ТЕМА:   Пасха – Воскресение Господа
нашего Иисуса Христа
 
СОДЕРЖАНИЕ: В чем суть праздника Пасхи? Ученые древности об истинности существования Христа, Его смерти и Воскресения.
Туринская Плащаница – свидетельство Воскресения Христа. Особенности Пасхального Богослужения.

Этот величайший праздник стоит особняком в ряду православных праздников. У него есть очень точное народное название — «Праздников Праздник».
  На третий день после погребения Христа ранним утром в воскресенье несколько женщин (Мария, Саломия, Иоанна…) пошли ко гробу, чтобы принести благовония, предназначенные для тела Иисуса. Подойдя, они увидели, что большой камень, заграждавший вход в гроб, отвален, гроб пуст, а на камне сидит Ангел Господень. Вид Его был как молния, и одежда Его бела как снег.
       Устрашившись Ангела, женщины пришли в трепет. Ангел же сказал: «Не бойтесь, ибо знаю, что вы ищете: Иисуса распятого. Его нет здесь. Он воскрес, как сказал».
      Со страхом и радостью поспешили женщины возвестить Апостолам об увиденном. «И се, Иисус встретил их и сказал: радуйтесь! И они, приступив, ухватились за ноги Его и поклонились Ему. Тогда говорит им Иисус: не бойтесь; пойдите, возвестите братьям Моим, чтобы шли в Галилею, и там увидят Меня». И как некогда, Воскресшего увидели Его ученики. В светлый праздник Пасхи Церковь призывает верующих «очистить чувства и увидеть Христа, сияющего непреступным светом воскресения, и, воспевая победную песнь, услышать ясно от Него: «Радуйтесь!»

       «Пусть никто не скорбит о грехах, потому что из гроба воссияло прощение. Пусть никто не страшится смерти, ибо нас освободила смерть Спасителя: ее угасил Тот, Кого она держала в своей власти. Восторжествовал над адом Сошедший во ад. Горько пришлось аду, когда он вкусил Его плоти. …Принял тело и вдруг попал на Бога; принял землю, а встретил Небо. Он принял то, что видел, и попался на то, чего не видел.
        Смерть, где твое жало? Ад, где твоя победа? …Воскрес Христос  — и ни одного мертвого в гробу. Ибо Христос, воскресши из мертвых, положил начало воскресению умерших» (из слова св. Иоанна Златоуста).

     Объясняя таинство смерти Христовой, Церковь учит, что по Его положении во гроб и до Светлого Воскресения Христос Сын Божий, Бог и человек, «был во гробе плотию и в аду душою, в раю с разбойником и на престоле со Отцем и Святым Духом, все наполняя как Вездесущий». «Сегодня Владыка пленил ад, освободивши узников, от века там находящихся»,— возглашает Церковь, соприсутствуя в духе Воскресению Христову.

       И как некогда кровь закланных агнцев служила знаком обетования Божия евреям, чтобы им, избежав кары, постигшей египтян, выйти из Египта и войти в Землю Обетованную (слово «пасха» значит — переход), так Христос — «новая Пасха, живая Жертва, Агнец Божий, принявший на Себя грех мира» — Своею кровью заключил Новый Завет, положив начало переходу Народа Божия к Воскресению и вечной жизни.

       Пасха, Господня Пасха! От смерти бо к жизни и от земли к небеси Христос Бог нас приведе, победную поющия! Христос воскресе из мертвых, смертию смерть поправ, и сущим во гробех живот даровав! (Тропарь, глас 5-й).


                                  О Святой Пасхе
 
       Ныне спасение миру – миру видимому и невидимому. Христос восстал из мертвых; восстаньте с Ним и вы; Христос во славе Своей, — восходите и вы; Христос из гроба, — освобождайтесь из уз греха; отверзаются врата ада, истребляется смерть, отлагается ветхий Адам, совершается новый. Пасха, Господня Пасха! И еще скажу в честь Троицы: Пасха! Она у нас праздников праздник и торжество торжеств; столько превосходит все торжества, даже Христовы и в честь Христа совершаемые, сколько солнце превосходит звезды.
                                                              (Святой Григорий Богослов)

       Сего дня Воскресением Христовым открыта преисподняя, земля обновляется крещением оглашенных, небо отверзается Духом Святым. Открытая преисподняя возвращает мертвых, обновленная земля произращает воскрешаемых, отверстое небо приемлет восходящих. Преисподняя возвращает узников к горнему, земля шлет погребенных на небо, небо им восприятых представляет Господу.
                                                      (Святой Амвросий Медиоланский)
 
        Мудрость изрекла, что в день веселия забывают о бедствии. Настоящий день заставляет нас забыть первый, произнесенный на нас приговор. Тогда мы ниспали с неба на землю: ныне Небесный соделал и нас небесными. Тогда чрез грех воцарилась смерть: ныне жизнь опять получила владычество чрез правду. Тогда один отверз вход смерти: и ныне единым же вводится снова жизнь. Тогда чрез смерть мы отпали от жизни: ныне жизнию упраздняется смерть. Тогда от стыда крылись под смоковницею: ныне со славою приблизились к древу жизни.    
        Тогда за преслушание изгнаны были из рая: ныне за веру вводимся в рай. Что же после сего нам должно делать? Что иное, как не взыграть подобно громам и холмам, о коих возвещал пророк, говоря: горы взыграстеся яко овни, и холми яко агнцы овчии. Итак, приидите, возвеселимся о Господе! Он сокрушил силу врага и водрузил для нас победное знамение креста, поразив противника. Воскликнем гласом радости, каким обыкновенно восклицают победители над трупами побежденных.
                                                              (Святой Григорий Нисский)
 
