Существует три вида памяти: слуховая, зрительная и двигательная. В школе всегда развивался наибольшим образом первый вид. Восприятие переходит в более определенное и твердое понятие, если оно производится посредством наибольшего количества ощущений, т.е. при помощи всех трех видов усвоения. На этом верном основании современная школа стремится к применению наибольшего количества наглядных пособий в преподавании всех предметов учебного курса.

Священная История не располагает большим количеством наглядных пособий, а потому необходимо как можно полнее использовать то, что имеется. Первым пособием в преподавании истории вообще служит географическая карта. О ее значении и употреблении сказано на 1-й странице настоящей методики. В применении карты, конечно, прежде всего, необходимо указать местоположение Месопотамии, Аравии, Египта и Палестины, т.е. мест, упоминаемых в Священной Истории, по карте полушарий, а потом, при прохождении курса, иметь всегда под рукой карту Палестины. Пусть каждое событие, приуроченное к известному месту, отмечается учащимися на карте, чтобы рассказ запоминался ими не только посредством слуховых ощущений, но и зрительной памяти. Если событие приурочивается последовательно к местностям, находящимся рядом друг с другом, то слуховой и зрительной памяти будет приходить на помощь и двигательная. Карта тогда послужит и к обоснованием Священной Истории как достоверного знания, покоящегося не только на чувстве веры, но и подлежащего подтверждению разумом, и та же карта даст возможность учащимся крепче усвоить сообщаемые им сведения.

Географическая карта дает некоторое понятие о том, где произошло известное событие посредством сопоставления взаимоотношений между отдельными местностями. Эти сведения дополняются посредством ответа на вопрос, как произошло событие, через священно-историческую картину. Все дети любят рассматривать картинки, и поэтому священно-исторический рассказ, дополняемый картиной, приобретает в глазах учащихся особенный интерес и через это содействует успешности занятий.

Картина может применяться на уроках двояким способом: она или может быть взята за исходную точку, от которой ведется рассказ, или же дополняет и напоминает его. Так, например, притча о мытаре и фарисее по первому способу рассказывается так: законоучитель показывает картину и спрашивает учащихся: «Что вы здесь видите?» Ученики отвечают: «Двоих людей». Закон. Где они стоят? Учен. В церкви. Зак. Что в церкви делают? Учен. Молятся Богу. Зак. Как они стоят: рядом или иначе. Учен. Один впереди, другой позади. Зак. Как держит голову первый? Как второй? И т. д.

На основании такого разбора картины преподаватель ведёт рассказ. Два человека пришли в церковь молиться Богу. Один человек был гордый и назывался фарисей. Фарисей считал себя праведным, встал впереди и начал хвалиться перед Богом: благодарю тебя, Боже, что я не таков, как другие люди… и т. д. Нетрудно заметить, что при этом способе ведения рассказа картина имеет весьма существенное значение. Чем она богаче подробностями, тем полнее может быть рассказ, чем ближе она к истине, тем точнее получается и повествование. Преимущество этого способа заключается в том, что дети сначала видят картину, стремятся к истолкованию ее и слушают рассказ с большим вниманием, участвуя сами в приобретении новых сведений посредством перехода от известного к неизвестному. Но эти достоинства способа предварительного разбора священно-исторических картин и уменьшаются теми недостатками, какие скрываются под кажущимися преимуществами.

