, переспрашивая, уточняя:

— А это как?

— А что еще?

— И что это для тебя значит?

Очень важно, чтобы человек сам, без намеков на «правильные» ответы с вашей стороны, научился отвечать на эти вопросы. Если же священник намекает или подсказывает свой ответ, его подопечный с этим, возможно, согласится, но это не будет его решением, а взять ответственность возможно только за свои решения.

Исходя из вышеизложенного, уместным видится постоянное стремление перехода от обсуждения «проблемы» к разговору о том, чего же наркоман в действительности хочет. [81]

Как скоро ты станешь равнодушным к наркотикам?

Немаловажной частью работы с наркоманом является момент взятия им ответственности за временнЫе рамки своего выздоровления. Для этого его можно спросить:

— Как скоро ты планируешь стать полностью здоровым от последствий своей зависимости?

— Через какой срок ты намерен почувствовать эффективность нашей совместной работы и что будет первым признаком того, что наша работа успешна?

— Что ты при этом увидишь, услышишь, почувствуешь, когда сможешь себе с уверенностью сказать, что получил то, ради чего обратился за помощью ко мне?

На самом деле, как правило, внутренние изменения наступают гораздо раньше срока, если человек называет срок, за который готов взять ответственность. Ответив самому себе на эти вопросы, наркомануже начинает изменять свое поведение и отношение, но иногда сразу этого не замечает.

Еще один уместный вопрос:

— Что ты будешь чувствовать, как ты будешь воспринимать себя, как будешь смотреть на мир и людей, когда достигнешь своей цели — исцеления и выздоровления?

— Что ты тогда скажешь самому себе?

На это стоит обратить внимание: что человек себе скажет, когда он поймет, что достиг своей цели. Что для него будет критерием достижения результата? И еще три вопроса:

— Как оценишь достигнутый результат?

— Изменится ли что-нибудь в твоем отношении к себе?

— Изменится ли что-нибудь в твоих отношениях с Богом?

Как правильно поставить цель

Если человек, имеющий зависимость, хочет достичь цели, то сформулировать ее нужно грамотно. В такой формулировке должно быть пять условий.

Прежде всего: цель должна быть сформулирована положительно.

Зависимый человек должен поставить цель: к чему он движется, а не от чего он хочет уйти. Т.е. он должен стремиться овладеть наукой принятия новых решений, а не умением убегать от старых проблем.

Обычно сознательное внимание людей сконцентрировано вокруг проблемы. Как работает сознание человека, который хочет бросить курить? У него периодически возникает желание покурить. Затем он запрещает себе, вытесняет, «борется» с этим желанием. Через некоторое время подавленное желание курить действует с новой интенсивностью, будучи усилено запрещением. Порочный круг «Проблема — нет Проблемы — Проблема» управляет сознанием.

Дело в том, что отрицание, частица «не» существует в языке, но не в опыте человека.

— Две минуты не думайте об утке, которая крякает в углу!», — попробуйте не думать, ровно две минуты!

— Представьте себе не розового слона!

Человеческий разум сосредотачивается на том, что упомянуто. Например, родители говорят ребенку:

Не проливай молоко.

Что происходит после этого?

Представьте, как это: «Кошка не гонится за собакой».

К сожалению, многие родители, не осознавая этого, специально тренируют своих детей, чтобы они думали в отрицательных категориях. «Не упади!», — сознание начинает формировать ситуацию падения. «Не шуми!», «Не дерись!», «Не чешись» [82]. Таких примеров можно привести множество.

Для того чтобы выйти из этого порочного круга, необходимо сориентировать человека не на «борьбу с проблемой», а помочь ему определить и поставить цели, более значимые, чем то, что создает проблему. Для этого можно задать следующие вопросы:

Знаешь, а вот мне интересно, а что если чудо произойдет? Что изменится, если, например, начиная с послезавтра, в твоей жизни появится что-то настолько значимое и важное, что у тебя совершенно не останется времени на то, чтобы вспомнить о твоей зависимости и том, что ее запускает? Что бы это могло быть? Ты просыпаешься утром, а проблемы нет. Тогда что бы ты делал по-другому?

Это очень важный вопрос, потому что он вырывает людей из их порочного круга, позволяет им, по крайней мере, подумать:

— А какое могло бы быть решение?

Здесь обычно происходит какая-то вспышка, рождается новое представление.

Второе — необходимо, чтобы человек осознавал, что достижение цели зависит только от него и чтобы человек был готов использовать все возможности для достижения результата.

От формулировки зависит очень и очень многое. Язык в значительной мере формирует наш внутренний мир. Обычно люди, которые не могут добиться собственных целей, обвиняют при этом других людей или обстоятельства:

Ну, проблема вне меня, проблема в экономике. Я не могу получить работы из-за того, что в стране безработица, разрушена экономика, всю власть в стране захватили негодяи. Ну потом и родители у меня не как у нормальных людей… Ну как тут не пить (или не колоться)?

Как только человек говорит: «Не могу это сделать по причине, лежащей вне меня», то он сам себя обрекает на неудачу.

Человек должен знать, чего он хочет. И должен начать формулировать план, как он может это получить.

Многие люди говорят:

— У меня проблема — мой муж, он меня все время раздражает.

Или:

— Когда у моей жены такой голос, то мне просто хочется выпить.

Для каждого из них проблема — это его близкие. Или же он говорит, что проблема в его друзьях:

— Если я прекращу пить, то потеряю всех друзей.

Если человек говорит о том, что разрешение его проблемы находится вне его, он автоматически превращается в жалобщика.

Нередко человек говорит о наркотике так, будто наркотик «контролирует» его, как будто наркотик — это какое-то самостоятельное существо. В таком случае ему будет сложно освободиться от зависимости. Сложность увеличивается еще и от того, что его врачи, родственники и даже священник начинают разделять эту точку зрения.

Итак, чтобы получить результат, люди должны идти по направлению к тому, чего они хотят, и иметь хоть какие-то идеи относительно того, какие шаги предпринять в самом начале пути.

Третье: чтобы получить результат, представление человека о том, чего он хочет, должно быть очень конкретным, чтобы его можно было достаточно точно описать.

Большинство людей довольно туманно представляют себе то, чего они хотят.

— Я хочу себя чувствовать счастливым.

— Ну, хочу чего-нибудь интересное делать.

Если человек хочет чего-то расплывчатого, например, «чувствовать себя лучше», то как он узнает, что достиг этой цели? В хорошо сформулированном результате должны быть конкретные, измеримые шаги. Он должен знать, как это состояние будет ощущаться, как его результат будет выглядеть, как будет звучать его результат. Чем более конкретна и детальна наша цель, и шаги к ней, тем лучше. Только в этом случае человек сможет начать двигаться именно к ней.

В нашем случае наркоман должен увидеть, как будет выглядеть его выздоровление, что он будет чувствовать, какие звуки будут окружать его, обретшего ПОЛНОЦЕННУЮ ЖИЗНЬ.

Как только у человека появляется отчетливый образ себя, уже освободившегося от наркотической зависимости, как только он четко представит и почувствует как он будет выглядеть, достигнув поставленной цели, желание делать реальные шаги для изменения необыкновенно усиливается.

Когда наркоман действительно вовлекается в решение вопроса через конкретное внутреннее видение будущего, его сознание начинает активно работать. Оно открывается навстречу новым возможностям

Четвертое: нужно определить контекст, ответить на вопрос: где, когда, с кем он хочет осуществить поставленную цель?

Когда я работаю с человеком над постановкой цели, в этом месте я прошу его назвать конкретные сроки, когда эта цель будет достигнута. Я говорю обычно:

— Как тебе кажется, сколько времени тебе понадобится для того, чтобы достигнуть этого результата?

Время, которое наркоман называет, и является тем временем, за которое он предполагает достигнуть своей цели.

Еще маленький нюанс. Попросите его оценить по пятибалльной системе, насколько уверенно он произнес время (срок) достижения своей цели. Если это 4 и ниже, уточните, что мешает произнести на 5, и попросите произнести еще раз.

Пятое: результат должен быть уместным.

Что означает «уместным» в рассматриваемом контексте? Уместность — это связь результата с другими ценностями, с представлениями человека о смысле жизни, с другими людьми.

Обычно люди употребляют наркотики, разрушающие здоровье, потому что у них нет ощущения связанности с Богом, с другими людьми, с обществом, в котором они живут, со своей профессией, с работой, которая приносит удовлетворение, потому что у них нет осознания собственных ценностей. Для выхода из зависимости необходимо восстановить эту взаимосвязь, необходимо вновь воссоединить человека с окружающим его миром. В таком случае уместно спросить:

— Как достижение поставленной цели изменит твои отношения:

* с Богом…

* с близкими людьми…

* с твоей профессией…

* с твоей жизнью…

* с тем, что тебе дорого в этом мире.

Очень важно обеспечить привязку желаемого результата к будущему, задав следующий вопрос:

— Ты можешь представить, как ты будешь вести себя трезвым — через месяц, через два, через полгода, через год?

Еще раз кратко напомним условия хорошо сформулированной цели:

1. Цель должна быть сформулирована положительно, «чего я хочу достигнуть», а не «чего я не хочу». Здесь стоит обратить внимание на наличие отрицание без частицы «не», например, «избежать…», «избавиться от…», «без…».

2. Достижение цели должно зависеть лично от человека, или, по крайней мере, человек должен сказать о своей части ответственности за достижение. Например, цель — «устроиться на работу». Поскольку достижение цели зависит и от работодателя, уместный вопрос: «Что конкретно сделаешь ты для того, чтобы устроиться на работу?»

3. У цели есть сенсорные критерии очевидности, т.е. можно совершенно очевидно заметить, что цель достигнута. Если же эти сенсорные, т.е. внешне наблюдаемые, критерии выявить невозможно, то, скорее всего, речь идет не о цели, а о ценности. Например, «семья» — это ценность, а «создание семьи» — это цель; «интересная работа» — это ценность, а «устройство на работу» — это цель, и т.д.

4. Для цели должен быть выбран соответствующий контекст: где, когда и с кем вы хотите реализовывать достигнутую цель. Например: «Я хочу научиться всегда принимать самостоятельные решения». Уместен вопрос: «Есть ли ситуации, когда (или — в которых) этот навык будет неуместным?»

5. Цель должна быть уместной, т.е. учитывающей ценности других людей и не вступающей в конфликт с другими ценностями самого человека.

Приемы и методы постановки цели «от проблемы — к решению»

В практической работе нам, возможно, придется встретиться с людьми, которых достаточно трудно направить из проблемного состояния к решению. И здесь пастырю на помощь приходит умение правильно поставить вопрос. Некоторые люди считают, что мышление само по себе — ни что иное как процесс постановки вопросов и поиск ответов на них. Если человек хочет что-то изменить в своей жизни, он должен изменить привычные для него вопросы так, чтобы они направляли его внимание, образ мышления и душевное состояние в необходимом направлении. Ставить вопросы относительно человеческих ограничений и возможностей — все равно, что сокрушать стены.

Хороший ответ получает тот человек, который задает хороший вопрос. Разница между людьми, которые научились решать свои жизненные проблемы и теми, кто еще не научился этому, состоит в том, что первые умеют задавать себе такие вопросы, которые актуализируют поиск решения, в то время как вторые задают вопросы, ассоциирующие человека с проблемным состоянием.

Если человек задает сам себе вопросы, наподобие «Какая от этого польза?», «Зачем пытаться, все равно ничего не выйдет?», «За что мне такое наказание?», «Почему мне никак не удается это?», разум, поставленный ему в услужение, обязательно найдет какой-нибудь ответ. Самые вероятные ответы на эти вопросы, возможно, будут звучать так: «Никакой!», «Действительно, попытки ни к чему не приведут», «За то и за это», «Потому что ты этого не достоин».

Люди, которые достигали результатов в самых, казалось бы, безнадежных случаях, задавали себе вопросы, побуждающие обучаться и действовать:

— Какую пользу я могу из этого извлечь?

— Чему я научился из этого?

— Как я могу достигнуть своей цели при сложившихся обстоятельствах?

— Ради чего мне стоит преодолеть возникшее затруднение?

— Что мне необходимо для того, чтобы выйти из сложившейся ситуации?

— Какие еще вопросы мне необходимо задать себе, чтобы достигнуть своей цели?

Итак, достижение результатов в любой области человеческой жизни во многом зависит от качества вопросов, которые человек перед собой ставит. И если он слишком ассоциирован с переживаемой проблемой, давайте пойдем ему навстречу, зададим такие вопросы, которые помогут ему построить путь от проблемы — к решению.

— Определи свою проблему. Какую проблему или состояние ты хотел бы изменить?

— Моя проблема заключается в том, что я…

— Исходя из формулировки проблемы, определи свою цель: Что ты хочешь прекратить или чего избежать?

— Я хочу прекратить…

Что противоположно проблемному состоянию? Что я хочу ВМЕСТО этого?

— Взамен этого, я хочу…

Кто уже достигал состояния, или результата, сходного с желаемым мною?

— Я хочу действовать (или быть) как…

Какие важные принципы или ценности ты хотел бы воплотить в желаемом состоянии? [83]

— Я бы хотел воплотить…

Какие качества, связанные с желаемым состоянием, у меня уже есть, и какие из них я хочу развить больше?

— Я хочу быть более…

Если бы у меня уже было желаемое состояние, что бы я делал или что бы я сделал еще?

— Если бы я уже достиг своего желаемого состояния, я бы…

После того, как цель определена, важно еще раз проверить, насколько грамотно она сформулирована.

Составление таблицы целей

И здесь мы можем предложить человеку составить список десяти важных для него жизненных целей,расположив их в иерархическом порядке, т.е. по степени значимости. Пастырь может помочь человеку провести каждую цель по пяти вышеперечисленным пунктам.

Возможно, одной из целей будет «выздоровление» или «исцелиться», «стать свободным». Пожалуйста, вспомните о необходимости уточнения критериев достижения этой цели: «Как ты наверняка узнаешь, что освободился от зависимости?»

Таблица жизненных целей

Мои жизненные цели
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10

Далее мы предлагаем человеку перепроверить иерархию целей методом исключения, начиная снизу таблицы. Например, если на 5-м месте у человека стоит «создание семьи», а на 6-м — «устройство на хорошую работу», можно спросить его: «Ты устроишься на хорошую работу, но не создашь семью — или создашь семью, но не устроишься на хорошую работу… что для тебя важнее?». И если после такой перепроверки человек говорит, что «устройство на работу» для него важнее, мы предлагаем ему поменять местами эти цели в таблице.

Итак, мы помогли человеку сформулировать цели. Внимательно следите, чтобы это были его жизненные цели, а не его родителей и близких, и, разумеется, не цели самого пастыря.

Что необходимо?

После выяснения ответов на вопросы о жизненных целях, пастырю необходимо помочь в поиске того, что необходимо для достижения целей. И здесь пастырь может задать такие вопросы:

— Какие навыки и способности для достижения твоих целей уже есть у тебя?

— Что ты уже умеешь делать качественно и успешно?

— На какой прошлый опыт достижения целей ты можешь опереться в будущем?

— Встречал ли ты людей, которые достигали собственных целей? Кто это? Каким образом они осуществляли это?

— Чья помощь понадобится для достижения твоих целей и в какой конкретно форме и объеме?

— Чего тебе еще не хватает для достижения твоих целей?

— Какие конкретные шаги на моем месте ты посоветовал бы сделать человеку, обратившемуся за помощью в подобной ситуации?

Поиск ценностей

Следующим шагом в создании мотивации к исцелению может стать выявление жизненных ценностей человека.

Когда люди утрачивают возможность реализации своих ценностей, они одновременно теряют и смысл существования. Для психологически незрелого человека это наиболее опасный период — воронка наркотика может легко затянуть его именно в этот момент. Люди, не осознавшие или не обретшие своих ценностей, могут сидеть часами перед телевизором, переключать каналы, надеясь найти что-нибудь интересное, развлекательное. Со временем они обнаруживают, что движутся по жизни как бы на автопилоте и удивляются, куда ушло время.

Среди пожилых людей нередко можно найти настоящих ценителей жизни, людей, устремленных к вечным ценностям. Спросите у них, что они считают действительно важным. Ни один из них не скажет: «Как жаль, что я так мало сидела возле телевизора» или, например: «Мне следовало бы проводить больше времени в состоянии беспокойства о чем-нибудь». Чаще всего они говорят о важности отношений с Богом, семьей, друзьями, о любимой работе, о том, что человек должен оставить после себя на земле какую-то память. С уважением эти люди вспоминают о тех навыках и сложных жизненных ситуациях, благодаря которым они научились чему-то новому. Если пожилые люди о чем-то и сожалеют, то, как правило, не о том, что было сделано, а о том, чего сделать не удалось. Чаще всего они будут говорить, что слишком часто позволяли времени утекать сквозь пальцы.

Именно в среднем возрасте приходит осознание того, что во многом время было растрачено по мелочам. Такой вывод людей старшего поколения может послужить уроком и помочь молодым сделать достойный выбор.

Ценности тесно связаны с жизненными целями и, может быть, этому стоило посвятить отдельную книгу.

Если мы не живем в соответствии с нашими ценностями, если мы не воплощаем их в жизни, мы начинаем испытывать разочарование, пустоту и никчемность бытия, даже в том случае, когда находимся, казалось бы, на вершине жизненного успеха.

Ценности являются мерилом того смысла, который несет в себе жизнь для каждого из нас. Все наши цели, достижения и желания являются средствами, просто средствами для претворения в жизнь наших ценностей.

Предложите человеку написать десять важных для него ценностей, также расположив их в иерархическом порядке, т.е. по степени значимости.

Почему это важно? Можно поставить какие угодно цели, но если они вступают в конфликт с нашими ценностями и убеждениями, возникает внутреннее противоречие, мы теряем чувство цельности. Если человек достигает поставленной цели, поступившись своими убеждениями — внутренний конфликт неизбежен.

Зачем нужна шкала ценностей? Чтобы выявить наши глубоко личные убеждения о том, что — хорошо, а что — плохо, что для нас самое важное, а что — второстепенное. Например, у человека может возникнуть проблема с устройством на высокооплачиваемую работу, если ему с детства внушали, что деньги — зло, и что только безнравственные люди могут зарабатывать много денег. И здесь разрешить конфликт невозможно, если не вывести его с уровня эмоциональной памяти на уровень осознания и сознательно решить, что для него важнее: устройство на работу или верность семейной традиции, в которой считалось, что деньги — это зло.

Человеческие ценности, их иерархия могут меняться в зависимости от того, как изменяются наши убеждения, наши цели, наше осознание самих себя, насколько мы выросли духовно.

Многие наши ценности неосознаваемы. Поэтому нередко люди не могут объяснить, что они делают, они просто чувствуют, что нужно поступить именно так. Нередко люди с подозрением и недоброжелательностью относятся к тем, чьи ценности отличны от их собственных. Большинство конфликтов по сути дела является конфликтом ценностей.

У каждого человека существует своя, индивидуальная шкала ценностей. Для одних «честность» выше «дружбы», и поэтому, если в отношениях допущена ложь, дружба — врозь, а для других — наоборот, они считают, что можно сказать неправду, чтобы не расстроить друга.

Довольно непросто достигнуть внутреннего мира, если не сверяться с собственной шкалой ценностей. Большинство людей не знакомы с собственной иерархией ценностей. Более того, у многих людей существуют конфликтующие ценности. И первый шаг к пониманию себя — выявить их и выстроить их иерархию.

Важно, чтобы пастырь, который проделывает эту работу, не навязывал собственные ценности, а помог человеку найти свои и построить иерархию этих ценностей. Безусловно, он может рассказать своему подопечному о своих ценностях, но это — тема отдельного разговора.

Таблица Ценностей

Мои ценности
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10

Далее мы предлагаем человеку перепроверить иерархию ценностей методом исключения, начиная снизу таблицы. Например, если на 7-м месте у человека стоит «чувствовать поддержку» а на 8-м — «испытывать радость жизни», можно спросить его: «Если ты будешь чувствовать поддержку, но не будешь испытывать радости жизни — или будешь испытывать радости жизни, но не будешь чувствовать поддержку: что для тебя важнее?» И если после такой перепроверки человек говорит, что «испытывать радости жизни» для него важнее, мы предлагаем ему поменять местами эти ценности в таблице.

Иногда люди теряются, не могут сразу сказать о своих ценностях. Им можно помочь, задавая вопросы:

— Что для тебя важно в твоих взаимоотношениях с Богом?

— Что для тебя важно в твоих взаимоотношениях с другими людьми?

— Что для тебя важно в твоей жизни, в твоем отношении к самому себе?

Составление таблицы целей и ценностей

Следующий этап: мы предлагаем заполнить сводную таблицу целей и ценностей. И здесь важно будет обратить внимание на заполнение колонки: «Какие ценности будут поддерживать достижение этой цели».

Мои цели Какие ценности будут поддерживать достижение этой цели Мои ценности
1 1
2 2
3 3
4 4
5 5
6 6
7 7
8 8
9 9
10 10

После того, как человек осознает, что для достижения его жизненных целей у него уже есть значительное количество поддерживающих ценностей, он, как правило, испытывает чувство воодушевления от открывающихся возможностей, его желание двигаться в свое собственное будущее возрастает во много раз.

Работа с линией времени

На следующем этапе мы предлагаем человеку нарисовать линию своей жизни. Пусть эта линия выглядит как вектор, начальная точка которого — сегодняшний день.

Далее человек ответственно обозначает на этой линии даты реализации своих жизненных целей. Некоторые цели будут обозначены точками, например «переезд на новую квартиру», а некоторые — линиями, например «получение высшего образования». Некоторые цели будут реализованы последовательно, а некоторые — «внахлест», т.е. на протяженности одной цели будет расположено начало следующей.

Дайте на эту работу достаточное количество времени.

В конце попросите человека, который выполнил эту работу, рассказать о значимости для него дальнейшей жизни полученного опыта.

О советах и об ответственности

Можно дать другому разумный совет, но этим нельзя его научить разумному поведению.

Аристотель

И, чтоб не упасть до гордыни,
Считай себя ниже с людьми.
Не лезь к ним с наукой отныне,
А сам их сначала пойми

Александр Дольский

Независимо от того, живем мы в городе или в селе: время от времени мы спрашиваем у кого-нибудь совета, или у нас его спрашивают. Давайте разберемся, что же такое совет и как он действует.

Вот что говорит по этому поводу опытный пастырь, протоиерей Владислав Свешников: «Опытный духовник, священник, монах или просто навыкший духовному опыту человек даст совет ищущему воли Божией, не только не противоречащий опыту Церкви, но и особенно подходящий к обстоятельствам, ко времени, наконец, к личности испытующего, к особенностям его психологии, его рассуждения, к его возможностям и стремлениям, к его нравственному и духовному состоянию. Более того, — ищущий воли Божией может войти в отношения послушания к своему духовнику, что особенно полезно, когда духовник достаточно безошибочно открывает ему волю Божию.

Но в этом отношении как ищущему волю Божию, так и советчику, следует быть очень осторожным. Во-первых, и сами советы не всегда могут оказаться точными, и тогда в жизни могут совершаться более или менее серьезные нравственные и всякие иные ошибки. Эти ошибки тем серьезнее и постояннее, чем менее годится «советчик» для такой «роли», которую он на себя взял, и тогда будет по слову Евангельскому: «Если слепой ведет слепого, оба упадут в яму» (Мф. 15, 14).

Во-вторых, нередки ошибки, состоящие в том, что безответственный и безвольный человек, вместо того, чтобы искать волю Божию, ищет личность, на которую он может «свалить» свою жизненную ответственность; при этом он может, лишившись одного вида рабства, войти в другой. «Не делайтесь рабами человеков», — говорит Слово Божие (1 Кор. 7, 23)». [84]

Об этом же читаем мы и у святителя Игнатия Брянчанинова: «Охранимся от великого бедствия — превратить легковерного новоначального из раба Божия в раба человеческого, привлекши его к творению падшей воли человеческой вместо всесвятой воли Божией». [85]

И далее святитель Игнатий пишет: «Тщеславие и самомнение любит учить и наставлять. Они не заботятся о достоинстве своего совета! Они не помышляют, что могут нанести ближнему неисцельную язву нелепым советом, который принимается неопытным новоначальным с безотчетливою доверенностию, с плотским и кровяным разгорячением! Им нужен успех, какого бы ни был качества этот успех, какое бы ни было его начало! Им нужно произвести впечатление на новоначального, и нравственно подчинить его себе! Им нужна похвала человеческая! Им нужно прослыть святыми, разумными, прозорливыми старцами, учителями! Им нужно напитать свое ненасытное тщеславие, свою гордыню». [86]

«Заметим, что отцы воспрещают давать совет ближнему по собственному побуждению, без вопрошения ближнего: самовольное преподание совета есть признак сознания за собою ведения и достоинства духовных, в чем — явная гордость и самообольщение. Это не относится к настоятелям и начальникам, которые обязаны во всякое время, при всякой встретившейся нужде и не будучи спрошены, наставлять врученное им братство». [87]

Обычно, попав в затруднительную ситуацию и обнаружив недостаток информации для выхода из нее, человек начинает собирать дополнительные сведения о возможных путях решения возникшего затруднения. Он обращается за помощью к близким, друзьям, книгам, пастырям Церкви. Но часто то, что он ищет,— это чье-то готовое решение.

Вот здесь-то человека и поджидает ловушка потерянной ответственности. Принимая на вооружение чужой способ поведения в подобных обстоятельствах, мало кто учитывает различия субъективного внутреннего мира людей и объективных условий, в которых реализуется этот способ. Вспомните, много ли раз в жизни вы действительно были удовлетворены на все 100%, поступив в сложной ситуации так, как вам посоветовали? [88]

Например, использовав все известные подходы к воспитанию сына подростка, родители узнают, что их соседи Сидоровы своего отпрыска «дерут как Сидорову козу», и тот ведет себя как паинька. После долгих рассказов Сидоровых о многовековом опыте человечества в воспитании «кнутом», они решают все-таки применить этот чудо-способ у себя в семье и потом долго и тяжело переживают побег сына из дома. В результате к одной трудности могут добавиться еще несколько, в том числе и разрыв отношений с Сидоровыми, «из-за которых все произошло». Единственное, что успокаивает людей в такой ситуации, — ощущение, что они вроде бы ни при чем: виноваты Сидоровы с их «медвежьими услугами».

Как же быть пастырю в случае, если люди, обращающиеся к ним, жалуются на свою жизнь или спрашивают совета? Как им помочь? Прежде всего необходимо вовремя вспомнить о том, что ваш опыт и ваш внутренний мир совершенно уникален и отличен от опыта и внутреннего мира другого человека, и о том, что у каждого человека достаточно собственных ресурсов для достижения своих целей.

Нередко наркоманы оставляют за собой право на сомнение по поводу эффективности и «разумности» того или иного подхода к исцелению. Возможно, наркоман попытается переложить ответственность за свое исцеление на того, кто этим занимается: на доктора, священника, психолога. Вот здесь-то и наступает время разграничить ответственность совместной работы. Необходимо определить границы ответственности между пастырем и обратившимся к нему за помощью наркоманом. За что отвечает каждая из сторон? Если этого не произойдет, священник рискует оказаться в замкнутом круге, который нередко возникает во взаимоотношениях доктор — больной, начальник — подчиненный, пастырь — прихожанин.

Описанная ниже ситуация часто проявляется в процессе нашего общения в семье, на работе, в быту. Священнику, которому по роду своей деятельности приходится много общаться с людьми, знание об этом поможет избежать неприятных последствий нечетко построенных взаимоотношений. Поясним на примерах, как образуется замкнутый круг, о чем идет речь.

К врачу приходит пациент («жертва») и жалуется на болезнь. Врач («избавитель»), читая карту больного, говорит:

— Тот, кто вам все это выписывал («преследователь»), ничего не смыслит в медицине. Это не помогает от вашей болезни. Я-то точно знаю, что вам поможет!

А может быть, предыдущий специалист действительно не компетентен? Может быть. Только речь идет не о компетенции специалиста, а о существующей у людей внутренней структуре взаимоотношений с тремя ролями: «жертва», «преследователь» и «избавитель». Если врач включается в подобную структуру отношений, то, скорее всего, наступит момент, когда роли поменяются местами. И пациент, который не соблюдал режим и методику лечения, придя к заведующему отделением с жалобой на врача, выступит в роли «преследователя». А заведующий, если ему важно мнение о клинике, отстаивая компетентность врача, выступит в роли «избавителя». Или, пообещав решить этот вопрос, уволит врача, который выступит в роли «жертвы». Этот круг будет вращаться, а конфликт — расти как снежный ком, вовлекая все новых и новых людей. Порой остановить его очень непросто. Проблема состоит в том, что врач, не разделяя ответственности с пациентом, полностью берет ее на себя.

А теперь, дорогие читатели, вспомните, сколько раз вы оказывались в подобных ситуациях? Знакомая картина: духовные чада, периодически разочаровывающиеся то в одном, то в другом, то в третьем духовнике и вплетающие самих духовников в свои непростые взаимоотношения с «очарованиями» и «разочарованиями» в различных старцах и духовниках. Найдя, наконец «истинного» духовника, они прежде всего провоцируют его негативно отзываться о предыдущем духовном наставнике.

Как же сделать так, чтобы избежать возникновения такой ситуации? Нужно сразу четко обговорить с человеком, в чем состоит ваша ответственность как пастыря, в чем — просящего помощи человека, каковы сроки этой совместной работы (если речь идет о помощи наркозависимому человеку), в каких случаях сразу же последует удаление человека. Такая постановка вопроса вовсе не исключает христианского, милосердного отношения к больному. Как раз, наоборот. Наркоману очень важно изначально знать, какая грань проступка будет предельной. [89]

Если Вы заранее не предупредите человека о своих возможностях и правилах совместной работы, есть опасность попасть в замкнутый круг.

