Беседы о вере

архиепископ Нафанаил (Львов)

«Господи, помилуй» 

Все богослужения Православной Церкви проникнуты молитвенным воплем: «Кирие элейсон — Господи, помилуй!»

Это древнейшая молитва человеческая. Древнее предание повествует, что согрешившие и изгнанные из рая наши прародители, сидя около рая, начали свое обращение к Богу именно этим покаянным воплeм души: «Господи, помилуй!» «Милостивый, помилуй меня, падшего!»

Священнейшие ветхозаветные творения — псалмы и пророчества — неустанно повторяют это слово: «Господи, помилуй». «Помилуй мя, Боже, по велицей милости Твоей» (Пс. 50). «Молитесь Богу, да помилует вас,» — говорит пророк Малахия (1:9).

Первая молитва, раздавшаяся в только что построенном храме в Иерусалиме была: «Господи Боже, услыши и помилуй!» (3 Цар. 8:30).

Это первая молитва, которую выучивает православный ребенок, и это же последняя молитва, которую повторяет предсмертно тускнеющее сознание умирающего.

И если в спокойные дни, в сутолоке повседневной суеты, часто равнодушно повторяются, как привычный затверженный припев «Господи, помилуй,» то в момент, когда или опасность, или страдание, или жгучее сознание бездны своего падения сотрясают душу, — тогда этот краткий молитвенный вопль внезапно пропитывается глубочайшей силой и смыслом. И как осужденный на смерть перед судьей, во взоре которого хочет прочитать он последнюю надежду на помилование, как опасно больной в мольбе к врачу, способного его спасти, начинает душа человеческая вопить к Всемогущему: «Господи, помилуй!»

Много прекрасных молитв сложено вдохновенными пророками. Но когда смерть заглядывает в глаза, или когда нестерпимый огонь стыда жжет душу, тогда не может человек найти в себе сил, чтобы спокойно повторять пространные молитвы, но вместо них, всеми своими силами взывает: «Господи, помилуй!»

И когда сверх всех надежд окажется, что этот вопль услышан, когда Милующая Рука отклонит, казалось, неизбежную смертельную опасность или выведет душу из безысходного тупика, тогда спасенная душа привязывается крепкой любовью к этой простенькой молитовке и уже спокойно и просветленно повторяет её во все светлые и темные, скорбные и радостные минуты жизни.

Вот почему припевом «Господи, помилуй» пропитано Православное богослужение. Если Православие, как учит митрополит Антоний, есть по преимуществу религия покаяния, если, по учению того же святителя, оно есть святилище всего человечества, и все, что есть истинно доброго, ценного, правильного во вселенной, где бы оно не находилось, по существу принадлежит Православной Церкви, то, конечно, тут, в храме православном, в православной молитве, на подобающем ему месте в богатых содержанием богослужениях, должно находиться фундаментальное молитвословие человечества — «Господи, помилуй!»

И отдельный человек, и народы, и все человечество уже много раз стояли на краю гибели, и много раз были спасены Божией милующей рукой. Как же поэтому не взывать: «Господи, помилуй!»?

Мы, несомненно, предугадываем, что эта первая молитва человеческого рода, впервые произнесенная устами наших согрешивших прародителей в горький час изгнания из рая, она же будет и последней молитвой человеческих уст, когда в огне и буре, в гласящей трубе архангельской закончится человеческая история, и в трепетном приближении к престолу Праведного Судьи не найдется у человеческих душ ни сил, ни времени для иных молитв, кроме этой — кратчайшей и бездонно-глубочайшей: «Господи, помилуй! Господи, пощади и помилуй!»