Нельзя упускать из вида того обстоятельства, что главным источником Священной Истории служит Слово Божие, а не воображение художника. При ведении рассказа через рассматривание картины приходится принимать истолкование библейских событий художником и подчиняться этому толкованию. В картине может быть или очень много подробностей, которые могут отвлекать внимание от главного, существенного, или такие изображения, которые могут быть названы лишь правдоподобными, но не подлинными. С точки зрения искусства они верны, но не могут быть предложены вниманию учащихся в качестве бесспорных. А дети принимают все за истину не с идейной лишь стороны, а в полном объеме. Не говоря уже о том, что большинство рисунков компонуется рисовальщиками, а не художниками, можно заметить, что и художник вносит в библейскую картину свое творчество, и с подробностями священных изображений не всегда можно согласиться. Для всякого ясно различие между картинами из жизни Спасителя — например, Поленова и Нестерова, Васнецова и Гоффмана. Развитого человека это различие нисколько не поражает, но в детях вызывает недоумение. Вследствие простодушной доверчивости детей ко всему, что они видят и слышат, картину удобнее употреблять после рассказа в качестве его наибольшего освещения. Выслушав предварительно рассказ, дети обращают внимание при рассматривании картины на главное и не развлекаются подробностями, ни в воспитательном отношении. При показывании картины после рассказа учащиеся большею частию сами находят участников события и угадывают их действия. Законоучителю остается лишь направить внимание учеников на главное и тем оказать содействие к укреплению в памяти детей хода событий. По картине учащиеся могут повторить рассказ, слышанный ими от преподавателя, и картина может служить для них хорошим вспомогательным средством.

Картины Священной Истории могут быть или стенными, большого размера, или же напечатанными в учебниках. Стенные картины Священной Истории далеко не богаты по выбору в русских изданиях и не отличаются изяществом рисунка, кроме нескольких картин под названиями: Виды Палестины, Святая Земля и гелиогравюры духовного содержания издания фирмы Гросман и Кнебель. Названные издания скорее относятся к области библейской географии и притом дороги по цене. Конечно, они могут быть полезны для школы, но начальные училища пока еще не имеют возможности приобретать многого, что хорошо и полезно, из области наглядных пособий. Не только начальные школы, но и средние учебные заведения пока довольствуются картинами Сидорского: 50 карт. — 7 рублей, 20 карт. — 3 рубля, Сытина — Альбом 12 праздников — 2 рубля, Ансерова — Объяснение богослужения и Фену: сокращенное собрание из 17 картин — в 2 р. 50 коп. и полное — из 35 картин в 4 рубля. Все эти картины могут быть названы лишь более или менее удовлетворительными, но далеко не идеальными. Заграничные картины не всегда соответствуют духу православия и малодоступны по цене. Выписка заграничных изданий сопряжена с большим риском, так как везде есть плохие издания, а между заграничными картинами встречаются такие плохие, которые совершенно непригодны для школы.

Другим средством для уяснения рассказов картинами служат изображения в самом тексте учебника. При современных способах воспроизведения картин в тексте книги могут быть напечатаны прекрасные рисунки в виде копий с тех художественных произведений, которые стали общим достоянием. Учебники Священной Истории с картинками появились в семидесятых годах прошлого столетия, но они не были рекомендованы к употреблению в качестве учебников и были оттеснены книжками без рисунков, написанными так, что дети их совершенно не понимают и считают «закон» не Божеской милостью, а Божьим наказанием людям. Можно подумать, что русская школа старалась сделать изучение Священной Истории предметом наиболее сухим, мудреным, безжизненным и скучным. И нужно заметить, что эта цель достигнута блестяще. Многие педагоги задавались вопросом: «Почему ученики читают и перечитывают книжку для чтения и обнаруживают полное нежелание, без принуждения, читать Священную Историю», хотя она, по словам тех же детоводителей, «есть история детства человечества, родственна духу детей и, одним словом, вполне детская наука». Разгадка этого вопроса проста и требует сознания своей нищеты духовной от тех вождей, некоторые хотят лишь учить, но не желают учиться. Книжка для чтения написана понятным для детей языком и снабжена картинками. Сделайте то же с учебником Священной Истории, и он будет любимой книгой детей. Последнее проверено нами на деле в разных семействах. Детям были даны книжки с хорошими картинками, и Священная История читалась больше, чем другие рассказы.