        Вот наступил для нас вожделенный, спасительный праздник, день воскресения Господа нашего Иисуса Христа. Это праздник есть залог мира, источник примирения, истребления врагов, разрушение смерти, погибель диавола. Сегодня люди соединились с Ангелами, и обложенные плотию, вкупе с безплотными Силами, возносят хвалебные песни Богу.    
       Сегодня Господь сокрушил врата ада и само лицо смерти истребил. Но что я говорю, лицо смерти? Даже само имя смерти изменил: она теперь называется уже не смертью, но успокоением и сном.
                                                               (Святитель Иоанн Златоуст)
 
        Пасха — праздник всемирный и величайший… Ибо Воскресение Христово коренным образом изменило и землю, и ад, и Небо… На землю Воскресший Господь послал Духа Святого и освятил на земле Христову Церковь — столп и утверждение Истины, которая будет на земле до скончания века, и врата ада не одолеют ее… Во ад сошла душа Господа по Его смерти, сокрушила ад и воскресла… На небо взошел Воскресший Христос и основал там Церковь, в которую вошли и продолжают входить души всех праведников… Церковь соединила Небо и землю. У нас одна Церковь — земная и Небесная. Все сделал для нас Господь, не будем же предателями и убийцами самих себя. Очистим и освятим свои души в таинствах Святой Церкви.
                              (Святитель Макарий, митрополит Московский)


                                              ***


                 ВОСКРЕС  ЛИ   ХРИСТОС?

           Ответ на этот вопрос однозначен для  верующего человека. Это основной вопрос всей религии, всей философии, всех наук, касающихся воззрений человеческих, ибо воскреснуть мог только Бог.
          Следовательно, вопрос о Воскресении Христа дает ответ на главный вопрос: есть ли Бог?
           Вы, возможно сильно удивитесь, что после некоторых важнейших открытий факт существования Христа признал к концу своей жизни никто иной, как Фридрих Энгельс. В “РВО” к предисловию своих сочинений он пишет: “Новейшие каппадокийские открытия обязывают изменить наш взгляд на некоторые немногие, но важнейшие события мировой истории. И то, что казалось ранее достойным внимания только мифологов, должно будет привлечь внимание и историков. новые документы, покоряющие скептиков своей убедительностью, говорят в пользу наибольшего из чудес в истории, о возвращении к жизни Того, Кто был лишен ее на Голгофе”.
          Эти строки, правда, неизвестны у нас, потому что ни разу не переводились на русский язык в изданиях Маркса и Энгельса.
За каппадокийскими открытиями, убедившими даже Энгельса, последовал еще ряд открытий, еще более впечатляющих…
          Вернемся к атеистической советской литературе. Основанием в ней для отрицаний Воскресения Христова служит, по уверению атеистов, отсутствие свидетельств о Воскресении. Да так ли это?
           …Грек Гермидий, занимавший официальную должность биографа правителя Иудеи, писал в том числе и биографию Пилата. Его сообщения заслуживают особого внимания по двум причинам.
             Во-первых, они содержат надежные данные по истории Палестины и Рима и легли в основу истории Иудеи.
             Во-вторых, Гермидий резко выделяется своей манерой изложения. Этот человек не способен поддаваться эмоциям, каким-то впечатлениям, увлекаться, удивляться. По определению известного историка Жебелева, “он с беспристрастной точностью фотографического фотоаппарата повествовал обо всем”.
             Показания Гермидия ценны еще и тем, что он тоже во время Воскресения Христа находился вблизи от этого места, сопровождая одного из помощников Пилата.
             Важно добавить еще одно обстоятельство. Гермидий вначале был настроен против Христа и даже уговаривал жену Пилата не удерживать мужа от смертного приговора Христу. До самого распятия он считал Христа обманщиком.
             Именно поэтому по собственной инициативе отправился Гермидий в ночь под воскресенье ко гробу, надеясь убедиться в том, что Христос не воскреснет, и тело Его навсегда останется в земле. Но оказалось все иначе.
             “Приблизившись ко гробу…, — пишет Гермидий, — мы видели в слабом свете ранней зари стражу у гроба: два человека сидели, остальные лежали на земле, было очень тихо. Мы шли очень медленно и нас обогнала стража, шедшая ко гробу сменить ту, которая находилась там еще с вечера. Потом вдруг сало очень светло. Мы не могли понять. откуда этот свет. но вскоре увидели, что он исходит от движущегося сверху сияющего облака. Оно спустилось ко гробу и над землей там показался Человек, как бы весь светящийся. Затем раздался удар грома, но не на небе, а на земле. От этого удара находящаяся там стража в ужасе вскочила, а потом упала. В это время к гробу справа от нас по тропинке спускалась женщина и она вдруг закричала: “Открылась! Открылась!” И в этот миг на стало видно, что действительно очень большой камень, лежащий на гробе, как бы сам собой поднялся и открыл гроб. Мы очень испугались. Через некоторое время свет на гробе исчез, стало тихо, как обыкновенно. Когда мы приблизились к гробу, оказалось, что там уже нет тела погребенного человека”.
               … Сириец Эйшу, известный врач, близкий к Пилату и лечивший его, относился к числу наиболее выдающихся людей своего времени. Виднейший медик и натуралист, пользовавшийся огромной популярностью на Востоке, а потом и в Риме, он оставил произведения, которые составили целую эпоху в науке. Недаром историки науки считали, что он по праву занимает место рядом с Гиппократом, Цельсом, Геленом, а как анатом – рядом с Леонардо да Винчи и Везалием. Только малоизвестный язык, на котором он писал, помешал широкому его признанию.
             Так вот Эйшу по поручению Пилата находился вблизи гроба с пятью своими помощниками, которые всегда сопутствовали ему. Он же был свидетелем погребения Христа. В субботу он дважды осматривал гроб, а вечером по приказанию Пилата отправился сюда с помощниками и должен был провести здесь ночь.
             Зная о пророчествах относительно воскресения Христа, Эйшу и его помощники-медики интересовались этим с точки зрения естествоиспытателей. Поэтому все, связанное со Христом и Его смертью, они тщательно исследовали. В ночь под воскресение они бодрствовали по очереди. С вечера его помощники легли спать, но задолго до воскресения уже проснулись и возобновили свои наблюдения.
       “Мы все – врачи, стража и остальные, — пишет Эйшу, — были здоровы, бодры, чувствовали себя так, как всегда. У нас не было никаких предчувствий. Мы совершенно не верили, что умерший может воскреснуть. Но Он действительно воскрес, и все мы видели это собственными глазами”. Далее следует уже известное нам описание Воскресения…
           Один из крупнейших в мире знатоков античности академик В.П. Вузескул говорил: “Воскресение Христа подтверждено историческими данными с такой несомненностью, как существование Ивана Грозного и Петра Великого… Если отрицать Воскресение Христа, то нужно отрицать (причем с гораздо большим основанием) существование Пилата, Юлия Цезаря, Нерона…”
           Это только небольшая часть источников, в которых говорится, что Христос действительно воскрес. Для краткости можем лишь перечислить некоторые другие: Епифаний Африкан, Евсевий Египетский, Сардоний Панидор, Ипполит Македонянин, Аммион Александрийский, Сабелли Грек, Исаакий Иерусалимский, Константин Кирский и многие другие. Это только те, кто жили во время Христа, причем находились в Иерусалиме или в непосредственной близости от него и явились очевидцами самого Воскресения или неопровержимости фактов, подтвердивших его…
         Чрезвычайно показательно, что ряд свидетельств мы находим у еврейских авторов того времени, хотя вполне понятно, что евреи склонны всячески замалчивать факт Воскресения Христа. Среди еврейских писателей того времени, прямо говоривших о Воскресении, находим таких авторов, как Уриста Гамиянин, Гапон Месопатамский, Манакия-врач, Навин, Миферкант…
         Кстати, Миферкант был одним из членов Синедриона, казначеем. Именно из его рук Иуда получил за предательство 30 сребренников. Но когда после Воскресения Христа среди иудеев поднялась тревога, Миферкант был первым из членов Синедриона, прибывших на место для расследования. Он убедился, что Воскресение свершилось. Ему пришлось быть у гроба Господня почти перед самым моментом Воскресения. Он прибыл сюда для оплаты стражи, стоявшей у гроба…   
        Выплатив деньги, он не успел далеко отойти, как громадный камень был откинут от гроба неведомой силой.   
        Возвратившись назад ко гробу, Миферкант еще успел увидеть над ним исчезающее сияние. Все это описано им в сочинении “О правителях Палестины”, которое принадлежит к числу наиболее ценных и правдивых источников из истории Палестины.
        Да, только помраченные от грехов люди не верят во Христа, в Его воскресение и второе Пришествие. Они ждут другого мессию. Только это будет уже не Христос, а его противник – антихрист…


