Миф о мужской инфантильности и зрелости женщин — один из самых любимых женских мифов. Классик психотерапии Карен Хорни считала инфантильность основой всех неврозов. Но ведь среди невротиков не только мужчины! Откуда же берутся эти взрослые дети, «невротические личности нашего времени»?

Женщины часто критикуют своих избранников за инфантильность, имея в виду их общую ненадежность, безответственность, неготовность исполнять свое предназначение в семье. А если сравнивают современных мужчин с легендарным рыцарем на белом коне, то часто видят себя скорее этим самым конем, чем прекрасной принцессой. Насколько справедливо это сравнение? В статье психотерапевта Анны Воспянской затронуты болезненные, но немаловажные проблемы. Естественно, подготовленный материал нисколько не претендует на полноту рассмотрения вопроса. Основная идея статьи — отнюдь не обличить, а только лишь привлечь внимание к проблеме.

Миф о мужской инфантильности и зрелости женщин — один из самых любимых женских мифов. Классик психотерапии Карен Хорни считала инфантильность основой всех неврозов. Но ведь среди невротиков не только мужчины!

Инфантилизм (от лат. infantilis — детский) у взрослых проявляется психическими особенностями, свойственными детскому возрасту. Например, эмоциональной неустойчивостью, незрелостью суждений и поступков, капризностью, подчиняемостью и т.д. Это такое затянувшееся детство отнюдь не в смысле если не будете, как дети… На личностном уровне — это, обобщенно говоря, нежелание, невозможность быть субъектом, в буквальном смысле действующим лицом собственной жизни. Такой человек всячески избегает любой самостоятельности — в принятии решений, в их реализации, в несении за них ответственности, поэтому часто стремится к системе (компания, секта, даже семья или церковная община — в этом случае механизм один), где за него думают, где ответственность размыта. Или, напротив, болезненно отдаляется от общения. Жизненные истории таких людей — сплошное нагромождение проблем. Кто может утверждать, что все это относится только к мужчинам?

Откуда же берутся эти взрослые дети, «невротические личности нашего времени» (название работы К. Хорни)? На мой взгляд, здесь два аспекта — психологический и духовный.

Психологически в основании невроза лежит внутреннее противоречие, конфликт. Например, столкновение желаний личности и действительности, которая их не удовлетворяет. Или противоречие между требованиями действительности и возможностями человека; конфликт любви и агрессивности и др.

За этими абстрактными словами стоят, по большей части, вполне конкретные детские драмы! Невидимые на первый взгляд, почти никогда детьми не высказываемые, но очень мучительные для них. Например, ребенок стремится к материнскому теплу и любви, а мама видит свою задачу только в том, чтобы одеть-обуть его и выучить (пусть даже в Кембридже). Он мучается бессилием и чувством вины в ситуации развода родителей, ухода из семьи отца. Или ситуация, когда близкие требуют от ребенка полного соответствия их идеальным представлениям об успехе, не считаясь с его реальными способностями и т.д.

В этом смысле можно сказать, что большинство неврозов «родом из детства». Из такого детства, где родители — сами взрослые дети. Ведь мать не видит душевных движений ребенка, когда она сама по-детски сконцентрирована только на себе. Незрелые родители стремятся иногда, наоборот, излишне опекать своих детей, потому что и сами боятся жить. На трудные ситуации, например, развода или конфликта на работе они реагируют скандалами, обидами, местью и т.п. И это во внешне благополучных семьях. А если родители пьют, или их вовсе нет?

Для ребенка реальность отношений в семье — это вся реальность вообще. Искаженные механизмы взаимодействия родителей между собой и с окружающим миром становятся его собственными, он перенимает их как единственно возможные, без критики. Здесь надо сказать всю правду: содержание отношений в семье, отношений ребенка к себе, другим людям, к жизни вообще зависят только от степени личностной зрелости женщины — жены и матери!

Психологи считают, что основные механизмы реагирования на окружающий мир начинают складываться у ребенка еще во внутриутробный период, потом в самом раннем детстве они закрепляются, задолго до способности их осознания фактически впечатываются через маму (или другого непосредственно занятого ребенком человека). В одном из направлений психологии, например, есть для этого даже специальный термин — материнская матрица. Семейные психотерапевты знают, что в подавляющем большинстве случаев достаточно эффективно поработать только с женщиной, чтобы волшебно переменилась жизнь всей семьи.

Пространство мужско-женских отношений заполняется тем, что в мужчине востребует, вызывает женщина. К примеру, слишком доминирующая или навязчиво опекающая (оба типа очень инфантильны в своей основе) жена и мать никогда не получит зрелого, ответственного мужа и сына. А в дочери волей-неволей сформирует свое подобие. И сама при этом будет очень несчастна! Рядом с перманентно несчастной матерью семейства будут несчастливы все.

Женщины всех возрастов, обсуждая «этих инфантильных мужчин» с подругами, сами — как матери — взращивают их. Как жены — используют их детскость, чтобы, ругая или опекая своих мужей, казаться самим себе взрослыми и всезнающими. Они не видят, каковы их собственные «инструменты воздействия»: обида (абсолютно инфантильная реакция), отказ от близости, даже отказ готовить еду, слезы (настоящий шантаж). Список можно продлить.

Инфантильность — болезнь бесполая, поражает и мужчин, и женщин. У негативной, бессознательной женщины разрушительная способность просто терминаторская. Но женщине осознанной, действительно зрелой Господь дает прекрасную творческую, поистине преображающую силу. Потому и ответственность ее велика.

Безусловно, к болезни человека приводит не просто наличие детского конфликта, а невозможность правильно отнестись к нему, переработать его так, чтобы исчезло мучительное напряжение, и был найден конструктивный выход из положения. Ребенку это недоступно, потому на свое бессилие, на этот тупик его психика реагирует неврозом. Но взрослый уже не может оправдать свою инфантильность ошибками маминого воспитания. Он не может себе позволить убегать от реальности в разного рода зависимости — алкогольную, наркотическую, компьютерную. (Более знакомые женщинам жалость к себе или обида — тоже эффективный уход от настоящего).

Один известный психолог об этом говорил так: уже не важно, что когда-то сделали с тобой, важно, что ты сам теперь делаешь с этим.

Здесь, на мой взгляд, проступает духовный аспект вопроса.

Замечательный психотерапевт Виктор Франкл писал, что «…терапия неврозов должна двигаться по лестнице, ведущей в небо». Т.е., конечно, нужна помощь специалиста, чтобы без страха увидеть себя и свою жизнь в ее доступной нам реальности. Самому это практически невозможно. Но достижение зрелости, преодоление схематизирующего жизнь инфантилизма невозможно без духовного пути. Без осознания себя в одинокости предстояния перед Господом, персональности своего ответа перед Ним, покаяния в буквальном значении перемены ума. Без желания «вникнуть в закон совершенный, закон свободы», а не бежать от самостоятельного выбора. Тут человек должен сам решить, двигаться ли ему «к радости и за все благодарению» или копить обиды на жизнь, бояться и ненавидеть ее.

Невозможно быть одновременно ответственным, надежным работником, но безответственным отцом. Невозможно быть капризной, истеричной дочерью, но зрелой, сознательной женой. Это иллюзия нашего «секторного» мышления. Зрелость — это обязательно цельность личности, такая высокая ее осознанность, когда главный критерий во всех ситуациях жизни один: с чем в душе мы сейчас предстоим Господу.