Еще один способ попасть в замкнутый круг — дать человеку совет: поступай так-то (это другой путь взять на себя чужую ответственность). Но можно давать советы по-разному. Благоразумный пастырь скорее всего использует «мягкий», косвенный способ. Например, скажет:

— Я знаю одного очень талантливого человека, который в этой ситуации поступил так-то. Но я не уверен, насколько это может подойти тебе.

В таком случае совет не навязывается, а предлагается, у человека остается выбор.

Обязательным условием пастырской помощи является создание устного или письменного договора. Сюда входит определение работы, которую вы берете на себя, и работы, которую оставляете вашему подопечному. Необходимо четко объяснить, что только вместе можно достичь положительного результата. Еще Гиппократ говорил: «Нас трое: врач, пациент и болезнь. На чьей вы, пациент, стороне, тот и побеждает».

Если же ВСТРЕЧА с пастырем, искренне желающим вывести человека из бездны наркотического ада при помощи содействующей благодати Божией все же произойдет, священник сможет передать больному христианское восприятие мира, зажжет в нем веру во Христа, надежду на Того, Кто действительно сможет помочь ему. Он обретет себя, после чего жизнь станет восприниматься в совершенно иной перспективе.

Если, благодаря усилиям мудрого и доброго пастыря, человек найдет смелость поставить себя перед лицом своей совести и Бога, то может начаться процесс его духовного возрождения, может начаться молитвенное общение, восстановится личная связь человека со своим Творцом, а это — гораздо важнее, чем бросить колоться.

Задача пастыря сводится к тому, чтобы посредством движения к более высоким ценностям, создать у наркомана безразличное отношение к наркотикам, показать ему опыт иной жизни, жизни с Богом.

Ответ на самый важный вопрос

Однажды Ваня-Лапоток пришел среди многих на беседу с мудрецом. Тот отвечал на любые вопросы своих слушателей. После беседы Ваня подошел к нему с двумя конвертами и сказал:

— Вот в этом конверте лежит записка с самым важным для меня вопросом. Вы не могли бы написать ответ, положить в другой конверт и запечатать его?

Мудрец невозмутимо исполнил просьбу. Но когда Ваня-Лапоток, поблагодарив, взял конверт и спрятал в карман, учитель не выдержал и поинтересовался:

— Когда же ты думаешь прочесть ответ?

— А что? Я хотел получить ответ на самый важный вопрос и получил. Зачем же его читать?

Этапы пастырской работы

Сохранение душевного мира

Пастырь должен отдавать себе отчет в том, что если он берет в монастырь или на приход химически зависимого человека, так или иначе включается в совместную жизнь с ним, он обрекает себя на ряд определенных не только материальных, но и душевных неудобств. Эти душевные неудобства могут состоять вот в чем. Когда человек, на которого потрачено очень много времени и сил, срывается, идет к срыву или допускает какие-то антисоциальные действия или греховные поступки, у пастыря, положившего очень много сил и заботы, начинает возникать чувство неприязни, гнев, раздражение, обида и возмущение. Эти чувства свидетельствуют о том, что пастырь из помогающего выздоровлению стал значимой частью контекста выздоровления.

С одной стороны, — в случае полной включенности в работу с человеком, — от подобного сопереживания процессу выздоровления человека не стоит убегать. Искренняя заинтересованность в ближнем — основа душепопечения.

«Чтобы воспитать в себе искреннее участие к ближним, нужно прежде всего воспитать в себе убеждение в необходимости и возможности этого дара,— пишет митрополит Антоний Храповицкий. —Первые шаги такой работы над собою могут заключаться хотя бы в том, чтобы, по крайней мере, пользоваться подходящими случаями жизни, хотя, правда, и здесь нельзя обойтись без борьбы и усилий над собою. Случается, например, что ближние сами напрашиваются в тяжелые минуты на нашу откровенность и участие; случается, что сама жизнь тяжелыми картинами страданий или приближающейся к кому-либо из близких к нам смерти поневоле охватывает нас порывом участия к ближним. Должно, по крайней мере, в этих случаях не подавлять ложным стыдом сердечного участия к ближнему, но раскрывать его в словах и делах. Затем, уже менее труда будет постепенно расширять круг дел и слов любви и вместе с тем умножать в себе душевную мягкость и открытость сердца. Совершенствование в подобном направлении вскоре пойдет дальше и дальше, почти без всяких уже усилий со стороны человека, ибо душа, вкушающая сладость бескорыстной любви, уже сама будет искать случаев ее приложения.

Кроме того, и окружающие побуждают сострадательного человека укрепляться в избранном направлении. Все высоко ценят эти чувства любви и сострадания в наш век скудости искренних и задушевных людей. Нарочитая необходимость для пастыря искренности обусловливается еще тем, что без нее он неспособен будет быть проповедником, так как только искренность и сострадание к ближним сближает пастыря с его пасомыми настолько, что он начинает хорошо понимать их душевную жизнь и настроенность. Отсюда у него является способность угадать настроение слушателей, дать ответ на их душевные запросы, а особенно в этом и заключается отличительное достоинство проповеди в отличие от учебного преподавания закона Божия». [90]

Но очень важно, чтобы процесс помощи наркозависимым не повлиял на другие стороны жизни пастыря, не разрушил их, потому что на духовнике лежит ответственность не только за конкретного человека-наркомана, но и за весь приход или монастырское братство.

Нередко пастырь, работающий с наркоманом, попадает в ловушку особого искушения: «Вот этот человек никогда не исправится, я просто теряю на него время». Если священник обвиняет наркомана в отсутствии быстрых изменений, подопечный начинает ощущать себя одиноким и брошенным, лишенным поддержки и теряющим последнюю надежду, а в иных случаях он может отреагировать гневом и замкнутостью. В связи с этим священник должен помнить, что у каждого человека свой темп изменения, который нужно учитывать.

В некоторых случаях у наркомана могут возникать неконтролируемые вспышки агрессии. Это происходит в начальный период, период попыток отказаться от употребления наркотиков. Возникает подавленность, нервозность, очень плохое настроение, апатия, нежелание что-либо делать. Такое состояние может продолжаться несколько месяцев. Этот период наиболее трудный как для самого наркомана, так и для его окружения, потому что именно в это время наиболее велик соблазн «вернуть равновесие», приняв дозу наркотика, поскольку он чувствует, что теряет источник сил и уверенности в себе.

Это время необходимо переждать. Его длительность зависит от тяжести наркотика, сроков его употребления. Наиболее трудным видится не столько выход из химической зависимости, сколько восстановление нормальных эмоциональных отношений с другими людьми и обретение мира с самим собой.

Если вы перетерпите наркомана в состоянии ненависти, агрессии, злобы, выздоровев, он, возможно, когда-то будет вам благодарен. Он и сам понимает, что что-то с ним и в нем не так. Нужно верить в то, что он растет, дорастает до этого понимания. В глубине души он понимает, что жизнь — не в этом. И хочет он вовсе не этого.

Процесс выздоровления от наркозависимости довольно трудный, тяжелый. Если кто-то обещает вылечить наркомана за одну процедуру, к этому следует отнестись настороженно и скептически. Многолетний опыт говорит, что это заболевание тяжелейшее, выздоровление возможно только при полном отказе от наркотиков.

Иногда в процессе реабилитации в монастыре у наркомана может возникнуть непреодолимое желание отъезда. Вдруг у него возникают мысли, что он когда-то обидел маму и ему надо попросить прощения, или ему будет казаться, что девушка, которая обещала его ждать, вдруг может изменить с другим парнем, или — что ее подстерегает какая-то опасность. Все эти проявления на самом деле являются просто неосознаваемыми действиями наркотической зависимости, которая, как раненый насмерть зверь, делает последние рывки, последние усилия выжить. [91]

В этом случае не нужно с человеком спорить и уговаривать его остаться. Попытайтесь просто сесть и обговорить итоги совместного проживания. Предложите вместе просмотреть анкету или обязательства, которые были взяты в первый день общения. Достигнуты ли поставленные цели? Окончился ли срок реабилитации, который человек сам себе установил? Спросите о том, чему полезному он научился здесь за это время. Еще раз напомните ему, что он сам отвечает за собственную жизнь.

И самое главное — не стоит чувствовать себя виноватым за его отъезд. Это — его выбор и его ответственность.

Значение братской атмосферы

Благо, если не один батюшка занимается помощью наркозависимому, а все братство примет нового человека как брата. Возможно, пастырь, решившийся помогать наркоманам, встретит непонимание со стороны некоторых прихожан или ближайших духовных чад. Диапазон такой реакции огромен: от зависти и ревности («Им теперь уделяется времени больше!») до классического фарисейства, делящего пришедших в храм на «своих» и «чужаков», которые «непонятно, что тут делают».

«К сожалению, в наше время понятие “общины”, христианской общины, начинает обесцениваться. Первые христиане были едины и неразделимы, потому что любили друг друга, любили Бога, у них действительно было опытное знание Бога, они жили одной жизнью, и будь они в одиночку или собраны, они составляли Общину, которую ничто не могло разрушить. Мы теперь пытаемся создавать своего рода общины, сущность которых — собраться и быть одиночками — вместе. То есть мы не способны любить друг друга, но мы можем согреться друг о друга. Мы в состоянии сгрудиться так, чтобы не чувствовать себя уж очень одинокими, отчаянно одинокими. Но это не община. Такая община основана только на страхе одиночества, на внешнем страхе, на чувстве, что в одиночку ты уж очень ничтожен. Христианская община должна быть основана на преизбытке жизни, а не на чувстве ничтожества».[92]

Подобным прихожанам очень трудно что-либо объяснить. Читая Евангельские «зачала» о кающейся блуднице и фарисеях, осуждающих Христа за ее приятие, о пастыре добром, ищущем потерянную овцу, о блудном сыне и о сыне старшем, они вряд ли понимают, что это происходило не только тогда, когда Христос ходил по земле, это сказано для нас и о нас. В своей самодостаточной благочестивости подобные прихожане закрыты на боль этого мира. Для них самая главная ценность церковной жизни — обретение душевного комфорта — состояния, не имеющего ничего общего с тем благодатным духовным умиротворением, которого достигали святые отцы:

«Милостивый Господь нам, грешникам, дал Духа Святого и не взыскал от нас ни единой уплаты, но каждому из нас говорит, как Апостолу Петру: “Любишь ли Меня?“ Так Господь хочет от нас только любви, и радуется нашему обращению. Таково милосердие Божие к человеку: бросил человек грешить и смирился пред Богом, и Господь милостиво прощает ему все и дает благодать Святого Духа и силу побеждать грех.

Дивное дело: человек гнушается братом своим, таким же человеком, когда он беден или нечист, а Господь, как чадолюбивая мать дитяти своему, все нам прощает, и не гнушается никаким грешником, и даже дает ему дар Духа Святого.

Если бы люди познали любовь Господа к нам, то совершенно предались бы Его святой воле, и жили бы тогда покойные в Боге, как царские дети. Царь обо всем заботится: и о царстве, и о семье, и о сыне, и о детях, а сын спокойно живет во дворце; ему все служат, а он наслаждается всем без забот. Так предавшийся на волю Божию — живет в покое, довольный своею судьбою, хотя бы он был болен, или беден, или гоним. Он покоен потому, что с ним благодать Святого Духа, и сладость Духа Святого утешает его, и он скорбит только о том, что много оскорбил любимого Господа», [93] — пишет блаженный старец Силуан, поучая тех, кто хочет познать любовь Господа, не гнушаться никаким грешником.

Однако к опасениям людей, которые боятся каких-то непонятных «наркоманов», мудрый пастырь отнесется с пониманием, сделав все необходимое, чтобы успокоить и умиротворить тревожащихся прихожан. Однако по причине неприятия с их стороны останавливать дело душепопечения наркозависимых не следует. Сердце доброго пастыря, любящее «и тех, и этих» подскажет правильное разрешение напряженной ситуации, если она все же возникнет.

В монастыре (или при храме) для наркомана необходима организация деятельного, если возможно, сельскохозяйственного труда, несение посильного послушания, сначала по несколько часов в день, потом в течение целого рабочего дня с целью открытия в себе новых качеств, воспитания навыков, получения радости от приносящего пользу труда, но все это при непременном ежедневном участливом попечительном внимании священника.

Нельзя допускать, чтобы наркоман считал, что кто-либо из его нынешнего или прошлого окружения, т.е. родители, родственники или священник, были заинтересованы в его излечении более, чем он сам.

Если в монастыре или на приходе находится более двух выздоравливающих наркоманов, нужно поговорить с ними откровенно и объяснить им, что разговоры о наркотиках, о наркотическом быте и употребление различных жаргонных слов, слушание музыки, на фоне которой проходила их наркоманская жизнь, возвращают человека в тот мир, из которого он добровольно приехал сюда.

Значение осмысленного труда

«Наркоман может оставаться трезвым, если он делает что-то осмысленное» — это утверждают сами наркоманы, это подтверждает наш опыт. И поэтому трудно согласиться с теми способами душепопечения, которые посредством «послушания без рассуждения» под видом «борьбы с грехом» выбивают у наркомана остатки здравомыслия и искреннего интереса к жизни.

Хочется предостеречь от неразумного «подражания» древним старцам: приходилось слышать о том, что некоторые пастыри давали бестолковую и бесполезную работу наркозависимым людям для того, чтобы «сломить волю». Во-первых, воля их и так надломлена, ее как раз надо восстановить, во-вторых, бесполезный труд ведет к срыву. В-третьих, Христос с грешниками так не поступал.

В нашем внутреннем мире отображено все то, что из происходящего вокруг нас имеет для нас значение. Это и есть наше мировосприятие, наш опыт, или сумма представлений о действительности.

Поскольку вся информация об окружающем мире нам не может быть доступна в одну единицу времени, всякий раз, когда мы пытаемся понять окружающий мир, в голове у нас происходит работа с нашим отображением мира, т.е. с ранее накопленной совокупностью знаний, переживаний и представлений.

Педантичный или попросту аккуратный по своей природе человеческий разум старается найти место для каждой крупицы новых переживаний, соотнести ее с уже имеющейся информацией. Поэтому в пастырском окормлении наркозависимых людей видится очень важным предлагать им только те церковные действия, смысл, значимость актуальность которых наркоман сможет осознать.

О желании измениться

Пастырю очень важно помочь наркоману сформировать искреннее и цельное желание излечиться от пагубного пристрастия. Наркоманы, как и алкоголики, обладают удивительной сообразительностью и смекалкой:

— Ладно, я подыграю этому батюшке, чтобы отстал, но всерьез относиться ко всей этой ерунде я не собираюсь.

Есть такая пословица: «Лошадь можно привести на водопой, но невозможно ее заставить пить». Человека, который хочет получить исцеление от наркотической зависимости, можно заставить работать по хозяйству, встроить его в ритм церковной жизни, но он не изменится, если внутри него не родится желание измениться. Для того, чтобы создать у наркомана мотивацию к исцелению, я предлагаю полностью отказаться от привычных увещеваний или угроз в его адрес. Такие высказывания, как «для твоей же пользы», советы, ворчания, пожелания вроде «почему бы тебе не попробовать», уговоры, просьбы, призывы к логике и здравому смыслу, предложение почитать брошюры и вырезки из газет, действия с позиции морали и «духовного превосходства» не дадут желаемого результата.

Более того, опыт подтверждает, что свое собственное желание исцелиться не возникнет, если загнать человека в чисто внешние рамки «поведения благочестивого христианина». В лучшем случае, мы получим человека со сломленной волей. Он будет подчиняться нашим требованиям, нашимпредставлениям о том, каким он должен быть. Однако человек должен соответствовать только замыслу Бога о нем, с одной стороны, и собственным представлениям о том, кем он хотел бы стать, с другой.

Один мудрый человек как-то посоветовал мне: «Ведите себя с человеком так, как будто он уже стал таким, каким вы хотите. Ему ничего не останется, чтобы действительно стать таким».

Если же родственник больного наркоманией или священник ждет очередного наркотического срыва, то это обязательно наступит. Вольно или невольно, мы посылаем человеку сообщение о том, чего мы ожидаем от него. Если мы «знаем», что он все равно сорвется, мы ведем себя с ним как с человеком, который потенциально готов к срыву и он (из уважения) оправдывает наши ожидания. Если мы верим в то, что он двигается к своей цели, к исцелению, это непременно помогает ему обрести эту цель и удержаться от срыва. Поэтому, одним из важнейших правил является следующее:

В общении с вашим подопечным обращайтесь к самому лучшему представлению о нем, постарайтесь видеть его лучшие стороны. Вспомните наших русских святых: они радовались каждому пришедшему как посланнику Божию, видели в человеке лучшее, памятуя слова Апостола Павла «Для чистых все чисто» (Тит. 1, 15).

Сосредоточьтесь на том, каким бы вы хотели его видеть. Составьте себе самое желаемое представление о нем. Каким бы вы хотели видеть его? Какими темпами он движется к цели, к чему стремится, каким он станет в ближайшем будущем. Добейтесь того, чтобы всегда помнить о том, каким этот человек потенциально может стать. Каким вы хотите его видеть после того, как его главная цель — исцеление — будет достигнута? И с этого момента обращайтесь к самому лучшему представлению о нем и будьте уверены, что именно такое обращение поможет ему исправиться.

Взгляд того, кому доверяют, на кого открыто сердце, в значительной мере влияет на рост и развитие человека. Если же значимые для человека люди не уверены, что он справится со своими задачами, достигнет своих целей, не уверены, что он сможет преодолеть свои затруднения, то они не помогают ему расти. Если же мы уверены, что он может справиться, вполне может обучиться чему-то новому, может преодолевать трудности, то человек начинает расти на глазах.

Научиться верить в человека, доверять человеку — важная часть внутренней работы пастыря.

Мне приходилось слышать от одного священника, который занимается окормлением наркоманов:

— Вот мы что-нибудь попытаемся сделать, а если что не так — Господь поправит и доделает.

Не думаю, что такая позиция помогает пастырю полностью осознать свою ответственность за процесс помощи. Бог не должен доделывать наши недоделки! Если пастырь поставлен Богом в той или иной жизненной ситуации, если он верит в то, что конкретный человек является Божиим поручением лично ему, значит, у него есть весь потенциал духовных и душевных сил для успешного совершения этой душепопечительной работы.

Для большего осознания желания исцелиться, двигаться вперед, можно сделать следующее упражнение. Попросите вашего подопечного нарисовать систему координат и написать в каждом из секторов:

Что случится, если я не буду принимать наркотики? Что случится, если я буду принимать наркотики?
Что не случится, если я не буду принимать наркотики? Что не случится, если я буду принимать наркотики?

Теперь пускай в каждом квадрате ваш подопечный запишет 8-10 пунктов, как ответы на этот вопрос. То есть другими словами он должен как бы заполнить анкету.

Обратите внимание на сектор «Что не случится, если я не буду принимать наркотики». В этом секторе будут конкретно описаны причины возникновения и сохранения наркозависимости. Может быть, тут будут указаны те слова, понятия и идеи, которые помогают поддерживать наркотическую зависимость в человеке. То есть здесь вы сможете увидеть те вторичные выгоды, которые дает человеку наркотик.

После этого попросите все написанное расположить в иерархическом порядке в каждой части квадрата. То есть под № 1 будут написаны самые важные вещи, под № 2 — менее важные вещи, под № 3 — менее значительные вещи, потом еще и еще. И таким образом он расположит в каждом квадрате иерархию собственных ценностей в контексте своей наркотической зависимости. А затем попросите его, начиная с последних пунктов, как бы «взвешивать», что для него важнее. Например, 10-й пункт в одном и другом квадрате: что для него значительнее, пусть будет тяжелее, а что менее значительнее — легче. И так, сравнивая 10-е пункты каждого из четырех квадратов, мы вычеркиваем менее важное.

Так, постепенно «взвешивая» все пункты по порядку, мы поднимаемся с 9-го до 8-го, 7-го, 6-го и т.д. Постепенно, с каждым квадратом, количество этих аргументов будет убывать. В конечном итоге останется одна важная и значимая, фундаментальная базовая ценность. Когда наркоман таким образом взвесит все ценности и поймет, что для него первично, что вторично, а что вообще третьестепенно, он сам для себя сделает интересное открытие.

Работы с этой системой координат вполне достаточно, чтобы у человека сложилось хотя слабое желание излечиться от пагубного пристрастия. Для многих то, что открывается, становится потрясением.

Существует еще один, очень интересный подход для того, чтобы увеличить желание обрести выздоровление. Попробуйте задавать вопросы по предложенному ниже алгоритму:

— Предположим, что ты перестал употреблять наркотики. Что тебе это даст?

Ваш подопечный, к примеру, отвечает:

— Нормальную жизнь.

— Предположим, что у тебя есть нормальная жизнь. Что это тебе даст?

— Возможность создать семью.

— Предположим, что у тебя есть семья. Что это тебе даст?

— Ну… счастье в личной жизни.

— И когда у тебя будет счастье в личной жизни. Что это тебе даст?

Чувство осмысленности моей жизни…

И так далее. Задавайте эти вопросы бережно, давая время подумать, до тех пор, пока человек дойдет до очень высоких ценностей. В процессе этой работы он поймет, уже не умом, но сердцем, что от избавления от пристрастия к наркотикам зависит его дальнейшая жизнь.

Совместный поиск решений

Пастырю необходимо иметь такую меру принятия другого человека (в данном случае, наркомана), такую меру уровня личной искренности, веры в возможность покаяния и исправления, чтобы даже безучастныйчеловек, обратившийся за помощью, зажегся желанием измениться.

Каждому священнику стоит прислушаться к совету митрополита Антония Храповицкого:

«Достигнув возможной для живущего среди мирской суеты пастыря нравственной чуткости, по которой он может определять, по крайней мере, основные черты характера каждого человека, священник лишь в том случае будет в состоянии пользоваться этим даром для пасения душ, если будет поставлять свою собственную душу и свою беседу в определенное отношение к разным сторонам в душе ближнего, т.е. вызывать к жизни его нового человека и побороть с ним ветхого.

Представим себе столь обычный в русской жизни тип доброго, искреннего юноши с горячим сочувствием к добру, но бесхарактерного и страстного. Окружающая его жизнь, направляемая лишь к исканию каждым выгоды и удовольствий, затягивает его в пучину страстей и безпечности; но вот он встречает пастыря, ясно прозревающего его немудреную психологию, со скорбью взирающего на его беспечную леность и падение, и с сердечным, сострадательным сочувствием желающего сохранить и возгреть едва уже мерцающий в нем огонек высших, святых стремлений; для сей цели пастырь предлагает ему участие в приходской благотворительности, в школе и т.п., простом, смиренном, но святом деле. Юноша сразу откликается на призыв и дотоле меркнувшие, святые упования возвращаются к жизни и развитию. Вероятно, однако, что эта прививка деятельного добра не избавит его сразу от дальнейших падений, но внутренняя борьба обострится, а священник будет с того времени ему представляться, как ангел-хранитель, как всегдашняя нравственная опора и утешитель». [94]

Когда мы умело и искренне увлекаем людей в то, что кажется для нас важным, они искренне следуют за нами. Основное направление душепопечения, направленного на достижении позитивного результата в работе с зависимостями, — вовлечь зависимых в процесс, при котором они сами производили бы в себе собственные изменения.

Помощь наркоману необходимо осуществлять с позиции бережного отношения к его внутреннему миру, пусть даже и искаженному. Не стоит бросаться словами «бесовский», «демонический», «курил эту дрянь», «вкалывал себе эту гадость». Это может только еще больше оттолкнуть человека, вызвав конфликт между его субъективным миром и словами наставника. [95] «Поменьше мрачных слов о вечных муках, о грозном Судии, о неизбежности мытарств, а побольше утешения, побольше слов о богоусыновлении, о Боге, как Отце». [96]

Нельзя в человеке ничего стирать, уничтожать (типа: «Теперь навсегда забудь о наркотиках»). Во-первых, человеческая память ничего из испытанного и прочувствованного не может забыть. Не говоря уже о наркотике. Память о том, что это такое, неизгладима. Но даже из падения в эту бездну, люди смогли научиться извлекать позитивный опыт. От многих наркоманов и алкоголиков, посещающих группы Анонимных Алкоголиков и Анонимных Наркоманов приходится слышать «Спасибо Богу, если бы не наркотик (алкоголь), я бы никогда не пришла к Нему, никогда бы не узнала Христа». И это — только один способ переформулирования проблемы с извлечением позитивного опыта.

Проблема наркомании слишком многогранна и серьезна. Ее нельзя заглушить, начав усиленно заниматься чем-то другим. Нередко ее необходимо выговорить, выболеть, а лучше РЕШИТЬ, так, как решают математические задачки в школе. Важно, чтобы рядом был человек, который знает и умеет решать жизненные задачки, человек любящий, человек, который дает основания доверять ему.

В самом начале совместного пути от наркомана не надо требовать обещаний и отречений. И если он сам начнет их давать — не надо спешить выражать восторги по этому поводу. И коль они будут, нужно научиться просто принимать эти обещания.

Пастырю не следует принимать на себя роль посредника между человеком и Богом!

«Вряд ли необходимо долго доказывать, что ригоризм не свойствен духу Евангелия. Пример Спасителя, посещавшего вечери простых людей, брачные трапезы и нигде не обличавшего веселия, красоты, невинных удовольствий жизни, никак не в состоянии оправдать мрачное ригористическое отношение пастырей.

Если же веселие, удовольствия, развлечения, красота не запрещены для простых людей, для паствы, то как же сам пастырь, мрачно осуждающий все, кроме благочестия в узком его смысле, кроме богослужения, кроме «душеспасительной» литературы, как же он сможет понимать свою паству, как не оттолкнет он ее от себя?

Паства будет только бояться и сторониться такого иерея, страшась на каждом шагу его осуждения и строгого окрика. Нечего говорить и о том, что такой священник никогда не сможет дать совет, хорошо ли то или иное явление или плохо, буде к нему обратятся за таким советом». [97]

Батюшке надо помочь переосмыслить бывшему наркоману свою жизнь, создать для этого теплую атмосферу, отыскать, что есть в человеке более значимое и дорогое, чем наркотик, ухватиться за это и устремиться вместе с ним к выздоровлению, вместе проходя часть жизненного пути. Задача пастыря — преодолевать зависимость как бы вместе с обратившимся к нему за помощью человеком!

«Поэтому главным пастырским средством должна быть Благая весть о спасении, вселение веры в это спасение и обожение, а не запугивание адскими муками. Пастырь поменьше должен в сердце своем предопределять людей к этим мукам и не брать на себя дерзновенный суд.

Пастырскому деланию должно быть более свойственным преодоление зла в мире и человеке добром и любовью, нежели обличением и осуждением. Ему должно быть более свойственно попечение о спасении, нежели предвосхищение Страшного Суда и самоуверенное осуждение всех «еретиков», «грешников» и «инакомыслящих». Он должен помнить на основании всей истории святых, что законченного типа праведника и грешника вообще не существует: падения возможны и с вершин святости; покаяние и возрождение всегда возможны и в тех глубинах падения, которые нам кажутся безысходными. Пастырь особливо должен помнить, что над нравственной судьбой человека царит, прежде всего, свобода. В свободе всегда есть опасность зла и греха, но в свободе же заложено и добро, которое победит. Христианство есть благовестие свободы, которое, как сказано было выше, надо существенно отличать от проповеди свободы революционной, политической и бунтарской. Это свобода духа. Поэтому пастырь поменьше должен беспокоиться о ненарушимости своего авторитета, а больше об убедительности его истины. Критерий истины в самой истине. Принудительные авторитеты не свойственны Православию. Пастырь должен звать к свободному приятию Истины, к покорению себя бремени и игу христианской свободы». [98]

Если человек не имеет решимости оставить наркотик, но при этом много говорит, будет эффективнее, если священник возьмет инициативу общения в свои руки. Наркоман может быть слишком сфокусирован на своей жалобе, на своем убеждении, что не так в его жизни, почему он не может получить в реальной жизни то, что хочет. В этом случае, если священник будет только принимать подобные рассуждения, он потеряет много ценного времени. Здесь уместнее сразу перейти к обсуждению вопроса

А что ты хочешь вместо этого?

Если человек много и интенсивно говорит, то, возможно, он не может войти в диалог со своим внутренним миром. Он хочет уменьшить интенсивность своих переживаний, либо самостоятельно приходя к какому-то конечному решению, либо ожидая, чтобы кто-то принял за него какое-то решение. Он будет спрашивать его о готовом рецепте:

Скажите мне, что нужно сделать, к кому съездить, чтобы мне бросить?

Не стоит отвечать на подобные вопросы, на них не существует однозначных ответов, не нужно давать советы, которые вопрошающий возможно и не собирается выполнять. Задающий такого плана вопросы человек живет вовне, он не слышит себя, не слышит собеседника. Он умело подстраивается к собеседнику, но внутренней собственной глубины, глубины внутреннего мира собеседника он не ведает.

Только с искренне кающимися, только с теми, кто может задавать себе вопросы, обращенные внутрь,можно работать эффективно.

Если же человек малоразговорчив, значит, он слишком глубоко «провалился в себя», в свой внутренний мир, ему необходима помощь в самораскрытии. В таком случае священник должен больше слушать и вслушиваться. Очень часто такие люди сами не осознают своих умозаключений, пока не начнут их проговаривать.

Для пастыря очень важно умение присоединиться к внутреннему миру и ценностям в пришедшем к нему за помощью человеке, умение наблюдать за ним, умение с каждым новым наркоманом, встретившемся на его жизненном пути, корректировать собственное представление о такой болезни, как зависимость, умение быть гибким в поиске методов работы с подопечным на каждом этапе душепопечения.