                        БЛАГОДАТНЫЙ  ОГОНЬ

         В Иерусалиме есть храм Воскресения, который накрывает своей громадной кровлей и Голгофу, и пещеру, в которой был положен снятый с креста Господь, и сад, где Мария Магдалина первой из людей встретила Христа Воскресшего. Этот удивительный храм был воздвигнут еще императором Константином и его матерью – царицей Еленой в IV веке.
         Каждый год накануне Православной Пасхи в этом храме Воскресения происходит схождение Благодатного Огня.
          Примерно в полдень крестный ход во главе с Патриархом направляется к часовне, возведенной над Гробом Господним, и, трижды обойдя ее, останавливается перед ее вратами.
         Все огни в храме потушены. Десятки тысяч людей: арабов, греков, русских, румын, немцев, англичан – паломников со всего мира – в напряжении молча следят за Патриархом.
          Патриарх разоблачается, полицейские тщательно его обыскивают, осматривают и самый Гроб Господень, отыскивая хоть что-нибудь, способное воспроизвести огонь.
           В одном ниспадающем длинном хитоне православный Патриарх входит внутрь. На коленях перед Гробом он молит Бога о ниспослании Святого Огня. Иногда долго длится его молитва…
            И вдруг на мраморной плите Гроба появляется как бы огненная роса в виде шариков голубоватого цвета. Святейший Патриарх прикасается к ним ваткой, и она воспламеняется. Этот огонь не обжигает. Патриарх зажигает им лампаду и свечи, которые передает потом народу. В то же время десятки и сотни голубоватых огней вспыхивают в воздухе под куполом храма.
            Трудно представить, какое радостное ликование охватывает многотысячную толпу. Огонь передается от одного пучка свечей к другому, и через минуту – весь храм буквально в огне.
             Вначале Благодатный Огонь не обжигает, хотя у каждого в руках горит пучок из 33 свеч (по числу лет Спасителя). Поразительно наблюдать, как люди умываются этим пламенем, проводят им по бородам и волосам. Только через некоторое время огонь приобретает свои природные свойства.
             Святой Огонь нисходит в храм Гроба Господня только в Великую Субботу – накануне Православной Пасхи. И нисходит по молитвам только Православного Патриарха.
            В истории известен случай, когда армяне, живущие в Иерусалиме, тоже христиане, но отступившие от Православия еще в IV веке, — подкупили турецкие власти, чтобы именно их патриарха, а не православного Патриарха допустили в пещеру “Гроб Господень”.
           Долго и безуспешно молились армяне, а Православный Иерусалимский Патриарх вместе со своей паствой стояли при запертых дверях, на ступеньках храма и молились. И вот неожиданно как бы молния ударила в мраморную колонну. Колонна рассеклась, и из нее вспыхнул столп огня, который зажег свечи у стоявших православных.
            С тех далеких пор никто не берется оспаривать у православных право молиться в этот день в Гробе Господнем.
                          
