преподаватель Догматического богословия Леонова А.М.
Согласно святоотеческому утверждению, первооснова мира, о создании которой повествуется в первом стихе Книги Бытия: «В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою» (Быт. 1, 2), и действительно, была сотворена не во времени, но вместе со временем. Здесь «началом» — отмечен неуловимый, не имеющий протяженности «миг» (иначе, это «начало» само подразделялось бы на начало, середину и конец). Что же касается формообразования, благоустройства и украшения видимого мира, наполнения его обитателями, — это осуществлялось в условиях времени, в продолжении шести творческих дней. Периоды творения, отмеченные в Синодальном тексте Священного Писания термином «дни» (в оригинале — йом), интерпретируются в богословии двояко: с одной стороны — как 24-х часовой промежуток (или сутки), с другой — как период неопределенной временнóй протяженности.

Из Отцов, на такое понимание указывает, в часности, блаженный Августин: «Но если священные и в высшей степени достоверные Писания говорят: “В начале сотворил Бог небо и землю”, чтобы дать понять, что прежде Он ничего не творил, потому что если бы Он сотворил нечто прежде всего сотворенного Им, то и было бы сказано, что Он именно это нечто сотворил в начале, то нет никакого сомнения, что мир сотворен не во времени, но вместе с временем. Ибо что происходит во времени, то происходит после одного и прежде другого времени, — после того, которое прошло, и прежде того, которое должно наступить; но никакого прошедшего времени быть не могло, потому что не было никакой твари, движение и изменение которой определяло бы время. Но несомненно, что мир сотворен вместе с временем, если при сотворении его произошло изменяющееся движение, как представляет это тот порядок первых шести или семи дней, при которых упоминаются утро и вечер, пока все, что сотворил Бог в эти шесть дней, не завершено было днем седьмым, и пока в седьмой день, с указанием на великую тайну, не упоминается о покое Божием. Какого рода эти дни — представить это нам или крайне трудно, или даже совсем невозможно, а тем более невозможно об этом говорить» (Блаженный Августин. О граде Божием. Книга 11, глава 6) [10, с. 519 — 520].

Мнения представителей современной богсловской науки также не отличаются взаимосогласием и единством (ср., например, приложение к Библейской Истории Ветхого Завета профессора А. П. Лопухина: «Наша богословская наука не дает в этом отношении какого-либо категорического решения, предоставляя его расширяющемуся свету знания, хотя и заметно стремление удержать буквальное понимание слова ”день”», но «можно думать, что и под “днем” разумеется просто неопределенное протяжение времени. Многие основания заставляют предполагать, что такое именно значение неопределенного, более или менее продолжительного периода времени и имеет употребленное Моисеем слово “йом”» [1, с. 626-627]).

Что же касается выражения: «И совершил Бог к седьмому дню дела Свои, которые Он делал, и почил в день седьмый от всех дел Своих, которые делал» (Быт.2, 2), речь здесь идёт не самоотстраненности Бога от мира, не о прекращении Божественного Промысла, а о прекращении той Его творческой деятельности, о которой повествует Шестоднев.

1.Лопухин А. Библейская История Ветхого Завета. К.: Изд. Общества любителей православной литературы, 2005.

2.Блаженный Августин. О граде Божием. Мн.: Изд. Харвест; М.: Изд. АСТ, 2000.