«Что мешает нам во внебогослужебное время общаться с молодыми новоначальными прихожанами? Ведь в нашей повседневной жизни мы разговариваем на одном и том же современном русском языке. Нам говорят: мы не понимаем Священного Писания, мы не понимаем смысла проповеди. Так давайте читать и толковать Священное Писание вместе с этими молодыми людьми. Давайте под руководством опытного священника сравним наши собственные толкования и сообща придем к истинному пониманию Слова Божия, постаравшись при этом увидеть, как оно соотносится с нашей собственной жизнью. Важно избегать опасности формально-схоластического толкования Библии, но, напротив, стремиться выявить с помощью Слова Божия духовный смысл привычных для молодого человека жизненных ситуаций. Только тогда Словом Божиим освятится жизнь молодого человека, только тогда оно сделается для него актуальным и насущным.

И это только один из путей к душе и разуму молодого человека. Но разве православному возбраняется играть на гитаре или петь? В последние годы создано немало замечательных современных песен и романсов духовного содержания. Почему мы не можем петь их вместе с нашими молодыми прихожанами? Нам говорят: слова православных молитв малопонятны, непривычны. Что ж, давайте попробуем для начала помолиться своими словами, каждый о своем. Только сумев открыть молодежи красоту и истину Православия, мы удержим ее в наших храмах.

Если, не затрагивая сложных вопросов реформирования богослужения, мы начнем с малого, но реального — православных молодежных собраний, то люди потянутся к нам сами. Я знаю, о чем говорю, ибо могу оценивать опыт возвращения людей к Православию из всевозможных сект. Эти люди сегодня говорят нам: почему же ничего подобного у вас раньше не было, когда мы искренне пытались войти в православную жизнь, но нас никто не поддержал? Сложись все иначе, может быть, мы никогда и не ушли бы от православных.

Внебогослужебные собрания с православной молодежью способны привнести христианские идеи и ценности в жизнь молодого человека, вовлечь его в процесс познания и осмысления христианского наследия, если, конечно, духовным наставникам и их помощникам удастся избежать однообразия, формализма, статики. Не обязательно сидеть на одном месте — можно вместе отправиться, например, в недалекое паломничество. Можно попить чаю или напечь блинов, вместе поиграть в мяч и послушать музыку. Иными словами, от нас требуется гибкость и даже изобретательность в работе с молодежью. Это тем более важно, что во внебогослужебном общении мы способны добиться результатов, пока что недостижимых в рамках нашей богослужебной жизни». [99]

Преодоление сопротивления выздоровлению

Одна из особенностей индивидуального пастырского душепопечения в наши дни заключается в необходимости выдерживать непрерывные требования и претензии людей, которые обращаются с просьбой о помощи.

В моей книге «Пастырская помощь душевнобольным» одна из глав называется «Перенос». Я рекомендовал бы пастырям, которые будут работать с наркоманами, ознакомиться с ней. Суть описанного в ней явления такова: на неосознаваемом уровне люди могут воспринимать пастыря как отцовскую фигуру или так, как они привыкли воспринимать своих начальников.

«Замечено, что личные эмоциональные отношения духовника (пастыря) с духовным чадом (пасомым) являются средством душевного оздоровления и ведения последнего. Именно живая эмоциональная связь, личностные отношения, а не внушаемость или навязчивая привязанность.

Человек, пришедший к священнику на исповедь или за советом, не только говорит с ним о своих нынешних и прошлых проблемах, но и проявляет по отношению к духовнику свойственные своим детским отношениям эмоции.

Неудивительно, что в общении с духовным отцом могут явно просматриваться отношения духовного чада со своими собственными родителями. Если отец был добрым, любящим, отношение к духовнику может иметь характер взаимопонимания, доверия, будет лишено инфантильности и мешающей здравым отношениям зависимости. Если же человек в детстве запечатлел отца как грубого, жесткого, строгого, то на проявление именно этих эмоций он будет провоцировать и духовного отца. При этом он будет испытывать некоторую удовлетворенность при подтверждении ожидаемой негативной реакции со стороны духовного отца. Нечто подобное он получал в аналогичных ситуациях собственного детства от своего физического отца.

Если же отец был отстраненным, занятым только собой и своей работой, или же бросил семью в период раннего детства своего сына или дочери, или же был хроническим алкоголиком, то духовное чадо будет постоянно провоцировать своего духовника на отношение, подтверждающее его жизненный сценарий: «Я никому не нужен», «На меня никогда нет времени», «Отец меня не любит».

Пастырю очень важно иметь в виду, что большинство людей сегодня приходит к священнику не за разрешением духовных вопросов, но прежде всего за душевным, человеческим теплом. И хотя чаще всего это душевное тепло у священника «берется» под предлогом поиска ответов на религиозные вопросы, о подлинно духовном, как свидетельствуют многие современные духовники, сегодня спрашивают очень немногие.

Священник может дать человеку это душевное тепло, понимание, сочувствие. Благодатные силы, подаваемые пастырю от Бога, восполнят недостаток его естественных душевных сил. На первом этапе окормления задача священника состоит в том, чтобы долюбить человека, покрыть недостаток человеческого тепла, оправдать его ожидание встречи душевного понимания со стороны батюшки.

Однако агрессивность, жестокость, все большее и большее увязание человеческой жизни в болоте мелочной суеты и дрязг, усугубление финансовой неразберихи в обществе, экономические сложности современного мира, отсутствие участия и сострадания со стороны окружающих людей создают для пастыря ситуацию, в которой он вынужден по много часов в день «жалеть» и «понимать» своих духовных чад, тянущихся к нему бесконечной вереницей. Возникает опасность завязнуть с ними в чисто душевных отношениях, постепенно забывая о целях духовной и церковной жизни.

Со временем пастырь оказывается перед фактом: пришедший отчасти забыл, зачем он когда-то пришел к нему… Такому духовному чаду трудно объяснить, что духовник существует вовсе не для того, чтобы быть «лучшим другом» или «самым добрым человеком», а чтобы своим советом, благословением помогать пришедшему двигаться к Богу, справляться со своими грехами и страстями. Человек может ходить в храм, причащаться, исповедоваться, но отсутствие в этих проявлениях церковной жизни личности духовного отца обедняют и как бы обесцвечивают их таинственную сторону. Если «моего батюшки» нет на службе, «молитва не та, и благодать не та». Личности пастыря придается несоразмерно огромное значение, коллекционируются бесчисленные фотографии и благословения «любимого батюшки» и тому подобное». [100]

Пастырь должен быть готов к тому, что наркоман, принятый в братство или в монастырь, может внести нестабильность во взаимоотношения между братиями. Как-то раз мне пришлось узнать, что наркоманы, жившие в одном из монастырей, разделили братий на тех, кто «стучит» настоятелю и тех, кто не является «стукачом». Что в этой ситуации произошло на самом деле? Из своих прежних взаимоотношений, связанных с армией, с какими-то дворовыми компаниями, человек внес в монастырское братство атмосферу нездорового противостояния.

В подобных случаях пастырь может взирать на личность нашего Божественного Учителя. Христос относился к людям с максимальной искренностью и правдивостью, с участием. Он обращал внимание на всякое человеческое горе и на любую человеческую проблему, даже если в глазах других людей она казалась малозначительной. В некоторых случаях Он прощал и исцелял даже тех, кто не требовал исцеления (Иоанн, 8, Лук., 7), в других — помогал человеку определиться с тем, чего он хочет (Лук., 18, 41).

Для многих людей пастырь может стать тем единственным человеком, который примет и высвободит скрытые, искаженные и запрещенные чувства человека. Грех и зло могут быть преодолены лишь в том случае, если человек сможет открыть себя настоящего хотя бы кому-то другому, раскрыться полностью хотя бы одному человеку таким, каков он есть.

«Общее правило в сложных случаях, могущих смутить совесть пастыря, он должен всегда помнить, что соучастие и доброе отношение всегда лучше, чем излишняя строгость, так как перед священником находятся или больная воля, или больной рассудок». [101]

Священник, врачующий человеческую душу, будет оказывать подлинную эффективную помощь только в том случае, если он осознаёт себя орудием Божественной воли, осознаёт то, что он находится на своем месте, и Господь поручил ему позаботиться о конкретном человеке. При этом он должен помнить, что внешняя религиозность — это не гарантия исцеления. Путь к обретению смысла собственной жизни пастырь не может предписать, а лишь предложить.

И, может быть, найдя удобный, наиболее подходящий момент, пастырю уместно задать самый ключевой и самый принципиальный вопрос:

— Веришь ли ты, что Бог может полностью тебя исцелить?

Сопротивление выздоровлению, недоверие, сомнение в компетентности священника — естественный и нормальный этап работы. Его проявление — вызов, задача, к которой пастырю нужно отнестись творчески. Пастырь должен помнить: немотивированная агрессия и защитные механизмы — это действие болезни, а не собственно человека. Защитные механизмы достаточно подробно описаны в книге «Луч надежды в наркотическом мире». В этой главе, в значительной мере составленной по материалам лекций доктора К.Ю. Королева, мы предлагаем ознакомиться со способами работы с ними.

Итак, если священник столкнулся с сопротивлением и защитными механизмами зависимости, прежде всего, важно научиться гибкости работы с ними.

Чаще всего, наркоман просто отрицает наличие зависимости:

— У меня все нормально, никаких проблем! (У алкоголиков это звучит так: «хочу — пью, не хочу — не пью!»)

Очень простой ход: можно спросить:

— Тогда что именно привело тебя сюда?

Следующий вид защитного поведения — рационализация:

— Я принимаю наркотики, потому что у меня плохая жизнь.

— Я ширяюсь, потому что мои родители подонки.

— Я сижу на героине, потому что всем на меня наплевать.

Здесь работает механизм “потому что”, поиск причин и оправданий.

Наше глубокое убеждение: причины не столь важны. Очень важно еще не попасть в ловушку —“почему”. Важнее не “почему”, а “как”. Можно достаточно легко обойти этот механизм — исследовавкак это происходит.

— Расскажи мне, пожалуйста, как конкретно это происходило, как конкретно ты употреблял наркотик, опиши процесс. Как часто? С кем? Что было после этого? Просто факты.

— Что в обкуренном, обколотом виде ты делал такого, чего не делал в трезвом?

Тут очень важно не попасть в ловушку рассказа о приеме наркотика как значимом для человека событии. Если мы просим просто описать процесс, как имеющий временную протяженность (начало, кульминация, финал, последствия), мы получим достаточно полную информацию. Обратите внимание, как в процессе описания меняется ваш подопечный.

Следующий механизм сопротивления, который нам предстоит преодолеть, это проекция — приписывание отвергаемых в себе качеств и каких-то поведенческих стереотипов окружающим людям:

— Не, я не конченый наркоман! Ну что, с виду разве скажет кто, что я наркоман? Я хожу в институт, у меня есть семья, квартира. Это же вот те, что вмазанными валяются по подвалам, — наркоманы. А я нет!

Здесь уместно задать следующие вопросы:

— Как ты узнал, что эти люди родились такими?

— С чего ты решил, что, один раз употребив наркотик, они мгновенно стали такими? Когда-то эти люди тоже имели семью, работу, образование, социальный статус…

— И через какое время ты планируешь восполнить их редеющие ряды?

Очень типична для наркоманов минимализация. Если отрицать вред, наносимый здоровью, социальному статусу для наркомана невозможно, он минимализирует свой опыт:

— Ну, да, вмазываюсь иногда, когда совсем уж плохо, но, в общем, нечасто. Ну, бывает там, несколько раз вмазанным на работу пришел, ну, пару раз опоздал, увольняют вообще-то. А так, в общем, я стараюсь себя контролировать…

Сама по себе зависимость глубоко иррациональна. Наркомания и алкоголизм, по выражению доктора К.Ю. Королева, — это болезни «маразматические, абсурдистские, сюрреалистические». Человек делает самоочевидно вредные для себя вещи. Он действительно страдает, при этом зная, что все происходит от того, чтоон употребляет. И вот, он приходит к вам за помощью… и начинает все отрицать. С точки зрения здравого смысла, это абсурд! Попробуйте это вылечить с помощью здравого смысла! У вас ничего не выйдет.

Наркомания — болезнь иррациональная, и ее нужно лечить иррациональными методами. Нередко в наркомане говорит «полярный ответчик», «отрицатель-по-жизни». И здесь один из способов — использование в диалоге принципа поддержки отрицания, доведение отрицания до абсурда:

— Да, у тебя действительно ничего нет и то, что тебя несколько раз пытались положить в психушку, — чистая случайность…

— Ну нет…

Можно задать еще один вопрос:

— Как долго ты еще собираешься экспериментировать с наркотиком, чтобы понять, что пришло время возвращаться к нормальной жизни?

Можно спросить еще жестче:

— До какой степени ты собираешься дойти, прежде чем остановишься навсегда?

Если все предыдущее не произвело впечатление, то есть и третий вариант, но это достаточно жестокие фразы:

— Сколько времени тебе осталось жить, если будешь употреблять наркотики в том же темпе? Ты планируешь умереть своей смертью или от передоза? И как, по-твоему, это будет выглядеть?

Большинство наркоманов — отрицатели, в жизни они постоянно бунтуют. И первое, что вылезает в разговоре с ними, это отрицание наличия вообще какой-либо проблемы, либо ее минимализация. Логика работы с ними такая:

— Нет у меня зависимости, а если и есть, то совсем небольшая.

— Зачем же ты сюда приехал?

— Да вот мать сказала, что если не поеду, то выгонит из дому, орет, ругается.

В работе с этим видом сопротивления достаточно эффективен парадоксальный ход — согласиться с отрицанием и усилить его:

— Знаешь, я вот тебя послушал: проблем-то у тебя особых нет. Ну, вмазываешься ты раз в недельку, ну, заплатили там родственники твои кругленькую сумму за то, что полежал без толку в двух реабилитационных центрах, ну, в милиции тебя задерживали, ну печенка от гепатита разваливается. Скоро сдохнешь вообще-то. Ерунда! С этим жить можно.

— Нет, ну, я собираюсь жениться, детей завести…

— Ну и что? Сейчас — мать, а женишься — жена будет отравлять тебе жизнь. Плюнь на все и получай от жизни удовольствие.

— ?..

До тех пор, пока вы стоите на позиции «борьбы с наркоманией», ваш подопечный, поскольку он отрицатель по жизни, сознательно или неосознанно защищает свою зависимость. Но когда вы становитесь на позицию защиты его зависимости, он автоматически начинает защищать здоровую сторону своей личности. Нужно сыграть в его же игру, то есть, сказать “да” его отрицанию.

— Знаешь, действительно я не вижу у тебя никаких проблем. Не пойму, зачем ты ко мне пришел и ведешь разговор на эти темы? Если ты по месяцу можешь не ширяться, если тебя все уважают и у тебя все нормально — продолжай в том же темпе. Если тебе нормально пьется, нормально ширяется, то что же тебе мешает? И живи себе дальше с этим. И вообще я не вижу причин, чтобы тебе завязывать с наркотиком.

— Да как, ведь я попадусь — появятся проблемы, хочется завести семью, я иногда не контролирую себя в этом состоянии, ломает, болит голова…

— Ну и ерунда! Болит у тебя голова, ничего — это от грязного героина. Полежишь недельку в больнице. У тебя тут анализы такие вот плохие? Ну и что, и с этим тоже живут. Это же бред! В анализах, скорее всего, ошибка, врачи, скорее всего, пишут “нарушение” для того, чтобы уложить тебя в больницу — им план надо выполнять. А ты им не верь!..

Наркоманам свойственно: все то напряжение, которое необходимо вложить в день сегодняшний — откладывать на завтра. Это звучит примерно так:

— Я смогу остановится в любой момент, если захочу, но это будет завтра.

Но поскольку иллюзорного «завтра» никогда не наступает, этого никогда не случается. И здесь уместно задать вопрос:

— Завтра никогда не наступает, ты в этом убедился! Почему это нельзя сделать сегодня? Если ты не сделаешь этого сегодня, ты не сделаешь этого НИКОГДА.

И это правда, поскольку наступившее «завтра» люди обычно называют «сегодня».

Убеждение, что благодаря осознанию причин зависимости, человека можно вылечить, — ловушка для пастыря. У наркомана свой, совершенно особый внутренний мир, «правильный» с его точки зрения. Поэтому логически доказывать, что «правильно», а что «неправильно» было бы со стороны пастыря ошибкой, на которой можно застрять надолго. Стратегическая задача священника заключается в другом — помочь человеку изнутри его собственного взгляда на мир переосмыслить наркотический опыт.

Максимализм требований и идея полного выздоровления имеет в себе опасность преувеличенных ожиданий наркомана по поводу исцеления. Исцеление нельзя понимать как отсутствие болезни. Это нечто гораздо большее. Это еще и способность принимать страдания, осознавать свои ограничения, и, в конечном счете, обрести радость нового смысла жизни в Боге.

Всё в твоих руках

Когда-то давно в одном городе жил великий мудрец. Слава о его мудрости разнеслась далеко вокруг его родного города, люди издалека приходили к нему за советом.

В этом же городе жил другой мудрец, который завидовал его славе. Для того, чтобы посрамить того мудреца, он как-то пришел на луг, поймал бабочку, посадил ее между сомкнутых ладоней и подумал:

— Пойду-ка я и спрошу у него: скажи, о мудрейший, какая бабочка у меня в руках — живая или мертвая? Если он скажет «мертвая», я открою ладони, бабочка улетит, если он скажет «живая», я сомкну ладони и бабочка умрет. Вот тогда все поймут, кто из нас мудрее.

Так все и получилось. Завистник пришел в город, собрал народ и спросил у мудреца:

— Скажи, о мудрейший, какая бабочка у меня в руках — живая или мертвая?

Мудрец внимательно посмотрел на пришедшего, и, сделав паузу, сказал:

— Всё в твоих руках.

Тема смерти в работе с зависимостью [102]

Одним из самых жизнеутверждающих моментов в работе с зависимостью является тема смерти. Ничто не возвращает так к жизни, как факт того, что каждый из нас смертен. В Священном Писании сказано: «Во всех делах твоих помни о конце твоем, и вовек не согрешишь» (Сир. 7, 39).

Если наркоман еще не решился преодолевать зависимость, то перед ним выбор: одно будущее — это свет и жизнь со смыслом, с Богом, другое будущее — будущее без веры, без поддержки, бессмысленное, «обнаркоченное». Естественно, что и то, и другое закончится смертью, но и смерть бывает разная, как и разным бывает то, что ожидает каждого человека после смерти.

Основная идея работы с темой смерти в процессе реабилитации наркомана: помочь максимально сенсорно представить, чем вполне реально может закончиться употребление наркотика, для того, чтобы это, вполне реальное представление, помогло сдвинуться с «мертвой» точки и начать жить.

Нередко в разговоре о смерти наркоманы демонстрируют определенное равнодушие:

— А мне без разницы. Сдохну — так сдохну.

На самом же деле они просто боятся об этом думать.

Вместо отвлеченных рассуждений попросите просто описать десять ситуаций, когда прием наркотического вещества был потенциально смертелен. Просто факты. Потом задайте вопрос:

— И что же тебя спасло?

Далее предложите ему посмотреть на ситуацию по-другому. Пусть он опишет то, что могло бы быть дальше, т.е. свою смерть, если бы что-то не спасло его в тот момент. Вы можете помочь ему наводящими вопросами:

— И как бы ты умер?

— Опиши, как бы выглядел твой труп?

— Где бы он валялся?

— Кто бы его первым обнаружил?

— Его обнаружили бы сразу или спустя несколько дней после смерти?

— Если спустя время, то насколько он успел бы разложиться?

— Какой бы от него шел запах?

— Каким образом его доставили бы в морг?

— Повезли бы его ли на носилках или засунули в мешок?

— Кто опознал бы его в морге?

— Пришли бы родственники?

— Кто тебя кинулся бы искать, и искали бы тебя вообще?

— Как это выглядело бы?

— Кто пришел бы на твои похороны?

— Что бы говорили люди над гробом?

— О чем бы думали люди на похоронах?

— Будет ли какой-нибудь некролог, и что в нем будет написано?

Здесь предложите вашему подопечному составить собственный некролог заранее, написать его.

— Что бы происходило на твоих поминках?

— Кто бы напился там больше всех?

— Через какое время люди, которые были бы у тебя на поминках, о тебе забудут?

— Что ты увидишь, услышишь и почувствуешь после того, как твое тело зароют в могилу, а все, кто были на твоих поминках, разойдутся по домам?

— Что будет с твоей душой после смерти?

— Что бы ты хотел изменить в своей земной жизни, чтобы все это закончилось по-другому?

Конечно же, эти вопросы можно дополнять и уточнять до бесконечности… Только дайте человеку выговориться, подождите, если он замолчал (может быть, он думает), не пожалейте времени на эту работу.

В конце работы можно предложить человеку написать эпитафию на собственную могилу. [103] Это очень интересно, когда человек впервые задумается о том, какие слова он написал бы на свой надгробный камень. Надписи предлагаются самые разные:

Здесь покоится человек, всю жизнь подававший надежду

Прожил человек, оставил много бед

Во всем хотелось мне дойти до самой сути

Все?!

Спешите жить, ведь жизнь одна

Смеялся сквозь слезы, плакал с улыбкой

Из жизни ты ушел в мгновенье, а боль осталась навсегда

Живи и помни: жизнь прекрасна

Я люблю тебя жизнь, ну а ты меня снова не очень

Боже, Ты же знаешь, я этого не хотел

Старался жить

Закончилась зебра жизни

Жила, работала, училась, скончалась рано, так случилось

Цель этого упражнения, которое на первый взгляд может показаться жестким — переосмысление жизни, перерасстановка жизненных приоритетов, ценностей и смыслов. Не забудьте по окончании этой работы вернуть вашего подопечного обратно, обнадежить, порекомендовать ему взять с собой в будущее полученный опыт и пользоваться им в те моменты, когда это будет уместно.

Страх остаться непонятым

Не менее важным моментом пастырской помощи является осознание человеком собственных страхов и навык их преодоления. Страхи являются довольно серьезным тормозом, который мешает человеку жить. Но более всего наши человеческие страхи препятствуют нам смело посмотреть им в лицо. Здесь необходимо большое терпение, участливая поддержка любящих людей и доверие к Богу.

Являясь образцом Врача и Целителя, Господь Иисус Христос показывал, что внешнее и внутреннее исцеления тесно связаны друг с другом. «Что легче сказать: прощаются тебе грехи твои, или сказать: встань и ходи? Но чтобы вы знали, что Сын Человеческий имеет власть на земле прощать грехи, — сказал Он расслабленному: тебе говорю: встань, возьми постель твою и иди в дом твой» (Лук., 5, 24). Вместе с исчезновением телесных симптомов человек обретал прощение грехов, обретал веру.

Современная медицина лишь совсем недавно выявила взаимосвязь между телесными болезнями и негативными эмоциональными состояниями. Представители холистических подходов, в альтернативу классической медицине, утверждают что лечить нужно не отдельные больные органы, в исцелении нуждается весь человек в своих телесном, душевно-эмоциональном и духовном проявлениях единого человеческого существа. Христианам же из Евангелия это известно уже более двух тысяч лет!

Пастырь, который в заботе о человеке делает акцент лишь на религиозную сторону жизни и при этом игнорирует и критикует остальные, может вызвать недоверие.

Иногда человек боится открыть ему свою «религиозную ущербность», боится, что священник «померяет» его своими критериями и скажет, что он в чем-то «не соответствует», в чем-то «неправильный». И это предчувствие можно понять. Здесь также со стороны пастыря необходима бережность и безоценочность. Сначала нужно принять то хорошее, что уже в человеке есть. Когда человек почувствует себя принятым, тогда можно помогать ему двигаться дальше на пути обретения более глубоких взаимоотношений с Богом и более глубокого духовного опыта.

Мне нередко приходилось сталкиваться с противоречивостью внутреннего мира человека, обращавшегося за помощью. Иногда самовлюбленность человека выражалась в демонстрируемом самоотвержении, что на первый взгляд казалось бессмысленным.

Замечено: кто не хочет или не умеет терпеть себя, он будет терпеть неспособность принять себя таким, каков он есть. Именно такие люди, проживающие жизнь в конфликте с собой, и, как следствие, с другими людьми и с Богом, оказываются в группе риска. Если человек, который не мог терпеть себя, считавший себя недостойным любви, примиряется с собой, с ближними, которые его «не понимали», и с Богом, Которого еще недавно воспринимал как Того, Кто причинил ему эти мучения, то он обретает путь исцеления. Наиболее трудным моментом оказывается принятие себя, возможность простить самому себе те ошибки, которые уже прощены Господом в Таинстве Покаяния.

Умение различать личность человека и его поступки

Пастырь всегда должен быть готовым видеть в человеке возможность разных противоречий. Человек — это загадка, иероглиф, который требует своего внимательного наблюдения и который не так-то легко может быть расшифрован.

В самом деле, какие только противоречия не заложены в каждой душе? Ревность и любовь, радость и отчаяние, вдохновение и апатия, стремление к творческому увековечению себя и призрак смерти, все стирающий и всему кладущий свой предел, жажда свободы и обаяние рабства. Разве так уже легко разобраться в том, чем обусловлено то или иное настроение, тот или иной поступок?

Архимандрит Киприан Керн

Довольно важным препятствием на пути выхода из зависимости является то, что и наркоман, и окружающие люди ставят знак равенства между его греховными поступками и собственно его личностью. В итоге даже ему самому зависимость начинает казаться неотъемлемой частью личности.

Совсем не так заповедует смотреть на человека Евангелие. Каждый человек уникален и неповторим, за каждого человека распялся Христос, ищущий хотя бы маленький повод, ухватившись за который, Он мог бы спасти человека.

Зависимый человек попадает в ситуацию внутреннего конфликта. Здравая часть его личности фокусируется на том, чтобы ВЫЖИТЬ, для чего необходимо немедленно бросить наркотик, а больная, пораженная зависимостью, требует удовольствий, игнорируя ценности здравой части. «Какие только противоречия не заложены в каждой душе? Ревность и любовь, радость и отчаяние, вдохновение и апатия, стремление к творческому увековечиванию себя и призрак смерти, все стирающий и всему кладущий свой предел, жажда свободы и обаяние рабства. Разве так уж легко разобраться в том, чем обусловлено то или иное настроение, тот или иной поступок?» [104] Если человек, оказавшийся в сетях зависимости, воспринимает себя как существо, неотъемлемой частью жизни которого является употребление наркотика, уместно постараться увидеть подлинную глубину личности этого человека, убедить его в том, что его действия не определяют по-настоящему того, кем он является.

Если эти действия в прошлом были вредны для организма и греховны по отношению к Богу, то сейчасНАСТУПИЛ ПЕРЕЛОМНЫЙ МОМЕНТ, за которым начинается нечто новое…

Если священник говорит об этом уверенно, с убедительностью рассказывает подобные случаи из личной практики, он тем самым вселяет надежду на изменение, открывает источник душевных сил для внутренней работы окормляемого им наркомана.

Следует отметить, что помощь всегда оказывается индивидуально, конкретному, единственному, неповторимому человеку. Этот принцип должен быть положен в основу пастырской работы. «Наркоманвообще» не понятен ни врачу, ни пастырю, ни кому-то другому. Никто не может помочь «вообще наркоману». Но конкретному человеку помочь можно. Этот человек употреблял наркотики, но на самом-то деле, он — создание Божье. Христос за него распялся. Господь привел его в этот мир, и если еще держит на этом свете, значит, имеет надежду на исправление. Вот что по этому поводу написано у архимандрита Киприана Керна: «Никаких обобщений невозможно сделать, да и сама жизнь не терпит обобщений и схематических заключений. В каждом отдельном случае надо действовать «с оглядкой», с особою осторожностью, проникнувшись духом сострадания и жалости, внимания и внутреннего такта». [105]

Работа с внутренним конфликтом: «хочу бросить» и «не хочу бросать»

Доброго, которого хочу, не делаю, а злое, которого не хочу, делаю.
Если же делаю то, чего не хочу, уже не я делаю то, но живущий во мне грех.

Рим. 7; 19-20

В работе с наркозависимыми мы встречаемся с проблемой противоречия, существующего между разумом и страстной природой человека. Современный человек не привык осознавать свои страстные желания и поэтому так называемая «сознательная установка на трезвость», сознательный отказ от употребления наркотиков, искреннее желание и стремление убедить себя в нежелании употреблять наркотическое вещество отнюдь не решает вопроса освобождения от наркотической зависимости.

Один из главных вопросов для людей, имеющих любую зависимость, — это внутренний конфликт, раскол личности на две части. Одна часть хочет одного, а другая — совсем иного.

Приведу пример. Большинство людей знает, что такое принимать решение в новогоднюю ночь. Одна часть, очень откровенная, искренняя, говорит:

— Ни одного пирожного в следующем году, (ни одной сигареты, гимнастика каждое утро), начну новую жизнь[106]

Многие знают, что происходит дальше. Через два-три дня вступает в права другая часть личности. К примеру, человек приходит в гости, где угощают вкусными пирожными, и вторая часть как бы нашептывает такую причину, по которой на три дня можно отдалить свое прежнее решение:

— У тебя никогда не появится больше шанса попробовать эту вкуснятину. Ничего страшного, ты же три дня вытерпел…

Вот так действуют противоречащие друг другу части личности в расколотом грехом человеке, и действуют они не одновременно. Возьмем для примера бросающего пить алкоголика. «Пьющая часть» проявляется в одном контексте, а «трезвая часть» — в других. Священник на Исповеди общается, по преимуществу, с «трезвой частью» алкоголика или наркомана. «Трезвая часть» кается, просит прощения, дает обещания… Священник остается довольным тем, что наконец-то дождался от человека «чистосердечного раскаяния». Однако душепопечение было оказано одной части личности, которая и так«хорошая», которая и так «не хочет больше пить».