          
                       ПАСХА — ПУТЬ ИЗ АДА

       Пасха — это не просто праздник. Это — суть христианства. Если мы внимательно прочитаем апостольские послания и посмотрим те первые проповеди, что приведены в «Деяниях апостолов», нас ждет сюрприз: апостолы не знают никакого «учения Христа». Ни разу они не говорят «как учил нас Господь», не пересказывают Нагорной проповеди и не передают из уст в уста рассказы о чудесах Христовых. Важнее всего этого для них одно: Он умер за грехи наши, но и воскрес.   
        Пасхальные события — вот основа христианской проповеди. Христианство — не «учение», не моралистика, а просто рассказ о факте. Апостолы и проповедуют только факт — событие, очевидцами которого были.
         Но при этом они говорят о Воскресении Христовом не как о событии лишь в Его жизни, но и в жизни тех, кто принял пасхальное благовестие, — потому что «Дух Того, Кто воскресил из мертвых Иисуса, живет в вас» (Рим. 8,11).
        Необычность происшедшего со Христом в том, что смерть Его и воскресение «действует в нас» (2 Кор. 4,12).
        И с тех пор каждый христианин может сказать: самое главное событие в моей жизни произошло в Иерусалиме, «при Понтии Пилате»…
     Что же мы празднуем в Пасху? О богословии говорить современным людям сложно, поэтому присмотримся к тому, что говорит об этом икона.
      Но в православной иконографии нет иконы Воскресения Христова! Знакомое всем нам изображение Христа, в белоснежных ризах исходящего из гроба со знаменем в руке, — это позднейшая  версия, лишь в послепетровское время появившаяся в храмах.
      Традиционная православная икона не изображает момент Воскресения Христа. Существует, однако, немало икон, надпись на которых говорит, что перед нами «Воскресение Господа нашего Иисуса Христа», а реальное изображение все же повествует о событиях, имевших место днем раньше — в Великую Субботу. Пасхальной иконой Православной Церкви является икона «Сошествие во ад».
       Христос на этой иконе как будто абсолютно статичен. Он держит за руки Адама и Еву. Он только готовится извести их из места скорби. Подъем еще не начался. Но только что закончился спуск: одежды Христа еще развеваются (как после стремительного спуска). Он уже остановился, а одежды еще опадают вслед за Ним. Перед нами — точка предельного нисхождения Христа, от нее путь пойдет ввысь, от преисподней — в Небо. Христос ворвался в ад, и сокрушенные им врата ада, разломанные, лежат под Его ногами.
         «Сошествие во ад» являет нам, как совершается победа Христова: не силой и не магически-авторитарным воздействием, но — через максимальное  самоумаление Господа.
         Ветхий Завет повествует, как Бог искал человека.
         Новый Завет, вплоть до Пасхи, нам говорит, как далеко пришлось пойти Богу, чтобы найти все же Своего Сына.
         Вся сложность иконографии Воскресения связана с необходимостью показать, что Христос — не только Воскресший, но и Воскреситель. Она говорит о том, — зачем Бог пришел на землю и принял смерть.
          На этой иконе дан момент перелома, мгновение встречи двух разнонаправленных, но единых по цели действий: предельная точка Божественного нисхождения оказывается начальной опорой человеческого восхождения. «Бог стал человеком, чтобы человек стал богом» — такова золотая формула православного понимания человека. Эти (ранее закрытые) возможности преображения открываются для человека стремительно — «во едином часе».
           «Пасха» и означает «переход», стремительное избавление. В ветхозаветные времена пасхальным хлебом были опресноки — безквасные хлебы, изготовленные наскоро из теста, которое некогда было даже заквасить.   
         Столь же стремительно свершается и освобождение человечества (уже всего человечества, а не только еврейского народа) от рабства (уже не египетскому фараону, но самой смерти и греху).

       Главный смысл иконографии Воскресения – сотериологический. «Верно слово: если мы с Ним умерли, то с Ним и оживем» (2 Тим. 2,11). «Как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни. Ибо если мы соединены с Ним подобием смерти Его <в крещении>, то должны быть соединены и подобием воскресения, зная то, что ветхий наш человек распят с Ним… дабы нам не быть уже рабами греху» (Рим. 6,4-6).

        Воскресение Христа — это дарованная нам победа. Или — победа Христа над нами. Ведь мы сделали все, чтобы Жизнь не «жительствовала в нас»: вывели Христа за пределы града своей души, своими грехами пригвоздили Его ко кресту, поставили стражу у гробницы и запечатали ее печатью неверия и безлюбовности. И  вопреки нам, но ради нас  Он все-таки воскрес.
       Поэтому иконописец, задача которого — передать пасхальный опыт Церкви — не может просто представить само исхождение Спасителя из гроба. Иконописцу необходимо связать Воскресение Христа со спасением людей. Поэтому пасхальная тематика и находит свое выражение именно в изображении сошествия во ад.

       Распятый в пятницу и Воскресший в воскресение, Христос в субботу нисходит во ад (Еф.4,8-9; Деян.2,31), чтобы вывести оттуда людей, освободить пленников.
      Первое, что бросается в глаза в иконе сошествия, — это то, что в аду находятся… святые. Люди в нимбах окружают Христа, сошедшего в преисподнюю и с надеждой смотрят на Него.
      До Пришествия Христова, до того, как Он соединил в Себе Бога и человека, для нас был закрыт путь в Царство Небесное. С грехопадения первых людей в структуре мироздания произошла подвижка, которая перервала животворящую связь людей и Бога. Даже в смерти праведник не соединялся с Богом.