Наглядность в обучении имеет весьма существенное значение, но этого пока еще не в состоянии усвоить. Поклонники старой школы убеждены, как друзья Иова, что они только думают обо всем верно и что с ними умрет сама премудрость. Самым лучшим средством для пробуждения глубокого интереса к изучению Священной Истории и к более полному усвоению ее могло бы быть рисование самими учащимися библейских событий. Но пока еще р последнее обстоятельство не лишает возможности прибегать иногда хотя бы к схематическим очертаниям некоторых предметов. Так, например, весьма полезно изобразить план скинии, положение Моисея и народа во время Синайского законодательства, расположение войск еврейских и филистмских пред победой Давида над Голиафом, путь евреев из Египта в Ханаан, путь Авраама, пути Спасителя из Галилеи в Иерусалим и т. п. Для всех подобных чертежей не требуется никакого уменья рисовать, а между тем изображение различных предметов и моментов пред глазами учащихся содействует отчетливости представлений об этих предметах в их сознании и укрепляет эти представления в памяти. Той же цели содействует, чрез влияние на воображение, чтение хороших стихотворений на библейские темы. В русской литературе существует немало таких поэтических произведений разных писателей, соединенных в сборники. Чтение стихотворений, как и показывание картин, возбуждает внимание учащихся, и они ближе принимают к сердцу то, что им было сначала передано в виде рассказа. Такое явление зависит от формы изложения в виде размеренной речи и лучших выражений. Стихотворения могут читаться и на уроках, и на устраиваемых в каждой хорошей школе воскресных чтениях, рождественских елках, литературных утрах и других внеклассных школьных занятиях, служащих пособием к учебно-воспитательному делу.

Эти же стихотворения, для разнообразия, можно и петь на известные детям мотивы, подобрать которые весьма нетрудно, так как школьное пение начинает постепенно входить в число учебных предметов и, благодаря различным сборникам школьного пения, дети знакомятся со многими мелодиями. О некоторых событиях библейской истории могут быть пропеты не только современные стихотворения, но и библейские, т.е. псалмы и песни из книг Священного Писания. На уроке Закона Божия полезно соединять все лучшее как из времен, так и из настоящего.

Конечно, можно преподавать Священную Историю и без наглядных пособий и вообще без всяких правил, но цена такому преподаванию ничтожна. Исключительные, выдающиеся натуры и самостоятельно могут дойти до деятельного подражания библейским праведникам, но большинство людей, с которыми имеет дело законоучитель, не исключительно, а обыденно. Уменье и соблюдение известных правил нужно во всяком деле, и исключать преподавание Священной истории из общей нормы нет никаких оснований.

Долголетний опыт преподавания Закона Божия без методик и без правил дал весьма печальные результаты: поднявшиеся юноши и дети стали, по выражению пророка Исайи, князьями народа, и ругатели взяли верх над ним. Власть духовных пастырей пошатнулась от натиска детей, потому что она не имела внутренней силы. Законоучители говорили на таком языке, которого учащиеся не понимали. Один старый деревенский мулла выражался о задачах вероучительства так: «Ты закон калякай, только чтобы народ не больно понимал, а то нам, муллам, беда поспеет.» Мулла видел беду с одной стороны, со стороны трудности исполнения всего вероучения пред глазами прихода, но от такого учительства грозит большая беда, а какая — это понятно всякому.

В школах всех наименований завоевывает себе первое место в ряду предметов преподавания естествознание. Благодаря своей наглядности, удобопонятности и занимательности оно привлекает к себе детей; если к тому же в преподаватели природоведения попадает человек с противохристианским настроением, но любящий свой предмет и потому приобретающий симпатии детей, то Закон Божий непременно будет существовать в школе лишь по имени. Законоучитель будет вести свои уроки, будет исправно получать вознаграждение, учащиеся будут отвечать уроки, но со всяким сомнением они пойдут к учителю, потому что он все пояснит просто, доступно и с любовью. Добрый пастырь почует отчужденность детей от него, но привлечет их лишь в том случае, если Слово Божие будет им преподавать просто, не высоким ломоносовским штилем, не уснащая его ложным «помазанием» или елейностью, а так, как учил Спаситель. У раввинов в школах было все: и высокий штиль, и благоговейное произношение имен Божиих, и литературно-священный слог, а Христос говорил на простонародном наречии, как это видно из сохранившихся в Евангелии некоторых выражений. Так неужели и православным законоучителям следует подражать врагам Христовым, а не Христу?

Впрочем, Господь никого к Себе не ведет против воли его. «Мертвые всегда будут погребать своих мертвецов, а слепые вожди будут губить в ямах и водимых ими. Но мертвое останется мертвым, а жизнь будет бить ключом в живых».