Этим же вечером, когда он возвратится домой, может проявиться другая, «пьющая часть».

Некоторые наркоманы подобную проблему называют проблемой «разочка».

Наркоман, борющийся с соблазном, также оказывается жестоко раздираемым как бы двумя личностями, живущими в одном человеке. Одна часть, которая хочет выйти из зависимости, хочет жить здоровой жизнью без наркотика, мужественно противостоит другой, очень переменчивой в настроениях, которая то просит: «Ну, пожалуйста, ну хоть чуть-чуть…», то властно требует: «Если ты сейчас не уколешься, то сдохнешь». Для наркомана, желающего выйти из зависимости, важно не принять второй голос за свое подлинное «я». Если же он уступит — бой с наркотиком в очередной раз окажется проигранным.

Первая часть личности — это трезвый наркоман, не употребляющий наркотиков, искренне стремящийся избавиться от зависимости, а вторая — буквально не находит себе места в безудержном желании принять наркотик. Первая — испытывает искреннее раскаяние по поводу своей зависимости и желание избавиться от нее, а второй — совершенно плевать на всех, она буквально готова убить, если кто станет на ее дороге. Это две личности, как бы две идентичности одного и того же человека. Одна — трезвая, другая — наркотическая.

Неуспех в работе с наркозависимыми во многом является следствием того, что работа осуществляется только с трезвой частью личности, но в очень малой степени касается наркотической части.

Задача пастыря в процессе душепопечения зависимого человека видится не столько в том, чтобы«чинить» наркотическую часть личности, сколько в том, чтобы усилить волю трезвой части, чтобы взрастить и развернуть лучшее в человеке, то, что ХОЧЕТ и МОЖЕТ быть здоровым.

В процессе этой работы возможны срывы, надо быть готовым к ним. Изгонять наркомана по причине срывов, в случае, если видна его заинтересованность в этой работе, было бы неверным. Важно правильно расставить акценты. И тогда срыв будет восприниматься не как «искушение было слишком велико, и я не устоял…», но как преткновение на пути, который человек выбрал САМ. Задача пастыря быть спутником на этом пути, постоянно поддерживать СОВМЕСТНОЕ движение в нужном направлении.

Обретение решимости измениться прямо сейчас

Вы, наверное, помните слова преп. Серафима Саровского относительно решимости, которой так не хватает христианам для того, чтобы достигнуть духовного совершенства. В контексте нашей работы решимость — не менее важное качество. Если в жизни человека отсутствует движение вперед, если ему трудно совершить какое-либо изменение, то происходит это нередко потому, что он посылает в свой разум противоречивые послания. С одной стороны, ему хочется измениться, с другой — он хочет остаться тем, кем он был, сохраняя все преимущества прежнего состояния.

Нередко люди просто не готовы взять ответственность за свои изменения. Для того, чтобы взять ответственность за свои изменения и совершить их, человек должен:

— Иметь твердую убежденность в том, что что-то должно измениться. Не «возможно изменится», не«могло бы», не «должно бы» измениться, а совершенно четко «должно».

— Знать, что «я должен это изменить». В противном случае мы будем искать, кто бы совершил это изменение за нас и тогда у нас будет кого обвинить, если наши попытки не увенчаются успехом.

— Просто поверить, что измениться — в его силах, иметь убеждение, что «я могу это сделать». Без веры в возможность изменения мы не можем выполнить то, к чему стремимся.

На пути к изменениям человек, безусловно, может получать помощь от Бога и от других людей. Но эта помощь может быть лишь со-действием его решимости измениться.

Итак, мы работаем над обретением решимости измениться.

I. Прежде всего предложите вашему подопечному записать четыре действия, которые он давно хотел предпринять и выполнение которых все время откладывал:

1.
2.
3.
4.

II. Под каждым из этих действий предложите написать ответы на вопросы:

— Почему ты не предпринял этих действий раньше?

— Какие неприятные чувства связаны с этим действием?

Ответы на эти вопросы помогут понять: то, что удерживало человека, связано с более сильными неприятными чувствами при выполнении, чем при невыполнении этого. Если наркоман скажет, что в этом не было ничего неприятного, спросите, почему он все же хочет это изменить?

III. Далее предложите написать под каждым из четырех пунктов, чего это будет ему стоить, если он НЕ изменит этого сейчас. Чего это будет ему стоить через два года, пять лет? Во что это выльется? Как повлияет на его душевное состояние? Пусть подумает об этом хорошенько.

IV. И затем предложите написать все преимущества, которые получит человек, если примет решение изменить это ПРЯМО СЕЙЧАС. Что теперь станет для него возможным? Какие перспективы откроются перед ним?

Кстати, чтобы и читатель приобрел этот опыт, почувствовал эффективность этой работы, я предлагаю вам выполнить ее ПРЯМО СЕЙЧАС. Возможно, более подходящего момента не будет. Если же у вас нет времени выполнить это упражнение прямо сейчас, обязательно вернитесь к нему.

Что такое убеждения?

Каковы мысли в душе его, таков и он

Притчи, 23, 7

Убеждения — это обобщения, связанные с представлениями человека о себе, о других людях и об окружающем мире. Эти обобщения помогают нам справляться с превышающим уровень нашего восприятия количеством деталей и делают для нас мир более предсказуемым. Корни убеждений находятся не в логической, рассудочной памяти, а в глубинной, эмоциональной памяти человека.

Убеждения — ключевые составляющие нашего внутреннего мира. Они определяют ход событий и являются сердцевиной наших действий и поступков. Убеждение можно охарактеризовать как чувство уверенности относительно чего бы то ни было. В структуре человеческого опыта убеждения отвечают на вопрос «Почему?»

Убеждения трудно изменить с помощью простой логики или рациональных рассуждений. Самые значимые убеждения глубже осознаваемого рационально.

Наши убеждения обладают огромной силой воздействия на наше поведение. Многим из нас известно: если человек убежден, что что-то невозможно, никто не в состоянии переубедить его в обратном.

Убеждения бывают поддерживающими и ограничивающими. В повседневной работе священника с зависимыми людьми ему придется сталкиваться с ограничивающими убеждениями, т.е. убеждениями, которые ограничивают возможности выбора человека. Нередко люди выбирают себе ограничивающие убеждения относительно того, на что они способны. Из-за того, что у них что-то не получилось в прошлом, они не способны поверить, что это будет возможно в будущем. Нередко они говорят: «Давайте будем реалистами», что на их языке означает: «Выкладываться не стоит, все равно ничего не получится».

Нередко именно ограничивающие убеждения мешают человеку выйти из порочного круга зависимости.

Одному все, что его окружает, может казаться безнадежным. Он убежден: «Во всем виноваты жестокие и бесчеловечные люди, которые окружают меня, а их не изменить…», «Уже слишком поздно…»

Другому, например, может мешать убеждение, что перед зависимостью он совершенно беспомощный:, «Я ничего не могу поделать с собой…», «У меня нет никаких сил».

Третий не хочет выйти из порочного круга зависимости, потому что уверен: «Я никому не нужен, моя жизнь никому не нужна и ни для кого не представляет никакой ценности».

Убеждения человека во многом определяют эффективность его деятельности. Если наркоман УБЕЖДЕН, ВЕРИТ в то, что выход из зависимости возможен, то он действительно УЖЕ на пути выхода из зависимости. Если же ему КАЖЕТСЯ, что «уже поздно», что «он ничего не может поделать с собой», то он никуда не двигается. И перед пастырем в этом случае стоит задача по изменению этого ограничивающего убеждения.

Для того чтобы продемонстрировать действие силы убеждения, расскажем об одном исследовании. В одной онкологической клинике были взяты интервью у 100 человек, которые вылечили рак (симптомы не проявлялись более 10 лет). Их спрашивали о том, что они сделали, чтобы достигнуть успеха. Интервью показало, что ни один метод не занял доминирующего места. Некоторые лечились химиотерапией, другие — травами, третьи — различными народными методами, четвертые — какими-то особыми оздоровительными ваннами, пятые — облучением. Однако всех пациентов объединяла УБЕЖДЕННОСТЬ, что их выбор принесет им выздоровление.

Три основных ограничивающих убеждения на пути выхода из зависимости связаны с безнадежностью, беспомощностью, бесполезностью. Рассмотрим их подробнее.

1. Безнадежность. Убеждение в том, что освобождение от наркотиков недостижимо, независимо от человеческих усилий, что уже поздно, что никакой надежды нет. Такие люди считают: «Что бы я ни сделал, то, чего я хочу, недостижимо. Это не в моей власти. Я — очередная жертва наркомании», «Я слишком погряз во грехах».

2. Беспомощность. Убеждение в том, что «это возможно для других, но не для меня». Неверие в собственные усилия, в возможность получения помощи от других людей или от Бога.

3. Бесполезность. Убеждение в том, что исцеление от зависимости — результат, которого человек недостоин, что он, наркоман, никому не принесет пользы в силу того, что он — плохой, никому не нужен.

Еще раз подчеркнем, что наиболее сложный аспект работы с ограничивающими убеждениями состоит в том, что люди не привыкли осознавать свои убеждения.

В процессе человеческой жизни мы нередко меняем собственные убеждения. Например, в какой-то момент нашей жизни мы узнаем, что Дед Мороз — это дядя Саша с пятого этажа. Влюбляясь, мы «не мыслим жизнь без любимого человека», но, потеряв его, мы определенным образом приспосабливаемся, а затем и вовсе забываем… Иногда люди на самом глубоком уровне понимают, что деньги в жизни — это не главное, что есть вещи, которых не купишь ни за какие деньги. Некоторые разочаровываются в служении великим идеям, которым посвятили лучшие годы своей жизни. Для многих людей обретение веры в Христа означает глубокий ценностный перелом и смену сразу многих убеждений.

Человек ищет подтверждения истинности своих убеждений. Например, муж, уверенный, что его жена не умеет готовить, находит, если не первое, то второе или третье блюдо не очень вкусным. Супруг, у которого существует убеждение, что его жена — прекрасная хозяйка, находит даже в неважно приготовленном блюде основание для того, чтобы восхититься ее кулинарными способностями. Родитель, считающий, что его сын или дочь — бездарность или неряха, находит в каждом движении, в каждом поступке ребенка подтверждение своим убеждениям. Отец или мать, уверенные в том, что их ребенка ожидает великое будущее, что он гений, даже в не очень грациозном движении ребенка видят черты будущей гениальности.

Наши убеждения друг о друге влияют на нас, причем очень значительным образом, даже если мы вслух не произносим их вслух. Убеждения могут быть как позитивными, так и негативными.

Нередко ограничивающие убеждения формируют люди, к которым мы расположены особым доверием:

— врачи («С такой болезнью вам не протянуть и двух месяцев», «Это не выздоровление — это ремиссия, скоро приступы должны вновь возобновиться»);

учителя («Ты ни за что не сдашь экзамен по истории», «С такими отметками сегодня даже дворником не устроишься»);

— родители («Вырастешь — станешь алкоголиком, как твой папочка», «Вечно у тебя ничего не получается!»);

иногда, к сожалению, священники («Не расслабляйся, жди искушения!», «Скорби только начинаются», «С этим грехом будешь бороться до старости).

Давайте подумаем, какие результаты проявятся в жизни человека, который поверит в то, что вышеперечисленные высказывания являются правдой.

Все, что человек воспринимает как реальность, становится для него безусловным. И вовсе не потому, что это действительно так. Один философ как-то сказал: «Каждый человек живет в тюрьме своих ограничивающих убеждений. И это плохая новость. Хорошая же новость состоит в том, что в этой тюрьме мы и заключенные, и стражники одновременно». Как стражники мы можем перестроить стены, раздвинуть их или даже вовсе убрать.

Многие люди всю свою жизнь проживают в темнице собственных ограничивающих убеждений исключительно как заключенные. Возможно, вам встречались люди, которые уверены в том, что они «не достойны быть любимыми, не достойны любви». Исходя в своих мыслях и действиях из такого убеждения, человек выстраивает вокруг себя стену отчуждения. И даже если кто-то пытается пробиться к нему сквозь эту стену, человек не поверит ближнему, станет искать, в чем же тут подвох и… непременно найдет его.

Мы получаем от жизни то, во что верим, то, в чем мы убеждены. Именно убеждения лучше всего характеризуют нашу действительность, наш внутренний мир, наши представления о том, что в этой жизни возможно, а что — нет. Но ведь невозможное для нас оказывается совершенно возможным для другого человека. То, чего мы не можем достигнуть сообразно своим убеждениям, другой человек достигает, поскольку эта возможность заложена в его внутреннем мире. Если мы в чем-то убеждены, мы будем вести себя так, как если бы это было правдой, и это убеждение, как правило, находит подтверждение. Если же мы убеждены в противоположном, даже в той ситуации, когда все будет свидетельствовать об открывшейся возможности, мы совершенно неосознаваемо будем саботировать результат.

Чтобы выйти за пределы действия зависимости, нужно выявить ограничивающие убеждения, предложить вместо них выбрать поддерживающие, такие, которые помогут исцелению, вселят чувство ответственности, веру в то, что Бог создал нас для жизни, а не для ускоренной смерти от наркотика, что Он ожидает нашего исправления и безусловно любит нас ЛЮБЫМИ, в какой бы бездне греха мы ни оказались. Поддерживающие убеждения помогают движению и создают доверие, необходимое для движения к избранной цели. Изменение убеждения с ограничивающего на поддерживающее может быть пусковым механизмом на пути к полному выздоровлению.

Мы не можем существовать вовсе без убеждений. Именно убеждения определяют наше восприятие реальности. Однако мы вправе выбрать те убеждения, которые наиболее согласовываются с нашими ценностями и помогают нам достигать наших целей. Знания особенностей психологии человека может обогатить знания пастыря, поможет более грамотно и более бережно помогать окормляемым людям.

Безусловно, конечную помощь, полное исцеление наркоману может дать только Бог. Это произойдет, когда человек мужественно посмотрит в лицо своей зависимости и найдет ответ на вопрос о своем предназначении и своих отношениях с Творцом.

Человек и углы

Шел один человек и неожиданно обнаружил, что стоит на месте. Осмотревшись, он понял, что зажат в угол, и обратной дороги нет. Ему стало тоскливо и он приготовился умирать. Мимо шел другой человек, увидел первого, и сказал:

— Никаких углов не бывает, ты сам придумал себе угол, и сам сел в него.

Первый не согласился. Тогда второй человек сказал:

— Может ты и прав, но посуди сам — что принесет тебе больше пользы — правда о том, что ты в углу, или ложь о том, что углов не существует?

Первый пообещал подумать над этим. Он долго думал, колебался, а потом встал и пошел. Сначала человек просто не обращал внимания на то, где он и что его окружает. А когда он однажды огляделся, то обнаружил, что мир вокруг него стал другим, и он тоже стал другим. И человек искренне улыбнулся — в первый раз за очень долгое время.

Потом ему вдруг снова показалось, что он оказался в углу. И он опять понял, что сил выйти оттуда у него нет. Тогда он решил, что этот угол — конечная цель его пути. Он убедил в этом всех остальных. И себя тоже. На его пути встретился еще один человек, который сказал ему, что предназначение человека несколько больше, чем путь из угла в угол. И тогда он решил бороться с углом. И он боролся, придумывая все новые и новые способы борьбы. Понемногу он забыл, что когда-то в жизни у него была совсем другая цель.

Тогда человек окончательно понял… что он в углу. После этого он просто лег и уснул. И ему приснился сон, что он продолжает идти, и никакого угла нет. Ему так это понравилось, что когда он проснулся, то понял, что никакого угла нет, он сам его придумал. Огляделся вокруг… и действительно… он увидел то, что хотел увидеть на самом деле.

Работа с ограничивающими убеждениями о наркотике

У наркоманов существуют различные ограничивающие убеждения относительно наркотиков. Существуют убеждения, что наркотики — это пожизненно, что героин умеет ждать, т.е. сколько бы ты не соскакивал с крючка зависимости, все равно рано или поздно она вернется к тебе и заставит выполнять свою волю.

Если внутренний мир наркомана построен на убеждении «героин умеет ждать», рано или поздно это убеждение само по себе запустит ситуацию срыва.

Если когда-то ему сказали «сакраментальную фразу»: «Никогда не говори «никогда»», то это может годами прокручиваться как самозапускающаяся программа в компьютере. На всякую мысль о необходимости бросать будет запускаться эта «старая песня», ставшая ограничивающим убеждением.[107]

Давайте научимся выявлять ограничивающие убеждения в речи людей, которые приходят к нам, условно разделим их на несколько категорий:

1 — это убеждения, построенные на возможности, долженствования необходимости. «Могу — не могу; должен — не должен; необходимо — нежелательно»;

2 — это убеждения, построенные на словах, типа «быть, значит, следовательно» без объяснений«почему?»;

3 — это убеждения, описывающие различного рода обобщения без указаний источника: «всегда, никогда, никто, ничто, все»;

4 — это убеждения, которые можно услышать в речи человека как причинно-следственную связь: «если… то…»;

5 — это убеждения, которые человек произносит, будучи весь эмоционально вовлечен в то, о чем говорит, отстаивание чего-то «с пеной у рта»;

6 — это убеждения, при которых на некоторые вполне логически обоснованные возражения, человек повторяет: «все равно это не так».

Если вы обнаружите в речи наркомана, с которым работаете, суждения по поводу его наркомании похожие на вышеописанные, знайте, что вы имеете дело с ограничивающими убеждениями. И ваша задача — аккуратно расшатать их, помочь человеку усомниться в прочности этих цепей, приковывающих его к порочному кругу зависимости, спровоцировать человека осознать нелогичную причину этих убеждений. И для этого вы можете задавать ему различные вопросы:

— А что должно быть правдой, чтобы это утверждение оказалось верным?

— Что полезного для тебя в этом убеждении?

— Насколько вера в то, что это — правда помогает тебе жить нормальной человеческой жизнью?

Еще один способ исследования природы ограничивающих убеждений состоит в следующем. Если у человека существует убеждения относительно того, что он что-то должен и не может сделать, помогите ему заглянуть в будущее следующими вопросами:

— Что случится, если ты сделаешь это?

— Что случится, если ты не сделаешь это?

— Чего не случится, если ты сделаешь это?

— Чего не случится, если ты не сделаешь это?

Существует еще одна группа вопросов для работы с ограничивающими убеждениями. К примеру, у человека убеждения, что наркоман — это пожизненно. Можно задать ему следующий вопрос:

— В чем ценность этого убеждения для тебя?

— В чем важность этого убеждения для тебя?

— Когда это убеждение может быть подходящей идеей?

— Когда это убеждение может быть неподходящей идеей?

— С чем можно сравнить убеждение в этом?

— В каком случае ты будешь считать, что это убеждение тебе больше не нужно?

Внимательно, неспешно задавайте эти вопросы и так же внимательно вслушивайтесь в ответы и обращайте внимание на то, что будет происходить с вашим подопечным, когда он будет отвечать на эти вопросы.

Работа с ограничивающими убеждениями о возможности достижения цели

Опыт показывает, что нередко люди говорят, что вроде бы хотят достигнуть какой-то цели, что она для них желанна, но в глубине души они или не верят в ее достижение или желание достигнуть ее недостаточно сильное. Иногда же люди считают, что сам процесс достижения какой-то неестественный, либо они не верят в свою способность достигнуть цель, либо просто считают себя не заслуживающими лучшей жизни.

Прислушайтесь, как человек говорит о своей цели, насколько он воодушевлен, или, наоборот, безразличен, когда говорит о цели, которую сам себе поставил.

Нередко за подобным отсутствием внутренней цельности может скрываться то или иное ограничивающее убеждение. Для работы и выявления этих убеждений, мы предлагаем предложить вашему подопечному проделать следующее упражнение.

1

Предварительно создав атмосферу искренности и принятия, предложите вашему подопечному записать свою цель. Она, как вы знаете, должна быть сформулирована позитивно и соответствовать основным положениям грамотно сформулированной цели, о которых мы говорили раньше.

2

Далее предложите ему но шкале от 1 до 5 (1 — самая низкая оценка, 5 — самая высокая), отметить, насколько он верит в возможность достижения своей цели, учитывая при этом, что:

моя цель желанна и стоит того, чтобы к ней стремиться

_____1_____2_____3_____4_____5_____

моя цель реальна и достижима

_____1_____2_____3_____4_____5_____

то, что мне нужно делать для достижения цели, для меня нормально, уместно и естественно

_____1_____2_____3_____4_____5_____

у меня есть необходимые способности для достижения этой цели

_____1_____2_____3_____4_____5_____

я беру ответственность за достижение этой цели, поскольку она согласуется с заповедями Божиими

_____1_____2_____3_____4_____5_____

3

Теперь вместе с вашим подопечным посмотрите на его ответы и выберите из пяти предложений то, относительно которого оценка оказалась ниже остальных. Попросите произнести это предложение, после чего добавить к нему каждую из семи нижеприведенных фраз:

потому что_________________________________________________

и я достигну цель до того, как_________________________________

и я достигну цель после того, как______________________________

хотя и____________________________________________________

так же как_________________________________________________

если______________________________________________________

так что____________________________________________________

и после этого окончить предложение в целом. В процессе этих ответов выявятся ограничивающие убеждения по тому или иному поводу.

Важным элементом подобной работы является то, что в процессе ее выполнения человек сам обнаруживает то, что ограничивает его в движении и сам находит варианты выхода.

Приведем пример такой работы. Владимиру 26 лет. Он поставил цель: после прохождения полного курса реабилитации стать консультантом по зависимостям в христианском реабилитационном центре. В процессе работы на пункте «У меня есть необходимые способности для достижения этой цели» он остановился на отметке «2». Ему было предложено относительно этой цели закончить вышеприведенные фразы. Вот что из этого получилось.

— У меня есть необходимые способности для достижения этой цели, потому что я умею понимать людей и имею представление о том, что такое зависимость и как она «работает».

— У меня есть необходимые способности для достижения этой цели, и я достигну цель до того, какмне исполнится 29 лет.

— У меня есть необходимые способности для достижения этой цели, и я достигну цель после того, какполучу дополнительное образование в этой области.

— У меня есть необходимые способности для достижения этой цели, хотя над достижением этой цели придется потрудиться…

— У меня есть необходимые способности для достижения этой цели, так же как и для того, чтобы достигать других целей, ведь я смог освободиться от власти наркотика.

— У меня есть необходимые способности для достижения этой цели если при этом я буду искренне верить в то, что Бог мне поможет в достижении этой цели.

— У меня есть необходимые способности для достижения этой цели, так что у меня все получится, надо только взять ответственность за достижение этого результата.

После этого Владимира попросили еще раз произнести «У меня есть необходимые способности для достижения этой цели» и самому оценить, насколько он верит в это сейчас. Карандаш остановился на отметке «4,5»!!! Владимир сам себе объяснил, почему у него есть такие способности, его уверенность двигаться дальше возросла и окрепла.

Эта работа довольно несложная и довольно эффективная.

Итак, как уже было упомянуто, необходимо нарисовать эту шкалу и ответить на предлагаемые вопросы. При этом важно доверить самому человеку определить, насколько он сам верит в каждое из пяти утверждений.

Если человеку бывает очень трудно выполнять это упражнение, можно попросить его представить, как бы он говорил об этом людям, которых необходимо было убедить в том, что они способны освободиться от наркотической зависимости и достигнуть значимых для них целей.

Глупыш или Мудрыш?

Одного парня звали Глупыш. Очень уж легко было его обхитрить. А потом его полюбила девушка, которая стала звать его Мудрыш. Он очень удивлялся и говорил:

— Ты перепутала. Не Мудрыш я, а Глупыш.

— Не перепутала,— отвечала девушка.— Ты добрый, всем веришь и никого не обманываешь. Значит, Мудрыш. Это все остальные перепутали.

Так и звала его всю жизнь.

Работа с позитивными намерениями

Среди основных принципов пастырского окормления наркоманов была упомянута необходимость различения «поведения» и «намерения» человека. Намерение может быть благим, но вследствие негативного поведения оно, как говорится в известной пословице, может вести человека в ад. Психотерапевт Валерий Александрович Ильин в этой связи справедливо отмечает: «Когда человек хочет уйти от наркотиков, он ставит перед собой вопрос: что может ему заменить наркотики? Для того чтобы ответить на него, он прежде должен ответить на вопрос: «Что хорошего в наркотиках? Что они дают мне?» У кого это могут быть три пункта, у кого — список в несколько листов. И окажется, что это будет список того, что человек должен научиться получать от жизни без наркотика, не убивая себя и своих близких». [108] Поэтому для нас очень важно прояснить, что именно человек получал через употребление вещества, каких состояний стремился достигнуть, какой смысл придавал он приему наркотического вещества, что ему давал наркотик:

— Каких состояний ты искал [109] с помощью наркотиков?

— Что важное для себя ты получал, употребляя наркотик?

— Что важного и ценного давал тебе наркотик?

Зачем нужно задавать такие вопросы? Если человек долго употреблял наркотик и сейчас не отказывается от него, значит, наркотик дает иллюзию получения чего-то такого, что важно для человека как для личности. Мы задаем эти вопросы для того, чтобы определить это «что-то».

Очень часто первоначально такой вопрос вызывает волну возмущения:

— Да ну, это такая гадость!

— Если бы он тебе ничего не давал, ты никогда бы его не употреблял.

Большинство людей не знают, как ответить. У них нет ключа к самому себе. Для начала стоит попытаться пробудить желание задать себе этот вопрос.

Могут прозвучать очень интересные ответы:

— Хочу обрести чувство покоя.

— Хочу уйти от проблем.

— Хочу чувствовать себя полноценным человеком.

— Хочу видеть мир радужным и счастливым, а это происходит только под наркотиком, в жизни все по-другому.

— Наркотик дает ощущение, будто я безусловно любим…

Как правило, в список того, что человек хотел бы получать от жизни без наркотиков, входят многие вполне приемлемые вещи: возможность успокоиться, отрешиться, уйти в себя, расслабиться, или же пережить ощущение творческого подъема. Разве не нормально быть любимым, быть полноценным человеком, обрести чувство покоя, уметь справляться с проблемами, уметь получать счастье от жизни? Наркоман —человек, который не научился законным способом получать все это в реальной жизни, и поэтому он пытается заполучить все как бы с черного хода.

Наркотик для наркомана — это универсальный «облегчитель» всего. Какие конкретно проблемы человек не научился решать без наркотика?

1. Наркотик может снизить уровень напряжения, тревоги, стресса, вызванного хронически неразрешенным конфликтом.

2. Наркотик может выступать как средство коммуникации и манипуляции окружающими.

3. Наркотик может быть средством получения физического комфорта, снятия психологического дискомфорта, вызванного неупотреблением или «ломкой», и снятия физического дискомфорта: болезни, плохого настроения.

4. Кроме того, существует еще один аспект употребления наркотика. Это упрощение личностных смыслов. Большинство современной молодежи не видят в окружающих их взрослых людях авторитетов, которые могли бы понятно и доверительно объяснить им сложность многообразия окружающего их мира. Здесь наркомания становится способом ухода от сложной и многоплановой реальности в мир внутренних переживаний и ощущений, достигаемых химическим путем.

Если вовремя не остановиться, то постепенно зависимое мировоззрение будет все больше и больше доминировать, разрушая трезвую часть жизни. В этом случае происходит деградация личности по наркотическому типу.

Душевно и эмоционально ослабленному человеку наркотик «помогает» осознать собственную жизненность, эмоциональную значимость своих переживаний. Это очень часто отражается в сленге «подмолодиться», «освежиться» и т.д. У наркоманов очень много такой лексики, которая по смыслу говорит о чувстве оживления, реанимации. Не случайно чувство абстиненции связано с чувством нехватки, опустошенности. Тогда наркоманы буквально вновь «наполняют» себя.

После выяснения «позитивных намерений» наркомана, пастырь увидит, в каком направлении стоит обучить человека реализовывать все эти потребности БЕЗ НАРКОТИКОВ. Всему этому, но уже в контексте реальной жизни, жизни с Богом, пастырь может и должен обучить человека. И тогда у него будет два выбора: или иллюзия «радости жизни» с наркотиком или подлинная радость жизни с Богом; суррогат «чувства любви» с наркотиком или жизнь в полноте любви, заповеданной Христом; бессмысленность медленного угасания от химического отравления и психической деградации или обретение смысла жизни, раскрываемого в Новом Завете:

«Итак, да не царствует грех в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его. И не предавайте членов ваших греху в орудия неправды, но представьте себя Богу в орудия праведности. Грех не должен над вами господствовать; ибо вы не под законом, но под благодатью» (Рим. 6, 12-14).

«Благодарение Богу, что вы, быв прежде рабами греха, от сердца стали послушны тому образу учения, которому предали себя. Освободившись же от греха, вы стали рабами праведности» (Рим. 6. 17-18).

Начать движение по этому пути возможно только с помощью Того, Кто сказал о Себе: «Я есмь путь и истина и жизнь» (Иоанн,14, 6).

Работа над ответственностью

Закон ответственности таков: «Каждый сам отвечает за свою собственную жизнь». Этот закон вывернут в сознании наркомана наизнанку: он обвиняет в своей жизни обстоятельства или других людей. Услышав подобные, вполне детские обвинения, пастырь может убедиться в том, что перед ним психологически незрелый человек. Ему придется «дорастить» в человеке то, что вовремя не получило своего развития и, прежде всего, вернуть человеку ответственность за свою собственную жизнь.

Для актуализации осознания ответственности, уместно задать зависимому человеку следующие вопросы:

— Что руководит тобой в жизни: здравый смысл, или чувства и эмоции?

— Могут ли окружающие положиться на тебя?

