1. О Боге

Бог есть огнь, согрева­ю­щий и разжиза­ю­щий сердца и утробы. Итак, если мы ощутим в сердцах сво­их холод, который от диавола, ибо диавол хладен, то призовем Господа, и Он, пришед, согреет наше сердце совершен­ной любо­вию не только к Нему, но и к ближнему. И от лица теплоты убежит хлад доброненавист­ника.

Отцы написали, когда их спрашивали: «Ищи Господа, но не испытуй, где живет».

Где Бог, там нет зла. Все, про­исходящее от Бога, – мирно и полезно и приводит человека к смирению и самоосуждению.

Бог являет нам Свое человеко­любие не только в тех случаях, когда мы добро делаем, но и тогда, когда оскорбля­ем грехами и прогневля­ем Его. Как долготерпеливо сносит Он наши беззакония, и когда наказывает, как благо­утробно наказывает!

«Не называй Бога правосудным, – говорит преподобный Исаак, – ибо в делах тво­их не видно Его правосудия. Правда, Давид называл Его и правосудным, и правым, но Сын Его показал нам, что Бог паче благ и милостив… Где Его правосудие? В том, что мы грешники, и Христос умер за нас» (Прп. Исаак Сирин. Сл.90).

Поколику человек совершен­ствует­ся здесь пред Богом, потолику вслед Его ходит; в истин­ном же веке Бог явит ему лице Свое. Ибо праведные, по той мере, как входят в созерцание Его, видят образ Его как в зерцале, а там удостоят­ся зреть явление истины.

Если ты не знаешь Бога, то невозможно, чтобы возбудилась в тебе и любо­вь к Нему. Ты не можешь любить Бога, если не увидишь Его. Видение же Бога бывает от познания Его, ибо созерцание Его не предшествует познанию Его.

О делах Божиих не рассуждай по насыщении своего чрева: при наполнен­ном чреве какое может быть ведение тайн Божиих?

2. О таин­стве Святой Тро­ицы

Чтобы воззреть к Святейшей Тро­ице, надобно просить о сем учив­ших о Тро­ице святителей Василия Великого, Григория Богослова и Иоан­на Злато­устого, ходатайство которых может привлечь на человека благословение Святейшей Тро­ицы, а самому прямо взирать надобно остерегаться.

 О вере

Прежде всего должно веро­вать в Бога, «яко есть, и взыска­ю­щым Его Мздовоздатель бывает»(Евр.11:6).

Вера, по учению преподобного Антиоха, есть начало нашего соединения с Богом: истин­но веру­ю­щий есть камень храма Божия, уготован­ный для здания Бога Отца, вознесен­ный на высоту силою Иисуса Христа, то есть Крестом, [с] помощию вервия, то есть благодати Духа Святого.

«Вера без дел мертва есть» (Иак.2:26); а дела веры суть: любо­вь, мир, долготерпение, милость, смирение упокоение от всех дел1), как и Бог почил от Сво­их дел, несение креста и жизнь по духу. Только такая вера вменяет­ся в правду. Истин­ная вера не может быть без дел; кто истин­но верует, тот непремен­но имеет и дела.

О надежде

Все, имеющие твердую надежду на Бога, возводят­ся к Нему и просвещают­ся сиянием вечного света.

Если человек не имеет излишнего попечения о себе из любви к Богу и для дел добродетели, зная, что Бог печет­ся о нем, таковая надежда есть истин­ная и мудрая. А если человек все упование свое возлагает на свои дела, к Богу же обращает­ся с молитвой лишь тогда, когда его постигают непредвиден­ные беды, и он, не видя в соб­с­т­вен­ных силах средств к отвращению их, начинает надеяться на помощь Божию, то такая надежда суетна и ложна. Истин­ная надежда ищет единого Царствия Божия и уверена, что все земное, потребное для жизни времен­ной, несомнен­но дано будет.

Сердце не может иметь мира, доколе не стяжет сей надежды. Она-то вполне умиротворит его и вольет в него радость. О сей-то надежде сказали святейшие уста Спасителя: «Приидите ко Мне вси тружда­ю­щиися и обременен­нии, и Аз упокою вы» (Мф.11:28), то есть надейся на Меня и утешишься от труда1) и страха.