       Состояние, в котором пребывала душа умерших, в древнееврейском языке обозначается словом «Шеол» — безвидное место, сумеречное и без-образное место в котором ничего не видно (Иов. 10,21-22).
       Это скорее состояние тяжкого и бесцельного сна (Иов. 14,12), чем место каких-то конкретных мучений. Это «царство теней», эта мнимость в своем мареве скрывали людей от Бога. Древнейшие ветхозаветные книги не знают идеи посмертной награды, не ожидают рая.
       В связи с этим в атеистической литературе встречается утверждение, что здесь пролегает непроходимая пропасть между Ветхим и Новым Заветом: новозаветная ориентация на бессмертие души не находит подтверждения в Ветхом Завете и противоречит ему. Тем самым в очень существенном пункте единство Библии ставится под сомнение.
     Да, Экклезиаст без всякой надежды вглядывается в пределы человеческой жизни.
      Псалмопевец Давид с плачем размышляет о скоромимоходящести человеческой жизни: «Человек яко трава, дни его яко цвет сельный, так оцвете, яко дух пройдет в нем и не будет»…
       И Иов вопрошает, очевидно, не ожидая ответа: «Когда умрет человек, то будет ли он опять жить?» (Иов.14.14).
       Да, ветхозаветным людям не было ясно открыто наличие жизни и после жизни. Они могли предчувствовать, жаждать этого — но явно им ничего не было сказано. Ведь говорить, что за смертью их ждет жизнь в Боге, Царство Небесное, — значит утешать их и обнадеживать, но ценой обмана. Ибо до Христа оно еще не могло вобрать в себя мир, и никто из мира не мог вместить его в себя. Но и говорить людям Ветхого Завета правду о Шеоле — значило провоцировать в них приступы безысходного отчаяния или надрывного эпикурейства: «Станем есть и пить, ибо завтра умрем!»
       И вот пришло время, когда надежды, казалось бы обманутые, все же оправдались, когда исполнилось пророчество Исаии: «На живущих в стране тени смертной свет воссияет» (Ис. 9,2).
      Ад обманулся: он думал принять свою законную дань — человека, смертного сына смертного отца, он приготовился встречать назаретского плотника Иисуса, Который обещал людям Новое Царство, а сейчас и Сам окажется во власти древнего царства тьмы — но ад вдруг обнаруживает, что в него вошел не просто человек, а Бог. В обитель смерти вошла Жизнь, в средоточие тьмы — Отец Света.
     Впрочем, и смысл, и событийное настроение Пасхи нам не удастся передать лучше, чем это сделал святитель Иоанн Златоуст: «Пусть никто не рыдает о своем убожестве, ибо явилось общее Царство. Пусть никто не оплакивает грехов, ибо воссияло прощение из гроба. Пусть никто не боится смерти, ибо освободила нас Спасова смерть. Воскрес Христос и Жизнь пребывает. Воскрес Христос и мертвый ни един во гробе!».
    «Свой пришел к своим». Кто эти «свои»? Святые цари и пророки, праведники Ветхого Израиля? Да! Но что говорит Златоуст? Разве говорит он: «Ни единого иудея во гробе» (в духовном гробе, в Шеоле)? Нет, — вообще «мертвый ни един».
       Знали ли русские иконописцы, что древнейшие православные святые считали «христианами до Христа» праведных язычников-философов?  «Сократ и Гераклит и им подобные, которые жили согласно с Логосом (Словом), суть христиане» (святой Иустин Мученик).
       Все те, кто искал Единого Бога и во имя Его подавал своему ближнему «хоть чашу холодной воды», чья совесть вела к служению Богу и добру,— все они искали именно Христа (еще не зная Его имени) и были узнаны и признаны Им как Его и спасены. Так считали древнейшие отцы Церкви, и даже во время, когда язычество было еще сильно, они не боялись узнавать правду в ее формально нехристианских облачениях — и воцерковлять ее.
         Нехристианские мыслители (если они учили добру) почитались неправомочными обладателями не им принадлежащей истины, а сама Истина почиталась Единой и предугадываемой всеми духовно ищущими людьми. И потому как Моисей приказал еврейскому народу во время пасхального исхода забрать все золото из египетских домов (ибо оно было заработано евреями за столетия их рабства), — так и христиане должны приносить в Церковь все лучшее; все духовное золото, наработанное человечеством вне церковной ограды, «под рабством закона».
         Но еще и в «золотую осень» православного средневековья, может быть и незнакомые с Иустином Мучеником, русские и молдавские иконописцы не стеснялись на фресках соборов писать лики дохристианских философов. Может, и на иконах Воскресения Христова они видели и писали не только ветхозаветных праведников, но и всех, заслуживших блаженство «алчбой и жаждой правды». Ведь, как писал ап. Павел, Бог «есть Спаситель всех человеков, а наипаче верных» (1 Тим. 4,10).
        Ведь Бог «хочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины» (1 Тим. 2,3-4).
       Как само Пришествие в мир Слова означает суд, состоящий в том, что то, что было от света, — приняло Свет, потянулось к Нему и просветлилось, а те, чьи дела были злы, возненавидели Его (Ин. 3,19-21),  так не только в этическом, но и в познавательном плане обретение полноты Истины необходимо «судит» все остальные человеческие мнения. «Истинное Слово, когда Оно пришло, показало, что не все мнения и не все учения хороши, но одни худы, а другие хороши» (святой Иустин Мученик).
         То, что казалось почти неразрешимым, равнодоказательным; что обладало, казалось бы, одинаковым достоинством полуистины-полулжи  при свете Истины, воссиявшей в сумерках безблагодатного богоискания, оказалось совсем не столь равнозначным. Усталая релятивистская мудрость дохристианского мира оказалась освещенной Солнцем Правды  Христом. И все сразу стало иным. 
        То, что выдерживало сравнение со Светом, выявляло свое родство с Ним, — соединялось с Ним, и принималось Церковью.
       «Свет Христов просвещает всех». Может быть, именно это хотел сказать древний иконописец, помещая на иконе Воскресения среди встречающих Спасителя людей не только с нимбами, но и без них.
       На первом плане иконы мы видим Адаму и Еву. Это первые люди, лишившие себя богообщения, но они же дольше всего ждали его возобновления.
        Рука Адама, за которую его держит Христос, бессильно обвисла: нет у человека сил самому, без помощи Бога, вырваться из пропасти богоотчужденности и смерти. «Бедный я человек! кто избавит меня от сего тела смерти?» (Рим. 7,24).
        Но другая его рука решительно протянута ко Христу: Бог не может спасти человека без самого человека. Благодать не насилует.
        По другую сторону от Христа — Ева. Ее руки протянуты к Избавителю. Но — значимая деталь — они скрыты под одеждой. Ее руки некогда совершили грех. Ими она сорвала плод с древа познания добра и зла. В день падения Ева думала получить причастие к Высшей Истине, не любя саму Истину, не любя Бога. Она избрала магический путь: «вкусите и станете», подменив им трудную заповедь «возделывания»…   
        И вот теперь перед нею снова Истина, ставшая плотью, — Христос. Вновь Причастие Ему способно спасти человека. Но теперь Ева знает, что к Причастию нельзя приступать с самоуверенностью… Теперь понимает: все существо человека должно пронзить «рассуждение», — к Кому дозволено ему причаститься…
         И Ева не дерзает самочинно коснуться Христа. Но моля, ждет, когда Он обратится к ней.
        Прежде, в раю, одеждой людей была Божественная Слава. «Совлекшись» ее после грехопадения, после попытки стяжать всю полноту этой Славы бесславно-техническим путем, и явилась потребность в материальной одежде. Свет стал обличать обнаженность людей от добрых дел — и от него потребовалась защита, ибо при этом свете, ставшем теперь внешним для них и извне обличающим, «узнали они, что наги» (Быт.3,7).
         Одежда служила тому же, чему позже станут служить города — самоизоляции, ставшей, увы, необходимой (город — от «городить, огораживать»).

