Случались ли с вами события, не имеющие большого значения, но запомнившиеся странным стечением обстоятельств? Мысли и чувства, пережитые в тот момент, касались, возможно, самых потаенных и возвышенных чувств вашей души.

Однажды путешествовал я по Святой Земле в одиночестве, не имея определенной цели, не зная дорог и тропинок, отыскивая местные святыни по наитию. В тот памятный день я направлялся к храму, находящемуся на месте вознесения Господа нашего Иисуса Христа.

Ярко светило солнце. На синем бездонном небе не было ни облачка. С высоты горы, на которую взбирался, я видел широко расстилающиеся поля, прорезанные ниточками дорог. Все внизу было окутано нежным маревом, а наверху залито ярким солнцем.

Путь мой пролегал мимо монастыря, обнесенного высокой, почти трехметровой стеной. Вокруг не было ни души. Верной дороги я не знал, поэтому вскоре потерял направление и заблудился, очутившись в тупике между двумя высокими стенами.

Возвращаясь назад по узенькой тропинке, я вдруг увидел на дороге две темные мужские фигуры. Это были не монахи и не паломники, а местные жители. Они стояли, явно поджидая меня, глядя в упор, напряженно и довольно-таки угрожающе. Сворачивать мне было некуда, отступать тоже, поэтому, заглушив в себе смутную тревогу и страх, я весь подобрался и пошел прямо на них.

Мужчины расступились и пропустили меня. До сих пор не знаю, была ли опасность действительной или мнимой. Возможно, у встретившихся мне людей был неудачный день или какие-то неприятности, а я по своей мнительности все придумал.

Но, удалившись от них на почтительное расстояние, я вдруг подумал, что, возможно, избежав сегодня опасности быть ограбленным и убитым, я потерял гораздо больше, чем приобрел. Как здорово было бы жить и умереть здесь, на Святой Земле, среди прекрасных долин и гор, по которым ходил Спаситель! Эта мысль так взволновала и захватила меня, что я никак не мог успокоиться… Душа моя вся как будто вздрогнула и затрепетала… Я думал о вечности. О том, что ждет всех нас за гранью нашей земной жизни…

Ночевал я в спальнике на вершине какого-то холма, глядя в сверкающее звездами черное небо. Звенели цикады. Я молился и грезил о несбыточном. Во сне мне явился какой-то старичок, сгорбленный, седой, ясноглазый, в овчинном тулупе и заплатанных валенках. Он погрозил мне пальцем и тихонько сказал: «Ишь, чего захотел! Недостоин, батенька, да и рановато! Поживи еще, потерпи!»

Утром я проснулся от щебетания птиц. Солнце вставало над землей, купаясь в тумане. Снам я не верю и вам не советую. Ерунда все это! Фантазии разгоряченного ума. Отражение наших дневных впечатлений, и только.

Но по странной прихоти моего восприятия я, как наяву, вижу все то, что произошло со мной в тот памятный день, и этого старичка из сна. Может быть, потому, что тогда я пережил прикосновение реальности к самой глубинной и тайной надежде каждого, верующего в Спасителя. К надежде, к чаянию, к вере, что там, за гранью нашей жизни, в невообразимом пакибытии мы все же, может быть, сможем увидеть лицо Бога.

За гранью. // К кому приходят ангелы? Сборник рассказов. Составитель Б. А. Ганаго. – Минск, 2007