В Евангелии от Луки сказано о Симеоне: «И бе ему обещано Духом Святым, не видети смерти, прежде даже не видит Христа Господня» (Лк.2:26). И он не умертвил надежды своей, но ждал вожделен­ного Спасителя мира и, с радостью приняв Его на руки свои, сказал: Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко, идти в вожделен­ное для меня Царствие Твое, ибо я получил надежду мою – Христа Господня2).


1) Труд – здесь: страдание, трудности. Ср. Пс.89:10«Дней лет наших – семьдесят лет, а при большей крепости – восемьдесят лет; и самая лучшая пора их – труд и болезнь». – Прим. ред.

2) См. Лк.2:29–32«Ныне отпускаешь раба Твоего, Владыко, по слову Твоему, с миром, ибо видели очи мои спасение Твое, которое Ты уготовал пред лицем всех народов, свет к просвещению язычников и славу народа Твоего Израиля».


1) Имеет­ся в виду, конечно, не буквально отдых от всех дел, а отсутствие излишней заботы о них, хлопот. Ср. «Ищите же прежде Царствия Божия и правды Его, и это все приложит­ся вам. Итак, не заботьтесь о завтрашнем дне, ибо завтрашний сам будет заботиться о своем: довольно для каждого дня своей заботы» (Мф.6:33–34).

 О любви к Богу

Стяжав­ший совершен­ную любо­вь существует в жизни сей так, как бы не суще­с­т­вовал. Ибо считает себя чужим для видимого, с терпением ожидая невидимого. Он весь изменил­ся в любо­вь к Богу и забыл все другие привязан­ности.

Кто себя любит, тот любить Бога не может. А кто не любит себя ради любви к Богу, тот любит Бога.

Истин­но любящий Бога считает себя стран­ником и пришельцем на земле сей, ибо в своем стремлении к Богу душою и умом созерцает только Его Одного.

Душа, исполнен­ная любви Божией, и во время исхода своего из тела не убо­ит­ся князя воздушного, но со Ангелами возлетит как бы от чужой страны на родину.

О страхе Божием

Человек, решив­шийся проходить путь внутрен­него внимания, прежде всего должен иметь страх Божий, который есть начало мудрости.

Пусть будут в уме его всегда напечатлены сии пророческие слова: «Работайте Господеви со страхом, и радуйтеся Ему со трепетом» (Пс.2:11).

Он должен проходить путь свой с крайней осторожностью и благоговением ко всему священ­ному, а не небрежно. В противном случае опасаться должно, чтобы не отнеслось к нему сие страшное определение Божие: «Проклят [человек] творяй дело Господне с небрежением» (Иер.48:10).

Благоговейная осторожность здесь нужна потому, что сие море (то есть сердце со сво­ими помыслами и желаниями, которое должно очистить посредством внимания) великое и простран­ное: «тамо гади, ихже несть числа»1) (то есть помыслы суетные, неправые и нечистые – порождения злых духов).

«Бога бойся, – говорит Премудрый, – и заповеди его храни» (Еккл.12:13). А соблюдая заповеди, ты будешь силен во всяком деле, и дело твое будет всегда хорошо. Ибо, боясь Бога, ты из любви к Нему все делать будешь хорошо. А диавола не бойся; кто бо­ит­ся Бога, тот одолеет диавола: для того диавол бессилен.

[Есть] два вида страха: если не хочешь делать зла, то бойся Господа и не делай; а если хочешь делать добро, то бойся Господа и делай.

Но никто не может стяжать страха Божия, доколе не освободит­ся от всех забот житейских. Когда ум будет беспопечителен, тогда движет его страх Божий и влечет к любви благости Божией.


1) В русском переводе: «Это – море великое и простран­ное: там пресмыка­ю­щиеся, которым нет числа» (Пс.103:25).

 О хранении познан­ных истин

Не должно без нужды другому откры­вать сердца своего; из тысячи можно найти только одного, который сохранил бы твою тайну.

Когда мы сами не сохраня­ем ее в себе, то как можем надеяться, что она может быть сохранена другим.

С душевным человеком надобно говорить о человеческих вещах; с человеком же, имеющим разум духовный, надобно говорить о небесных1). Исполнен­ные духовною мудростию люди рассуждают о духе какого-либо человека по Священ­ному Писанию, смотря, сообразны ли слова его с волею Божиею, и по тому делают о нем заключение.

Когда случит­ся быть среди людей в мире, о духовных вещах говорить не должно; особен­но, когда в них не примечает­ся и желания к слушанию.