         То, что сейчас, в момент, изображенный на иконе, Ева вся, с головы до ног, покрыта одеждой, — это еще и знак ее покаяния, понимание всецелой своей отделенности от Бога (одежда дана людям после грехопадения). Но именно поэтому — и спасена Ева. Спасена, — ибо покаялась.
        Иконописец всегда, когда надо показать встречу человека и Бога, Вечного и временного, стремится явить не только сам факт встречи, но и значение человека в ней, его личное, выбирающее, верующее отношение к Встреченному. В данном случае об этом говорят не только лик или жесты, но и одежды.
        А поскольку тем самым вводится тема покаяния, икона в душе молящегося совмещает Великую Субботу (когда было сошествие во ад) и Пасхальное воскресение. Совмещает покаянные чувства завершающих дней Великого поста и всерастворяющую радость Пасхи.

        «На Страстной, среди предпраздничных хлопот, сугубо постились, говели… К вечеру Великой Субботы дом наш светился предельной чистотой, как внутренней, так и внешней, благостной и счастливой, тихо ждущей в своем благообразии великого Христова праздника. И вот праздник наконец наступал, — ночью с субботы на воскресенье в мире свершался некий дивный перелом, Христос побеждал смерть и торжествовал над нею» (И. Бунин. Жизнь Арсеньева).
 
        Воскресение Христово связано со спасением людей. Спасение человека — с его Покаянием и обновлением. Так встречаются в Воскресении «усилья» человека и Бога. Так решается судьба человека —та судьба, о которой вопрошал Бунин: «Бог ли человек? Или «сын бога смерти»? На это ответил Сын Божий».
        И вновь скажу: это не «мифология» или «теоретическое богословие». Что более соответствует природе человека: христианское свидетельство о пасхальном чуде или тяжеловесная рассудочность «научного атеизма» — легко опытным путем установить в эти пасхальные дни.
       Вот если я скажу вам: «Христос воскресе!» — всколыхнется ли ваше сердце ответным: «Воистину воскресе!» — или вы прикажете ему промолчать?.. А лучше — поверить сердцу!

                            
                                               ***

                               Он шел безропотно тернистою дорогой;
                               Он встретил радостно и гибель, и позор;
                               Уста, вещавшие ученье правды строгой,
                               Не изрекли толпе глумлящейся укор.

                               Он шел безропотно и на кресте распятый
                               Народам завещал и братство, и любовь,
                               За этот грешный мир, порока тьмой объятый,
                               За ближнего лилась Его святая кровь.

                                О, дети слабые болезненного века!
                                Иль вам не говорит могучий Образ тот
                                О назначении великом человека
                                И волю спящую на подвиг не зовет?

                                О нет, не верю я. Не вовсе заглушили
                                В нас голос истины корысть и суета;
                                Еще настанет день… Вдохнет и жизнь, и силы
                                В наш обетшалый мир учение Христа!

                                                                               А. Плещеев  
 
                                                  ***

“Христос воскресе!”—возгласил
  Над гробом ангел легкокрылый,
  И мироносиц дух унылый
  Святым восторгом озарил.

  Воскрес Христос, свет Божьей правды
  Воскрес, Он жив, Он победил!
 Он словом землю покорил,
 И пал навеки дух неправды!

Воскрес Христос! Пускай кипит
Корысть, обман и озлобленье,
Отныне в мире убежденье:
Воскрес Христос, Он победит!

Он победит, Он побеждает,
Он распахнул врата небес!
И мир в восторге возглашает:               
Христос воскрес! Христос воскрес!
    
                         А. Федотов
 
                            ***

                           Ап. Майков.  ХРИСТОС ВОСКРЕС!

                           Повсюду благовест гудит,
                           Из всех церквей народ валит.
                           Заря глядит уже с небес…
                           Христос воскрес! Христос воскрес!

                           С полей уж снят покров снегов,
                           И реки рвутся из оков,
                           И зеленеет ближний лес…
                           Христос воскрес! Христос воскрес!

                           Вот просыпается земля,
                           И одеваются поля,
                           Весна идет, полна чудес!
                           Христос воскрес! Христос воскрес!


