Фото А. Сашина

Есть же в Иерусалиме у Овечьих ворот купальня, называемая поеврейски Вифезда, при которой было пять крытых ходов. В них лежало великое множество больных, слепых, хромых, иссохших, ожидающих движения воды, ибо Ангел Господень по временам сходил в купальню и возмущал воду, и кто первый входил в нее по возмущении воды, тот выздоравливал, какою бы ни был одержим болезнью. Тут был человек, находившийся в болезни тридцать восемь лет. Иисус, увидев его лежащего и узнав, что он лежит уже долгое время, говорит ему: хочешь ли быть здоров? Больной отвечал Ему: так, Господи; но не имею человека, который опустил бы меня в купальню, когда возмутится вода; когда же я прихожу, другой уже сходит прежде меня. Иисус говорит ему: встань, возьми постель твою и ходи. И он тотчас выздоровел, и взял постель свою и пошел.

Евангелие от Иоанна, глава 5, 2-9.

Боль и болезнь… Мы все в этом мире больны. Как жутко похожи мы друг на друга, и все вместе — на евангельского героя. Нет в нашей жизни Того, Кто сказал: Встань, возьми постель твою и ходи. То есть Он, конечно, есть. Церкви ведь не пустуют, по будням и воскресным дням оттуда доносится пение и чтение, восхваляющие и покаянные песни. Но кроме всего этого, столь необходимого для нас, есть вещи, которых человек в своей увлеченности жизнью не замечает.

Боль и болезнь… как часто человек готов лежать возле спасительного источника и ждать, чтобы хоть кто-то ему помог. Рядом находится точно такой же человек и тоже ждет — и так проходит вся жизнь. Лежат два человека и просто ждут. А ведь могло быть все по-другому. Что если попытаться? Нет, это слишком тяжело. Нет, но все-таки… что если попытаться помочь друг другу? Такое простое решение, конечно, требующее личного мужества, которое толкает тебя самого, очень больного, помочь такому же — и в какой-то миг весь мир преобразится… Но этого не будет никогда. Так и будем лежать и плакать, и обижаться на весь этот жестокий мир…

Да, Господь все равно придет и поможет — надо только позвать, а иногда и этого не надо делать. Но насколько более ценно в глазах Божиих, что тот, кто будучи сам болен, в купель помогает опустится другому? Возможно ли это? Знаю, что у святых возможно, а я? Я ведь не святой, я тоже имею право на счастье. Почему же я свою очередь должен кому-то уступать? Вот так и лежим, больные грехом, слепые к другим, хромые на все доброе, иссохшие от собственной жадности, ожидающие движения воды у святого источника и ждем. Кого?

Прав был один человек, сравнивший ад и Рай с пиршеством, где у всех пирующих связаны руки таким образом, что вроде бы и не стеснены движения, но себя они накормить не могут. Ад там, где каждый думает только о себе, все пытаются утолить голод, а ложка до рта не достает — так и сидят голодные. А Рай будет там, где если ложка и не достает до собственного рта, так хоть накормят соседа, благо, на это хватает свободы — так и кормят все друг друга.

Так вот где начало этого пира! Возле купели…