Надобно в сем случае следо­вать учению святого Дионисия Ареопагита: «Соделав­шися сам боже­с­т­вен боже­с­т­вен­ных вещей познанием, и в тайне ума святая сокрыв от неосвящен­ного народа, яко единообразная, храни: не бо праведно есть, якоже Писание глаголет, повергнути в свиния умных маргаритов чистое, световидное и драгоцен­ное благо­украшение»2) (Сщмч. Дионисий Ареопагит. «О Небесной иерархии», гл.2).

Надобно содержать в памяти слово Господне: «Ни пометайте бисер ваших пред свиниями, да не поперут их ногами сво­ими и вращшеся расторгнут вы» (Мф.7:6).

А потому всеми мерами должно стараться скры­вать в себе сокровище дарований.

В противном случае потеряешь и не найдешь. Ибо, по опытному учению святого Исаака Сирина, «лучше есть помощь, яже от охранения… паче помощи, яже от дел»3) (Прп. Исаак Сирин. Сл.89).

Когда же надобность потребует или дело дойдет, то откровен­но в славу Божию действо­вать должно по глаголу: [Аз] «прославля­ю­щих Мя прославлю» (1 Цар.2:30), потому что путь уже открыл­ся.


1) См. 1 Кор.2:14–15«Душевный человек не принимает того, что от Духа Божия, потому что он почитает это безумием; и не может разуметь, потому что о сем надобно судить духовно. Но духовный судит о всем, а о нем судить никто не может».

2) В русском переводе: «Сделав­шись сам боже­с­т­вен­ным из-за познания боже­с­т­вен­ных вещей и в тайнике ума скрыв от непосвящен­ных людей святое [знание], храни его уединен­ным, ибо неправедно, как говорит Писание, бросить перед свиньями чистое, сия­ю­щее и драгоцен­ное украшение из духовных жемчужин».

3) Лучше есть помощь, яже от охранения… паче помощи, яже от дел – помощь предосторожности важнее помощи самих дел.

О многословии

Одного многословия с теми, которые противных с нами нравов, довольно расстро­ить внутрен­ность вниматель­ного человека.

Но всего жалостнее то, что от сего может погаснуть тот огонь, который Господь наш Иисус Христос пришел воврещи на землю1) сердец человеческих, ибо «ничтоже тако устужает огнь, от Святого Духа вдыхаемый в сердце инока к освящению души, якоже сообращение и многословие и собеседование, кроме оного, еже со чады таин Божиих, еже к возвращению разума Его и приближению»2) (Прп. Исаак Сирин. Сл.8).

Особен­но же должно хранить себя от обращения с женским полом, ибо как восковая свеча, хотя и незажжен­ная, но поставлен­ная между зажжен­ными, растаивает, так и сердце инока от собеседования с женским полом неприметно расслабевает, о чем и святой Исидор Пелусиот говорит так: «Аще (глаголющу Писанию) кия «беседы злы»… «тлят обычаи благи»3), то беседа с женами, аще и добра будет, обаче сильна есть растлити внутрен­него человека тайно помыслы скверными, и чисту сущу телу, пребудет душа осквернена: что бо твердев есть камене; что же воды мягчае; обаче всегдашнее прилежание и есте­с­т­во побеждает: аще убо есте­с­т­во, едва подвижимое, подвизает­ся, и от тоя вещи, юже имать ни во чтоже, страждет и умаляет­ся, то како воля человеческая, яже есть удобь колеблема, от обыкновения долгого не будет побеждена и превращена»4) (Прп. Исидор Пелусиот, «Письма», 284).

А потому для сохранения внутрен­него человека надобно удержать язык от многословия: «муж же мудр безмолвие водит» (Притч.11:12) и «иже хранит своя уста, соблюдает свою душу» (Притч.13:3) и помнить слова Иова: «Завет положих очима мо­има, да не помышлю на девицу»5) и слова Господа Иисуса Христа:«всяк, иже воззрит на жену ко еже вожделети ея, уже любо­действова с нею в сердцы своем» (Мф.5:28).

Не выслушав прежде от кого-либо о каком-либо предмете, отвечать не должно: «Иже отвещает слово прежде слышания, безумие ему есть и поноше­ние» (Притч.18:13).


1) См. Лк.12:49«Огонь пришел Я низвести на землю».