                                      ***

                 ТУРИНСКАЯ ПЛАЩАНИЦА – СВИДЕТЕЛЬ
                                ВОСКРЕСЕНИЯ   ХРИСТОВА
     
          Одно из удивительных свидетельств Воскресения Христова, сохранившееся до наших дней, — Плащаница Спасителя, кусок длинной узкой ткани, которым было обернуто после крестных страданий и смерти тело Иисуса Христа.
          Вот как повествует об этом Евангелие от Марка:
          “Иосиф Аримофейский, один из тайных учеников Христа, купив плащаницу и сняв тело Господа со креста, обвил плащаницею и положил во гробе, который был высечен в скале, и привалил камень ко двери гроба…”
           На третий день, уже после Воскресения, ученики Спасителя, войдя во гроб, которым служила небольшая пещера, увидели одни пелены лежащие. Эти пелены и есть Плащаница. Плащаница стала святыней для учеников Христа. Затем долгое время Плащаница хранилась в Константинополе, а после крестовых походов была вывезена в Западную Европу и вот уже шесть веков находится в итальянском городе Турин, по которому и получила свое название “Туринская”.
           На Плащанице таинственным, непостижимым образом запечатлен Иисус Христос, снятый после распятия с Креста. Удивительный лик, исполненный мира и неземного величия, хотя и со следами тяжелейших страданий. На высоком лбу заметны струйки крови, на руках и ногах – следы ран от гвоздей, кровоподтеки от ударов бичей покрывают все тело.
          Само изображение нечеткое, как бы размытое. Секрет этого был раскрыт неожиданно в 1889 году. Тогда Плащаницу впервые сфотографировали. И каково же было удивление фотографа, когда на стеклянном негативе проявилось четкое, совершенно поразительное изображение Христа.
           С этого дня начинается особый, научный этап исследований Плащаницы. Ученые со всего мира принимали в них участие и Плащаница стала для них не только профессиональной работой, но для тысяч современных ученых она стала как бы “пятым  евангелием”, приводящим сомневающихся к твердой и глубокой вере. она являет собой как бы послание к нам, запечатанный свиток, который мы только начинаем приоткрывать.
        В Евангелии упоминается, что Иисус Христос до своего распятия был подвергнут бичеванию, но только Плащаница “говорит” нам о том, сколь жестоким оно было. Двое воинов, как было принято в римской армии, бичевали Христа бичами со специальными металлическими наконечниками. Ударов было нанесено не меньше сорока, и они приходились по спине, груди и ногам.
        В Евангелии говорится, что палачи возложили венец на голову Иисуса Христа, но о том, что это был не только способ унижения, но и пытки, — мы узнаем от Плащаницы. Шипы тернового венца были столь остры, что прокололи сосуды на голове, и кровь обильно струилась по волосам и лицу.
        Плащаница свидетельствует не только о распятии Христа, но и Его воскресении. В запечатанной пещере с Ним была только одна Плащаница, и то, как произошло воскресение Господа видела она одна.
         На Плащанице ученые не обнаружили красящих веществ. Значит, изображение на ткани подобно изображению на фотонегативе и что появиться оно могло при воздействии лишь очень сильного потока света, когда обычная ткань сама становится как бы негативом. Но никто, даже в наших современных условиях не смог бы воспроизвести ничего подобного изображению на Плащанице.
          Некоторые ученые утверждают, что для получения такого изображения необходим больший поток света внутри Плащаницы, чем при ядерном взрыве в Хиросиме, но при это ткань должна быть сохранена. недаром в древнейших песнопениях, посвященных светлому Воскресению Христову поется: “светоносное Воскресение”, “узрим в свете неприступном Воскресение Христа блистающегося”.
         Ученые обнаружили и другие паразительные факты: на ткани сохранилась пыльца растений, произрастающих только в Палестине. 
Сама ткань изготовлена давно утраченным способом, применявшимся в начале нашего тысячелетия на Ближнем Востоке.
Все раны на теле полностью соответствуют евангельским описаниям страданий и смерти Господа Иисуса Христа и не могли быть ни у какого другого человека (следы от тернового венца, пробитое копьем межреберье).
         Это лишь немногое из того, что узнали ученые и весь христианский мир о Плащанице. Возникла целая наука – синдология, от греческого слова “синдон” – плащаница.

                                          ***                  

                                                  

                               ПАСХА КРАСНАЯ

       В службе праздника Пасхи воспевается богосветлая победа Господа нашего Иисуса Христа над всеми врагами нашего спасения и дарование нам жизни вечной. Все богослужение и церковные обряды праздника особенно торжественны и проникнуты чувством радости. Пасхальное приветствие напоминает нам то состояние апостолов, в котором они, когда внезапно разнеслась весть о Христовом Воскресении, с радостным восторгом восклицали: «Христос Воскресе!» и отвечали друг другу: «Воистину Воскресе!» (При этом троекратно лобзали друг друга в знак всеобщего примирения и во свидетельство радости о Воскресшем Христе Спасителе).
       При целовании и приветствии верующие издревле дарят друг другу красное яйцо, которое есть символ жизни и напоминает нам о том, что наша новая жизнь приобретена Пречистою Кровию Иисуса Христа.
      Обычай дарить друг другу красные яйца во время Пасхи перешел к нам из Греции вместе с христианской верой.
       По вознесении Иисуса Христа св. равноапостольная Мария Магдалина, придя для проповеди Евангелия в Рим, предстала императору Тиверию и, поднеся ему красное яйцо, сказала: «Христос Воскресе», и таким образом начала перед ним свою проповедь о Воскресении Спасителя.
       Первенствующие христиане, узнав о таком простосердечном приношении равноапостольной жены, начали подражать ему и при воспоминании Воскресения Христова стали друг другу дарить красные яйца.
       Красный цвет этого дара напоминает Кровь Спасителя, пролитую за нас и служит знаком всеобщей радости о победе Иисуса Христа над смертью, Его воскресения из мертвых, нашем искуплении и восстании в другом мире. Яйцо в этом случае есть прекрасный символ нашего возрождения в жизнь будущую. Когда-то и мы, отбросив все тленное здесь, где уже имеем зародыш и начало вечного бытия, возродимся и воскреснем для другой жизни.
         Известно другое повествование о первом красном яичке.
Мария Магдалина, как и другие ученики Господа, ходила из страны в страну и всюду рассказывала про Иисуса Христа, про то, как Он воскрес из мертвых и про то, чему Он учил людей. Однажды пришла она в Рим и там вошла во дворец. Когда-то давно Мария была знатной и богатой, ее во дворце знали и пропустили к императору Тиверию. В те времена, приходя к императору, люди всегда приносили ему какой-нибудь подарок. Богатые приносили драгоценности, а бедные приносили что могли. И вот Мария пришла теперь, когда у нее ничего больше не было, кроме веры в Иисуса Христа. Она остановилась перед императором, протянула ему простое яичко и громко сказала:
 — Христос воскрес!
Удивился император и сказал:
 — Как может кто-нибудь воскреснуть из мертвых! Трудно в это поверить. Так же трудно, как поверить, что это белое яичко может стать красным!
      И пока он еще говорил, яичко стало меняться цветом: порозовело, потемнело и наконец стало ярко-красным!
   