— Согласен ли ты с тем, что только ты сам отвечаешь за все, что случилось с тобой?

— Стремишься ли ты к общению с Богом и другими людьми, или всеми силами бежишь от построения любых отношений?

— Насколько ты осознаешь то, что помощь другим людям способствует твоему личностному росту?

— Способен ли ты отвечать на любовь другого человека и любовь Божию к тебе?

— Осознаешь ли ты реальность смерти, вечности, или гонишь от себя «плохие мысли»?

— Как ты в день смерти ответишь на вопрос: «Зачем я пришел в этот мир?»

Всякий раз, когда человек избегает встречи с кем-то по причине того, что «они уже достали», «как увижу его, так вмазаться хочется», он отказывается принять ответственность за собственные чувства, реакции, действия, отказывается от данного ему Богом права обладания собственным сердцем.

Реакции обиды, разочарования, раздражения, унижения в ответ на приходящие извне импульсы человек развивает в себе сам.

Помогите своему подопечному осознать это такими вопросами:

— Каким образом ты запускаешь в себе раздражение после того, как видишь или слышишь то, что, по твоим словам, “раздражает тебя”?

— Как конкретно ты реагируешь?

— От кого зависит твоя реакция: от тебя или от кого-то другого?

— Кто, кроме тебя, может “включать” в тебе неприятные чувства?

— Кто хозяин твоих состояний, твоего настроения?

— Кто отвечает за мысли в твоей голове и чувства в твоем сердце?

Ответственность — это постоянное возвращение к ответу на вопрос: «Кто ты такой и что ты делаешь здесь?» Это вопрос о качестве, об усердии, о сознательности, о серьезности, о подлинности.

Ответственность является одной из составляющих любви. Любить означает: относиться к ближнему ответственно. Заповедь о любви — главная для христианина. Христос, принесший ее в дар людям, называл ее Заповедью Новой: «Да любите друг друга, как Я возлюбил вас» (Ин. 15, 12).

Каждый из нас помнит, как Христос притчей о милосердном самарянине ответил на вопрос, кто есть наш ближний.

Что еще поможет вашему подопечному взять ответственность за свою жизнь перед собой, людьми и Богом?

Попросите его написать об этом письменное обязательство — письмо своим будущим (или повзрослевшим) детям. Пусть он напишет им о том, что изменилось в его жизни после того, как он взял в свои руки ответственность за качество собственной жизни, пусть даст им свое родительское наставление относительно того, как это лучше сделать им. Обсудите вместе с вашим подопечным то, что он напишет и пусть это письмо он сохранит у себя.

Если ваш подопечный поймет, ради чего ему надо быть ответственным, он с радостью примет ответственность на себя. Объясните ему, что быть ответственным вовсе не означает, что нужно круглые сутки находиться в каком-то напряжении, что нельзя радоваться жизни. Нет, конечно! Ответственность попросту призывает каждого остаться человеком, в любой ситуации вести себя по-человечески, всегда имея в виду тот высокий нравственный ориентир, который оставлен нам нашим Божественным Учителем и Господом.

Хочется еще немного сказать о разделении ответственности и ее барьерах. Мы призваны любить друг друга, а не быть друг другом: никто не может переживать чувства другого человека, думать за него, не может хорошо вести себя за другого, это может делать только каждый человек сам и в своем темпе. Желание вытянуть из земли росток, чтобы он рос быстрее, приведет к его гибели. Пастырю нужно это помнить и не пытаться «взвалить» чрезмерную ответственность на подопечного и не торопить его к решительным и быстрым изменениям.

Часто родители наркомана, особенно мамы, своей безумной жалостью лишают чадо возможности наконец-то повзрослеть, взять и понести ответственность за свою жизнь. Помогите им осознать грани ответственности относительно жизни их ребенка, пусть каждый осознает свою долю ответственности и только ее возьмет на себя. Объясните им, что гиперответственность одной стороны лишает другую хоть какой-то доли ответственности.

Каждый человек должен приобрести реальный жизненный опыт и не нужно ему в этом мешать. Пастырю следует объяснить родителям, что их чадо — это и чадо Божие, и спасение его души входит в Его попечение о нас всех. Бог дает человеку возможность ошибаться, так пусть и родители предоставят такую возможность своему ребенку, ибо этим он приобретает бесценный жизненный опыт. Не нужно мешать учительному действию Промысла Божия!

А что же остается делать родителям, если они, ответственно относясь к своим родительским обязанностям, хотят еще чем-либо помочь своему чаду? Молиться, и помнить святые слова, сказанные одним святителем Монике, матери блаженного Августина: «Дитя молитвенно плачущей матери не погибнет». И здесь задача пастыря — помочь родителям освободиться от своего недоверия Богу, помочь им принять и осознать ответственность, поняв, что это осознание — мостик к обретению полноты жизни в Боге, бытию с этой полнотой в окружающем нас мире.

Сладкий плен созависимости

Как уже было упомянуто, в значительном количестве случаев священнику приходится иметь дело не с наркоманами, а с их родителями, которые приходят или звонят к батюшке с просьбой хоть каким-то образом помочь их детям. Поэтому важной составляющей пастырского окормления наркоманов является наличие практических навыков работы с созависимостью.

Созависимость — это устойчивое личностное нарушение, связанное с отсутствием или несформированностью четких границ своего “я”, с отчуждением, неприятием своих собственных потребностей, чувств, мыслей, желаний, с устойчивой потребностью восполнения своей личности личностью другого человека, с полной зависимостью своего настроения и душевного состояния от настроения и душевного состояния другого.

Однажды ко мне за помощью обратилась мать наркомана:

— Батюшка, помогите нам, мы уже три года сидим на героине.

— ?.. Вы тоже наркозависимая?!!!

— Нет, Вы меня неправильно поняли. Наркотики употребляет мой двадцатипятилетний сын.

Подобного рода высказывания родители оправдывают искренней заботой и любовью к своим детям. Любовь — это очень глубокое и сложное, многогранное чувство. Но подлинная любовь никогда не стирает грань между собой и другим человеком.

Нередко мать настолько ввергает себя в заботу о зависимом сыне или дочери, что забывает о себе, совершенно пренебрегая своей внешностью, одеждой, своими личными потребностями. Она отрывается от реальности собственной жизни и вся проваливается в наркоманию собственного ребенка. Она чувствует себя незаменимой только когда участвует в решении задач, связанных с преодолением наркомании ребенка (или мужа). В действительности же это лишь способ удержать контроль над ним. Подобная забота, совершаемая «из самых лучших побуждений», может усиливать у наркомана ощущение собственной никчемности и ненужности.

Иногда родители пытаются поместить наркомана (нередко против его воли) на принудительное лечение, затрачивая на это огромные средства. Мало того, что дети их обкрадывали, родителям приходится выкладывать значительные суммы за лечение. «Когда выздоровеет, еще будет благодарить», — думают они. Однако наркотик имеет свойство вытравливать из души чувство благодарности. И в этом смысле наркоман — душевный инвалид, чувство благодарности у него атрофировано. Но ведь безногого или парализованного человека никто не упрекает в черствости и бессердечии, если тот не пляшет, когда так делают другие. Давайте вместе поможем бывшему наркоману вновь обрести чувство благодарности.

Наркомания это, как правило, проблема семейная или проблема, которая со временем становится семейной. Нередко приходилось сталкиваться со случаями, когда наркоман выгоден семье, потому что он является единственным «козлом отпущения». Во всем виноват он. Все плохое, что происходит в семье, — следствие его поведения, его отношения к жизни.

Опишу ситуацию из собственного опыта: мамам, отправлявшим своих детей в монастырь, давалось одно-единственное предписание: не высылать втайне от настоятеля монастыря денежные переводы своему чаду. Вспоминается случай, когда одна мама продержалась пять месяцев. Со временем в жизни сына начали происходить реальные перемены. Когда из разговора с настоятелем мама узнала об этом… на радостях она выслала «До востребования» на его имя денежный перевод. На эти деньги на следующий день была куплена порция героина. Юноше предложили покинуть пределы обители.

Иногда родители невольно сами толкают своего сына (или дочь) в порочный круг зависимости. Каким образом? Продолжая проявлять недоверие уже выздоровевшему или выздоравливающему ребенку.

Одного сынулю мама невольно возвращала в круг зависимости очень оригинальным образом. По прохождении реабилитации в одном из православных монастырей, каждый раз, когда он возвращался домой после одиннадцати ночи, она встречала его довольно категорическим требованием:

— А ну-ка, покажи вены! Ну-ка, дай я загляну в твой зрачок, почему у тебя зрачки такие узкие?

Что происходило через два-три дня с этим молодым человеком, искушенный читатель вполне может предположить.

Здесь уместно было бы рассказать о том, как батюшке следует работать с родителями наркомана, оказавшегося на пастырском попечении. Однако для этого потребуется отдельная книга. Может кто-нибудь из читателей возьмется за это благое дело? Вкратце стоит упомянуть лишь следующее. Невозможно насильно избавить человека от наркомании. Освобождение произойдет лишь в том случае, если наркоман сам к этому готов и хочет бросить наркотик. Придирки, грубость, эмоциональный шантаж родителей, запугивание или брань только осложнят отношение между ними и их ребенком. Можно справиться с чем угодно, если только человек заинтересован в этом сам. Если кто-то другой будет подталкивать его, то кроме сопротивления, бунта и желания отомстить, вряд ли чего-нибудь можно добиться. Даже если человек понимает, что о нем таким образом «заботятся», то такая «забота» может вызывать только страх потери свободы. Если любовь окружающих выражается в том, чтобы заставить наркомана оправдывать их ожидания, он может почувствовать себя в западне и решить, что им манипулируют.

В книге «Духовность как ответственность» мы уже упоминали о гиперответственных людях, которые с детства живут под грузом «должен». Например, человек, которому уже за 35 лет, живет под грузом «должен» по отношению к своим родителям: должен еженедельно навещать их, должен раз в два года делать им ремонт, должен заботиться о всех-всех-всех своих родственниках. В какой-то момент, иногда слишком поздно, он замечает, что его собственная семья находится на грани краха. Нам также приходилось встречаться с людьми, которые убегали в мир наркотиков в связи с неумением определить границы собственной ответственности, невозможностью исполнить все «должен», навешенные на него его ближайшим окружением.

К сожалению, иногда люди забывают о том, что существует понятие «должен» и относительно самого себя. Невозможно сделать другого человека счастливым, если ты не стал счастливым сам. Поэтому пастырю важно предложить своему подопечному подумать о том, что же он «должен» или что ему необходимо сделать относительно самого себя. Возможно, это будут такие «должен»: восстановить свое эмоциональное и физическое здоровье, научиться отличать свои потребности, цели и желания от потребностей, целей и желаний других людей, обрести свой жизненный путь, свое предназначение.

Для того чтобы научиться прислушиваться к себе, научиться отличать свои цели, стремления и желания от того, что является целями и желаниями других людей, возможно родителей, зависимому человеку, потребуется некоторое время. Если человеку постоянно указывали на то, как поступать, он на самом деле может не знать, чего ОН САМ хочет, что чувствует или думает. Со временем, в процессе исцеления, это будет получаться все легче.

Принимая решение отказаться от зависимости, человек может и должен это сделать только ради себя. Не ради института, не ради родителей, не ради любимой девушки. Прежде всего — ради самого себя.

Если этот принцип не будет соблюдаться, если человек сделает это ради какого-нибудь значимого другого, то стоит ему разочароваться в этом человеке или поссориться с ним — неизбежно последует срыв.

Попробуй стать родителем самому себе

Если наркоман начинает жаловаться на отсутствие родительской заботы, неплохо было бы предложить ему взять на себя роль своего собственного родителя. Пусть попробует относиться к себе как к новорожденному младенцу, как ребенку, с такой же нежностью, с такой же заботой, с такой же добротой и щедростью. Пусть займется воспитанием этого существа с той же бережностью, с которой любящие родители воспитывают своих младенцев. Младенцу стараются дать самое лучшее, самое полезное. Как вы думаете, каков будет ответ пришедшего за помощью наркомана вот на такой вопрос?

— Неужели у тебя поднимется рука вколоть яд этому младенцу?

Пусть наркозависимый станет самому себе самым замечательным родителем, а для этого пусть подумает, чего ему не хватало со стороны родителей в его детстве и сам себе восполнит этот недостаток.

Может быть, у читающего эти строки пастыря возникнут какие-то свои образы, свои идеи по поводу того, как этому обучить человека.

Начни жить прямо сейчас

Собственно говоря, лишь очень немногие живут сегодняшним днем.
Большинство готовится жить позднее

Джонатан Свифт

Еще одним положительным навыком, которому пастырь может обучить своего зависимого подопечного, — это, основанное на заповеди Спасителя «Не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы» (Матф. 6, 34), умение жить сегодня, сейчас. Многие наркоманы откладывают решение изменить свою жизнь «на потом», годами рассуждая над «подходящим временем» для выхода из зависимости, месяцами пытаясь начать нормальную жизнь. Если реальная сегодняшняя жизнь беспорядочна, сегодняшние задачи не разрешаются, и человек все откладывает на завтра, то это «завтра» никогда не наступает.

Люди, освободившиеся от зависимости, не ждут с моря погоды, а с радостью испытывают ту гамму человеческих чувств, которая дарована нам Богом сегодня. Они прежде всего обретают мир и тишину внутри самого себя. И потом дарят обретенную радость отношений окружающим людям.

Пастырю важно донести до наркомана:

— Никто, абсолютно никто, кроме тебя, не несет ответственности за твою жизнь. Ты и только ты можешь сделать ее такой, какую захочешь. Выбор времени для того, чтобы начать новую жизнь, также определяешь только ты..

Научись беречь себя и других

Еще одним этапом на пути выхода из зависимости является ощущение своей связи с окружающим миром. Привыкая к ежедневному насилию над собой и окружающими, к использованию других людей в своих интересах, наркоманы думают, что это нормально, естественно и такова жизнь. Эта уверенность заставляет глубоко прятать осознание несправедливости и связанные с этим чувства. Как уже говорилось, нередко наркоман боится проявления своих чувств, и зависимость — лишь приемлемый для него способ анестезии собственных чувств. Однако, продолжая игнорировать собственные чувства, издеваться над собой, он в итоге приходит к саморазрушению. Отравляя собственное существование, мы неизбежно подливаем яд в жизнь окружающих людей. Научившись относиться к себе с бережностью и приятием, мы начинаем принимать близко к сердцу чужие горести.

Таким образом, воспитывать себя и искать связь с этим миром — шаг навстречу ближнему, шаг к тому, чтобы сделать мир лучше и продолжать совершенствовать его, воспитывая детей, работая, проявляя общественную активность, обретая высшие смыслы жизни. Исцеление одного человека изменяет мир вокруг него.

Совсем недавно один мудрый пастырь рассказал мне еще об одной грани греха гордости. Гордость — это греховная отгороженность от людей и от Господа. И первый шаг из этой «матери всех страстей», возможно, это шаг навстречу ближнему.

Рассказ о тех, кто освободился от наркотической зависимости

Искренние истории о наркоманах, освободившихся от зависимости, приобретают в устах пастыря особый смысл. Необходимо учитывать, что ваш подопечный специфику и контекст проблемы знает гораздо глубже, чем вы, поэтому будьте максимально правдивы! [110] Сам по себе этот рассказ будет метафорой, притчей, помогающей слушателю обрести собственный путь выздоровления. Чем подробнее будут описаны истории реально выздоровевших людей, с которыми вы имели общение, тем в большей степени сердце вашего подопечного сможет найти для себя различные подсказки на пути выздоровления.

Я помню, какое впечатление произвел на меня рассказ знакомого доктора о тяжелейшем случае наркотической зависимости, который, к счастью, завершился благополучно. Один молодой человек употреблял героин около четырех лет. Он потерял дорогую машину, продал квартиру, в которой жили он и его мать. Мать вынуждена была переехать к своей маме в маленькую двухкомнатную квартирку. Женщины, лишившись средств к существованию, закрыли перед ним дверь. Молодой человек жил год в подвале, без одежды, без средств к существованию.

Он обратился за помощью в группу Анонимных Наркоманов, уже будучи в крайне тяжелом состоянии, наблюдалось значительное разрушение памяти, он не мог запомнить ни имен участников группы, ни времени следующей встречи. Он был насколько неусидчив, что не мог просидеть два часа на стуле, вскакивал, обегал вокруг всех по несколько раз, весь взвинчен, со своими эмоциями справится совершенно не мог. Постепенно он стал выздоравливать.

На процесс реабилитации ушло три с половиной года. Теперь юноша не употребляет ни наркотики, ни алкоголь, живет со своими мамой и бабушкой, работает консультантом в престижном центре по лечению наркомании в Москве, зарабатывает приличные деньги, возможно у него скоро родится ребенок.

Подобные рассказы оказывают впечатление притчи. Наш Божественный Учитель неоднократно использовал в Своих проповедях и поучениях притчи и метафоры. Метафора, притча, рассказ о ком-то другом не вызывает желания поспорить. Но сам человек из нее может выбрать то важное и значимое, что необходимо и подходит лично ему.

Иногда, рассказывая случаи исцеления, я сознательно не делаю акцента на религиозной стороне вопроса. Я говорю о том, что человек излечился благодаря молитвам, паломничествам, встречам со старцами не сразу, ожидая момента, когда духовные ценности станут достаточно значимыми для человека. Вспомните, как действовал Христос. Царство Небесное Он уподоблял обычным житейским предметам и ситуациям, которые были понятны его слушателям. И поэтому так легко вспомнить купца, сделавшего выгодную покупку, женщину, потерявшую и нашедшую монету, отца, отпускающего «на вольные хлеба» своего сына и радующегося его возвращению. Свою проповедь Он строил на основе ценностей, понятных и близких слушателям для того, чтобы затем возвести слушателей к большему. Давайте почаще открывать Евангелие, чтобы учиться проповеди и душепопечению у Христа, внимательно изучать, на каких принципах и как конкретно, практически осуществлял окормление людей наш Божественный Учитель.

На что в себе ты уже можешь опереться?

Мы уже упоминали, что для выхода из зависимости наркоману необходима опора на помощь Божию и то положительное, что в нем уже есть. Предложите вашему подопечному сделать следующее упражнение. Пусть он напишет 20 качеств и навыков, на которые он бы мог опереться. После этого пусть он каждый день дополняет этот список. Например, если человек недавно осилил ремонт, пусть отметит, что выбрал самые красивые обои, аккуратно поклеил их, сделал удачную отделку, подобрал хорошее освещение…

Что еще можно сделать? Пусть ваш подопечный обратится к людям со следующим вопросом:

— Что вы любите во мне?

— Что вам во мне нравится?

Если у человека есть близкий, любимый человек, пусть спросит:

— Почему тебе нравится быть рядом со мной?

Пусть спросит у своего начальника по работе:

— Что тебе особенно нравится в моей работе?

Очень важно открыть глаза человеку на все то, что есть у него хорошего и ценного. В большинстве случаев в человеческих взаимоотношениях принято скорее критиковать, чем одобрять и замечать положительное. Критиковать и обличать — дело немудреное. Для того, чтобы заметить лучшее в человеке и помочь ему опереться на то лучшее, что уже есть в нем, нужна глубокая педагогическая мудрость.

О воспитании чувства благодарности

Что воздам Тебе, Господи, столь много милости излившему на душу мою?

Боже Милостивый, прости меня. Ты видишь, как влечется к Тебе душа моя, Создателю моему. Ты уязвил душу мою любовью Своею, и она жаждет Тебя, и бесконечно скучает, и ненасытно стремится к Тебе день и ночь, и не хочет видеть мир сей, хотя я и люблю его, но паче всего люблю Творца, и душа моя хочет Тебя

Старец Силуан

Благодарность — это не только великая добродетель. Это — мать всех добродетелей

Цицерон

Человеку с наркотической зависимостью не хватает любви. Но для того, чтобы сделать первый шаг к получению любви, необходимо научиться ее ценить — быть благодарным.

Бог всегда дает человеку больше, чем человек того желает: «всякому имеющему дастся и приумножится»(Матф. 25, 29). Христос учил обращать внимание на то, что у нас есть, и сосредотачиваться на том, чего бы мы хотели получить, а не на том, чего у нас нет, или чего мы не хотим. Мы можем смотреть на нашу жизнь либо с точки зрения недостатка, либо с точки зрения изобилия.

Страх видит пределы, в то время как любовь видит возможности. Исцеление становится возможным лишь тогда, когда человек поймет, что Господь дарует ему Свою любовь и Свое прощение. Предложите человеку заменить свою приверженность страху приверженности любви, которая придаст человеку силы во всех его начинаниях.

Отрицательное представление о самом себе может привести к отрицательному, деструктивному, разрушительному поведению.

Но ведь Бог любит человека таким, каков он есть. По-настоящему здоровым и исцеленным может быть только тот, кто способен благодарить Бога даже за те моменты жизни, которые ранее приносили страдания, переосмыслить их, поскольку они дали ему бесценный опыт.

Чувство благодарности — это ключ к раскрытию личностной глубины и полноты человека. Тот, кто постоянно ищет повод для благодарности и находит каплю смысла даже в самой страшной трагедии, тот всегда имеет силу для решения самых сложных проблем и ситуаций. Поэтому очень важно для пастыря научить людей такой необходимейшей составляющей духовной жизни как благодарность.

Часто люди вспоминают о благодарности как об ответном жесте за что-либо. Но если мы рассмотрим семантику слова, то мы поймем, что это «благо», которое дается «даром». Бог наш являет нам этот мир в качестве благого дара. Предложите вашему подопечному посмотреть на этот мир глазами ребенка, который радуется каждому звуку, каждой мелочи, каждому прикосновению как чуду. Нет смысла в поисках чего-то особенного: ища его мы не замечаем повседневную радость жизни.

Обратите внимание вашего подопечного на то, что он обычно не замечает, на то, что дано от Бога даром: на воздух, воду, смену времен года, возможность видеть краски этого мира, переживать различные чувства, общаться с другими людьми… Нередко человек в состоянии оценить это лишь тогда, когда частично лишается этого. Так давайте же вместе порадуемся тому, что у нас есть и чего мы так давно не замечали.

Благодарность не является результатом того, что произошло с нами. Это наше отношение, которое мы формируем в процессе жизни. Чем больше мы находим поводов испытывать благодарность, тем больше их становится в нашей жизни.

Одна моя знакомая, у которой в прошлом был опыт наркомании, завела себе особую тетрадь, Тетрадь Благодарности. В эту тетрадь она вписывает все то, за что можно быть благодарным Богу в сегодняшний день.

Например: «Сегодня 15 марта, 2002 года. Я благодарна Богу за…»

И далее идет перечень того, за что она благодарна:

* «За то, что Господь даровал мне жизнь…»

* «За то, что сегодня замечательная погода, на улице идет белый-белый снег…»

* «За то, что сегодня мне предстоит сделать столько дел…»

* «За то, что у меня сегодня есть средства к существованию…»

* «За то, что сегодня удался обед…»

* «За родителей моих благодарю Бога…»

* «За то, что Господь даровал на моем жизненном пути столько интересных встреч…»

* «За то, что Он привел меня к познанию Своей воли…»

* «За то, что благодаря наркотикам, я нашла Его»…

Научите вашего подопечного справляться с чувством жалости к себе, если оно присутствует в его жизни. Пусть он вспомнит все хорошее, что произошло с нам за последнее время.

Благодарность — превосходнейший способ переключиться с отрицательных эмоций, толкающих к срыву, на положительные. В определенном смысле не имеет значение, к кому конкретно человек испытывает чувство благодарности, ведь единый источник благ — Всеблагой Бог, а люди, встречающиеся на нашем жизненном пути, — лишь Его руки для привнесения Его даров в этот мир.

Можно заметить: чем большую благодарность человек испытывает к событиям своего прошлого, тем счастливее и радостнее его сегодняшний день: ведь он сумел превратить свои ошибки в опыт, и благодаря этому стал значительно более зрелым человеком.

Благодарность за то, что (как мы считали) принесло нам боль и вред, может быть тяжелее, чем в других случаях, но только так можно окончательно исцелить раны прошлого.

Научите вашего подопечного безусловной благодарности, чтобы он мог думать хорошо о каждом человеке, о каждом событии своей жизни, независимо от того, заслуживают ли они, по нашему мнению, этой благодарности или нет.

Пусть он прибавляет каждый день по одной положительной черте к своему негативному видению мира, и постепенно он будет становиться красочным и ярким.

Благодарность приносит свободу в тюрьму, построенную нашими собственными руками из ненависти, гнева и обиды. Безусловная благодарность снимает оковы греховных поступков, в которых мы раскаялись: мы всегда можем припасть к стопам Христа с просьбой о прощении и радостным осознанием того, что именно эти люди и эти поступки привели нас к Нему.

Благодарность — основание Божественной Литургии — Таинства Благодарения. Благодарностью пронизана вся христианская жизнь. Настоящее ученичество возможно только при наличии благодарности учителю. Если пастырю удастся привить сердцу человека способность быть благодарным, выражаемое не только во внутреннем чувстве, но и во внешних действиях, это в значительной мере продвинет его на пути к исцелению.

Взгляд на себя глазами любящего человека

Важным упражнением в работе с принятием себя, осознанием того положительно, что уже заложено в нас Господом, является упражнение «Взгляд на себя глазами любящего человека». Его можно выполнить следующим образом.

Попросите своего подопечного составить три пятиминутных рассказа о себе с позиции близкоголюбящего человека.

Например, пусть наркозависимый сделает первый рассказ с позиции любящего отца, мамы или бабушки, но это должен быть непременно любящий член семьи, и найдет наиболее подходящие для этого человека слова, мысли, интонации. Рассказ может состоять из 10-15 фраз на тему:

— За что вы любите этого человека?

— Как вы обращались к нему, когда он был маленький.

— Что в нем радует вас?

Следующий монолог, например, от лица хорошего друга.

— За что вы цените его?

— Какие качества в нем являются качествами настоящего друга?

— Почему вы в нем так уверены?

Если человек говорит, что такого человека никогда не существовало, спросите его:

— Если бы был такой человек, за что бы он любил вас?

Попросите вашего подопечного сказать, что именно симпатично ему в этом человеке.

Еще раз о праве на ошибку

Если бы он не ошибался, то сделал бы меньше

Марциал

Если ваш подопечный слишком придавлен чувствами безнадежности и вины за свое прошлое, напомните ему, что каждый человек имеет право на ошибку. Мы можем относиться к своим ошибкам достаточно сурово, но мы все-таки совершаем их. Если я совершаю ошибку, я учусь чему-то новому, по крайней мере, приобретаю опыт, что так поступать не следует, надо сделать что-то другое. Если я, боясь совершить ошибки, совершенно ничего не делаю, я не обучаюсь. Лучшее, что можно сделать, совершив ошибку, — не скрывать этого, признать её и понять, чему же я из этого научился.

Стать совершенными нам повелел наш Господь: «Итак будьте совершенны, как совершен Отец ваш Небесный» (Матф. 5, 48). Пусть это будет нашей целью. Давайте сравнивать себя не с идеалом совершенства, а с тем, какими мы были вчера. Ведь высокие идеалы могут оказаться недосягаемыми, по крайней мере, тотчас, сразу. Поэтому научите своего подопечного каждый день отвечать самому себе на такие вопросы:

— Так ли я провел сегодняшний день, как хотел его провести?

— Соответствовали ли мои сегодняшние действия моим ценностям?

— Исполнил ли я волю Божию сегодня, и в чем?

Многие люди, скатившиеся в бездну наркотической зависимости, не осознали даже трети собственного жизненного потенциала. Если человек хочет вынырнуть из мутного болота самобичевания и начать жить по-новому, то нужно что-то для этого делать: совершать реальные поступки сегодня, здесь и сейчас.

Какое будущее ты выбираешь?

Чрезмерная зафиксированность на прошлом — одно из серьезнейших препятствий выхода из зависимости. И здесь задача пастыря помочь человеку выйти из болезненного застревания на своем прошлом, сосредоточиться на том, куда он хочет идти, а не на том, где он был. Нередко наркоман сам не верит в то, что что-то можно изменить. Пастырь может с помощью наводящих вопросов помочь человеку построить его будущее и показать, что достижение этого будущего вполне реально. Я специально выделяю слово его, поскольку у священника, работающего с наркозависимыми, возможно, будет возникать желание с помощью наводящих вопросов спровоцировать человека согласиться с той идеей будущего, которую хочет предложить священник («Поступи в семинарию…», «Зачем тебе жениться?..», «Тебе нужно исповедоваться каждую неделю, и тогда все будет нормально…»)

Для того, чтобы помочь человеку определиться с тем, что же ему действительно необходимо (ведь наркоман — человек с ослабленной волей) можно поставить его перед выбором — вот одно будущее, а вот — другое. Можно предложить ему подробно обрисовать, что случится с его жизнью, если он не бросит употребление наркотика, и что случится, если он оставит употребление наркотика. И затем предложить ему: «Решай!» Сначала лучше сделать это метафорически, в виде рассказа о ком-то другом.

Мы хотим предложить вам зарисовку подобной работы.

Алексею 23 года. К полному осознанию своей зависимости еще не готов, однако смутно догадывается, что с наркотиками у него «проблемы». По отношению к батюшке держится насторожено, однако проявляет заинтересованность. За помощью к священнику обратился по рекомендации своего друга.

— Алексей! Прежде всего я хотел бы сказать, что не буду отговаривать тебя от употребления наркотиков. Я хотел бы обучить тебя обращаться с наркотиками с позиции выбора, а не отсутствия. Я хотел бы, чтобы ты сам, в каждом конкретном случае выбирал, употреблять тебе наркотик или не употреблять.