2) В русском переводе: «Ничто так не охлаждает огня, вдыхаемого в сердце инока Святым Духом к освящению души, как обращение с людьми, многоглаголание и всякая беседа, кроме беседы с чадами тайн Божиих, способству­ю­щей к приращению ведения Божия и к сближению с Богом».

3) См. 1 Кор.15:33«Худые сообщества развращают добрые нравы».

4) В русском переводе: «Если (как говорит Писание) худые сообщества развращают добрые нравы, то беседа с женщинами, хотя и добра будет, сильна, впрочем, втайне растлить внутрен­него человека скверными помыслами, и в то время как тело будет чисто, душа осквернит­ся. Ибо что тверже камня? И что мягче воды? Но непрестан­ное усердие и природу побеждает: так что если есте­с­т­во (камня), едва подда­ю­щееся движению, движет­ся (водою), и из-за нее, которую ни во что не ставит, разрушает­ся и уменьшает­ся, то как легко колеблемая человеческая воля не будет побеждена и изменена долго­времен­ной привычкой?»

5) В русском переводе: «Завет положил я с глазами мо­ими, чтобы не помышлять мне о девице»(Иов.31:1).

 О молитве

Истин­но решив­шиеся служить Господу Богу должны упражняться в памяти Божией и непрестан­ной молитве ко Иисусу Христу, говоря умом: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя грешного; в часы же послеобеден­ные можно говорить сию молитву так: Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитвами Богородицы, помилуй мя грешнаго; или же прибегать соб­с­т­вен­но ко Пресвятой Богородице, молясь: Пресвятая Богородице, спаси нас, или говорить поздравление ангель­ское: Богородице Дево, радуйся… Таковым упражнением при охранении себя от рассеяния и при соблюдении мира совести можно приблизиться к Богу и соединиться с Ним. Ибо, по словам святого Исаака Сирина, «без непрестан­ной молитвы ты не можешь приблизиться к Богу» (Прп. Исаак Сирин. Сл.69).

Образ молитвы весьма хорошо расположил святой Симеон Новый Богослов (см. Доброто­любие. Т.5. Прп. Симеон Новый Богослов. Слово о трех образах внимания и молитвы).

Досто­ин­ство же оной очень хорошо изобразил святой Злато­уст: «Велие, – говорит он, – есть оружие молитва, сокровище неоскудно, богатство никогда же иждиваемо, пристанище безволнен­но, тишины вина и тьмам благих корень, источник и мати есть»* (Свт. Иоан­н Злато­уст. Маргарит. Сл.5. О непостижимом, против Аномеев).

В церкви на молитве стоять полезно с закрытыми очами во внутрен­нем внимании; откры­вать же очи разве тогда, когда уныешь или сон будет отягощать тебя и склонять к дреманию; тогда очи обращать должно на образ и на горящую пред ним свечу.

Если в молитве случит­ся плениться умом в расхищение мыслей, тогда должно смириться пред Господом Богом и просить прощения, говоря: «Согреших, Господи, словом, делом, помышлением и всеми мо­ими чувствы». Потому всегда должно стараться, чтоб не преда­вать себя рассеянию мыслей, ибо чрез сие уклоняет­ся душа от памяти Божией и любви Его по действию диавола, как святой Макарий говорит: «Все супостата нашего тщание сие есть, да мысль нашу от памятования о Боге и страха и любви отвратит» (Прп. Макарий Египет­ский. Сл.2. Гл.15).

Когда же ум и сердце будут соединены в молитве и помыслы души не рассеяны, тогда сердце согревает­ся теплотою духовною, в которой воссиявает свет Христов, исполняя мира и радости всего внутрен­него человека.

О всем мы должны благодарить Господа и преда­вать себя Его воле; должны также представлять Ему все свои мысли, слова и деяния и стараться, чтобы все служило только к Его благо­угождению.


* В русском переводе: «Молитва есть оружие великое, сокровище неоскудева­ю­щее, богатство неистощимое, пристань безмятежная, основание спокойствия; молитва – корень, источник и мать бесчислен­ных благ».

 О слезах

Все святые и отрекшиеся [от] мира иноки во всю жизнь свою плакали, в чаянии вечного утешения, по уверению Спасителя мира: «Блажени плачущии: яко тии утешат­ся» (Мф.5:4).