     К особым пасхальным обрядам относится благословение артоса. Артос – это просфора с изображенным на ней крестом или Воскресением Христовым.
    Историческое происхождение артоса таково. Апостолы по обычаю вкушали трапезу вместе с Господом, а по вознесении Его на небо отлагали часть хлеба для своего учителя, тем самым изъявляли свою веру в постоянное присутствие Иисуса Христа среди учеников.             
     Приготовляя артос, Церковь подражает апостолам. Вместе с тем артос напоминает нам, что Иисус Христос Крестною смертью и Воскресением сделался для нас Истинным Хлебом Жизни.
      После Литургии освящаются принесенные верующими яйца, пасхи и куличи (по традиции пасхальная трапеза начинается с пения молитвы «Христос Воскресе» и вкушения освященных яиц, пасхи и кулича). Вспоминая о великих благодеяниях, оказанных роду человеческому Воскресением Иисуса Христа, древние христиане простирали руку помощи и благотворения сирым, нищим и убогим. Свидетельством древней христианской благотворительности во дни святой Пасхи осталась и ныне раздача денег и освященных продуктов бедным, чтобы сделать и их в этот светлый праздник участниками всеобщей радости.

Особенности пасхального богослужения
      
           В сознании Православной Церкви событие Воскресения Христова есть один сплошной восторг, одна непрерывная радость. Ни один праздник не празднуется так необычайно светло и торжественно, как праздник светлого Христова Воскресения. Поэтому и самое Пасхальное Богослужение у нас единственное и неповторимое. Оно есть одно сплошное ликование.
           Если бы мы стали приводить удивительные песнопения этой необычайной по своему содержанию церковной службы, то нам пришлось бы просто переписать ее целиком, потому что трудно решить, какому из песнопений отдать предпочтение, так они все хороши и выразительны.
          Перед Пасхальной утреней совершается чин полунощницы, где на 9-й песни канона Не рыдай мене Мати плащаница уносится с середины храма в алтарь и полагается на святой Престол до Отдания Пасхи.
          По окончании полунощницы начинается Пасхальная утреня крестным ходом с пением воскресной стихиры 6-го гласа Воскресение Твое Христе Спасе. Перед закрытыми дверьми храма после возласа Слава Святей… наступает такой момент, которого все очень ждут: духовенство поет тропарь Пасхи Христос воскресе из мертвых… , и люди подхватывают эти долгожданные слова.
          Пасхальная заутреня является чрезвычайно праздничной, воспринимается нами как «праздников праздник», и в тоже время не имеет никаких обычных, регулярных признаков праздничного богослужения: на ней не поется славословие, нет полиелея — всего того, что обычно является неотъемлемой частью праздничной утрени. Зато на Пасхальной службе практически все поется. Во время пения пасхального канона священники совершают каждение народа со словами «Христос воскресе!», люди отвечают: «Воистину воскресе!» Все убранство храма, облачения духовенства – праздничное, ярко-красное. Царские врата алтаря всю Светлую седмицу бывают открытыми. Вся пасхальная служба – неумолкающий, торжественный гимн светлому Воскресению Христову. Победа жизни над смертью. Примирение Бога с человеком и человека с Богом… В светлую Пасхальную ночь небо и земля сливаются вместе, ангелы и люди соприкасаются и всякая преграда между ними исчезает. Величественное и многознаменательное Пасхальное богослужение являет верующему все, что в христианстве есть таинственного, высокого и спасительного для души, светлого, отрадного и утешительного для сердца. Именно в минуты величественнейшего Пасхального богослужения христианский восторг захватывает душу человека всецело и господствует в ней над всеми другими ее мыслями, чувствами и стремлениями.
           На этой службе мы слышим Огласительное слово свт. Иоанна Златоуста, удивительное по содержанию: Все, кто был благочестив и боголюбив,- пусть наслаждаются этим добрым и светлым торжеством. И все, кто был благоразумен,- пусть войдут в этот день в радость Господа своего. Кто трудился и постился- пусть получит сегодня награду. Последнего и первого в этот день Господь принимает с одинаковой радостью. Пусть богатые и бедные в этот день радуются друг с другом. Прилежные и ленивые- пусть одинаково чтут этот день. Постившиеся и непостившиеся- пусть все одинаково веселятся. Пусть никто в этот день Пасхи не рыдает о своем убожестве- потому что явилось общее царство. Пусть никто о грехах своих не плачет- потому что в этот день Бог дал людям Свое прощение. Пусть никто не боится смерти, всех освободила смерть Христова.
·             «Христос Воскресе!»- мы говорим с чувством духовного восторга и трепета, и эти слова хочется произносить без конца, слушая в ответ два других святых слова «Воистину Воскресе!»