Такая постановка вопроса поначалу несколько удивляет собеседника, но он заинтересован — так с ним еще никто не разговаривал. Создается безопасное пространство для дальнейшего общения.

Я расскажу тебе историю об одном своем знакомом. Когда он попробовал наркотик в первый раз, это произвело на него огромное впечатление. После пары доз он был настолько переполнен энергией, так ярко воспринимал окружающее, так блестяще мыслил, что ему в это едва верилось — как будто открылись новые горизонты мира и познания. Этому молодому человеку нравилось блистать и первенствовать. И вот, пожалуйста, в его распоряжении белый порошок, с помощью которого он мог достичь этого в любое время.

Однако все складывалось не так уж хорошо, как казалось впервые. Люди, с которыми он работал, начали жаловаться на то, что он слишком обидчив и что его поведение становится все более непредсказуемым. «Да они просто завидуют»,— успокаивал он себя. Начальник фирмы, в которой он работал, перестал быть довольным его работой.

В современном бизнесе существует такая возможность как последний шанс, т.е. работнику, который не оправдывает себя, дается какая-то работа средней тяжести, чтобы еще раз посмотреть, действительно ли он как работник больше не устраивает начальство. И ему была дана такая работа, с которой, он, конечно, не справился, потому что у него опять была беспокойная, бессонная ночь, и в голову после употребления наркотиков шло очень много блестящих идей. Но, к сожалению, эти идеи не помогли ему справиться с конкретным заданием, и в трезвом состоянии он даже не мог припомнить, что это было такое…

Но он не унывал. «Ничего, я знаю, что нужно сделать»,— сказал он себе. Он принял еще одну дозу наркотика, но мозг не откликнулся и продолжал, как обычно, топтаться на месте. Тогда он принял еще одну дозу. И спустя некоторое время он почувствовал эффект. Теперь он вроде бы вновь казался себе более собранным. Но где же блеск ума, где фейерверк идей, где чувство контроля? Тогда парень принял еще одну дозу и вскоре его осенило чувство собственного совершенства и уверенности в себе. В этот же день он принялся за работу.

Немного погодя начальник вызвал его к себе, чтобы обсудить эту работу. Выполненный отчет озадачил начальника настолько, что он не мог сказать, что здесь и к чему, потому что все было совершенно запутано и бессвязно. Однако молодой человек уже был готов встретить атаку придирчивого начальника. Предчувствуя беду, он принял еще пару доз порошка…

— Как ты думаешь, чем у него все это закончилось? А теперь я хотел бы немного поговорить не о нем, а о тебе. А что важного в наркотике для тебя?

— Ну, я чувствую себя хорошо, появляется какое-то спокойствие, все вокруг становятся такие добрые, хорошие… Кроме того, мир воспринимается как-то по-другому, с большей остротой… Хочется писать стихи, музыку…

— Действительно, наркотик дает ощущение переживания значимых для нас эмоций. Так, приняв наркотик, мой знакомый, испытывал остроту восприятия, чувства совершенства и творческого подъема. Как же может быть этот наркотик плохим, если он дает все это?

Обнаружив простой путь получить эти очень ценные переживания по первому требованию, не привыкший над собой трудиться, этот молодой человек начал употреблять наркотик регулярно. Но с постоянным употреблением наркотика приходит физиологическое привыкание к его действию. Доза, благодаря которой он чувствовал себя прекрасно пару месяцев назад, больше на него так не действовала. И поэтому, он должен был ее увеличивать, пока не получал новый приток нужных ему эмоций и ощущений, которые он испытывал раньше. Если же он прекращал употребление наркотика, то терял чувство контроля и творческого подъема гораздо в большей степени, чем это было до того времени, когда он начал употреблять наркотик. Чувство потери контроля увеличивало потребность в наркотике, и, таким образом, раскрутился маховик механизма зависимости. Ну это все о нем… А у тебя это все происходило?

— …Создается впечатление, что ты — центр Вселенной, и все крутится вокруг тебя. И когда тебе говорят, что ты не прав, это просто взвинчивает, я злюсь, непонятно, почему становлюсь агрессивным.

— Мне кажется, что поведение этого молодого человека в отношении наркотика формировалось взаимодействием трех вещей.

Первое — он искал определенных эмоциональных состояний и способностей: чувства собственной значимости, творческого подъема и контроля.

Второе — у него был только один способ — наркотик — получить эмоциональное состояние и способности, которые ему нужны. Поэтому потребность в наркотике определялась тем, мог ли он контролировать себя, чувствовать собственную значимость и творческий подъем.

И третье, что его беспокоило, — настоящее, время, измеренное часами. Он любил настоящее более, чем любые последствия туманного будущего.

Достижение значимых для этого молодого человека состояний осуществлялось с позиции отсутствия выбора, поскольку единственный способ вновь обрести чувство собственной значимости, творческого подъема и контроля — это принять наркотик.

Дело осложнялось еще одним обстоятельством. Молодой человек был мотивирован не будущим, а настоящим. Потребность в переживании сильных эмоций в настоящий момент для него была более важна, чем осложнения будущего.

Как ты понимаешь, наркотик дает человеку не подлинные эмоциональные состояния, а их подделку. Короче говоря, наркотик — это многообещающий крючок…

Здесь пастырь остановил свой рассказ для того, чтобы поговорить с Алексеем о его жизненных ценностях, предложил записать их и составить их иерархию, а затем предложил вернуться к разговору об «одном своем знакомом».

— …Подруга этого молодого человека однажды на вечеринке тоже познакомилась с наркотиком. Множество идей, возникших в состоянии наркотического кайфа, поразили ее своим глубоким смыслом, неординарностью и необычностью. Девушке понравилось непосредственное действие наркотика. Но, со временем, ее все больше и больше беспокоили отдаленные последствия.

Затем девушка узнала, что ее друга уволили с работы, он попал в Центр реабилитации наркоманов. Для девушки было очевидно, что за последний год ее друг стал изможденным, мрачным, раздражительным. Она обратила внимание на разительную перемену в нем. Ей не хотелось, чтобы то же случилось с ней. На работе она и так висела на волоске, начальник требовал материалы, над которыми она работала, но она даже не думала, когда и как лучше за это взяться.

Поскольку девушка больше не могла ждать вдохновения, она попробовала прогуляться, чтобы освежить голову, отдохнуть на природе, потому что в детстве ей часто это помогало: мысли всегда были яснее, когда она возвращалась с прогулки домой за свой школьный стол. В этот раз не помогло.

Она стала читать и перечитывать книжки на нужные темы. Все еще недовольная тем, что у нее ничего не получается, девушка подозвала к себе коллег и стала обсуждать с ними свою работу. Доброе дружеское участие помогло, вскоре девушка, благодаря помощи сотрудников, воодушевилась и включилась в работу.

Девушка не была лишена некоторого чувства ответственности. Она любила контролировать ситуацию, высоко ценила свое физическое и психическое здоровье и творческий подъем. Исходя из настоящего и прошлого опыта других людей и будущего, которое она себе представляла довольно отчетливо, она знала, что если привыкнет к наркотику, то ее планы могут не осуществиться…

Батюшка остановил рассказ и попросил Алексея рассказать о своих планах на ближайшие три-четыре года.

— Алексей, я хочу попросить тебя написать десять значимых для тебя целей и переписать в иерархическом порядке.

Далее Алексею было предложено произвести работу с системой целей и ценностей, алгоритм которой был помещен выше.

— …Вернемся к нашей девушке. Вместо того, чтобы принимать наркотик, она придумала несколько других способов создавать у себя нужные эмоциональные состояния и чувство подъема творческих способностей.

Погулять, чтобы проветрить голову, почитать то, что настраивает на нужный лад, поговорить с друзьями или сотрудниками по работе — вот несколько способов активизировать у себя мыслительные способности. Насколько она успешна, удачлива в своих делах, это может определить ее начальник, ее сотрудники, но это реальное проявление ее способностей, а не то иллюзорное состояние, которое было вызвано искусственным стимулированием посредством приема наркотика.

У этой девушки хватило нравственных сил больше не прикасаться к наркотикам, которые она когда-то попробовала. Поставленные ею планы на будущее дали ей силы правильно отнестись к трудностям и переживаниям, связанным с переходным периодом.

А у ее друга представление о последствиях употребления наркотика не были реальными настолько, чтобы он мог руководить своим поведением.

Каждый наркотик дает человеку подмену какого-то особо ценного для человека эмоционального состояния. Но такая подделка чужда природе души человека, быстро истощает естественные душевные силы, ломает будущее, подчиняя его удовольствию настоящего момента.

Здесь пастырь рассказал Алексею то, что читателю этой книги уже известно: как изменяется человек в процессе привыкания к наркотикам: о биохимической, психологической, духовной сторонах зависимости. Затем он продолжил свой рассказ:

— …Кайф, насколько ты понял из моего рассказа, это не настоящее, а поддельное эмоциональное состояние, которое заглушает настоящие чувства, подменяет их. Человек становится в прямом и переносном смысле глухим, слепым и бесчувственным в отношении реальной жизни и ее красок, звуков, ощущений. Кроме того, у человека, попавшего в наркотическую зависимость, пропадает очень важное качество — взгляд на собственное будущее, на отдаленные последствия приема наркотиков.

— Алеша, а мог бы ты вспомнить тех людей, у которых есть проблемы с наркотиками? Как ты узнал, что у них есть такие проблемы? По каким признакам это заметно? Какие поступки, реакции свидетельствуют об этом?

Ты будешь использовать эту информацию в следующих упражнениях, поэтому поищи повнимательнее в своей памяти ответы на эти вопросы, прежде чем мы перейдем к упражнению.

Давай сначала рассмотрим, что произойдет с тобой в будущем, через три-четыре года, при условии, что ты будешь продолжать употреблять наркотик в том же темпе, в котором употреблял до того, как пришел ко мне.

А затем рассмотрим твое будущее через три-четыре года, в случае, если ты будешь жить без наркотиков, в мире со своими ценностями, последовательно достигая поставленных целей.

Давай рассмотрим один и другой варианты, чтобы выбрать тот, который действительно нужен тебе. Я попрошу тебя подумать о том, что произойдет в твоем «наркотическом» будущем и рассказать мне, что ты чувствуешь, видишь и слышишь?

Алеша представляет себя в своем «наркотическом» будущем и подробно рассказывает батюшке о кошмарных последствиях своей наркомании.

— А теперь, пожалуйста, дай самому себе из этого будущего совет, обратившись к себе по имени, «наставь» самого себя, находящегося в настоящем, скажи себе по этому поводу то, что хочется тебе сказать (можно про себя).

Алеша сначала вслух, а затем про себя дает себе самому различные советы.

— Теперь выйди, освободись от этого ужасного будущего и вернись в настоящее.

Здесь батюшка попросил подопечного встать, пройтись, на некоторое время сменил тему разговора — слишком значительным переживанием для Алексея оказался этот опыт.

— Давай теперь прогуляемся с тобой в твое будущее без наркотика, в будущее, где ты контролируешь себя, где ты спокоен и в безопасности, где ты достигаешь своих целей и живешь в мире со своей совестью и другими людьми. Опиши, расскажи о том, что видится, слышится, чувствуется. Посмотри в прошлое и отыщи примеры, когда ты нашел мужество сказать «нет» любой возможности принять наркотик. Пусть у тебя для этого будет столько времени, сколько тебе понадобится.

Расскажи мне, что ты чувствуешь, видишь и слышишь? Кто окружает тебя? Что помогло тебе достигнуть твоих целей? Что поддерживало тебя на этом пути?

Алексей рассказывает о том, каким будет его будущее без наркотика, и выглядит он вполне радостным. В его глазах светится надежда! Он увидел возможные перспективы движения вперед.

— А теперь, пожалуйста, дай самому себе из этого будущего совет, наставь самого себя, расскажи себе, находящемуся в настоящем, благодаря чему ты смог достигнуть этого состояния.

В этой работе пастырю лучше быть тем, кто помогает человеку переосмыслить свою жизнь, а не дает советы по ее изменению. Не вмешиваться, но непременно оставаться здесь, присутствовать, в глубинном смысле этого слова, быть искренним и открытым.

На эту работу обычно уходит около 40 минут. Важно, чтобы человек почувствовал, что вы никуда не спешите, что в это время вы полностью принадлежите только ему.

— После этих упражнений, возможно, тебе откроется новый взгляд на свою жизнь с наркотиком и без него. Может быть, понимание, которое открылось тебе сегодня, поможет тебе в отношениях с твоими с друзьями, поможет поддержать кого-нибудь в тот момент, когда он будет балансировать на грани: принять или не принять первую дозу наркотика.

Если ты будешь независим от наркотика, тебе не нужно будет принимать его, чтобы удовлетворить твои потребности. Кроме всего прочего, это высвободит определенные денежные средства. Твое тело будет здоровым, твой ум будет свежим, твои отношения с другими людьми будут устраивать и тебя, и их. Ты больше не будешь сознательно наносить себе вред.

Алексей, пойми, когда ты отказываешься от наркотиков, это не значит, что нужно отказаться от этих потребностей, которые удовлетворяются наркотиками. Нужно научиться их удовлетворять без наркотиков.

Люди часто выпивают, курят, употребляют наркотики, потому что таким образом удовлетворяют что-то важное для себя. В примере с моим знакомым, это такие вещи, как творческий подъем, контроль над ситуацией, спокойствие. В этих потребностях нет ничего греховного. Но есть много других способов, заложенных Творцом в нашем организме, для реализации каждой из этих потребностей нормальным, неразрушительным для души и тела образом.

Нужно создать для себя список возможных действий, с помощью которых ты получишь то, что раньше давал наркотик. Чтобы сделать это, сначала напиши в одну колоночку те потребности и состояния, которых ты раньше достигал с помощью наркотика. А затем запиши, каким образом можно реализовывать эти же потребности и достигать этих же состояний, но без употребления наркотиков. Прямо сейчас расчерти на листочке две колонки и сделай это исключительно для себя.

…Можешь ли ты мне сказать, что у тебя получилось в первом списке и нашел ли ты соответствующие действия во втором?

Над этим списком, опираясь на те знания, которые были приведены выше, стоит поработать подробно, внимательно, как бы предлагая и обсуждая варианты, а не предоставляя готовые ответы.

Вот еще над чем стоит поработать в заключение. Можно сказать подопечному:

— А сейчас мысленно представь себе ситуацию, когда будет подкатывать желание принять наркотик.

А затем задать такие вопросы:

— Как ты будешь отслеживать в себе возникшее желание принять наркотик?

— Как ты выйдешь из ситуации, избрав другое поведение?

Просто представь себе каждый случай в отдельности… Давай прорепетируем. Вот, к примеру, возникла какая-то неприятная ситуация… вот оно появляется… Твои действия? Как можно живее и реальнее представь себе, что ведешь себя в соответствии с твоим желаемым будущим. Ради своего будущего удели этому некоторое время прямо сейчас.

Предлагаемая форма беседы, разумеется, не является шаблоном. Это один из примеров подобной работы с обратившимся за помощью наркоманом. Внимательно еще раз просмотрите шаги этой работы. Как вы заметили, мы использовали некоторые элементы идей, которые были изложены ранее. Отсюда можно взять все то, что будет подсказкой, подмогой, помощью, что подходит лично вам для вашей пастырской работы.

Со временем пастырь может открыть наркоману иную, более глубокую перспективу. Помимо мира душевных переживаний, он является еще и провозвестником мира духовного. Священник может раскрыть перед человеком Небо. И только тогда жизнь наркомана наполнится иным, совершенно новым и более богатым смыслом. Когда человек понимает, что он может жить полноценно и глубоко не только в этом искаженном грехом и жестокостью мире, но что он призван жить в вечности и уже на земле имеет возможность быть причастником этой жизни, тогда его ценностный мир может полностью изменится. Такая перспектива может стать мощной поддержкой на пути выздоровления.

Однако подобная задача требует от священника искренней и глубокой веры в помощь Господа.

Возвращение в детство

Те из наших читателей, кто смотрел фильм «Малыш» с Брюсом Уиллисом в главной роли, помнят, что основной идеей фильма было возвращение в прошлое с целью уврачевания травматической ситуации, повлиявшей на дальнейшее развитие жизненных событий главного героя. То, что предлагается сделать здесь, — это помочь подопечному вернуться в свое детство, для того, чтобы там найти силы преодолеть недуг наркотической зависимости.

Приведу пример одной успешной работы подобного рода, значительно продвинувшей человека к выздоровлению.

Сергей, 27 лет, наркоман с двухлетним стажем, разведен. Решение бросить наркотик принял год назад. Считает себя православным христианином, хотя в храм ходит редко. Обращался за помощью к священнику. Тот взял с него обещание больше никогда не принимать наркотик, «под страхом смертного греха». После очередного срыва, священник сказал ему, что этот срыв — «хула на Духа Святаго, не простится ни в этом веке, ни в будущем».

Парень не отчаялся, верил, что Бог пошлет пастыря, который поможет ему. К счастью, ожидания его оправдались. Встреча состоялась. И, несмотря на сразу установившийся контакт, пастырю все же пришлось преодолевать недоверие подопечного, оставшееся у того от предыдущего общения со священником. Далее приводится восстановленная по памяти стенограмма беседы:

— Когда ты пришел к мысли, что пора бросать колоться, так как это приносит только одни проблемы?

— В принципе, я давно уже задумывался над этим, но считал, что у меня хватит силы воли бросить самому. Пристрастие к героину мешало на производстве, потому что вмажешься с утра — знаешь, что дорога на работу уже заказана. А во-вторых, наркотик сильно расхолаживает, тускнеют краски и чувства. За меня никто ничего не сделает. И в семье тоже стали возникать неприятности.

— Давно – это сколько?

— Может быть, год назад появились у меня такие мысли. Были периоды по 2–3 недели, когда я не кололся вообще, но потом снова срывался…

— Что приводило к этим срывам?

— В общем-то, ничего особенного не происходило – ни стрессов, ни особых расстройств. В последнее время у меня жизнь была более-менее спокойная.

— Ты же знал, что, уколовшись один раз, ты опять сорвешься.

— Меня это особенно не пугало. Я считал, что в этом нет ничего страшного, потому что мне казалось, что я контролирую ситуацию… Потом пошли срывы на работе, увольнение.

— Ты специально вмазывался, чтобы тебя уволили?

— Нет, не специально. В том-то и дело, что в последнее время получилось раздвоение личности. Периодически нападала депрессия, хотелось вмазаться. В таком состоянии мое «первое “я“» говорило: «Пройди мимо – тебе это не надо». А «второе “я“» отвечало: «Ничего в этом страшного нет. Вмажешься, и станет легче».

— Давай поговорим об этих двух “я“. Как они между собой уживались, эти “я“?

— Я пришел в Церковь, потому что чувствовал: за «вторым “я“» стоит какая-то страшная сила, оно побеждает, а силы воли моему «первому “я“» не хватает.

— Что хорошего было у «первого», которое говорило: «Откажись!»? И что хорошего было у «второго», которое говорило: “Да ладно, вмазывайся!”?

— Трудно сказать. Дело в том, что «первое» убеждало работать, быть хорошим мужем и отцом, а «второе» неосознанно тянуло к героину.

— Это оно уговаривало тебя уколоться?

— Да.

— Для чего? Что хорошего тебе это давало?

— Не знаю, я не могу точно определить. Непонятное состояние, подобное тому, что испытывает, наверное, сумасшедший. Я видел сумасшедших, которые не контролируют свои действия. Что-то подобное происходило со мной.

— И что же тебе говорило второе «я» в этой ситуации? Что ты получал для себя благодаря употреблению наркотика? Опиши, как «оно» убеждало принять наркотик?

— Я не знаю. Иногда хотелось снять груз проблем, облегчить себе жизнь, выпасть из графика этих бесконечных «должен» туда, «должен» сюда…

— То есть это помогало тебе снимать проблемное состояние, выпадать из графика?

— Да, можно сказать и так, хотя…

— Что еще хорошего было в этом для тебя?

— Да вроде больше ничего. По крайней мере, я не нахожу ничего другого или чего-то не понимаю.

— Если ничего другого ты не находишь, то готов ли ты найти новые способы реагирования в тех ситуациях, на которые раньше ты реагировал приемом наркотика?

— Да, пожалуй, я хотел бы этого, но вряд ли у меня хватит сил.

— Тогда давай попробуем провести работу с этими двумя частями. И хотя это условные части, но воздействие их реально, поскольку с их помощью ты приходишь к решению — колоться или не колоться. Для того чтобы провести эту работу, мне бы хотелось, чтобы ты сейчас подумал о первом «я». О той части тебя, которая говорит тебе: «Все, пора отказываться. Ты должен отказаться. И ты знаешь, почему нужно отказаться». Как она выглядит, когда говорит тебе: «Все, хватит!». Подумай о том, что это, возможно, твоя детскость, вспомни время, когда ты был чистым ребенком.

— Есть. Это как бы я, но маленький, мне там 6-7 лет. Это чистый такой ребенок, который как бы просит меня, взрослого, не колоться.

— Хорошо. Вспомни, как в беззаботном, приятном детстве жизнь кажется безоблачной и радостной. Посмотри на этого ребенка, как он играет в свою любимую игру. Подойди к нему, приласкай его, представь, как бы ты поиграл с ним…

Глядя на себя со стороны, Сергей невольно начинает испытывать добрые чувства к самому себе. Взгляд его просветляется, глаза наполняются добротой.

Зачем это нужно? Во-первых, необходимо вызвать в человеке хорошее отношение к самому себе. Во-вторых, нужно дать ему возможность вспомнить желания, намерения и мечты, которые он планировал осуществить. Фактически это необходимо, чтобы человек посмотрел на свою прожитую жизнь как бы со стороны и вспомнил все, что с ним было. Согласитесь, мы редко оцениваем то, что происходило с нами на протяжении всей нашей жизни. Ведь у каждого из нас есть и позитивный, и негативный опыт, но какой из них мы возьмем с собой в будущее, зависит только от нас.

Таким образом, мы даем человеку возможность оценить весь позитивный и негативный опыт прошлого, просим мысленно разделить его на две части и сфокусироваться на позитивном.

— А теперь посмотри глазами ребенка на взрослого, и узнай в нем самого себя. Вспомни, как дети воспринимают взрослых: они все могут и им все под силу. Скажи этому дяденьке, как ты к нему относишься, что ты в нем ценишь, каким бы ты хотел видеть его в будущем… Попробуй теперь, попроси его сделать для тебя нечто важное: отказаться от употребления наркотического яда.

И здесь пусть человек сам начнет думать и размышлять, как он поступит, что ему нужно для этого. В этой работе человек сам работает со своим внутренним миром.

— А теперь подумай. В момент искушения, на чьей ты будешь стороне, как ты защитишь своего «ребенка»?

…Подобная работа привела Сергея к совершенно удивительным для него результатам. Как важно иногда возвращаться в чистое состояние детства и оттуда брать силы для преодоления сомнений и проблем взрослой жизни!

Поиск себя настоящего

Положишь намерение, и оно состоится у тебя, и над путями твоими будет сиять свет.

Иов. 22, 28

Многие люди проживают свою жизнь, исходя не из своих глубинных намерений, не из потребностей своей души и своего бессмертного духа, а из беспорядочных импульсов, состоящих из социальных установок, привычек и эмоциональных всплесков. Для каждого человека важно почувствовать себя существующим. Один философ заметил: «Современный человек живет в состоянии пониженной жизненности. Хотя в общем он не испытывает по этому поводу глубокого страдания, ему мало что известно о подлинно творческой жизни». Поэтому очень важной составляющей пастырской работы видится помощь человеку в том, чтобы найти настоящего себя, найти ту личностную глубину, которая поможет ему вдыхать эту жизнь полной грудью, найти ту полноту личностного потенциала, который и является созданной по образу и подобию личностью человека.

Человек, который обрел себя, испытывает глубинную целостность, внутреннюю умиротворенность, любовь, радость, открыт на этот мир. Он полностью собран и сконцентрирован внутри себя самого. Он осознает себя как цельное существо, постигает мир целостно. Его мышление открыто на многомерное и многогранное понимание мира, чуждо черно-белого восприятия, делящего весь мир на только хорошее и только плохое.

Целостный человек знает, чего он хочет; действует, ориентируясь на свои ценности и при этом уважая интересы других людей, ориентируется на положительное, осознает не только то, что он делает, как себя чувствует и что имеет, но и то, кем он является в этом мире. Он полон жизненных сил и сам выбирает, как себя чувствовать и что делать в каждую конкретную минуту.

Выше мы говорили о намерениях человека, о том, как посредством наркотика человек пытается достигнуть для самого себя определенных состояний.

Суть следующей части работы состоит вот в чем. Необходимо найти самое глубинное намерение, стоящее за наркотической зависимостью.

Опыт подсказывает, что в глубине души все люди ищут очень похожих состояний. Мы выделяем, как самые глубинные, пять:

1. Ощущение бытия, присутствия, чувство того, что я есть, я существую.

2. Внутренний мир, умиротворенность, глубокое чувство покоя и принятия.

3. Безусловная любовь агапэ, не зависящая от конкретного объекта, любовь, способная излучаться на все, что рядом, чуждая пристрастия и телесного влечения.

4. Глубокое чувство полезности и ценности себя в этом мире.

5. Связь, чувство сопричастности и единения с Богом.

Можно предложить человеку найти его самые глубинное состояние и с этим состоянием вернуться в реальную жизнь для того, чтобы заново переосмыслить свою зависимость:

Андрею 29 лет, он искренне хочет бросить наркотик, но ему кажется, что рано или поздно он все равно сорвется. В своей христианской жизни делает первые шаги. В процессе общения выяснилось, что в глубине сердца он не верит, что таким людям как он, Бог может помочь. Мы задаем человеку уже известный читателям вопрос:

— Андрей, скажи, какое состояние ты хочешь получить, употребляя наркотик? Ради чего тебе это нужно?

— Я как бы соединюсь с самим собой.

— Хорошо, а когда ты соединишься с самим собой, что более глубокое и ценное ты получишь для себя в этом случае?

— Я почувствую силы идти вперед, смогу чего-то достигнуть..

— Хорошо. А когда ты получишь силы идти вперед, сможешь чего-то достигнуть, что еще более глубокое и ценное откроется для тебя?

— Ну, я тогда смогу осмыслить свою жизнь и осуществить ее исправление.

— Так. А когда ты осуществишь осмысление и исправление своей жизни, что более важное откроется для тебя?

— Со временем, не сразу, я начну обретать чистоту души.

— А если у тебя будет эта чистота души, что более глубокое и ценное откроется для тебя?

— Мне кажется, что я приобрету возможность по-настоящему обратиться к Богу, Бог услышит меня, я почувствую Его любовь.

Ощущение того, что Бог услышит человека и он почувствует Его любовь — одно из глубинных состояний человеческой личности. С этого момента мы можем начать возвращаться обратно, собирая на своем пути все, что узнали от человека до этого. Обратите внимание: важно запомнить то, как все предыдущее было сказано самим человеком.

— Хорошо, скажи, если Бог слышит тебя и ты чувствуешь Его любовь, как это повлияет наобретение чистоты души?

— Если Бог будет со мной и я буду ощущать Его любовь, мне будет легко сохранять эту чистоту.

— Скажи, пожалуйста, а насколько помогает осознание того, что Бог тебя любит и ты обретаешьэту чистоту души, осмыслению и исправлению твоей жизни?

— Если это так, то свою жизнь я теперь могу строить в согласии с Его волей и чувствуя Его помощь.

— Очень хорошо. И я хотел бы тебя спросить, насколько осмысление и исправление твоей жизни при осознании того, что Бог тебя любит и у тебя есть эта чистота души, помогает тебе обрести силы идти вперед и достигать важных для тебя целей?

— Безусловно, помогает… И очень значительно помогает…

— А теперь я спрошу тебя вот о чем. Когда ты имеешь силы идти вперед и достигать своих значимых целей, знаешь, что Бог тебя любит и подает тебе силы хранить чистоту души иосмысливать и исправлять свою жизнь, то как это влияет на твое желание соединиться с самим собой?

— …Постойте, я, кажется, все понял…

Я попрошу вдумчивых читателей еще раз последовательно изучить шаги вышеприведенной беседы. В конечном итоге, с такого непонятного и абсурдного, на первый взгляд, вопроса: «Что полезного ты получаешь от наркотика?» человека можно вывести к чему-то более важному и по-настоящему значимому для него. Мы предлагаем человеку взять за основу выявленное глубинное состояние, в данном случае этоощущение Божией любви. И с помощью несложного, и по сути, одного и того же вопроса, преображаются все промежуточные состояния, причем так, что последнее, первичное, в данном случаесоединиться с самим собой изменяется полностью.

Хочу обратить ваше внимание на то, что при этой работе желательно использовать те слова, которые уже произнес ваш подопечный.

Еще раз хочется напомнить, что вышеприведенная схема является неким алгоритмом шагов, но не универсальной инструкцией. В каждом конкретном случае стоит попробовать сделать эту работу, наблюдая, действительно ли ваш подопечный двигается к собственной глубине или скользит по каким-то поверхностным целям.

Многие люди живут как бы автоматически, глубинный уровень бытия непонятен и чуждо им. Более глубокое состояние — это внутренний мир, где можно почувствовать умиротворенность и внутреннюю тишину. Еще более глубокое — почувствовать любовь, как состояние, идущее из глубины сердца человека. Еще более необходимое — чувство нужности, полезности и ценности себя, и мира, и своего места в этом мире. И самое глубинное — это единение и связь с высшим, благодать в единении с Богом. Каждый человек стремится к достижению этих состояний.