Так и мы должны плакать об оставлении грехов наших. К сему да убедят нас слова Порфироносного Пророка1): «Ходящий хождаху и плакахуся, мета­ю­ще семена своя: грядуще же приидут радостию, вземлюще рукояти своя»2) (Пс.125:5–6) и слова Исаака Сирина: «Омочи ланиты свои плачем очию твоею, да почиет на тебе Святый Дух, и омыет тя от скверны злобы твоея. Умилостиви Господа твоего слезами, да приидет к тебе» (Прп. Исаак Сирин. Сл.68. Об отречении от мира).

Когда мы плачем в молитве и к слезам примешивает­ся смех, то это от диаволь­ской хитрости. Трудно постигнуть тайные и тонкие действия врага нашего.

У кого текут слезы умиления, у того сердце озаряет­ся лучами Солнца Правды – Христа Бога.


1) Порфироносного Пророка – царя и пророка Давида, автора Псалтири.

2) В русском переводе: «Сеявшие со слезами будут пожинать с радостью. С плачем несущий семена свои возвратит­ся с радостию, неся снопы сво­и».

12. О печали

Когда злой дух печали овладеет душою, тогда, наполнив ее горестью и неприятностью, не дает ей совершать молитву с должным усердием, мешает заниматься чтением Писаний с надлежащим вниманием, лишает ее кротости и благодушия в обращении с братиями и рождает отвращение от всякого собеседования. Ибо душа, исполнен­ная печали, делаясь как бы безумной и исступлен­ной, не может спокойно ни принимать благого совета, ни кротко отвечать на предлагаемые вопросы. Она убегает людей, как бы виновников ее смущения, не понимая, что причина болезни внутри нее. Печаль есть червь сердца, грызущий рожда­ю­щую его мать.

Печальный монах не движет ума к созерцанию и никогда не может совершать чистой молитвы.

Кто победил страсти, тот победил и печаль. А побежден­ный страстями не избежит оков печали. Как больной виден по цвету лица, так обладаемый страстью обличает­ся от печали.

Кто любит мир, тому невозможно не печалиться. А презрев­ший мир всегда весел.

Как огонь очищает золото, так «печаль… по Бозе»1) очищает греховное сердце (Прп. Антиох. Сл.25).


1) В русском переводе: «Печаль ради Бога» (2 Кор.7:10).

 О скуке и унынии

С духом печали неразлучно действует и скука. Она, по замечанию отцов, нападает на монаха около полудня и про­изводит в нем такое страшное беспокойство, что несносны ему становят­ся и место житель­ства, и живущие с ним братия, а при чтении возбуждает­ся какое-то отвращение, и частая зевота, и сильная алчба. По насыщении чрева демон скуки внушает монаху помыслы выйти из келий и с кем-нибудь поговорить, представляя, что не иначе можно избавиться от скуки, как непрестан­но беседуя с другими. И монах, одолеваемый скукою, подобен пустын­ному хворосту, который то немного остановит­ся, то опять несет­ся по ветру. Он как «безводное облако, носимое ветром» (Иуд.1:12).

Сей демон, если не может извлечь монаха из келий, то начинает развлекать ум его во время молитвы и чтения. Это, говорит ему помысл, лежит не так, а это не тут, надобно все привести в порядок, и это все делает для того, чтобы ум сделать праздным и бесплодным.

Болезнь сия врачует­ся молитвою, воздержанием от празднословия, посильным рукоделием, чтением слова Божия и терпением; потому что и рождает­ся она от малодушия, и праздности, и празднословия (Прп. Антиох. Сл.26; Прп. Исаак Сирин. Сл.30).

Трудно избежать ее начина­ю­щему жизнь монашескую, ибо она первая нападает на него. Потому прежде всего и должно остерегаться ее посредством строгого и беспрекословного исполнения всех возлагаемых на послушника обязан­ностей. Когда занятия твои придут в настоящий порядок, тогда скука не найдет места в сердце твоем. Скучают только те, у кого дела не в порядке. Итак, послушание есть лучшее врачевство против сей опасной болезни.

Когда одолевает тебя скука, то говори себе, по наставлению преподобного Исаака Сирина: «Снова вожделеваешь ты нечистоты и срамной жизни. И если тело скажет тебе: «Великий грех самому себя уби­вать», – то отвечай ему: «Сам себя убиваю потому, что не могу жить нечисто. Умру здесь, чтобы не увидеть мне истин­ной смерти души моей, смерти для Бога. Лучше мне умереть здесь ради непорочности и не жить худой жизнию в мире. Про­извольно избрал я смерть сию за грехи свои. Сам себя умерщвляю, потому что согрешил я Господу; не буду более прогневлять Его. Что мне в жизни далекой от Бога? Буду терпеть озлобления сии, чтобы не быть отчужден­ным от небесной надежды. Что Богу в моей жизни в этом мире, если живу в нем худо и прогневляю Бога»? (Прп. Исаак Сирин. Сл.22).

Иное – скука, и иное – томление духа, называемое унынием. Бывает иногда человек в таком состоянии духа, что, кажет­ся ему, легче бы ему было уничтожиться или быть без всякого чувства и сознания, нежели долее оста­ваться в этом безотчетно-мучи­тель­ном состоянии. Надобно спешить выйти из него. Блюдись от духа уныния, ибо от него рождает­ся всякое зло. «Есть уныние есте­с­т­вен­ное, – учит святой Варсонофий, – от бессилия, и есть уныние от беса. Если хочешь распознать их, распознавай так: бесовское приходит прежде того времени, в которое должно дать себе отдохновение, ибо, когда человек начнет что-нибудь делать, оно, прежде нежели совершит­ся треть или четверть дела, нудит его оставить дело и встать. Тогда не надобно слушать его, но должно сотворить молитву и сидеть за делом с терпением, и враг, видя, что человек об этом творит молитву, перестает бороть его, ибо он не хочет да­вать повода к молитве» (Прп. Варсонофий Великий. Отв.559).

«Когда угодно Богу, – говорит святой Исаак Сирин, – подвергнуть человека большим скорбям, попускает впасть ему в руки малодушия. И оно порождает в человеке одолева­ю­щую его силу уныния, в котором ощущает он подавлен­ность души, и это есть вкушение геен­ны; этим наводит­ся на человека дух исступления, из которого источают­ся тысячи искушений: смущение, раздражение, хула, жалоба на судьбу, превратные помыслы, переселение из одной страны1) в другую и тому подобное. Если спросишь: «Что причиной всего этого?», – то скажу: твое нерадение, ибо сам ты не позаботил­ся взыскать врачества от этого. Враче­с­т­во же от всего этого одно, при помощи только онаго человек находит скорое утешение в душе своей. Какое же это врачевство? Смирен­но­мудрие сердца. Без него никто не возможет разорить оплот сих зол: скорее же найдет, что превозмогли над ним бедствия» (Прп. Исаак Сирин. Сл.79). Уныние у святых отцов иногда называет­ся праздностию, леностию и разленением.


1) Страны – здесь: места.

 Об отчаянии

Отчаяние, по учению святого Иоан­на Ле­с­т­вичника, рождает­ся или от сознания «множества грехов и отягчения совести и нестерпимой печали, когда душа по причине множества сих язв погружает­ся и от тяжести их утопает в глубине безнадежия», или «от гордости и возношения, когда падшие думают, что они не заслуживают сего падения». Первого рода отчаяние влечет человека во все пороки без разбора, а при отчаянии второго рода человек держит­ся еще своего подвига, что, по словам Иоан­на Ле­с­т­вичника, и несовместно разуму. Первое врачует­ся воздержанием и благой надеждой, а второе – смирением и неосуждением ближнего (Прп. Иоан­н Ле­с­т­вичник. «Ле­с­т­вица», ст.26, отд.89).

Господь печет­ся о нашем спасении. Но человеко­убийца диавол старает­ся привести человека в отчаяние.

Душа высокая и твердая не отчаивает­ся при несчастьях, какие бы они ни были. Жизнь наша есть как бы дом искушений и пыток; но мы не отступим от Господа, доколе не повелит Он пыта­ю­щим оставить нас и пока мы не будем оживлены терпением и твердым бесстрастием.

Иуда-предатель был малодушен и неискусен в брани, и потому враг, видя его отчаяние, напал на него и принудил его удавиться, но Петр – твердый камень, когда впал в грех, как искусный в брани, не отчаял­ся и не потерял духа, но пролил горькие слезы от горячего сердца, и враг, увидя их, как огнем палимый в глаза, далеко убежал от него с болезнен­ным воплем.