Многие люди считают, что эти состояния можно приобрести благодаря каким-то материальным предметам, то есть, в погоне за пресловутым материальным счастьем. Они зарабатывают деньги, добиваются почестей и высокого положения в обществе, приобретают особняки, машины, думая, что это даст им ощущение счастья. Но на самом деле все происходит с точностью до наоборот. Увеличивается уровень денежного благосостояния — увеличиваются потребности, шаг вверх по карьерной лестнице — начало ожидания следующего шага, особняки и машины требуют постоянной охраны и ремонта.

Иногда для достижения вышеперечисленных состояний люди употребляют наркотики. Наркотики — это заведомо обреченный на провал способ достижения подделок этих состояний. Если эти состояния достигаются определенным внутренним усилием и решимостью, то наркотик только создает иллюзию достижения. Человек, обретающий и обретший духовную жизнь, перестает нуждаться в подделках.

Испытать радость бытия, ощущение собственной полезности, чистоту любви, глубокий внутренний мир, единение с Господом можно только в том случае, если человек делает для этого реальные шаги, устремляется навстречу Богу, любви, жизни, внутренней умиротворенности, другим людям, которым ты действительно нужен.

И теперь человеку необходима решимость, желание двигаться и действовать, поддержка пастыря и упование на помощь Божию.

Рисунок своего выздоровления

Предлагаемая работа позволит закрепить достигнутый результат, сделать работу долговременной, устойчивой. Все, что дает людям ощущение «сразу же», очень ценно, потому что вначале людям нужна надежда. И она, настолько, насколько это возможно, должна быть связана с реальными переживаниями и ощущениями.

— Нарисуй, пожалуйста, свою зависимость, свои чувства по поводу зависимости. Сделай это так, как тебе удобно, можно символами, цветовыми пятнами, как угодно.

Обычно я предлагаю рисовать этот образ на белом листе бумаги. Можно проделать это гуашью или акварельными красками, пастельными мелками, разноцветными карандашами. Отвлекитесь, оставьте его одного, пусть он побудет в этом процессе, увлечется им.

Далее попросите его отодвинуть этот рисунок и нарисовать то состояние, которое он хотел бы иметь в будущем. Пусть нарисует образ, выражающий его представление о выздоровлении, представление о том, какой он видит свою жизнь в будущем. Пусть это будут символы, цветовые пятна, пусть ваш подопечный нарисует максимально понятный для себя рисунок.

В процессе постановки первой и второй задачи желательно использовать неопределенные, неконкретные, общие слова.

Далее предложите вашему подопечному между этими двумя рисунками расположить чистый лист и нарисовать промежуточный рисунок…

То, что произойдет в процессе этой работы, будет понятно только вашему подопечному. Это будет значимо и важно для него. Вам стоит комментировать его работу или оценивать ее. В конце предложите ему подумать над этими тремя рисунками и понять для себя что-то важное, а затем обсудить те чувства, которые возникли в процессе выполнения этой работы.

Семь обещаний самому себе

В начале книги мы упоминали о важности осознания прощения Божия для выхода из порочного круга зависимости. В некоторых случаях человек настолько застревает в ощущении собственной никчемности и непрощенности, что полезным будет проделать с ним следующую работу.

Следующим этапом работы может быть предложение подумать о том, какие обязательства он мог бы взять перед самим собой. Почему именно перед самим собой? Опыт показывает, что если наркоман пообещал Богу больше никогда не колоться и допускает срыв, то после этого он считает: «Ну все, с Богом больше никаких дел — я нарушил обещание, теперь Он от меня отвернулся окончательно». «Поссорившись» с Богом, человек опять возвращается к наркотику: «Вот — Бог с Его запретами, а вот — я, и мне этого хочется».

Если же человек в здравом уме дает письменные обязательства самому себе, то здесь все происходит совершенно по другому. На грани срыва человек вспоминает: «Ведь все это я обещал самому себе!»

Пусть он для самого себя запишет в порядке очередности свои собственные конкретные шаги на пути к полному исцелению. Пусть напротив каждого обязательства он напишет срок вступления в действия этого обязательства. Предложите ему взять ответственность за указанные им самим сроки.

Обязательства бывают разные:

— Мне нужно бросить курить.

— Мне нужно перестать бывать в обществе, в котором мне могут опять предложить наркотики.

— Мне нужно у своих родителей попросить прощения за все огорчения, которые я нанес им.

— Мне нужно начать каждое воскресенье ходить в церковь.

Затем пусть человек произнесет каждое из обязательств, а вы спросите его:

— С какого времени это обязательство вступает в силу?

— К каким изменениям в твоей жизни приведет это тебя?

— Что ты почувствуешь, после того, как исполнишь это?

Опыт показывает, что если это упражнение делать в буквальном смысле пошагово, т.е. каждое новое обещание давать, делая конкретные шаги, эффективность осознания этой работы становится гораздо выше.

После седьмого вопроса можно предложить, запомнив возникшие новые мысли и ощущения, вернуться пошагово назад, с небольшими остановками на каждом обещании для того, чтобы взять возникшие новые мысли и чувства в свою повседневную жизнь.

Письма друзьям и знакомым

Попросите наркомана, который живет в вашем монастыре, на приходе или просто под вашим попечением, оповестить как можно больше друзей и знакомых о принятом решении РАЗ И НАВСЕГДА покончить с употреблением наркотиков.

Для начала, не говоря ему о том, что вы задумали, попросите, чтобы он написал на листочке имена всех своих друзей и знакомых, родителей, родственников, которым известно о том, что он зависим от наркотика и адреса, которые ему известны или которые он мог бы узнать каким-то образом. Пусть это будет достаточно большой список. Если у него есть друзья, адреса которых ему сейчас не известны, но он мог бы узнать их, пусть узнает, прежде чем вы сообщите о цели этой работы.

После этого предложите ему написать на каждый адрес письмо, в котором без лишних слов он сообщит своему другу, родителям, подруге, что с такого-то числа он принял окончательное и бесповоротное решение о том, что он больше никогда не будет употреблять никаких наркотиков и если письмо адресовано другу или человеку неверующему, просит, чтобы они своей верой в него (и молитвой, если письмо адресовано верующему человеку) поддержали его решимость.

Пусть ваш подопечный обязательно отправит написанные письма, укрепив тем самым решимость устоять в избранном пути.

Попросите его также написать такое же решение, адресованное самому себе и прикрепить его над кроватью или над письменным столом.

Работа над поиском смысла

Не спрашивай, чего можно ждать от жизни, — спрашивай, что жизнь ждет от тебя.

Виктор Франкл

Наркомания — это болезнь потери смысла жизни. Если у человека появляется то, ради чего стоит жить, зависимость уходит из жизни как то, что перестало быть нужным. Наркоманы, с которыми нам приходилось общаться, — люди, ищущие в жизни смысл, живо откликающиеся на разговор о смысле жизни.

«Жизнь умиляет своей глупостью
Цель неясна, средства туманны
То и дело встречаешься с ее скупостью,
Прося хоть толику небесной манны.

У смерти для тебя нет предложенья,
Она молча делает свое дело,
Забирает душу твою для будущего воскрешенья,
На три дня родным оставляет тело.

Наверное, жизнь свою надо в кого-нибудь вкладывать,
Хотя для чего, все равно не понятно,
Но может тогда она станет радовать,
В отдельные моменты становясь приятной.

Вот тогда можно со смертью спорить,
Отбрасывая себя в конец очереди,
Не к ней готовиться, а ее для себя готовить,
Относясь к ней, как отец к дочери». [111]

Многие молодые люди проживают свою жизнь, даже не зная, что им нужно, но чувствуя, что получают от жизни что-то не то. Многие люди, не раскрывшие в себе высокие ценности, проводят жизнь в бесплодных поисках радости, удовольствий, острых ощущений, престижа, денег, власти и общественного статуса. Эта бесконечная борьба держит их душу в постоянной враждебности, тревоге, подозрении, зависти, злобе, стеснении, страхе. Все, что эти люди требуют себе как необходимое для счастья, приносит им больше огорчений, чем радости. Нередко бывает так: чем больше человек преуспевает в делании денег, приобретении различных удовольствий, знаний, научных степеней, тем менее он становится мирным, любящим, спокойным. Надо сказать, что деньги, власть, ученые степени и т.д. не сами по себе создают эти несчастья в жизни. К неблагополучию приводит внутреннее душевное пристрастие к ним, страстное желание всех этих «благ», которое связывает душу, делает ее несвободной, не допуская ее до той радости и полноты жизни, к которой мы призваны Господом.

По мере духовного поиска человек понимает, что окружающий мир изменить невозможно, а для радостной и полноценной жизни остается только с миром принять все, что его окружает: Бога, людей, обстоятельства. Путь к Богу помогает обрести мир мудрости и свободы, оставив позади нагромождение неприятных эмоций, страстей и негативных чувств.

Для начала работы над поиском смысла предложите Вашему подопечному выполнить следующее задание:

— Опиши, пожалуйста, десять случаев присутствия в твоей жизни или вмешательств в ход опасных ситуаций каких-то непредвиденных случайностей, каких-то сверхъестественных сил, которые тебя спасли. Буквально: десять случаев чуда.

— Что происходило с тобой (или с кем-то)?

— Как ты думаешь, почему это случилось?

— Что все это для тебя значит?

В доверительной беседе будет уместно спросить о том, как наркоман проживал свой подростковый возраст: какие читал книги, думал ли о своем месте в мире, о смысле жизни, интересовался ли философией, психологией, религией?

Большинство подростков проживают этот период — период попыток осмысления и получения ответов на вопросы о смысле жизни, о Боге, о загробном мире, и они ищут ответы на эти вопросы. Если же этого не было и бывший наркоман останется с вами, его придется “выращивать” заново, снова вместе с ним пройти, прожить процесс его взросления. Полноценное душепопечение в этом случае может занять примерно столько времени, сколько занимает нормальный переход от подросткового периода к взрослости, т.е. четыре-пять лет. Не надо расстраиваться, если случится срыв, потому что с каждым возвращением пастырская работа будет проходить на все более глубоком уровне.

Если предыдущий период душепопечения был достаточно эффективным, то, даже срываясь, через полтора-два года человек поднимает уже другие вопросы, более серьезные. Если пастырь понимает, что наркомания — это болезнь тяжелая, хроническая, рецидивирующая, с трудом поддающаяся лечению и смертельная без лечения, срыв воспринимается как нормальная часть течения болезни. Но вложенные душевные силы никогда не бывают напрасными. Проходят годы, а доброе слово пастыря остается в душе и, может быть, не сразу и не тотчас даст свои всходы.

Для работы в направлении поиска смысла жизни, смерти, страдания, любви качественно новые горизонты поможет раскрыть книга выдающегося врача, доктора Виктора Франкла «Человек в поисках смысла», которую можно предложить обратившимся к нам за помощью наркоманам. Эта книга вполне подходит для восприятия невоцерковленного человека. Многих наркозависимых именно поиск смысла привел к желанию бросить наркотик.

В этой главе мы сделаем небольшой обзор этой книги. Возможно, многие идеи Виктора Франкла помогут пастырю провести своего подопечного по пути поиска смысла собственного существования.

Виктор Франкл считает, что вопрос о смысле жизни в явном или неявном виде волнует каждого человека. О нем свидетельствует напряжение между тем, что «я есмь» и тем, «кем я должен стать», между реальностью и идеалом, между бытием и призванием. Духовные поиски человека отражают уровень его осмысленности по отношению к жизни.

Человек, считающий свою жизнь бессмысленной, не только несчастлив, он вообще едва ли пригоден к жизни. Если человек не может придумать доводы в пользу жизни, то рано или поздно у него возникают мысли о самоубийстве. Задайте человеку вопрос о том, почему он не думает о самоубийстве, и вы услышите ответ о смысле его существования.

Смысл жизни каждого конкретного человека обнаруживается, а не придумывается. Смысл существует не сам по себе, а в той или иной ситуации для конкретного человека. Он уникален. Задача врача, по Франклу, не навязать пациенту смысл, а лишь помочь его найти. Жизнь каждого человека уникальна. Наркоманию, которая развивается из-за отсутствия смысла жизни и является его подменой, следует лечить поисками смысла жизни.

Сомнения в смысле жизни отражают истинные человеческие переживания, они являются признаком человека в самом человеке. Ибо только человек задумывается о смысле своего существования, сомневаясь в нем. Проблема смысла жизни временами может буквально завладевать всем человеком. Особенно это справедливо в случае наркотической зависимости, когда у человека искажено восприятие действительности, когда он периодически берет у жизни «отпуск» от своих повседневных обязанностей. Но все равно жизнь предъявляет свои права. Если человек забывает цель и увлекается средствами, у него возникает «невроз выходного дня» — ощущение пустоты собственной жизни. Жертвы этого состояния напиваются или «вмазываются» для того, чтобы спастись от ужаса этой пустоты.

Франкл считает, что в жизни человека существует некий Высший Замысел. Он считает, что мы никогда не поймем этот Замысел, как ветвь не поймет замысел дерева. Вера в Высший Замысел, по словам доктора Франкла, имеет огромное психотерапевтическое и психогигиеническое значение. Такая вера делает его более жизнеспособным. Для такой веры нет ничего бессмысленного. В этом плане человек, верующий в Высший Замысел о нем, в собственное высшее предназначение, приближается к границам религиозного поиска.

Поиск удовольствия, радости и счастья сам по себе не может быть смыслом жизни, поскольку удовольствие — это следствие результата наших стремлений.

Франкл утверждает, что психологически незрелому человеку необходимо разъяснять богатство мира ценностей и помочь ему выработать гибкость и способность переключаться на другую ценностную группу, если к настоящей утрачен интерес.

Франкл приходит к выводу, что жизнь человека по сути своей никогда не может быть бессмысленной. И пока сознание не покинуло человека, он постоянно может реализовывать те или иные ценности. И даже если возможностей для этого у него немного, реализация собственных ценностей остается для него доступной всегда.

Врач должен помогать больному реализовать его право на жизнь и стремление жить. Помогать надо и покушающимся на самоубийство. Самоубийца похож на шахматиста, который столкнулся с очень трудной задачей и просто смахивает фигуры с доски. А ведь таким способом задачи не решить. Необходимо научить пациентов благоговеть перед жизнью, надо помочь пациенту наполнить свою жизнь смыслом. «Если у человека есть зачем, он вынесет любое как». Ничто не помогает человеку преодолеть объективные трудности и переносить субъективные неприятности, если перед ним не стоит жизненно важная задача, особенно, если она представляется чем-то вроде реализации собственной жизненной миссии.

Задача врача, по мнению Франкла, состоит в том, чтобы помочь психологически незрелому человеку достичь максимальной сосредоточенности на жизненной задаче, стоящей перед ним. Необходимо помочь такому человеку понять неповторимость и своеобразие его собственной жизни. Ведь его все время учили быть «как все» и, следовательно, осознанно или неосознанно уничтожали его индивидуальность. Как человеку разобраться, каким он должен быть, в отличие от того, каков он есть? На этот вопрос отвечает Гете: «Размышляя — никогда, но только действуя! Старайтесь исполнять свой долг, и вскоре вы узнаете, кто вы. А что тогда является вашим долгом? Требования каждого дня!»

Смерть также имеет смысл. Перед лицом смерти мы обязаны максимально использовать отведенное нам время. Тогда жизненный смысл становится еще контрастнее. В основе смысла человеческой жизни лежит принцип необратимости существования. Эту мысль и следует доводить до зависимого человека, чтобы он взял на себя ответственность за собственную жизнь.

По Франклу, человек похож на скульптора, который из камня ваяет свою жизнь. И поступать следует так, как поступает скульптор. Он старается уже в камне увидеть то, что из него можно сделать так, чтобы было меньше отходов. Кроме того, человек не знает, сколько времени ему отпущено. Торопиться не следует, но и простаивать не стоит. Неважно, если работа не завершена. Важно, какого она качества на том или ином этапе.

Жизнь имеет смысл, длинна она или коротка, воспроизводит себя или нет. Если бы жизнь бездетной женщины была абсолютно бессмысленной только потому, что у нее нет детей, это значило бы, что человечество живет для детей, и единственным смыслом жизни человека является воспроизведение себе подобных. Тогда получается, что каждое поколение передает проблему следующему, так и не разрешив ее.

Видеть в материнстве единственный смысл жизни женщины — значит бросать тень не только на жизнь женщин, но и на жизнь женщины-матери, низводя ее до уровня самки. Франкл считает, что смысл человека раскрывается на более глубоком уровне — на уровне духовной любви.

Виктор Франкл пишет: «Если бы все люди были идеальными, то каждого можно было бы заменить другим. Именно из нашего несовершенства вытекает незаменимость и невоспроизводимость каждого человека, поскольку каждый из нас несовершенен на свой манер. Чем более специфичен человек, тем менее он похож на других, тем менее он соответствует норме».

Франкл отмечает, что в каждом из нас есть потребность в общности с другими людьми. Человеку необходимо сообщество, ибо в нем смысл его жизни актуализируется. Франкл считает, что там, где не ценится индивидуальность каждого, где нет сообщества, там — толпа. Толпа не терпит индивидуальности. Толпу он сравнивает с булыжной мостовой, а истинное сообщество — с мозаичным рисунком. В булыжной мостовой один камень можно заменить другим; в мозаике каждый фрагмент незаменим. И если он выпадает, приходится перестраивать весь рисунок. Вот почему потеря личности для сообщества, в определенном смысле, невосполнима.

Толпа как таковая не имеет сознания и ответственности. Скрываясь и растворяясь в толпе, человек утрачивает важнейшее из присущих ему качеств — ответственность. Бегство «в толпу» — это освобождение от бремени собственной ответственности. Эта тенденция к избеганию бремени ответственности оказывается мотивом для любых форм коллективизма. Истинное сообщество — это сообщество ответственных личностей; толпа же — это просто множество обезличенных существ.

Работы Франкла проникнуты уважением к конкретной человеческой личности. Он указывал, что, когда дело доходит до оценки человеческих поступков, коллективизм приводит к нелепым заблуждениям. Вместо личной ответственности формируется конформизм и уважение к социальным нормам.

В нравственном плане идея коллективизма приводит к понятию коллективной вины: с людей спрашивают за то, за что они ответственности не несут. Тот, кто судит их, ответственности за приговор не несет.

Франкл считает, что у человека всегда есть возможность выбора, и он должен нести ответственность за свой выбор. Психологически незрелый человек не дает сам себе реализовывать собственные возможности, он сам себе мешает стать таким, каким он может быть. В результате он искажает свою жизнь. Быть человеком, по Франклу, — это значит не только осознавать свое отличие от других, но также уметь становиться непохожим на себя, т. е. уметь изменяться.

Наркоман, вспоминая свои неудачи, заключает, что его неудачная судьба определяет все его будущие ошибки. На самом деле ошибки должны служить плодотворным материалом для формирования лучшего будущего; из собственных промахов следует извлекать уроки. Никогда не поздно учиться, но и никогда не рано. Учиться всегда самое время, чему бы мы ни учились. Иначе мы можем уподобиться пьянице из известной истории, которого убеждали бросить пить.

— Теперь уже поздно, — отвечал он.

— Но ведь это никогда не поздно! — продолжали убеждать его.

— В таком случае я обязательно брошу, но как-нибудь потом.

Слабоволие человека — это не более, чем самооправдание. Слабовольным становится тот, у кого нет цели и кто не умеет принимать решений. Неудачник каждый раз прогнозирует неудачу и поэтому он ничего и не добивается. Он не хочет разрушать собственные ожидания. Нередко и у врачей существует терапевтический нигилизм. Франкл считает, что человек останется слабовольным до тех пор, пока он хочет оставаться слабовольным.

Франкл советует психотерапевтам руководствоваться следующими словами Гете: «Если мы относимся к людям так, как будто они уже таковы, какими они потенциально способны быть, мы помогаем им стать такими, какими им следует стать».

Жизнь человека бывает не только радостью, но и страданием. Недостаток жизненного успеха никогда не означает утрату смысла жизни. Многие могут вспомнить неудачные периоды своей жизни со всеми их сомнениями и страданиями. А многие ли решаться выбросить из жизни такие периоды? Полнота страданий никогда не кажется нам недостатком осмысленности. Напротив, человек растет и мужает, страдая. Преувеличивая значимость приятных переживаний, люди вырабатывают в себе ничем не оправданную склонность жаловаться на судьбу. Мы посланы в этот мир не для наслаждений. Удовольствие не в состоянии придать жизни смысл. А если так, то отсутствие удовольствия не умаляет смысла жизни. Для оценки мелодии неважно, мажорная она или минорная.

Страдание не лишено смысла, ибо страдая, мы внутренне как бы отодвигаемся от того, что вызвало наши страдания. Страдая, мы все время остаемся между тем, что есть в действительности, и тем, что должно быть. Страдание вызывает плодотворное, кардинально преобразующее духовное напряжение, которое на эмоциональном уровне помогает человеку осознать то, чему следует быть.

В страданиях человека открывается глубокая мудрость, которая выше всякого рассудка. Для внутренней жизни человеческого духа скорбь и раскаяние полны глубокого смысла. Раскаяние позволяет виновному вновь поднять голову, раскаяться в содеянном.

Смысл страдания в том, что оно оберегает человека от апатии и духовного оцепенения. Пока мы способны к страданию, мы остаемся духовно живыми. Мы растем и мужаем в страданиях, они делают нас богаче и сильнее. Раскаяние и скорбь — оба эти чувства, связанные с нашим прошлым, служат для того, чтобы исправить наше настоящее. Нельзя гасить несчастья алкоголем или наркотиками. Пытаясь забыться, человек заставляет себя «не замечать» случившегося, пытается убежать от него. Но притупление чувств не приводит к устранению самого предмета переживаний.

Наркомания — это духовная анестезия. Но духовная анестезия может привести к духовной смерти. Постоянно убивая наркотиками эмоционально значимые переживания, человек убивает свою внутреннюю жизнь. Страдание и горе являются частью человеческой жизни. Ни одно из них нельзя вырвать из жизни, не нарушая ее смысла. Ибо лишь под ударами молота судьбы в горниле страданий выковывается личность, и жизнь приобретает свои форму и содержание.

Франкл предупреждает, что человек не должен преждевременно сложить оружие, ибо легко принять ситуацию за «судьбу» и склонить голову перед мнимой участью. Терпение оправдано только тогда, когда сама жизнь ставит человека в условия, когда он вынужден терпеть, ибо ни изменить своего положения, ни избежать его он не в состоянии. Только оправданное терпение является нравственным достижением; только неизбежное страдание имеет нравственный смысл. Таким образом, круг оправданных страданий, по Франклу, весьма узок. В него входят неизлечимые заболевания при условии, что были предприняты все меры профилактики, заключение в концентрационный лагерь при авторитарных режимах, гибель близких людей и т.п.

Психологически незрелые люди нередко заявляют, что они быстрее нашли бы свой жизненный смысл, если бы выбрали другую профессию. Но это глубокое заблуждение. Если и существуют случаи, когда выбранная работа не приносит удовлетворения, то здесь виноват сам человек, а не работа. Работа сама по себе не делает человека нужным и незаменимым; она лишь дает ему возможность стать таковым. Важна не работа, которую человек выполняет, а то, как он ее выполняет. Все зависит от того, сколько личностных качеств вложит человек в свою работу.

Франкл описывает невроз безработицы, и его исследования могут сыграть большую роль в работе с наркозависимыми людьми, которые в основном не имеют работы да и не очень стремятся к ней. Он замечает, что основным симптомом безработицы является не депрессия, а апатия. Она опасна тем, что безработный становится все более пассивным, все реже проявляет инициативу и оказывается не в состоянии ухватиться за руку помощи, которую ему могут протянуть.

Человек, не имеющий работы, чувствует себя ненужным. Безработица, таким образом, становится питательной средой для распространения наркомании, поскольку наркотик помогает заглушить чувство ненужности. Безработица выступает в виде козла отпущения, на которого можно свалить всю вину за неудавшуюся жизнь.

— Ах, если бы у меня была работа, все было бы иначе, все было бы превосходно, — заявляют такие люди, и считают, что с них теперь нечего спросить. И сами ничего от себя не требуют.

Способность и возможность трудиться сами по себе ничего не значат, ибо в труде можно стать простым орудием для добывания средств. Работа — это не вся жизнь. Но нередко психологически незрелый человек пытается уйти от жизни вообще, найти прибежище в работе, работой заглушить поиск собственного жизненного смысла.

Люди, не имеющие цели в жизни, несутся по ней с такой быстротой, что не замечают ее бесцельности. В воскресенье, когда в бешеной гонке наступает суточная пауза, вся пустота их существования встает перед ними в полный рост. И на что только они не идут, чтобы заполнить эту пустоту! Они мчатся на танцы — там громко играет музыка, и шум избавляет от необходимости разговаривать. И думать нет нужды.

Следующее убежище — искусство. Но если цельного человека искусство обогащает, то для психологически незрелого человека искусство — лишь возможность убежать от себя. Для чтения в этом случае выбираются детективы…

Франкл считает, что самая большая ошибка, которую мы можем совершить в жизни, — это почить на лаврах. Никогда не следует довольствоваться достигнутым. Жизнь не перестает задавать все новые и новые вопросы, не позволяя остановиться. Только постоянное одурманивание делает нас нечувствительными к уколам совести. Ни в творчестве, ни в переживаниях нельзя довольствоваться достигнутым. Каждый день, каждый час требуют от нас новых шагов.

В своих трудах Виктор Франкл уделяет значительное место поиску смысла любви. Любовь он определяет как переживание другого человека во всем его своеобразии и неповторимости. С точки зрения Франкла, быть любимым — без какого-то вклада, усилия и труда, по милости Божией, получить то, что возможно лишь при реализации всего своеобразия и неповторимости человеческой личности. В любви любимый человек воспринимается как единственное и неповторимое существо. Как человеческая личность он становится незаменимым для того, кто его любит. Франкл утверждает, что любовь не заслуживают, любовь это — просто милость.

А для того, кто любит, любовь меняет восприятие мира. Любовь значительно увеличивает полноту восприятия ценностей. Врата в мир ценностей как бы распахиваются. Для любящего весь мир озаряется сиянием ценностей. Франкл считает, что любовь делает человека зрячим.

Существует три слоя личности — физический, душевный и духовный. Существуют и три возможных способа отношений к личности. Самый примитивный подход относится к внешнему слою: это физическое влечение.

На ступеньку выше стоит душевно-эмоциональное отношение. Оно глубже физического влечения. Такое отношение рассматривается как сильное увлечение, ибо в данном случае мы увлечены и личностными особенностями человека — чертами темперамента и характера.

Но душевно-эмоциональное отношение не проникает в сердце другого человека. Это происходит на третьем уровне: на духовном уровне, где и раскрывается сама любовь. Любовь является конечной стадией душевно-эмоциональное отношения, так как она проникает глубоко в душу ближнего. Любовь — вступление во взаимоотношение с другим человеком как с духовным существом. Духовная близость людей представляется Франклу наивысшей из достижимых форм любви. Тому, кто любит, уже больше недостаточно соответствующего физического или эмоционального состояния — его по-настоящему устраивает только духовная близость с человеком. Любящий любит не то, что имеет любимый, а то, кем он является. Взгляд того, кто любит, проникает сквозь физическое и психическое “одеяние“ до самой сердцевины другого существа.

Увлеченность мешает заглянуть в суть другого человека. Кто в этом сомневается, тому Франкл советует представить следующую ситуацию: любимый человек безвозвратно потерян. Предлагают двойника. Сможет ли человек переключить любовь на него?

При физическом, как и при душевно-эмоциональном влечении, измены возможны. И только настоящая любовь является гарантом постоянства. Таким образом, любовь — это нечто большее, чем эмоциональное состояние; любовь — это действие, которое направлено на сущность другой личности. Подлинная любовь не зависит от физического наличия человека рядом с любящим. Вот почему любовь переживает физическую смерть любимого человека. В этом смысле любовь сильнее смерти. Существование любимого человека может быть прекращено физической смертью, но сущность его не умирает.

Франкл утверждает, что и в разлуке человек духовно поддерживает связь с любимым существом. Он приводит рассказ одного заключенного концентрационного лагеря, который говорил, что в трудные минуты его поддерживала мысль о любимой. Он вел с ней мысленные разговоры, хотя не знал, жива она или нет. Любовь так мало направлена на тело любимого, что она может легко перенести его смерть; она остается существовать в сердце того, кто любит.

Тому, кто по-настоящему любит, смерть любимого человека кажется непостижимой, как непостижимой кажется ему и его собственная смерть. Когда исчезает тело, неверно говорить, что личность больше не существует, она просто более не проявляется на физическом уровне. Вот почему истинная любовь не зависит от присутствия человека. Любовь настолько независима от тела, что не нуждается в нем. Любовь может существовать и без физической близости. Там, где телесная близость, любовь будет стремиться к ней; но там, где требуется отказ от нее, любовь не охладеет и не умрет. И именно любовь придает телесной близости в браке человеческое достоинство, а близость для любящих является выражением духовного единства.

Для любви физическая внешность имеет небольшое значение. Действительные черты любимого и черты его характера приобретают значение благодаря самой любви. Именно любовь, как лучший косметолог, делает эти черты привлекательными. Вот почему Франкл призывает сдержанно относиться к косметике. Потому что даже недостатки являются существенной частью личности.

Франкл указывает, что нельзя пытаться силой открыть ту дверь, которая открывается сама и не поддается насильственному штурму. Проблемы любви нельзя решать форсированно, они решаются сами. Но следует подготовить себя к любви. И если она свалится на тебя, нужно к этому времени быть сильным, чтобы эта ноша не казалась тяжестью и приносила радость.

Франкл пишет, что если человек потерпел неудачу в отношениях, не следует и обесценивать любовь, как это делают иногда психологически незрелые люди, не добившиеся успеха в любви. Они напоминают ту лису, которая, не дотянувшись до винограда, объявила, что он зеленый и кислый, и сами закрывают себе путь к счастью.