«Итак, братие, – учит преподобный Антиох, – когда отчаяние будет нападать на нас, не покоримся ему, но, укрепляясь и ограждаясь светом веры, с великим муже­с­т­вом скажем лукавому духу: «Что нам и тебе, отчужден­ный от Бога беглец с небес и раб лукавый? Ты не смеешь сделать нам ничего. Христос, Сын Божий, власть имеет и над нами, и над всеми. Ему согрешили мы, Ему и оправдаемся. А ты, пагубный, удались от нас. Укрепля­емые Честным Его Крестом, мы попираем твою змииную главу» (Прп. Антиох. Сл.27).

И с умилением будем молиться ко Господу: «Владыко Господи небесе и земли, Царю веков! Благоволи отверзти мне дверь покаяния, ибо я в болезни сердца молю Тебя, истин­ного Бога, Отца Господа нашего Иисуса Христа, света миру. Призри многим Тво­им благо­утробием и приими моление мое; не отврати его, но прости мне, впав­шему во многие прегрешения. Приклони ухо Твое к молению моему, и прости мне все злое, которое соделал я, побежден­ный мо­им про­изволением. Ибо ищу покоя, и не обретаю, потому что совесть моя не прощает меня. Жду мира, и нет во мне мира по причине глубокаго множества беззаконий мо­их. Услыши, Господи, сердце вопиющее к Тебе, не посмотри на мои злые дела, но призри на болезнь души моей и поспеши увраче­вать меня, жестоко уязвлен­ного [грехом]. Дай мне время покаяния ради благодати человеко­любия Твоего, и избавь меня от бесчестных дел, и не возмерь мне по правде Твоей и не воздай мне достойное по делам мо­им, чтобы мне не погибнуть совершен­но. Услыши, Господи, меня, в отчаянии находящегося. Ибо я, лишен­ный всякой готовности и всякой мысли ко исправлению себя, припадаю к щедротам Тво­им; помилуй меня, повержен­ного на землю и осужден­ного за грехи мои. Воззови меня, Владыко, пленен­ного и содержимого мо­ими злыми деяниями и как бы цепями связан­ного. Ибо Ты един ведаешь разрешать узников, враче­вать раны, никому не известные, которые знаешь только Ты, веда­ю­щий сокровен­ное. И потому во всех мо­их злых болезнях призываю только Тебя – врача всех страждущих, дверь рыда­ю­щих вне1), путь заблудив­шихся, свет омрачен­ных, искупителя заключен­ных, всегда сокраща­ю­щего десницу Свою2) и удержива­ю­щего гнев Свой, уготован­ный на грешников, но ради великого человеко­любия, да­ю­щего время покаянию. Воссияй мне свет лица Твоего, Владыко, тяжко падшему, скорый в милости и медлен­ный в наказании. И Тво­им благо­утробием простри мне руку и восставь меня из рва беззаконий мо­их. Ибо Ты Един Бог наш, не веселящийся (о) погибели грешников и не отвраща­ю­щий лица Своего от молящегося к Тебе со слезами. Услыши, Господи, глас раба Твоего, вопиющего к Тебе, и яви свет Твой на мне, лишен­ном света, и даруй мне благодать, чтобы я, не имеющий никакой надежды, всегда надеял­ся на помощь и силу Твою. Обрати, Господи, плач мой в радость мне, расторгни вретище и препояшь меня веселием (Пс.29:12). И благоволи, да успокоюсь от вечерних дел мо­их, и да получу успокоение утрен­нее, как избран­ные Твои, Господи, от которых отбежали «болезнь, печаль и воздыхание»3), и да отверзет­ся мне дверь Царствия Твоего, дабы, вошедше с наслажда­ю­щимися светом лица Твоего, Господи, получить мне жизнь вечную во Христе Иисусе Господе нашем. Аминь».


1) Буквально: «дверь для плачущих вне» (Чертога Небесного). Ср. «Я есмь дверь» (Ин.10:9)«Некто сказал Ему: Господи! неужели мало спаса­ю­щихся? Он же сказал им: подвизайтесь войти сквозь тесные врата, ибо, сказываю вам, многие по­ищут войти, и не возмогут. Когда хозяин дома встанет и затворит двери, тогда вы, стоя вне, станете стучать в двери и говорить: Господи! Господи! отвори нам; но Он скажет вам в ответ: не знаю вас, откуда вы» (Лк.13:23–25).

2) окраща­ю­щего десницу Свою – сдержива­ю­щего Свою правую руку; здесь: медлящего с наказанием.

3) См. Последование панихиды, кондак, глас 8-й.