Франкл подчеркивает, что в труде каждый человек проявляет свою неповторимость, а в любви он вбирает неповторимость и своеобразие другого. Во взаимном отказе от любви собственная личность замыкается на самом себе. А импульс любви пробивается к такому слою существа, в котором каждый человек представляет собой не тип, а самого себя, обладающего всем достоинством своей неповторимости.

Франкл предупреждает, что и в вопросах любви мы не застрахованы от ошибок. Например, человеку кажется, что любовь его заставила видеть, а на самом деле он ослеплен сильным увлечением. С точки зрения Франкла, такого понятия, как “неразделенная несчастная любовь“, нет, ибо любовь неизбежно обогащает того, кто любит. Либо вы действительно любите и в таком случае чувствуете себя обогащенным, либо не любите по-настоящему и ищете в другом человеке качества, которые он имеет и которыми вы могли бы обладать. Конечно, ваши чувства могут остаться безответными, но тогда значит и вы не любите. Мы все должны помнить: увлечение ослепляет нас, настоящая любовь дает возможность видеть. Любовь позволяет нам ощутить личность другого человека и тем самым приводит к расширению нашего внутреннего мира. Любовь помогает любимому стать таким, каким его видит любящий. Даже если человек чувствует себя крайне несчастным, он не только внутренне обогащается, но и приобретает более глубокое ощущение жизни. Такие переживания приводят к внутреннему росту и личностной зрелости.

Очевидный вывод, к которому приходит Франкл, — простое увлечение является противопоказанием к браку, но это не значит, что любовь является показанием к браку. Брак — нечто большее, чем проблема личных переживаний. Это, в том числе, и организация социальной жизни.

Франкл считает, что любовь видит человека таким, каким его предполагал при создании Бог. В любви мы постигаем человека не только таким, каков он есть, но и таким, каким он может стать.

На этом мы остановимся в рассмотрении идей доктора Виктора Франкла, напомнив одну из основных его идей: наркоманию, алкоголизм, любую другую зависимость следует лечить поисками смысла жизни.

Когда наркоман начинает всерьез задумываться о смысле жизни и смысле смерти, смысле страдания и смысле любви, меняются прежние жизненные стереотипы, происходит переоценка ценностей. Он со всею пронзительностью понимает, что впереди — смерть, разочаровывается как в мираже, во всем, что препятствовало полноте жизни.

Со временем человек во всей глубине может осознать, что, кроме Христа, реальной помощи и защиты ожидать неоткуда. Тогда наркотик осознается как страшная ловушка, одно из коварнейших препятствий на пути к Богу. Если земная жизнь начинает рассматриваться человеком как возможность встречи с Богом, тогда наркотик полностью теряет свою психологическую силу и мрачную власть над человеком. Человек становится свободным, его освобождает Господь.

Делиться с другими своим опытом вовсе не означает утверждать, что он — единственно правильный. Одним из исключительно важных свойств подлинного пастырства является умение следовать за пасомыми. Добрый Пастырь нередко изображается бережно следующим за Своим стадом. Только таким образом можно дать человеку возможность найти свой путь, свой смысл. И если собственный опыт познания Бога окажется достаточно глубоким, если пастырю удастся поделиться им и быть понятым, слушатель проявит интерес и последует за пастырем.

Формирование христианского отношения к свободе

Люби Бога, и делай, что хочешь

Блаж. Августин

Подлинное православное пастырство призвано способствовать росту человека, укреплению его самостоятельности, решимости и воли, оказывать человеку помощь в «изменении ума» — именно так переводится с греческого языка слово «покаяние».

В процессе общения со священником наркоман может обучиться ответственности предстояния пред Творцом, не перекладывая свою вину, боль и отчаяние на искушающих его «бесов» или на других людей. Пастырь может помочь формированию христианского отношения к свободе, к «бытию собой» — наиболее удачному определению этого понятия.

Задача пастыря — обучить своего подопечного жить в ситуации выбора, в непрестанной реализации свободы. Отваживаясь жить духовно, он обязательно переживет крах своих предшествующих взглядов, возможно бывших основополагающими для него. Пастырь может обсудить с ним все «за» и «против», но выбор оставит за самим человеком.

Святые отцы делали огромный акцент на том, что каждый из нас является творцом собственной судьбы и собственного спасения. Преподобный Исидор Пелусиот говорит: «Не насилием и самоуправством, но убеждением и добродушием уготовляется спасение человека. Поэтому всякий полновластен в собственном спасении». [112]

«Свобода, как ни желают ее поскорее приобрести все те, кто о ней мечтает, есть вместе с тем настолько большое бремя, ибо всегда связана с сознанием ответственности, что человек легко отказывается от нее», — пишет архимандрит Киприан Керн. [113]. Если общение построено пастырем грамотно, то человек со временем приходит к прозрению того, что суть свободы — не выбор, а решимость в принятии воли Высшего о себе. Поднимаясь на новую ступень отношения к окружающему миру, выходя за границы косной самости, обретая глубину в мире внутреннем, человек начинает понимать, что, говоря святоотеческими словами, «Бог может все, кроме того, чтобы заставить человека любить Его», а подлинная свобода состоит в том, чтобы всем сердцем сказать искреннее «да» Призывающему.

Как привить навыки самовоспитания

В процессе душепопечения пастырю важно прямо или косвенно сказать, что он не ставит своей целью быть нянькой или опекуном, но он мог бы научить своего подопечного тому, как позаботиться о себе самом, стать воспитателем, родителем и учителем самому себе.

У наркомана нередко отсутствует навык осознания границ проявления собственных эмоций. Поэтомупервым делом нужно помочь ему определить границы собственных эмоциональных проявлений. Стоит рассмотреть и осознать свои чувства и прояснить свои отношения с окружающим миром. Этот этап просто необходим для выяснения того, что для человека приемлемо в отношении с другими людьми, а что неприемлемо, чтобы он сам мог руководить своей эмоциональной жизнью.

Во-вторых, — необходимо научить наркомана отделяться от других людей, осознавать границы собственной личности. Многие люди стремятся полностью «слиться» с семьей, с друзьями и со своей группой. Такие люди нередко не могут распознать, в чем состоят отличия их собственного «я» от того, что представляет их группа. Наркоман — человек слишком зависимый от своего окружения.

В-третьих, — научить человека быть откровенным с самим собой. Не следует откровенничать с каждым. В некоторых случаях уместна откровенность, в некоторых — нужна благоразумная закрытость. Если человеку сделали подарок и он ему не нравится, не обязательно говорить это подарившему — можно обидеть человека. Если же ваш подопечный является самостоятельной личностью, управляющей своими эмоциями, он сам выберет, что, кому и как скажет. Однако с самим собой нужно быть до конца откровенным. Если эта откровенность есть, человек находится в состоянии цельности с самим собой.

Иногда люди на сознательном уровне ставят одни цели, а внутри неосознанно саботируют эти цели. Человек хочет приблизиться к кому-то, вместо этого он грубо отталкивает его. Человек хочет получить новую работу, но не в состоянии заполнить необходимые анкеты и все время опаздывает. Этот внутренний саботаж порождает различные формы поведения, которые являются результатом неосознаваемого страха. Если избавиться от него, жизнь будет наполнена гораздо более приятными эмоциями. Для этого нужно просто осознавать себя: «Что я сейчас делаю?», «Чего хочу?»

Четвертое — научить человека фокусироваться на положительном: в себе, в других людях, в окружающем мире. Для этого вашему подопечному необходимо:

* помнить о тех своих качествах, на которые уже можно опираться, для того, чтобы двигаться вперед, вместо того, чтобы концентрироваться на плохом;

* каждый день в самом обыденном находить поводы для благодарности;

* искать, принимать помощь, поддержку и совет, когда в этом есть нужда, принимать свои чувства и свое желание иметь эту поддержку;

* определиться с тем, кто в действительности может позаботиться о нем, кто думает о нем хорошо и слушает его, и доверять только тем, кто заслуживает доверия; [114]

* научиться слушать без оценок и сравнений;

* научиться вести разговор на соответствующем уровне глубины, не отшучиваться, если человек хочет поговорить на более глубоком уровне, учиться понимать другого;

* отказаться от жалоб, зависти и сплетен, от желания мстить, которые подрывают целостность;

* отказаться от убеждения, что он — «безнадежный случай», неудачник, которого никто не любит, ибо если он думает так, это может стать истиной, потому что он сам невольно убеждает в этом окружающих людей;

* если он не умеет общаться, ему следует действовать так, как если бы умел общаться, если не умеет любить, пусть действует так, как если бы умел любить, если жизнь кажется безрадостной, пусть действует так, как если бы у него была вся полнота радости жизни, пускай, как ребенок, попробует учиться жить, играя красками жизни, как в детстве;

* признать за собой и за другими людьми право учиться на собственных ошибках.

Пятое — необходимо научить человека возвращаться к ощущению реальности. Иногда он может чувствовать, что возвращается в депрессивное состояние, в отчаяние. Необходимо «схватиться за реальность», даже если это может показаться невозможным. Можно сказать ему:

— Обрати внимание на положительное. Вспомни то, что удерживало тебя от впадения в негативное состояние. Вернись к радости жизни. Найди себе какое-то занятие или просто близкого человека, найди то, за что можно зацепиться, чтобы жить трезво.

Шестое. Мы неоднократно говорили о необходимости обучить наркомана ответственности за свою жизнь. Вашему подопечному необходимо понять, что от него требуется большая серьезная внутренняя работа по пересмотру своих прежних убеждений, по их переоценке с позиций сегодняшнего дня, сегодняшних реалий, с позиций взрослого и ответственого человека. До него должна быть донесена истина, что никто, кроме него самого, не отвечает за его жизнь. Никто, кроме него самого: ни мама, ни папа, ни бабушка, ни батюшка, не может принять решений, касающихся смыслов его жизни, его решения, употреблять или не употреблять наркотик. Один мудрый человек сказал: «Лучший способ избежать ответственности — это сказать: «Я за это отвечаю».

Поэтому можно сказать своему подопечному:

— Если не ты станешь СЕГОДНЯ хозяином своей жизни, то ее хозяином останется наркотик.

Работа со страхом жизни без наркотиков

Нельзя открыть новые океаны, если не решаешься отплыть от берега.

Пословица

Пастырю необходимо уделить некоторое время тому, чтобы помочь наркоману осознать и преодолеть страх жизни без наркотиков, чтобы он увидел и подробно описал, как эта жизнь выглядит, как она звучит, как она ощущается. Эта работа и есть обучение человека посмотреть страху в глаза. Этот страх нужно как бы разложить по полочкам, по частям, посмотреть, как он действует, запуская механизм порочного круга. Вот какие вопросы может задать пастырь в ходе своей работы:

— Как отразится этот результат на твоих взаимоотношениях с близкими друзьями, семьей, знакомыми?

— Чем тебе придется поступится?

— Может быть, когда ты станешь свободным от наркотика человеком, это окажется в чем-то дискомфортным для тебя?

А дискомфортно будет. Почему? Потому что, если человек всерьез решил лечится, то он вырывается из своей микросоциальной группы зависимых, а прежних друзей, которые были до времени пагубного пристрастия, он, как правило, уже успел растерять. Любой наркоман достаточно одинокий человек. Наркоманы и алкоголики собираются в компании для того, чтобы вместе заглушить свое одиночество. Как только наркоман трезвеет, он остается один на один со своим одиночеством. Это болезненное чувство неприкаянности, оторванности от других. После трех или четырех месяцев ремиссии, на поверхность, как правило, всплывают все скрытые проблемы и подводные камни. Голос зависимости как бы подталкивает, провоцирует человека:

— Вот, пока ширялся — все было нормально, а бросил, — началось…

Распространенная иллюзия наркоманов в том, что, как только бросил — остальные проблемы решатся сами, без его участия. Как раз наоборот, они обостряются. Особенно первые 3-6 месяцев ремиссии. И жить первое время будет гораздо труднее. Если мы это будем игнорировать, не подготовим человека к нормальной жизни, то через 3-6 месяцев непременно будет срыв.

Если мы сразу начнем говорить человеку о том, что ему будет трудно, он просто испугается. Вначале нужно его поддержать, обнадежить. Действительно, первые три месяца жизни без наркотика у человека наступает подъем, эйфория… Важно поддержать человека в этом состоянии, не спорить с привычным для человека отрицанием и преуменьшением, пусть человек утвердится в уверенности, что все будет хорошо. Но мы всегда должны помнить, что впоследствии у него появятся проблемы. Ему придется вновь адаптироваться в своей социальной среде, где к нему уже сформировалось определенное отношение. Реакция окружающих людей, ближайших родственников на его изменение или исправление бывает, как правило, недоверчивая:

А ну-ка покажи вены!

— Вечно ты мне врешь!

— Живешь тунеядцем на шее родителей!

— Почему у тебя опять такие подозрительно блестящие глаза?

Иногда это недоверие вновь толкает человека на срыв. Пастырь должен подготовить человека к возможности такой реакции окружающих, обучить как реагировать на подобные слова и действия родителей и близких.

Нередко проблемы возникают после возвращения в прежнюю среду из монастыря (или реабилитационного центра) и продолжаются около трех-четырех критических месяцев. В это время наркоман нуждается в очень серьезной поддержке.

В этом смысле интересен опыт некоторых столичных священников, которые ежедневно по утрам обзванивают по телефону своих подопечных, заботятся и душевно поддерживают их.

К сожалению, в практике некоторых православных реабилитационных центров сложилась традиция помещения наркомана в замкнутую, по типу монастырской, среду сроком на год-полтора, где человека обязывают жить по строгим монастырским уставам и «ни о чем мирском не думать».

Что нередко получается в итоге? Подходит срок возвращения к обычной жизни и на человека нападает панический страх возвращения. Он отвык от умения принимать самостоятельные решения, обращаться с деньгами, он привык к особому монастырскому языку: «смиряйся», «по благословению», «на послушание», «не искушай» — к языку, на котором в обычном мире люди не разговаривают. У него возникает буквально страх окружающего мира, образ которого за время пребывания в тихой обители, мог вполне сформироваться как враждебный, наполненный искушениями, «дышащий духом антихриста». Таким образом, человек оказывается в «подвешенном состоянии»: в монашество он не собирался вроде бы, а в миру теперь жить боится. Не думаю, что такая реабилитация является действительной помощью человеку, оказавшемуся в беде, ибо одна проблема — зависимость от наркотика — уходит, но появляется другая: утрата волевого начала, социальных навыков и самостоятельности, за которой нередко возвращается первая.

Рассказ о цирковом льве

В одном цирке жил лев. Большой такой, очень красивый африканский лев, он был артистом – выступал вместе с другими дрессированными животными. И с ним произошла вот какая история.

Родился лев в зоопарке, и его ещё маленьким отдали в цирк. Отличался он живым нравом, был подвижным и непоседливым львёнком. За шалости и непослушания ему частенько доставалось бичом от укротителя. Он был, что называется, «трудным ребёнком». Но бич и настойчивость укротителя сделали своё дело, и молодой лев наравне со всеми стал настоящим артистом.

Вечерами он вместе с другими зверями выходил на манеж. Под звуки оркестра и хлопки бича лев демонстрировал своё умение прыгать, бегать и рычать по командам укротителя. Он прыгал с тумбы на тумбу, и смело переходил с одной высокой подставки на другую по тонким стальным прутикам, которые прогибались под его весом. И зрители аплодировали, восторженно крича: «Браво! Браво!» А когда выключали свет, и укротитель поджигал большое кольцо, зал замирал. Барабан отбивал мелкую быструю дробь, вызывая волнение. Лев, готовясь к прыжку, переминался с ноги на ногу на тумбе. Укротитель предлагал ему совершить прыжок сквозь горящее кольцо. Лев всё не решался, но готовился к прыжку. Укротитель слегка ударял острым прутиком по тумбе, указывая льву место.

— Алле! Оп! — И лев прыгал в горящее кольцо, преодолев страх. Свет зажигали, вступал оркестр.

Публика рукоплескала: «Браво! Браво!» Укротитель кланялся направо и налево, широко улыбаясь. Но лев думал, что это его приветствует публика, а не укротителя, что это именно ему люди выражают свой восторг.

Спектакли, репетиции, утомительные переезды. Звуки оркестра, хлопки бича, запах конюшни и всегда свежий кусок мяса перед сном. Так протекала жизнь льва в цирке.

Была у него львица, от которой родились львята. Но он их редко видел, хотя слышал их урчание где-то в других клетках и чувствовал их присутствие по запаху.

Кормили зверей всегда очень хорошо. И льву всегда доставались лакомые куски мяса, сдобренные витаминами. Лев был полон сил и жизненной энергии. Он был настоящим царём зверей.

Но однажды случилось так, что заболевшего дрессировщика во время дневного выступления заменил другой, малоопытный человек. Выступление не ладилось, звери были раздражены и сильно нервничали. Молодой дрессировщик часто пускал в ход бич и острый прут, без вины наказывая животных. Лев был раздражён его навязчивыми требованиями. Не стерпев побоев, он в ярости накинулся на него. На арене началась свалка. Все звери как будто взбесились. Пожарники холодной водой пытались остудить разгоряченных зверей и спасти дрессировщика. Тот не погиб, а лишь получил некоторые ранения.

В горячке, очень возбуждённый, лев убежал с манежа и выскочил за кулисы на цирковой двор. Воспользовавшись замешательством охраны, он выбежал на улицу города. Дома, машины, люди, трамваи, звуки и запахи огромного города – всё это словно обрушилось на льва со всех сторон. Он был потрясен. Испытывая трепетное волнение, он рванулся в ближайший парк, и там залёг на пустынной полянке, пытаясь отдышаться.

Неожиданно полученная свобода опьянила его. Трепет и страх вперемешку с пьянящим чувством восторга застилали глаза тонкой пеленой. От волнения сердце билось в груди, готовое выскочить.

В это время люди потихоньку окружили место, где залёг зверь, подкрались к нему со всех сторон и незаметно накинули на него сеть. Лев ещё рвался, пытаясь освободиться от пут, но укол снотворного охладил его пыл. Его перевезли в цирк и положили в клетку.

После этого случая прошло некоторое время. Льва вновь стали выпускать на манеж, и он нормально работал, как все другие звери. Но потом он заболел.

Заболевание его было весьма серьёзным. Целыми днями лев лежал в клетке с закрытыми глазами и тяжело дышал. Он ничего не ел, только ночью подползал к поилке и лакал воду. Ветеринары определили у льва смертельную болезнь и назначили операцию.

Операция прошла успешно, и лев остался жив. Однако он продолжал оставаться вялым, пассивным и безжизненным. На арену его не выпускали, только продолжали давать разные лекарства. Это тянулось довольно долго. Его даже хотели отдать в зоопарк, где бы он мог тихо доживать свой век, т. к. все понимали, что карьера артиста для него окончена.

На льва было больно и жалко смотреть, видя, как в нём угасает жизнь. Лёжа в клетке, распластавшись на её железном полу, он грезил о чём-то, очень волнительном. Лев как будто вспоминал то, чего никогда не видел. Он мечтал о свободе. Ему мерещилось, что он видит свою Африку, те места в саванне, откуда были родом все его предки. От этих мыслей и грёз у льва ныло где-то под сердцем, и он поскуливал, словно щенок. Все понимали, что он скоро умрёт, и не знали, чем облегчить его страдания.

Но вот однажды цирк приехал на гастроли в Африку. И добрый дрессировщик решил выпустить льва на свободу, в его природную среду. Он надеялся, что ещё не старый лев обретёт на свободе жизненные силы, сможет охотиться и ещё по-своему, по-звериному, сможет быть счастливым.

В клетке льва вывезли в саванну. Поставили клетку на возвышенном месте, с которого открывался красивейший вид. Подняли кверху решётчатую дверь, предоставив возможность льву свободно выйти из клетки. Он подошёл к выходу и сел напротив.

Тёплый лёгкий ветерок дул откуда-то из-за гор. Этот ветерок шевелил шерсть на его гриве и доносил ему сладчайшие и волнительные запахи из саванны. Ноздри зверя расширялись. Лев принюхивался. Он различал тонкие оттенки этих запахов и по ним чувствовал присутствие других животных и птиц, благоухание полезных растений и ещё много того, чего нам, людям, понять не дано. Он слышал отдалённые звуки шумящего водопада где-то очень далеко в горах. Слышал он рыканье своих сородичей, крики гиен и поступь стада антилоп. Хищники готовились к ночной охоте. Вечерело. Заходящее солнце окрасило саванну багрянцем. Откуда-то издалека, едва различимо, доносились звуки барабанов. И вся эта великая симфония африканской природы наполнила его сердце трепетным желанием возвратится в тот мир, из которого он был родом. Африка звала его.

Лев встал и вышел из клетки. Он пошёл вниз, туда, откуда доносилась эта сладкая манящая музыка жизни. Пройдя шагов десять, он остановился и присел. Его большое львиное сердце трепетно билось. Он вдруг испытал сильное чувство тревоги. Мир, который его так манил, мир, который снился ему так часто и грезился в дни болезни, мир, о котором он мечтал и, который сейчас был так близко от него, вдруг испугал его.

Теперь два чувства боролись в нём. Одно толкало его вперёд в пучину жизни, другое останавливало его, пугая неизвестностью. От внутренней борьбы этих двух противоречивых чувств лев испытал тоску. Он поднял голову кверху, с жадностью вдохнул воздух и издал сильный рёв, потрясший всё вокруг и испугавший тех людей, которые наблюдали за поведением льва из-за ближайших кустов. Лев ходил возле клетки, обходил её вокруг. Иногда вдруг присаживался и снова громко рычал. Наблюдающие из-за кустов люди видели его нерешительность. Дрессировщик и его сынишка с досадой шептали, обращаясь ко льву: «Ну, иди же! Иди! Ты свободен! Природа ждёт тебя, она примет тебя. Иди, не бойся!»

Но лев не отходил от клетки. Он то ложился в траву, то вставал, и всё рычал и рычал с какой-то невероятной тоской. Когда стихло эхо, вызванное этим рёвом, послышался другой рык. Этот голос кого-то из саванны призывал льва не медлить, а идти вперёд. Но лев не шёл. Казалось, какие-то невидимые нити не отпускали его.

И вот лев повернулся и пошёл обратно к клетке. Он ещё походил вокруг неё, что-то обнюхивая, и затем запрыгнул в клетку. Привычно растянулся на полу и, прищурившись, стал смотреть сквозь дверной проём, как заходит за горизонт красный диск африканского солнца.

Щёлкнула дверная защёлка, и тяжёлая решётчатая дверь с лязганьем и скрежетом обрушилась вниз, захлопнув клетку. Люди стали выходить из-за кустов, и подходить ближе к клетке. Сынишка дрессировщика увидел, как из глаз льва текли слёзы.

— Папа, почему он плачет? — спросил мальчик.

— Он не плачет. Это яркое африканское солнце обожгло его глаза, — тихо ответил отец.

Затем клетку со львом погрузили в машину и увезли обратно в цирк.

Родившийся и выросший в неволе, лев не смог обрести новую жизнь, он не принял её пугающую красоту. Инстинкт самосохранения вернул его в клетку. Даже сильное желание свободы не смогло разорвать тысячи нитей из условных рефлексов, которые выработались у льва за всю его жизнь вне воли.

Вечером, по возвращении в цирк, его как всегда покормили мясом, и дрессировщик ласково потрепал его гриву. Перед тем как уснуть, льву снова пригрезилась свобода, которую он видел и вдыхал, но которую он почему-то не смог обрести.

Что стало с ним потом? Говорят, льва стали запрягать в тележку и катать в ней детей по цирковому двору. Некоторые подсмеивались над ним и говорили, что лев превратился в осла. Но было ли так на самом деле? Никто не знает.

Умение говорить «Нет»

После того как наркоман, прожив в монастыре или на отдаленном приходе определенное время, возвращается в свой дом, в город, он попадает в прежний контекст, привычную компанию, в которой он теперь чужой, стал «белой вороной». И, разумеется, компания постарается вернуть его обратно.

Для наркомана очень важно вновь восстановить разрушенные границы собственного «я». Многие наркоманы употребляют наркотики, курят сигареты или пьют вино только для того, чтобы «не отбиться от коллектива», не показаться слабыми, не обидеть предлагающих наркотик друзей, не разорвать отношений. Обучите наркомана, не разрывая отношений со значимыми для него людьми, твердо говорить «Нет» или«Нет, я не хочу этого».

Прежде, чем отправлять человека обратно в мир, важно поговорить с ним о том, как он будет вести себя в этом окружении, насколько твердо сможет проявить свою решимость не употреблять наркотики. Возможно, прежние друзья или торговцы наркотиками будут останавливать его, уговаривать, «уламывать». Здесь очень важно научить умению давать твердый отказ в случае, если то, о чем просят окружающие люди, не понравится ему лично, не согласуется с его намерениями. Научите его быть настойчивым, но не агрессивным.

Имеет смысл даже сыграть такую ситуацию, когда бывшего наркомана будут уговаривать, предлагать купить наркотик, говорить ему: «На, уколись бесплатно» или «От одного раза ничего не будет». На подобные предложения нужно научить его говорить четкое, конкретное, жесткое «НЕТ», «Нет, я завязал!», доведенное до автоматизма. Необходимо научиться произносить эти слова с уверенностью, почти автоматически и при этом очень спокойно. Перекупщики будут играть на самолюбии человека, брать на «слабо«.

Фразу «Нет, я завязал» желательно научиться повторять в самых-самых разных контекстах. Навык жизни без наркотика, навык жизни с Богом, который человек приобрел на приходе или в монастыре, очень важно интегрировать в то окружение, в которое человек возвращается.

Как дать человеку помогающий отзыв о его работе [115]

Недостаточно открыть недостатки; да никто и не имеет права делать это,
если не может указать средств достигнуть лучшего.

Иоганн Вольфганг Гете

В процессе совместной жизни с обратившимся за помощью человеком, пастырю, возможно, придется делиться с ним своим восприятием, давать оценку тому, что он сделал, будь то практическая работа или душевный труд.

Не всякий отзыв о работе человека стоит считать помогающим. Что же мы будем понимать под помогающим отзывом?

Помогающий отзыв — это информация о результатах произведенного действия, данная самому себе, другому человеку или группе людей в такой форме и последовательности, в которых она наиболее полно сможет быть использована для дальнейшего качественного роста и повышения эффективности лица, выполнявшего данное действие.

Говоря проще, помогающий отзыв и критика [116] — две совершенно разные формы реакции слушателя!

Лучше всего для анализа проделанной работы использовать критику, если, оценивая чей-либо результат, вы:

* хотите выставить себя сверхкомпетентным или сверхдуховным, не предложив ни одного собственного решения поставленной задачи;

* хотите добавить человеку отрицательных эмоций, понизить его работоспособность и желание работать;

* хотите вызвать агрессию (явную или скрытую) к себе;

* сознательно или неосознанно стремитесь к тому, чтобы было много слов, но дело продвигалось очень медленно.

В качестве примера представьте себе обычное для многих производственное совещание или отчет какой-либо проверяющей комиссии, экспертизы, где:

— 60% времени (бумаги) отводится перечислению всех выявленных недостатков, недочетов, недоработок и т.д.;

— 20% — поиску виноватых и их перевоспитанию (читай «наказанию»);

— 5% — накаливанию негативной эмоциональной обстановки с целью стимуляции работоспособности;

— 4% — предупреждению будущих неудач;

— и возможно, 1% всего времени отводится на конкретные предложения по решению поставленной задачи.

В организациях, где царит командно-административная атмосфера, не принято и даже неприлично уделять внимание тому, что получилось хорошо, тому, что сделано качественно и в срок, что отлажено и работает эффективно. Логика здесь проста: зачем тратить время, силы, слова, если человек просто выполнил свои обязанности? А вот вовремя указать на недостатки в его работе, найти слабые места или даже предугадать таковые в будущем — это кажется очень важным для повышения продуктивности.

Замечали ли вы, что в нашем обществе вообще не принято подчеркивать значимость отдельного человека, выражать ему благодарность? Зачастую у руководителя язык не поворачивается сказать, что он доволен работой своих подчиненных:

— А вдруг зазнаются?

— А вдруг успокоятся на достигнутом?

— А вдруг расслабятся и пустят все на самотек?

Однако человек устроен так, что ему важно быть уверенным в том, что его труд нужен, он приносит пользу. Для нормального человека просто необходимо осмысленно и радостно относиться к любому труду, будь то труд над собственной душой или физический труд.

Но для многих руководителей (любых рангов и сословий) это кажется недостаточно важным: пусть человек «функционирует». Вовсе необязательно для этого, чтобы было радостно и осмысленно, в конце концов, работа — это не курорт. Зато подобная напряженная обстановка дает руководителю возможность держать его подчиненных в постоянном прессинге, убеждает в невозможности достигнуть в чем-то совершенства, заставляет ощущать зависимость и страх по отношению к начальнику.

Возможно, в кресла таких начальников стремятся люди с нереализованным стремлением к власти и управлению другими людьми, а возможно, эти руководители просто не знакомы с другими способами управления и с радостью бы им научились.

Далеко не каждый профессионал готов увидеть в первых неуклюжих действиях стажера хотя бы крупицу успеха и поддержать его. Всегда проще и легче с высоты собственного «богатого опыта» заметить ошибки новичка. Но как реально помочь людям замечать собственные успехи и позитивно корректировать процесс обучения? Для этого и предлагается использовать помогающий отзыв.

Ниже приведены подходы к выражению помогающего отзыва, где:

— особое внимание уделяется взаимопониманию и доверию между наставником и подчиненным;

— идет отзыв прежде всего о поведении человека, а не о его личности;

— разговор строится в прошедшем времени;

в первую очередь описывается то, что было проделано успешно и качественно;